Трёхглавая повесть, четвероногая и хвостатая

Лефти засунул голову в окно дома пастора:

— Привет.

— Изыди, Порождение Зла!

Райти не удержался и, сунув поцарапанный нос в другое окно, скандально закричал:

— Это я-то — Порождение Зла! А кто, блин, корчму спалил?! А там было гнездо! — Райти на секунду выдернул голову из дома. — Как его, Мидл?

— Разврат.

— Во! — карий глаз Райти с вертикальным зрачком вновь прильнул к окну. — Я спалил гнездо разврата! Где благодарность?!

Пастор выскочил наружу и возмущённо на нас уставился.

— Мы можем ещё одну корчму сжечь, — смиренным тоном добавил Райти. — Вы только дайте адресок ближайшего гнезда разврата.

— Простите его, святой отец, — вмешался я. — Не говорят ли чего в городе о похищении принцессы?

Пастор перевёл дыхание и недобро блеснул глазом.

— Говорят, что вы её похитили!

— Вполне возможно. Так король собирается её освобождать?

— Король издал указ, что тот, кто освободит принцессу, получит в награду её руку!

— Какая мелочность и низость! — возмутился Лефти. — За родную дочь — кусок её собственной руки!

— Облом ребята, мы на диете, — заныл Райти. — Освободители будут приходить к нам по одному. Нет, чтобы прислать взвод!

— Святой отец, а не могли бы вы передать его величеству, что мы согласны на выкуп в 300 баранов. Одного он сегодня уже прислал, но этого мало. А имея небольшое стадо, мы будем его пасти, получать съедобное потомство и не станем беспокоить монархию. Вот.

— Чудище, ты разве не знаешь, какой у нас король? Он хочет всё получить задаром. Заодно и дочке жениха найти подходящего.

Мы втроём дружно покачали головами.

— Так, где тут ближайшее логово Зелёного Змея? — напомнил Райт.

— Трактир за рощей, у дороги…

— Мы не успели и попрощаться, как ноги понесли нас галопом. Райти — ублюдок.

— Тормози! — проорал Лефти.

Но Райти поскакал ещё быстрее.

Когда мы проносились через рощу, я и Лефти вцепились зубами в ветки двух дубов одновременно. Туловище по инерции занесло и оно повисло в воздухе.

— Вы что, братцы?! — завопил Райт. — Вы что, — тормозите?!

Мы промолчали. Скажи мы слово, — и брякнемся наземь, а потом Райти опять понёсет нас к пьянству.

— Ка-ак я ненавижу демократию! — орал Райт. — Ладно, всё, мы никуда не идём!

Мы с Лефти разжали челюсти, и наше тело ухнуло в высокую траву.

— Тебе надо попить ключевой воды, — Лефти выплюнул кусок дубовой коры. — Ключевая вода, — лучшее средство от похмелья.

— Окей, — прогундосил Райт и мы побрели к роднику.

По дороге к ручью Райти увидал дохлую лошадь.

— Нет! — заорал я.

— Только не это! — завопил Лефти.

Но было поздно, Райти в один присест проглотил тухлятину.

— О. — сказал он.

— Теперь нас пронесёт, — обречёно изрёк Лефти.

— Ничаво! Сожрешь доктора и всё пройдёт! — у Райти заметно поправилось настроение. — Так вам, чистоплюи.

Пританцовывая, Райти приблизился к роднику. Родник, как всегда, радостно позвякивал по камушкам и подмигивал солнечными бликами.

Райт сделал глубокий вдох.

— Нет! Стойте! — раздался позади нас девичий голос.

Мы обернулись и увидели Клару.

— Опять нельзя? — ужаснулся Райти. — Я этого не вынесу. Бражку не пей, тухлятину не ешь, теперь ещё и ключевую воду нельзя. Что же тогда пить?

— Ручей отравлен.

— Блин. Чем же с сушняком то бороться?

— Приходил этот мерзавец, — жирный герцог Хьюго, и хвастался, что отравит ручей. В открытый бой он вступить трусит.

Посулами и уговорами мы заставили Райта подняться выше по течению и отловили этого герцога— химика.

— Он действительно, жирный, — заметил Лефти.

— Я не буду жирно-ого-о, — завопил Райти. — Мя-ня и так тошни-ит.

— Ладно, — я зубами подцепил герцога за шкирку и ткнул лицом в ручей. — Пей.

— Можно, немножко выше по течению?

— Пошли.

Он выбрал место и хлебнул.

— Райти можешь здесь пить.

— А что будем с герцогом делать? — спросил Лефти, когда Райти удовлетворил свою жажду.

