Помоги проекту - поделись книгой:
К.: «Кредитэкспресс»! Здравствуйте!
П.: Здрасьте!
К.: Слушаю вас!
П.: У меня какой-то кредит там маленький. Я что-то не заплатил там, тыщи полторы наверно.
К.: Дмитрий Игоревич!
П.: Да, да, да, он самый. А что, в чем дело? Какие-то вопросы там? Проблемы?
К.: Звоните вроде бы вы нам. Я вижу за сегодня уже раз 15, Дмитрий Игоревич!
П.: Нет, я вот первый раз сегодня.
К.: Помимо того, что вы злостный неплательщик, вы еще и лгун, да, я так понимаю?
П.: Как это злостный неплательщик? Я вроде бы плачу вовремя. Может, у меня какая-нибудь маленькая просрочка есть. Вы скажите.
К.: 12 тысяч 968 рублей у вас задолженность, Дмитрий Игоревич. И в 31-й раз вам говорим, что дело ваше на данный момент на предсудебной подготовке. Вы вообще намерены оплачивать или нет?
П.: Ну да, я согласен, конечно, платить. Я не отрицаю свою вину. Я, наверное, просто забыл о платеже. Помутнение, может, какое-нибудь. Вы извините, что я вот так не вовремя…
К.: Вы сейчас что — посмеяться позвонили, Дмитрий? Или что, я не пойму…
П.: Нет. Вы знаете, просто у меня есть клоны. Они нехорошие, они меня подставляют: звонят всем, гадости говорят от моего имени.
К.: Кто у вас есть?
П.: Клоны, клоны.
К.: Дмитрий, скажите, вы в порядке? Вы себя хорошо чувствуете вообще?
П.: Ну да. Я только что убил двух тут. Сидели два клона, они звонили вам, я их застрелил.
К.: Я, знаете, что хочу сказать… второго года рождения, да, вы, Дмитрий? Я так вижу, что вы не работаете, да?
П.: Нет, почему? Я работаю. Я в звездном флоте защищаю нашу Вселенную.
К.: М-м. Понятно. Я вам посоветую обратиться к специалисту, который с вами поговорит обязательно об этом.
П.: Ну вы же специалист.
К.: А так вы меня отвлекаете от работы. До свидания!
К.: Алло, здравствуйте! Предсудебная организация. Номер дела назовите!
П.: По поводу погашения своей задолженности. Которая на мне висит, как тяжкий груз. Что вы можете предложить мне?
К.: У вас задолженность 12 тысяч 968 рублей. Что я могу предложить? Оплачивайте свой долг, до 15 марта вам срок предлагаю.
П.: Мы едем как раз в Москву семьей и везем на выставку ВДНХ нашего борова, на достижения народного хозяйства. Вот мы на выставке его покажем всем и вам тогда отвезем в «Экспресс».
К.: Секунду подождите, Дмитрий Игоревич. Секунду. Дмитрий Игоревич, вы щас где находитесь? Посмотрел, вы просто надоели своими звонками бессмысленными. Скажите, где находитесь. Мы определить не можем ваше местоположение. Скажите, где находитесь. Мы щас к вам приедем, пообщаемся. Я лично к вам приеду, пообщаюсь.
П.: Я в стране чудес.
К.: А-а-а, ну хорошо. Вот ждите тогда милицию в страну чудес. До свидания!
К.: Здравствуйте! «Кредитэкспресс»!
П.: Здравствуйте! Регистрационный номер назовите!
К.: Назвать? Может быть, вы мне его назовете?
П.: Нет, ну вы звоните в «Кредитэкспресс». Вы позвонили в полусудебную организацию.
К.: Так! Мужчина! Назовите мне номер дела вашего!
П.: Вы назовите!
К.: У вас есть 2 секунды, а то сейчас я быстро с вами. Это тот молодой человек, который услуги свои предоставляет, мне сейчас звонит, да?
П.: Борова услуги возьмете?
Далее оператор срывается на крик.
К.: Услуги ваши? Это, наверное, должны обратиться в другое бюро какое-нибудь, но никак не наше. У вас 2 секунды есть, 2 секунды у вас есть, чтобы назвать регистрационный номер! У вас образование есть, или вообще ничего нету за плечами, или что? Так! Сейчас я вызываю группу ОМОНа по адресу вашему. Я уже знаю, наслышана, что вы, молодой человек… звонит… что-то непонятное. Придут к вам… сейчас и будут разбираться совсем по другому вопросу. Если еще раз… я лично беру под контроль ваше дело, еще раз я увижу, что от вас поступил звонок… Продавайте, что хотите! Хотите, себя продайте там вместе с боровом! Еще сейчас услышу, что вы мне звоните, к вам ОМОН вызову сейчас! Вы меня поняли? Так, я не пойму, вы меня поняли или нет?
П.: Борова везти? Говорите адрес!
К.: Мне наплевать на вашего борова! На все, что у вас там существует и есть! Значит, я вам последний раз говорю: если сегодня еще раз от вас звонок поступит, по улице вашей приедет группа ОМОНа. Вы меня слушаете?
П.: Вы будете платить за ложный вызов? Штраф.
К.: Значит, Дмитрий Игоревич, я лично заплачу, чтоб приехали к вам, поверьте мне! Я вижу, что вы звоните по 50 раз в день. Это ненормально! Что вы хотите? Идите обратитесь в другое какое-нибудь место!
П.: Боров справится с ОМОНом. Он их задавит весом.
К.: Вы понимаете все последствия вашего дела? Своего борова, идите на базар, выставите все, что вы нам предлагали. Уже вы предлагали нам много чего. Я вас предупреждаю последний раз, Дмитрий Игоревич! Ваше дело беру под контроль лично я. Еще раз поступит от вас звонок, я ваше дело перенаправляю в судебное разбирательство, где вас, Дмитрий Игоревич, посадят в тюрьму. Понимаете? За мошенничество, домогательство наших сотрудников. И к вам сегодня в течение дня приедет группа… ОМОНа. Слышите меня? И заберут вас сразу же. Если у вас какие-то психические отклонения, то это только ваша, Дмитрий Игоревич, проблема. Вы меня поняли сейчас? Давайте мы будем более серьезно подходить к данному делу. Дмитрий Игоревич, идите на базар, продавайте борова, все, что у вас есть, продавайте! Вы меня поняли сейчас?
П.: Так у нас все бедные, не купят.
К.: Дмитрий Игоревич, последний раз вам говорю! Вы меня поняли сегодня? Если звонок ко мне поступит, я лично сейчас буду контролировать ваше дело. Я сейчас уже вызываю тех людей, которые вам вправят, Дмитрий Игоревич, мозги. Поняли вы меня сейчас? …это уголовная статья, Дмитрий Игоревич! Вы меня поняли сейчас? У вас 2 дела, поймите! 2 дела у вас. А это уголовная статья. Вы меня поняли или что? Свои принадлежности продавайте как-нибудь самостоятельно, не звоня в нашу организацию. Все, значит, сегодня, Дмитрий Игоревич, у вас будет очень тяжелый день, вас предупреждаю. Вы сейчас отказываетесь от вашей задолженности. Значит, я это все зафиксировала. Все разговоры, которые состоялись сегодня, второго числа, около 15 разговоров, это все записано. В предыдущие дни тоже записано. Я вас уведомила. Последний раз вам говорю, Дмитрий Игоревич, еще раз поступит от вас звонок, я вам сказала, что с вами будет. Вы меня поняли?
П.: Я заплачу.
К.: Заплатите? Хорошо! Дату — когда оплатите?
П.: Ну, как борова в Москву привезу, так сразу вам и отвезу его. Им и расплачусь.
К.: Езжайте, Дмитрий Игоревич, продавайте борова в Москву. Что у вас там?
П.: Ну, вы адрес свой скажите. Я вам его завезу, в ваш офис «Кредитэкспресса».
К.: Нет, вы знаете, завозить нам борова не надо. Мы этим не интересуемся. Это не наша компетенция вашего борова считать или еще что-то.
П.: Борова зовут Нина Васильевна.
К.: Я вас последний раз предупреждаю. А вы знаете, для чего я сейчас с вами разговариваю? Знаете, для чего?
П.: Для чего? Нет.
К.: А чтобы записать этот разговор. И прямо сейчас, и чтобы предоставить все это другим людям.
П.: Каким?
К.: Которые к вам сегодня приедут к вечеру. Ну, вот вы их увидите сегодня. Вы только не запирайте двери, ладно?
П.: Мы милицию вызовем. Мы вас не пустим, вашу банду.
К.: Да вы что!
П.: Да.
К.: Вы знаете, чем вы сейчас занимаетесь, Дмитрий?
П.: Я хочу погасить кредиторскую задолженность в размере борова.
К.: Я вам еще раз говорю, борова можете оставить при себе. Я вам последний раз говорю. Вы меня поняли, Дмитрий Игоревич?
П.: Подождите, а эти люди приедут, они почку вырежут у меня?
К.: Дмитрий Игоревич, что вы хотите… заказа? Я могу заказ ваш принять сейчас.
П.: О чем заказ? О почке? Вы мне надоели уже. Я хочу борова отдать вам.
К.: Позвоните сейчас в милицию и скажите, что вы борова хотите продавать. Вас… заберут вас сразу же.
П.: Они борова не заберут, он у них не поместится.
К.: Значит, Дмитрий Игоревич! Вы меня поняли? Вы меня поняли, что я вам сейчас сказала, что вам не нужно сейчас сделать? Дмитрий Игоревич, вы меня поняли, что сегодня уже не нужно делать, чтобы избежать безумных последствий, что с вами будет через полтора часа? Вы поняли меня? Желаю вам успеха в личной жизни с вашим боровом, со всем, что у вас есть, всякими почками… Значит, ждите сегодня группу выездную ОМОНа. К вам сейчас приедут. Вы меня не понимаете. Если еще раз от вас поступит звонок, лично говорю, что вместе с боровом полетите в тюрьму. Понятно?
П.: Боров туда не поместится.
К.: Все, значит, Дмитрий Игоревич! Я хочу… от этого глупого разговора. Я таких глупых людей, как вас, в жизни не встречала и не понимаю вашу тактику, чего вы добиваетесь. Вы просто добьетесь того, что в предсудебном порядке получите более жестокое наказание. Поэтому, Дмитрий Игоревич, желаю вам успехов… со свиньей, со всем, что у вас есть. Всего доброго, до свидания! О том, что если вы еще раз позвоните, я вас уведомила, что с вами будет. До свидания!
К.: Здравствуйте! «Кредитэкспресс»!
П.: Здравствуйте! Когда будете оплачивать?
К.: …рады вашему звонку. Снова.
П.: Да. Долго ждали? Скучали?
К.: Вы одумались? Вы одумались, да? Дима, вы одумались или что? А-а, опять то же самое, да? Ну ладно, я вас послушаю, говорите.
П.: Ну я хотел вам излить свою печаль.
К.: У вас что, душевная печаль какая-то?
П.: Да, потому что вы не берете моего борова.
К.: Что, опять? Борова не покупают?
П.: Да, да.
К.: Это проблема, Дима. Это такая проблема глобальная, ужас просто!
П.: Скажите ваш адрес, я к вам заеду. Как в Москве буду.
К.: Вы что, в гости к нам хотите?
П.: Ну да.
К.: Ну я ж вам говорю… к вам уже сегодня приедут скоро. В чем проблема-то?
П.: Да никого нет. Я жду, вот уже чай поставил.
К.: Нет, ну что же вы думаете, из Москвы самолет, знаете, сколько летит к вам? Как минимум полтора-два часа. Так что приедут скоро. Вы излили свою душу?
П.: У вас персональный самолет?
К.: Дима, ну это неважно какой. Самое главное, Дима, что вы оплачиваете все звонки, которые вы сейчас делаете нам. Сами, самостоятельно. И самолет лично вы тоже оплатите, если к вам ОМОН приедет, поверьте. Я больше вас не намерена слушать, тратить свое личное время. Избавьте меня от вашего общения!
К.: А вы когда-нибудь расплачивались вообще боровами? Задолженности оплачивали свои? В магазинах тоже боровом расплачиваетесь?
П.: Нет, в магазинах я расплачиваюсь камешками, ракушками, шариками цветными.
К.: А-а-а, даже так. Ну, ждите тогда наряд милиции, вышлю с вами разбираться.
П.: Я им ракушек дам, они уйдут.
К.: И с боровом тоже разберутся.
П.: Не трогайте борова! Что он вам сделал?
К.: До свидания!
Конечно, долги платить надо. Но в жизни бывают разные непростые ситуации. Так зачем же прибегать к помощи контор, которые в большинстве своем используют, мягко говоря, сомнительные методы работы, если кредитор может взыскать задолженность через суд? Дело в том, что банкам гораздо выгоднее продать такие долги коллекторскому агентству, чем самостоятельно судиться с физическими лицами из-за небольших сумм. Сразу получаешь хоть и меньшие, но реальные деньги; нет необходимости в огромном штате юристов, не надо разыскивать должников, контролировать работу приставов-исполнителей и т. д.
Коллекторы судебными делами также не заморачиваются. В большинстве случаев их работа сводится исключительно к систематическому моральному давлению на должника. Из многочисленных разговоров со «специалистами по взысканию» я сделал массу важных выводов о реальной деятельности этих персонажей. Коллекторы стараются не сообщать абоненту, что являются сотрудниками частного агентства по взысканию долгов. Чтоб подчеркнуть собственную значимость, они важно именуют себя предсудебной или финансовой организацией, специалистами досудебного отдела, юристами. Если в конце 2000-х среди коллекторов было много студентов, подрабатывавших таким образом, то после 2011-го в «специалисты по взысканию» стали массово набирать граждан Украины, Беларуси и Молдавии. Видимо, руководство решило, что платить им много не надо, да и выгнать на улицу можно в любой момент, заменив на такого же работника, приехавшего на заработки. Как-то в разговоре один такой сотрудник заявил, что я должен энную сумму в… гривнах! Естественно, полноценной юридической подготовкой этих персонажей коллекторское агентство заниматься не будет. Есть у них 10 классов за плечами — и хорошо. Гораздо больше внимания уделяется тренингам по психологическому давлению. Новоприбывших «специалистов по взысканию», прежде чем посадить за телефон, учат, как быстрее морально сломать человека, на какие болевые точки лучше воздействовать, чтобы тот заплатил, как пожестче надавить на родственников, друзей должника и т. п.