— Пусть попьёт воды ярдов на сто пониже по течению. Если повезёт, выживет.

— Не надо! — громко сказал герцог.

— Не бушь экологию похабить, — заявил Райти.

Мы дали ему глотнуть водички, окунув три раза в ручей, и отпустили, угостив пенделем на дорожку.

— Ну вот, попили, теперь можно и поесть, — Райти вопросительно взглянул на Клару.

— Обед вас ждёт.

— А у нас для Вас хорошая новость, — сообщил ей Лефти, пока мы шли в сторону нашей поляны. — Похоже, ваш папочка собирается выдать вас замуж.

— Почему это хорошая? — фыркнула принцесса.

— Ну, мы можем конкурс устроить. На право называться освободителем. Соревнование по интеллекту, хорошим манерам, владению мечом, способности смастерить что-нибудь своими руками, ну там, замок или мельницу какую…

— А так же посадить дерево и вырастить сына, — поддержал Райти.

— Пока сын вырастит, принцесса состарится, выродок! — вернул его в реальность Лефт.

— Одним словом, за Хьюго вы теперь вряд ли выйдете, — подвёл я резюме.

— Спасибо, — сказала принцесса.

Мы вышли на поляну у пещеры. Три хорошо прожаренные бараньи туши лежали на листьях лопухов. Аромат исходил сказочный.

— Прошу прощения, вы пообедаете с нами? — спросил Лефти, с трудом сдерживаясь.

— Да, спасибо, — принцесса отрезала себе здоровенный кусок бараньей ноги и принялась его грызть, отойдя в сторонку. Тут уже и мы ринулись в дело. Не заботясь о церемониях.

Что было после, я не помню, потому что потерял сознание.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Когда я пришёл в себя и приоткрыл веко, увидел, как сквозь дымку, бегущего к нам человека с мечом в руке. На щите у него была нарисована птица. Я скосил глаз на Райта, — его голова была придавлена большим камнем. Я приоткрыл левый глаз и увидел, что Лефти тоже в отключкке, а рядом с его башкой валяется кусок скалы не меньше.

— Стой на месте, Джон! — прозвучал где-то вдалеке голос Клары, — И не вздумай трогать животное!

— Но как же так, Ваше Величество, он же вас похитил! — услышал я голос рыцаря.

Принцесса встала между ним и нами, уперев руки в бока.

— Да, похитил! Да он хоть что-то сделал. А вот ты только и мог краснеть, когда я строила тебе глазки. Вот ты бы взял, да и похитил!

— Но я же пришёл вас освобождать, Ваше величество. Сразиться с драконом.

— А может, я теперь не хочу освобождаться, если этим занимается такой рохля, как Вы, сэр Джон!

— Вы несправедливы, Ваше Величество, — пробормотал он смущённо.

— Опять покраснел! А что ты станешь делать, если король скажет, что передумал и отдаст меня за Хьго?

— Но…

— Я не желаю, чтобы ты меня освобождал, вот как! Тем более, кидаясь с горки камнями в несчастное животное.

— Ах вот, что! Так я ему сейчас, в открытом поединке…

— Эй, ребята, — сказал я тихо, — нас сейчас на ростбиф порубят. Но обе головы молчали.

Я поднял туловище на ноги, подошёл с болтавшимися по бокам двумя головами Райта и Лефти и, прежде, чем рыцарь схватился за меч, ухватил его зубами и повесил на сук дерева.

— Ты что сделал? А ну, сними его сейчас же! — топнула ногой принцесса.

— Щас. А он мне голову на колбасу порежет.

При упоминании колбасы, Райти начал подавать признаки жизни:

— А шо це было? Мидько, нас по башкам каменюкой шарахнули?

— Ты говори нормально.

— Што, братцы, настучалы нам? — подал голос Лефти.

— Да вам мозги отшибло, — догадался я. — Вот проблема.

— А шо ж это, пока мы дрыхли, он усю власть к рукам прибрав? Я не бачив, шо ты був центр, то уси можна? А рехионы? Слышь, Левченка, та он маскаль! Я треба незалежности! Отцыпляюсь от тобе, дате мне ножик! Нехай буду бегать на двух лапах, бесхвостым и бессердешным, но поползаешь, як гадюка, на животе, хадина безногая!

Тут у меня что-то зазвенело в ухе и я вцепился ему в горло.

— Да ты шо, братэц. Мы ж подохэм! — завопил Лефти. — У нас ж одно дыханье, одны лёгкие!

Я перекинулся и вцепился в глотку Лефти.

— Пусть нам дышать труднее, но тебе будет хуже!

— Да-х нам хвсем бут плох-х-хо…