Разговаривать с коллекторами нет особого смысла и по другой причине. В крупных агентствах с десятками сотрудников звонки осуществляются автоматической компьютерной системой, которая набирает номер должника и выводит того на свободного оператора-коллектора. То есть нет персональной привязки специалиста к конкретному кредитному делу. Коллектор оттарабанит свою речь, занесет ответ должника в базу и перейдет к следующему человеку, которого подсоединит система. Вы можете долго и по полочкам раскладывать сотруднику всю информацию о проблеме. Например, что этот номер давно не принадлежит человеку, которого ищут коллекторы. Специалист выслушает это, согласится с вами и повесит трубку. Казалось бы, вот и все, вопрос решен! Но на следующий день звонки продолжатся — ведь ваш номер из коллекторской базы должников никто так просто не удалит. Так что гораздо эффективнее отправлять все номера в черный список.
Впоследствии, когда я начал выкладывать эти записи в Интернет, ко мне стали обращаться жертвы коллекторов с просьбой помочь избавиться от назойливого преследования. Я с радостью давал таким людям свой специальный номер телефона, а те передавали его взыскателям якобы как свой. Все довольны, кроме коллекторов: человеку больше не досаждают, а у меня появляются свежие «жертвы» для пранков.
Часто коллекторы в беседе оперируют статьями Уголовного и Гражданского кодексов, дабы показать абоненту свою якобы подкованность в юриспруденции. Это тоже блеф. Читают они заранее заготовленный текст, проанализировать который не в состоянии. А с содержанием статей законов они не знакомы. Но, к сожалению, лишь у немногих граждан РФ есть юридическое образование.
Периодически я попадал на «особо одаренных» коллекторов, которые наделяли себя функциями судей и приставов-исполнителей, заявляя, что их «выездные группы» самостоятельно опишут и изымут все имущество в счет долга. Обычно это делалось ввиду собственной глупости и правовой неграмотности «специалистов по взысканию».
К.: Деньги, Дмитрий Игоревич, это зло. Вы пропитались этим злом насквозь. Мы вас очищаем от этого зла, а вы не хотите. Вы должны 75 тысяч.
П.: А что так много?
К.: Так штрафные санкции начисляются.
П.: У меня денег нет, не работаю.
К.: Значит, родственники пусть платят, родители.
П.: Они старенькие. На пенсии.
К.: Значит, пускай старенькие пенсионеры платят. Пусть все собирают деньги. Будем звонить родственникам, родителям. Дмитрий Игоревич, буду звонить вашей матери, говорить, что у нее сын не платит долг! Отправлю группу взыскания по вашему адресу. Пускай родители продают телевизор, холодильник, квартиру!
П.: Мы их не пустим. Вы же обычное ООО. Шарашка.
К.: Я вам звоню не из ООО, а из досудебного отдела! Я прокурором являюсь! Я звоню не из компании «Кредитэкспресс», а из досудебного отдела, город Москва! К вам приедет выездная группа вместе с участковым и прокурором для описания вашего имущества.
К.: Вы как позволяете себе общаться с нашими юристами?
П.: А вы кто такая? Алкоголичка местная? Вас разбудили?
К.: Я специалист юридического отдела, причем имею полномочия, до которых вам далеко еще. Если хотите встретиться — можем организовать это через прокуратуру. Ведется запись разговора, и за оскорбление должностного лица я напишу на вас заявление.
П.: Какое должностное лицо, ты в уме? Ты работаешь в ООО.
К.: Я являюсь юридическим лицом!
П.: Ты лично что ли?
К.: Заплатите мне штрафную санкцию, на которую я буду жить всю оставшуюся жизнь! Не забывайте обо мне. Я вас из-под земли достану.
Обычно коллекторы пугают должников статьей УК о мошенничестве. Будто в самое ближайшее время на них заведут дело и отправят в колонию на несколько лет. Однако данная статья предполагает прямой умысел, то есть человек, когда берет кредит, должен изначально знать, что отдавать его не будет. Невыплата же, например, из-за ухудшения материально положения не является уголовным преступлением. Такие моменты многие граждане, к сожалению, не знают.
Также в гражданском праве существует понятие исковой давности — если истец (кредитор) не обратился за защитой своего нарушенного права в суд в течение трех лет, то суд по заявлению другой стороны отказывает истцу в иске. Очень часто банки как раз и продают коллекторским агентствам по дешевке портфель задолженностей с просроченной исковой давностью. А «специалистам по взысканию» судиться с гражданами невыгодно — дорого, да и шансы получить хоть что-то весьма малы. Поэтому коллекторы весьма остро реагируют на слова собеседника об исковой давности. Горе-специалистов это выбивает из колеи, и они начинают каждый по-своему комично трактовать законодательство.
К.: Василий Сергеевич, вы оплачивать будете?
П.: Я хотел поговорить о сроке исковой давности, который уже прошел. Ведь у меня просрочка идет с 2005 года. Банк через суд не заявлял требований о взыскании задолженности, то есть срок исковой давности в три года уже прошел, и при рассмотрении дела в суде банку откажут во взыскании долга на этом основании.
К.: Срок исковой давности может существовать только в банке! Когда этот срок выходит — дело передается в юридическую компанию, может передаваться в одну, потом в другую и может так всю жизнь передаваться. Семнадцать лет данные хранятся. А если в течение некоторых лет не оплачиваете — к вам направляется выездная группа и проходит конфискация вашего имущества.
П.: То есть ваша выездная группа у меня конфискует имущество сама?
К.: Конечно, что у вас есть — мы спишем на размер вашего долга.
П.: То есть ваше ООО берет на себя функции государства? Вы бандиты что ли?
К.: Уважаемый, вы знаете, с кем разговариваете? С Екатериной Александровной, юристом.
П.: А на основании каких статей вы все это собираетесь делать?
К.: Откройте законодательство и прочитайте. Я знаю все законы, которые мне нужно, а тратить на вас время попусту мне некогда. Послушайте, если бы кредиты действовали три года — людям бы кредиты не выдавали! Вы не выплачиваете с 2005 года. До сих пор!
П.: Есть такое понятие — «исковая давность», и она составляет три года. Все, до свидания.
К.: Какое «до свидания»?! Вы понимаете, что срок начинается с того момента, как мы с вами начали разговаривать? Три года начнется с этого момента! Банк уже передал нам все юридические права. Статья… эээ… 309 Гражданского кодекса, вы знаете?
П.: Ну прочтите.
К.: Я никому не должна ничего читать! Я могу написать письма всем вашим соседям, чтобы они одалживали вам денег. Если вы не будете оплачивать долг, мы будем вынуждены забирать у вас имущество! Мы вышлем группу, которая будет разговаривать с вами уже другим тоном и другими мерами, вы это понимаете?
П.: Какими мерами?
К.: Статья 255 Гражданского кодекса: имущество, находящееся в общей собственности, может быть взыскано в праве общей совместной собственности, вы это понимаете? Мы будем забирать ваше имущество! Вы нарушаете, понимаете, Гражданский кодекс, мы имеем полное право… вам засылать людей, чтобы они у вас забрали имущество!
П.: То есть это будут ваши сотрудники?
К.: Да, представьте себе. Вы не имеете права вообще никакого! Вы это понимаете? Заберем все до последнего. Вы должник, и вы еще качаете какие-то права! На каком основании вообще, вам сколько лет?!
П.: Я вам объясню. Имущество изымают только по решению суда и с приставами.
К.: Я вам говорю: мы имеем на это полное право! Если вы чего-то не знаете, то не нужно этим оперировать. Вы говорите бред какой-то! Как такое может быть, объясните мне? Разговор на этом закончен, к вам будет выезжать наша группа!
Остается лишь добавить, что впоследствии я выяснил, что тот самый должник Краснов скончался еще в 2011 году по причине употребления наркотиков, но всевозможные коллекторские агентства продолжают звонить «по его душу» и по сей день. Так что дело Дмитрия Игоревича будет жить еще долго.
Среди горе-коллекторов попадаются и совершенно неадекватные экземпляры, деятельность которых можно квалифицировать как экстремистскую. Это еще раз демонстрирует, что руководство коллекторских шарашек не слишком заботится о качестве нанимаемых сотрудников, особенно приезжих.
Коллектор-бандеровец
К.: Василий Сергеевич, ваш долг 61 482 рубля.
П.: Я хочу все эти деньги отдать в помощь крымчанам, которых терроризировали бандеровцы.
К.: Вы знаете, что это бред? Это Россия терроризирует Украину и Крым! Вы не знали, что Россия — оккупант? Россия вторгается на Украину войсками.
П.: Так если тебе не нравится Россия — уезжай на Украину. Нечего обманывать здесь людей.
К.: Конечно, мне не нравится Россия! Это же ужасная страна! Это Путин! Вы же не можете заплатить из-за властей. Они воруют у нищего народа.
П.: Дай свои ФИО, я позвоню в ФСБ после этого разговора.
К.: Позвоните. Фамилия моя Подрыватель. Подрыватель России. Мне даже не о чем разговаривать.
П.: Так ты пойди это скажи своим коллегам, начальнику.
К.: Я не буду ничего говорить. Это мое личное мнение.
П.: Так чего ты здесь тогда делаешь? Собирай вещи и езжай в Киев, борись против оккупантов.
К.: Да, чтобы попасть там на военные действия, которые устраивает Россия?
П.: А ты трус?
К.: Я не трус, но какой смысл мне рисковать своей жизнью?
П.: Будешь родину защищать.
К.: Я не патриот. Я просто хочу правды. Сталин — это сродни Гитлеру, и Россия — оккупанты. Россия выжала из Украины все соки, а я теперь возмещаю это. Это мое возмездие русским людям. Я звоню вам, терроризирую вас, и мне это доставляет удовольствие.
П.: Тебе нравится над русскими издеваться?
К.: Да, очень сильно. Это мое любимое дело, чувствую, что это мое призвание.
П.: А что ты об этом начальству не скажешь?
К.: Зачем? (
Если коллектор на рабочем месте открыто позволяет себе такие откровения, не боясь последствий, это говорит о тотальном отсутствии контроля со стороны начальства за переговорами сотрудников или даже о полной поддержке подобных антироссийских взглядов.
Да и банальное хамство и сквернословие во время разговоров с должниками для взыскателей не редкость. Все это происходит от условной анонимности коллектора и его безнаказанности.
К.: ГенералЕнко, я тебя по голосу уже узнала!
П.: ГенерАленко, а не ГенералЕнко.
К.: Да мне… в принципе!
П.: А чего ты так выражаешься на рабочем месте?
К.: А потому, что по-другому с тобой никак! Ты придурок конченый! Ты чего сюда звонишь?
П.: Я вип-клиент.
К.: У тебя с головой не все в порядке! Тебе лечиться надо!
П.: Ты должна молиться на меня, аферистка.
К.: … … … Не звони сюда вообще! Ты моральный урод! Если я пошлю тебя… этому будет рад весь коллектив «Руссколлектора»!
П.: А что же ты работаешь в такой конторе?
К.: Мне интересно. Мне нравится издеваться над такими дебилами, как ты!
П.: То есть тебе нравится издеваться над теми, кто денег должен?
К.: Конечно. Над конченными морально людьми!
Как видно, в сборщики долгов люди идут не только для того, чтобы получить хоть какую-то работу. Среди коллекторов есть особая категория лиц, которые получают моральное удовольствие от травли других. Обычно это несостоявшиеся, озлобленные на весь мир персонажи, которые пытаются таким способом компенсировать свою ущербность. Им важно психологическое превосходство над «жертвой», чтобы хоть где-то показать свою значимость.
Как-то один из коллекторов произнес фразу, которая коротко и емко выдала всю сущность подобных людей.
П.: Зачем над старушками издеваешься? Иди лучше работай продавцом честно.
К.: Чтоб надо мной издевались? Нет, уж лучше я тут буду.
Так вышло, что я первым открыл тему пранков с коллекторами в 2007 году. Теперь же в Интернете можно найти много записей подобных разговоров — как от других пранкеров, так и от простых людей, которых донимали специалисты-аферисты.
Слушая пранки с коллекторами, граждане понимают, что имеют дело не с какими-то могущественными чиновниками, способными мановением руки конфисковать все имущество должника, а его самого отправить в тюрьму, а всего-навсего с сотрудниками частных коммерческих организаций, порой существующих на полулегальном положении. Да и сами «юристы досудебных отделов» частенько живут в России на птичьих правах. Так что бояться коллекторов не стоит. В рамках правового поля они бессильны. Работают коллекторы исключительно за счет правовой неграмотности населения и жесткого психологического прессинга. А если до вас все-таки доедет «выездная группа» — смело вызывайте правоохранительные органы.
П.: Ваши сотрудники все время пугают выездной группой. Что это за байка такая?
К.: Это чтобы у бабушек чаще приступы случались. Говорю как есть.
Апофеозом пранков с коллекторами стал мой разговор с так называемым «руководителем “Ассоциации по развитию коллекторского бизнеса”» или просто президентом коллекторов Рахманиным Сергеем Анатольевичем в конце 2013 года. Я решил провести эксперимент: что если поставить коллектора на место должника? И изобразить перед ним не обычного оператора, а матерого волка по взысканию долгов? Как поведет себя президент коллекторов, если ему позвонят такие же «специалисты» и начнут нахально (то есть в обычной для них манере) взыскивать просроченную задолженность, которой не существует? Результат превзошел все ожидания.
Рахманин спокойно держался лишь первые четыре минуты двадцать секунд. Затем коллектор впал в настоящую истерику, переходя на крики и мат.
Звонок № 1
П.: Здравствуйте! Сергей Анатольевич?
Р.: Здрасте, слушаю вас.
П.: Это Михаил Сергеевич, предсудебная организация «Руссколлектор». По поводу вашего долга. Вы оплачивать собираетесь 8571 рубль одну копейку?
Р.: По поводу какого долга? Поясните, пожалуйста.
П.: В 2011 году вы брали… так, «МТС-банк», кредит на неотложные нужды. Брали?
Р.: Абсолютно точно нет, какая-то ошибка. А что за карточка?
П.: «МТС-банк», вы брали в 2011 году кредит на неотложные нужды. До сих пор не оплачиваете.
Р.: Значит это афера какая-то, сто процентов. Я не брал никогда никакие кредиты. Я вообще кредитами не пользуюсь. Я достаточно обеспеченный человек.
П.: У нас 20 процентов наших клиентов, задолжников то же самое говорят: «Первый раз слышу».
Р.: Это не мой случай. Где мне ознакомиться с документами и разобраться, что это мошенничество?
П.: Ну, документы у вас должны быть, договор, который вы с банком заключали.
Р.: У меня нет документов, потому что я таких, «МТС-банкинг» тем более, никогда не брал вообще.
П.: «МТС-банк». Ну не знаю, куда вы дели документы. Это же ваши проблемы, а не наши. У вас должен быть договор.
Р.: Я их не брал.
П.: Значит, вы отказываетесь от оплаты?
Р.: Послушайте, вы какую компанию представляете? «Руссколлектор», да?
П.: Да, да, да. Вы отказываетесь от оплаты?
Р.: Давайте я вам для информации скажу, что я президент ассоциации коллекторского бизнеса. С Фоминым с вашим я прекрасно знаком. И я никогда ни у кого долги не беру. Это чтоб вам примерно понятно было, кто я и что я.
П.: Ну что вы щас тут шутки шутите? Думаете, в это кто-то поверит?
Р.: Я не шучу шутки. Вы Илье Фомину скажите, пожалуйста, пусть он со мной свяжется, если вам несложно, пометку сделайте.
П.: Это вы щас придумали, что ли, какую-то ассоциацию? У нас неконструктивный разговор получается. Вы какой-то фантазер.
Р.: Я генеральный директор компании «Русбизнесактив». Это ваши конкуренты, мы также занимаемся взысканием задолженности. Поэтому мне смешно, что у меня есть какой-то долг в «МТС-банкинге». Я стопроцентно никакие, тем более сраные какие-то 8000 рублей в «МТС-банке» никогда не брал.
П.: Берут деньги и поменьше. И не 8000, а 500 рублей берут.
Р.: Ну это не про меня. Михаил Сергеевич, давайте так: я буду тогда разбираться с «МТС», коль вы мне такую вещь интересную сказали. Первый раз ее слышу. В «МТС-банке», о котором я только один раз из Интернета слышал, что он существует вообще, и вы мне сейчас такое говорите, поэтому…
П.: Ну вот, видимо, узнали о банке этом, заинтересовались, пошли и взяли кредит. Вы, наверно, новизну любите.
Р.: Михаил Сергеевич, вы мне не рассказывайте, че я мог взять… давайте мы щас не будем…
П.: Ну я же не знаю, вы тут придумываете, что вы какой-то президент какой-то ассоциации коллекторского бизнеса. Какую-то ерунду рассказываете.
Р.: Вы Илью Фомина знаете? Вашего директора?
П.: Ну знаете, а Владимира Путина вы знаете? Я щас тоже именами буду всякими здесь прикрываться.
Р.: Нет, вы директора вашего знаете? Вашей компании? Интересно, как бы я его узнал через минуту после того, как вы мне позвонили? У вас вообще голова нормально работает или нет?
П.: Ну я понимаю, это не первый звонок.
Р. (
П.: Ну это не первый звонок. Видимо, вам часто звонили, и вы уже подготовились, актерские курсы какие-то прошли.
Р.: Нет. Первый раз вы мне звоните. Михаил Сергеевич, я не хочу с вами ссориться. Я вам еще раз объясняю: загляните в Интернет, посмотрите мои данные, если вам это интересно. Понятно, что вы не верите, у вас работа такая…
П.: Вот мне больше делать нечего…
Р. (
П.: Зачем мне вас слышать? Вы должник. У вас прав никаких нету. Вы брали кредит? Брали. Вот идите и оплачивайте в «МТС-банке».
Р.: Я не брал (
Звонок № 2
П.: Сергей Анатольевич, наши разговоры все пишутся.
Р.: Я с тупорылыми людьми не разговариваю. Я с вашим директором завтра буду разговаривать.
П.: Сергей Анатольевич, ну вы как, отрезвели уже? С вами можно разговаривать?
Р.: Михаил Сергеевич, давайте нормально поговорим. Я вас не хочу оскорблять, хотя у меня есть подозрение, что вы деревянный человек. Вы не слышите русскую речь. Я вам уже представился, кто я. Я вам еще раз объясняю, давайте буду краток. С «МТС-банкингом» отношений я никогда никаких договорных не имел. Я завтра с ними буду разбираться.
П.: Ну какую вам дату ставить? Когда вы в банк сходите, оплатите?
Р.: Может, за три дня разберусь. Я понимаю, что это мошенничество. Там что за договоры? Электронный или там бумажный договор кредитования?
П.: У вас на руках должен быть договор кредитования. Вы же заключили…
Р. (
П.: Ну а куда вы дели договор?
Р. (
П.: А что вы так ругаетесь?
Р. (
П. (
Р. (
Звонок № 3
Р.: Але. Фамилию свою скажи, Михаил Сергеевич! Кто ты, какой у тебя номер там оператора?
П.: Вот вы так ругаетесь, а я сотрудник, должностное лицо при исполнении. Вы знаете, вот статья…
Р.: А я гражданин Российской Федерации, которому вы сейчас портите жизнь мошенническим договором!
П.: Я при чем здесь? Нам дело пришло. Вы с банком своим разбирайтесь.
Р.: Хорошо. Я же уже сказал, хорошо. Мы с банком будем разбираться. Пометьте у себя в системе, что я разберусь с банком, потому что у меня договора с ним никакого нету! Я буду писать заявление в правоохранительные органы! Отзовет «МТС», значит, это дело, вот и все.
П.: Ну вы оплатите сначала банку задолженность, а потом и пишите куда хотите.
Р. (
П.: Если вы договор потеряли, это не значит, что его не было.
Р.: У меня договора не было! Этот договор, видимо, подделали, понимаете, и в вашем портфеле худом, который вам продали, впарили от «МТСа», — это мошенническая тема, я объясняю еще раз. Вы вообще слышите своих клиентов?! Вот мне, кстати, интересно, у меня тоже коллекторы работают в компании «Русбизнесактив». Я никогда таких деревянных вообще у себя не держал. Вы в ответ слышите, что вам человек говорит? Послушайте меня, послушайте, послушайте!
П.: Вот вы меня сейчас оскорбляете, а у нас разговоры все записываются и будут предоставлены в суд.
Р. (
П.: У нас говорят всякое люди, но обычно они все аферисты.
Р.: Да я понимаю, что говорят. Меня не надо только к аферистам причислять, я вам еще раз объясняю…
П.: Вы же понимаете, что есть у нас выездная группа, она приезжает вот к таким проблемным людям, как вы, которые теряют свои договоры…
Р. (
П.: Скажите телефон родителей ваших и руководителя вашего, где вы работаете.
Р.: Я работаю руководителем в компании «Русбизнесактив» и в ассоциации по развитию коллекторского бизнеса, где я являюсь президентом.
П.: Это вы на бумажке выписали щас?
Р.: Вот у меня жена рядом стоит. На бумажке, у меня спрашивают, выписали. Вы че, издеваетесь надо мной? Мне просто уже интересно, куда это пойдет дальше.
П.: У нас написано здесь, что вы водителем работаете.
Р. (
П.: Я профессионал вообще-то.
Р.: Я вас посылаю уже матом, вы не посылаетесь. Я ни у кого никогда в жизни 8000 рублей не занимал.
П.: Ну я не знаю, вы же водитель, вам деньги-то нужны, наверное, на что-то…
Р. (
П.: Мы включим эти записи на суде. Вот как судья будет на вас смотреть презрительно?
Р. (
П.: Я профессионал в своей деятельности.
Р.: Да вы не профессионал, вас надо лечить просто в психушке! Какой вы профессионал? Если б вы знали, с кем вы разговариваете. Вот я профессионал коллекторского рынка, который на этом рынке двадцать лет. Вы даже не слышите, с кем вы разговариваете. Вам человек говорит, а вы мне говорите, что я вам сочиняю.
П.: Вы, по-моему, сказочник.
Р. (
П.: Ну, водитель написано, на… тракторе…
Р. (
П.: Водитель на сельхозтехнике, вот, трактор написано.
Р.: Ну вообще весело, классно. Вот трактора у меня еще только не было, да. Давайте так: в течение трех дней я буду разбираться, потому что я занятой человек.
П.: Я понял. А вы дайте тогда, пожалуйста, родителей телефон ваших и супруги.
Р.: А вам больше ниче не дать, а?! Может еще фотографию в обнаженном виде выслать?
П.: Если вы неадекватный человек, мы будем с ними разговаривать, будем требовать, чтобы…
Р. (
На следующий день президенту позвонила уже «девушка-оператор».
П.: Алло. Сергей Анатольевич?
Р.: Да, я слушаю вас, здравствуйте!
П.: Здравствуйте! Меня зовут Елена Александровна, я вам звоню из бюро кредитной безопасности «Руссколлектор». У вас долг имеется в размере 8571 рубль 01 копейка. В банке «МТС». Когда будете выплачивать?
Р.: Елена Александровна, я не знаю, вы откуда звоните, я только сегодня выяснял с «Руссколлектором», что меня в базе даже нету. Я с банком «МТС» выяснял, что в базе я их никогда не был и кредитов у них не брал. Я сегодня еще разговаривал с Фоминым, который пробивал мой личный телефон, потому что я его лично знаю, — меня там нет. Вы откуда взялись? Вы мошенники? Вы кто? Объясните мне, пожалуйста.
П.: Вы знаете, эти сказки вы будете рассказывать кому-то другому…
Р. (
Эта запись имела резонанс в СМИ и собрала в Интернете более миллиона просмотров. Я до сих пор получаю благодарные отзывы слушателей, воодушевленных тем, что главный коллектор побывал в шкуре простого человека, которого доводят такие псевдоспециалисты. Реакция самого «водителя на тракторе» на данный пранк оказалась тоже весьма забавной.
«Я могу сказать, во-первых, что это носит заказной характер в связи с нашей борьбой (с нелегальными коллекторами. —
А ведь что стоило президенту отреагировать с юмором? Сказать, что да, есть проблемы, будем работать. Но нет, похоже, что соврать — это уже фирменный стиль коллекторов. Естественно, в эти жалкие оправдания никто не поверил, это лишь вызвало новую волну смеха над незадачливым Сергеем Анатольевичем.
Поэтому я лично считаю, что коллекторы существуют как раз затем, чтобы над ними потешаться. А если серьезно, то в 2015 году меня и Алексея пригласили в Мосгордуму принять участие в разработке проекта закона о коллекторской деятельности ввиду богатого опыта взаимоотношения с данной сферой. Что мы и сделали: поделились основными примерами недобросовестной работы взыскателей и внесли соответствующие предложения по введению деятельности коллекторов в правовое поле.
Марат Сафин
Постепенно мои пранки со звездами шоу-бизнеса стали носить не только развлекательный, но и информационный характер. Я понимал, что это будет любопытно различным СМИ, которые закрытым пранк-сообществом в те времена практически не интересовались. Но прямого выхода на издания или каких-то знакомств в этой сфере у меня еще не было. И тут подвернулся удобный повод.
В начале 2009 года в прессе появились фотографии теннисиста Марата Сафина с подбитым глазом и ссадинами на лице. Он якобы подрался в клубе с сыном режиссера Федора Бондарчука Сергеем. Но подробностей произошедшего не было. Обе стороны упорно молчали, что порождало множество слухов. Мне пришло в голову позвонить Марату от имени Сергея Бондарчука и прояснить ситуацию. Вышло все отлично.
П.: Але, Марат? Привет! Это Сергей Бондарчук.
С.: Да. Да.
П.: Ну давай, может, встретимся, поговорим, че, мы так не решили.
С.: Ну-у… То есть ты еще со мной, с претензиями?
П.: Ты думаешь, что ты — теннисист, все можно тебе?
С.: Я не понял, а почему, а с какого …? Я, может, че-то не понимаю здесь?
П.: В клубе тогда мало дали?
С.: А, ты в этом смысле что ли? Ну ниче себе, ты такой борзый!
П.: Я че, пьяный был что ли? Я был трезвый.
С.: А я что, был пьяный что ли?
П.: Неуважительный ты. Мы с пацанами сидели, отдыхали.
С.: Неуважительный? То есть вы сидели с пацанами, отдыхали, я подошел и начал вас всех… да?
П.: Ну а че, нет что ли?
С.: Нет, ну нормально, ну… ну интересно, такой расклад, да. То есть вы сидели за столом еще, хотите сказать, да?
П.: А где еще?
С.: А, то есть вы даже не ходили, то есть вы сидели за столом, я подошел такой типа… да? Начал вас всех… да?
П.: Ну да. Ракеткой.
С.: Ракеткой, да? Ну …!
П.: Не, ну че? А мы отбились. Ты был бухой.
С.: А вы отбились такие. Еле-еле, да? А я был бухой, да. Интересный расклад у вас.
П.: Мы с девушками сидели, а ты подошел, начал хватать их.
С.: Я был со своей девушкой, и со мной еще было четыре человека. Одна из них была теннисистка. И еще две дочки моих товарищей, старших товарищей. Во-первых, я никого не трогал. Я не знаю, что ты придумал, я не знаю, может, вы таблетки жрете какие там, но вас глюкануло так реально, что просто еще ты мне с претензиями звонишь.
П.: Ну а как все было, по-твоему?
С.: Ну хорошо, я тебе расскажу, как все это было. Я иду за девочками, которые как бы, опять же объясняю: одна из них — это моя девушка, с которой я встречаюсь. Хотел взять стол, и тут нарисовывается какой-то товарищ, который бьет меня плечом в грудь. Я поворачиваюсь, спрашиваю: «В чем дело?» И тут начинается драка. Во-первых, он бы сказал: «Слушай!», ну вот типа что-то, с какими-то претензиями пришел бы ко мне. Претензий никаких не было. Он начинает сразу же махаться. Я начинаю с ним махаться. И тут получаю сбоку по прямой, и меня начали тащить вниз. Вообще, получается, что нас выкидывают и вы куда-то сваливаете. Потом приезжают ко мне какие-то двадцать человек от какого-то вашего там товарища. Двадцать чеченцев. Начинают со мной какие-то еще, ну не претензии. Как бы мы с ними поговорили, договорились на следующий день встретиться. Никто мне не позвонил, не встретился. И получается, что как бы я вообще не понимаю, в чем дело было. Вы хоть поняли че-нибудь или нет?
П.: Папа сказал, что я был трезвый.
С.: Папу не надо, не вмешивай папу-то. Ты можешь поговорить за себя, постоять хотя бы вообще? Ну, просто я как бы в эту… вашу влазить не буду, потому что… ваша молодежная, то, что вы как бы мажорчики, прячетесь сразу же за папу. Это некрасиво с вашей стороны. Ну как бы надо как-нибудь хотя бы разрулить эту ситуацию.
П.: Мы сидели, культурно отдыхали с девушками. Трезвые все.
С.: Да, трезвые. … вы трезвые были.
П.: И тут ты подходишь пьяный, хватаешь нашу девушку, она…
С.: … хватаю, да?
П.: Кричит, да, да. Мы тебе культурно говорим: «Мужчина, отойдите! Мы отдыхаем с девушкой». И бьешь меня по голове ракеткой.
С.: Ага, да, да. Ну, дальше что?
П.: Ну, и мои друзья, и я заступились за девушку. Просто выгнали тебя из клуба.
С.: Дальше что?
П.: Все. Взяли такси с чеченцами и отвезли тебя до дома. А чеченцы — это таксисты были. Ты, наверное, перепутал, ты ж пьяный был.
С.: Да что ты говоришь, да?
П.: Мы просто сразу всех таксистов вызвали, они оказались чеченцы почему-то.
С.: Да что ты говоришь, да? Это вы пьяные были.
П.: Мы трезвые. Папа сказал, что я трезвый был.
С.: Да мало ли что сказал твой папа! А ты если такой борзый, вы такие борзые, вас шесть человек, вы такие типа… ребята — ну тогда просто как бы я считаю, что это неправильно вшестером нападать на человека, когда он вообще не при делах. Я могу рассказать вашу версию, как я понимаю ее. Вы… хотели зарисоваться. Ошиблись дверьми в коридоре. И получилась такая ситуация, что как бы некрасивая. Вам надо что-то придумать щас такое, что якобы я был виноват.
Получившийся материал явно имел ценность для «желтых» СМИ. На площадке одного из сообществ журналистов в «Живом журнале» я дал объявление о том, что предлагаю эксклюзивную подробную историю о драке Сафина в клубе. Через несколько часов мне написала представитель еженедельного печатного издания, как раз специализировавшегося на подобной тематике. Я объяснил Алене, чем занимаюсь и как была добыта данная информация. Девушке все понравилось, материал пошел в номер, я получил гонорар, и мы договорились сотрудничать. В течение следующих трех месяцев еще пара моих пранков была опубликована в этом СМИ, затем журналистка ушла в отпуск, и я продолжил общение уже с главредом издания.
Еще один успешный пример сотрудничества — моя работа в журнале Maxim. Я и мой тогдашний коллега по звездному пранку Владислав довольно забавно разыграли главного редактора этого глянцевого журнала Александра Маленкова. Влад, будучи постоянным читателем Maxim, вспомнил, что в нем одно время была рубрика с телефонными розыгрышами под названием «Тариф Настырный».
В номере она выглядела как расшифровка веселого звонка в какую-либо организацию. И мы подумали: почему бы не предложить Маленкову возобновить эту колонку, но уже с нашим авторским участием. Александру эта идея пришлась по душе. Все было просто: мы согласовывали с главредом тему звонка, делали сам пранк, отправляли его Саше на одобрение, а в журнале выходила уже текстовая версия розыгрыша. Приятный бонус — гонорар 300 долларов за выпуск. Но больше мне нравилось видеть в свежем номере свое имя среди авторского коллектива издания.
Сами розыгрыши представляли собой лайт-пранк: мы звонили представителям каких-либо организаций и ставили их в «неординарное положение» своими вопросами и предложениями. Например, просили оператора таксомоторной конторы перевезти в багажнике труп; жаловались сотрудникам магазина электробытовой техники на забытого пингвина в только что купленном холодильнике; просили у менеджера фирмы, которая якобы регистрирует звезды в космосе на имя любого человека, назвать небесное тело «…» — как месть девушке, которая ушла к другому.
Мы даже выяснили, как при отсутствии установленных законом оснований выйти на пенсию на пять лет раньше положенного срока. Может, кому-то эта информация пригодится.
К.: Я хотел узнать, какие документы нужны моему отцу для выхода на пенсию. Ему скоро исполняется 55 лет. ПО: Когда ему исполняется 55? Он по льготному?
К.: Нет, не по льготному. Как обычно.
ПО: Ну… мужчины на пенсию выходят с 60 лет.
К.: Да, но он сказал, что ему надоело уже работать. Хочет отдохнуть, пенсию получать…
ПО: А че он не захотел десять лет тому назад?
К.: Ну, он хочет в пятьдесят пять, как женщина, выйти.
ПО: Как женщина… Значит, так: у нас в таких случаях на пенсию выходят через биржу труда или по инвалидности досрочно. Вот когда человек становится инвалидом, тогда и в 30, и в 40, и в 55 лет может получать пенсию по инвалидности, но не по возрасту.
К.: Так он здоровый полностью!
ПО: Ну, здоровый — тогда еще надо работать пять лет.
К: Вот ему и посоветовали сменить пол. Сделать операцию по смене пола. Стать женщиной. И официально…
ПО (
К.: То есть проблем с этим не будет после смены пола?
ПО: Я думаю, что нет. Когда он нам представит паспорт и так далее. Но ему придется переделывать все трудовые книжки, все документы исправлять на женщину. Вот это будет геморрой.
К.: Ну ради пяти лет можно этим заняться.
ПО: Это ваши проблемы.
К.: А у вас такие прецеденты были?
ПО: Нет. Это для вас будет геморройно. Трудовая книжка на мужчину?
К.: Ну конечно!
ПО: На него. Значит, надо трудовую книжку всю исправлять. Иначе так ее не примут.
К.: Будем исправлять тогда.
ПО: А вы думаете, это легко все? Для вас, может, проблем и нету.
К.: Через месяц уже операция будет. Назначена ему.
ПО: Дело в том, что пол-то поменять — раз плюнуть, как говорится. А вот когда пенсию оформлять… Вот когда представит он документы… или она, вот тогда и будет написано: в паспорте — Иванова, а в трудовой книжке — Иванов. Как тогда оформлять пенсию?
К.: А через суд если?
ПО: Это ради бога!
К.: Как вы думаете…
ПО: А че мне думать? Это у вас проблемы. Вы должны думать. У нас только так. У нас должно быть: паспорт, лицо и трудовая книжка. Чтоб все документы были в едином, как говорится, плане.
К.: Ну, я думаю, за несколько месяцев можно будет поменять все документы.
ПО: А вы пробовали хоть раз что-нибудь поменять? Он пять лет будет менять! Если он работал на одном предприятии, это можно сделать. А если он работал на десяти? Значит, на десяти предприятиях надо все менять.
К.: Мало предприятий было.
ПО: Ну, пусть меняет. Вот он меняет пол, меняет документы, все исправляет на женщину и сюда приносит.
К.: А когда он сменит пол, если лицо на женское походить не будет, ему еще гормоны придется пить. Вот здесь проблем не будет?
ПО: Это на пенсию никак не влияет. Женщина уходит с 55 лет. Чтобы все было в соответствии с документами. Пол, трудовая книжка и так далее.
К.: А если он будет на фотографии не похож?
ПО: Какая разница? Мы на фотографию не смотрим. Мы смотрим на то, что в паспорте написано. А фотографию вы можете вклеить любую.
К.: Ну хорошо, спасибо. Поменяем и будем все документы оформлять.
ПО: Только смотрите, вы сначала провентилируйте вопрос насчет обмена документов, их уточнения, а потом уже меняйте пол. А то поменяет пол, а потом будет бегать-прыгать. И пенсию не назначат.
К.: Но он же женщиной будет! Может, ей не откажут?
ПО: Ну, может быть, да… Тогда, может, Путин поможет вам. Будьте здоровы.
С Maxim мы сотрудничали около года.
Так постепенно мое хобби стало превращаться в работу. В 2010 году наше сотрудничество с таблоидом про звезд стало более плотным. Я не только скидывал им свои новые творения, но и по заданию редакции официально брал телефонные интервью у звезд шоу-бизнеса. Как ни странно, у журнала, выходившего тиражом 500 тысяч экземпляров в неделю, не было собственной базы контактов знаменитостей, а добывать их они и не стремились. У меня же к тому времени имелось достаточно нужных телефонов: свои наработки, плюс в руки попали гостевая база «Пусть говорят» и базы нескольких телеканалов. Поэтому «достать звезду» мне было несложно. Так я начал приобретать журналистский опыт: как получить от собеседника важную информацию и каким образом правильно ее подать, чтобы было интересно читателю. Правда, в таблоиде я не упоминался как пранкер: текстовые версии разводок звезд на сенсации просто камуфлировались под их прямую речь. Часто мои эксклюзивные интервью попадали на обложку издания. Также мы обыгрывали и старые истории других авторов. Например, пранк с Лолитой в журнале выдали как ее «сомнительный разговор с сексуальным маньяком». Все это было забавно, да и времени на эту деятельность требовалось немного. В начале 2011-го я стал уже сам писать статьи, которые ставили в номер. А весной главред издания позвал меня в Москву — работать официально в штате журналистом. По иронии судьбы, мне предложили место той самой Алены, которая изначально на меня и вышла. Руководство оказалось недовольно работой девушки и после страшного скандала, чуть ли не с кулаками, ей пришлось покинуть журнал.
Я не стремился покорять столицу, ведь все-таки мне было не восемнадцать лет. Надо было все обстоятельно взвесить. Я понимал, что пришло время сделать выбор: либо заканчивать с пранком и продолжать работать юристом в своем городе, либо развиваться дальше в том направлении, которое мне больше нравится. А все герои моих пранков находились в Москве. Поэтому выбор был сделан в пользу открывающихся перспектив. 31 августа 2011 года я прилетел в столицу. Быстро нашел подходящую квартиру в двух шагах от места работы и окунулся в новую жизнь. Пару месяцев ушло на «акклиматизацию».
Казалось бы, что еще надо? Занимайся журналистикой: пиши о звездах шоу-бизнеса, бери интервью. Но тут наступил декабрь 2011 года с печально известными выборами в Госдуму и десятками тысяч протестующих на улицах. Для многих граждан, которые считали те выборы сфальсифицированными, символом нечестной кампании стал тогдашний председатель Центральной избирательной комиссии Владимир Чуров. Одним из требований протестующих была отставка «волшебника со 146 %» и расследование его деятельности. Несмотря на то что я не имел желания участвовать в протестных мероприятиях, оставаться безучастным к происходящим событиям было невозможно. И, конечно же, кому еще звонить, как не самому Чурову? Однако в закрытых базах публичных персон был только старый телефон главы ЦИК, уже заблокированный. Тогда мне пришла в голову мысль набрать номер его помощницы, контакт которой как раз там имелся. Я представился помощником (на тот момент) президента Аркадием Дворковичем и сделал удивленный вид, будто думал, что этот номер принадлежит именно Чурову, а не его ассистентке. Шокированная столь неожиданным звонком важной персоны, девушка немедленно продиктовала мне актуальный телефон начальника. Ну а дальше все было просто.
П.: Аркадий Дворкович беспокоит. Можете говорить?
Ч.: Здравствуйте, извините, бога ради, я тут в Кремле на приеме. Отошел, могу говорить.
П.: У меня для вас не очень хорошие новости, к сожалению.
Ч.: Кхх…
П.: Сейчас говорил с Дмитрием Анатольевичем (на тот момент президент РФ. —
Ч.: Так…
П.: И он завтра официально объявит о вашей отставке.
Ч.: О чем?
П.: О вашей отставке.
Ч.: А причина?
П.: Причина в прошедших демонстрациях, митингах. Мы должны пойти навстречу этим людям в преддверии выборов. И кто-то должен, как говорится… Ну, вы понимаете, о чем я, надеюсь?
Ч.: А это обсуждалось?
П.: Говорил с Дмитрием Анатольевичем.
Ч.: Понял, спасибо. Я принял к сведению. Для этого, вы же знаете, нужна юридическая процедура.
П.: Да, я понимаю, но мы бы хотели, чтобы это все прошло, так сказать, безболезненно, без скандалов.
Ч.: В таком случае надо, чтобы Дмитрий Анатольевич и Владимир Владимирович переговорили на эту тему, наверное.
П.: Вы хотите лично переговорить?
Ч.: Да.
П.: Что мне тогда ему сообщить? Какая ваша позиция будет?
Ч. (
П.: Я так понял, вы…
Ч.: Нет, конечно. Я поступлю так, как будет принято решение.
Разговор длился чуть больше двух минут. Мне он показался не особо интересным, поэтому я еще думал, стоит его выкладывать на всеобщее обозрение или нет. Но все-таки отправил файл на пранк. ру. Запись имела эффект разорвавшейся бомбы. Пользователи молниеносно стали распространять пранк по русскоязычному Интернету. Вскоре запись заметили СМИ. Я, естественно, не предполагал, что этот материал будет иметь такой успех. Пранк обсуждали буквально все! На одном лишь YouTube он собрал полмиллиона просмотров, что для 2011 года было огромной цифрой. На несколько лет этот пранк стал моей визитной карточкой.
Многие СМИ хотели узнать, кто же такой Vovan222 (так я подписывался в тегах файлов с пранками) и взять у меня интервью. Но сделать это было очень сложно: я не имел ни персонального сайта, ни страниц в соцсетях, только аккаунты на пранк-сайтах, куда журналисты никогда не заглядывали. Я не стремился к публичности и пиару и не искал общения с журналистами. Ведь пранк был лишь моим хобби. Но после этой оглушительной истории я понял, что моя деятельность интересна не только нескольким тысячам фанатов классического пранка, но и гораздо большему числу людей, активно следящих за происходящим в стране и мире. Поэтому для своего продвижения необходимо было выйти из тени.
Аркадий Дворкович в интервью изданию «Эхо Москвы»:
«Я слушал этот ролик. Мне показалось, что реакция Чурова была довольно грустная — он все-таки не ожидал именно так потерять работу. Я такое (об увольнении. —
За 2012 год у меня, как и у Алексея, который работал параллельно, было еще много интересных записей — как с представителями действующей власти, так и с оппозиционерами. Например, меня крайне удивила истеричная реакция Гарри Каспарова на простой провокационный звонок якобы из «вражеского лагеря».
П.: Гарри, приветствую. Якеменко беспокоит. Движение «Наши».
К.: О, как интересно. Чем могу быть полезен?
П.: Как прошел сегодня ваш митинг, удачно?
К.: Да вообще я не обязан вам отчитываться. Прошел. Люди выполнили то, что обещали. А что вы хотите?
П.: Я думаю, что вы теперь обязаны отчитываться. Потому что именно мне поручено заниматься вашим проектом.
К.: Вы что… трезвый? Моим проектом заниматься? Кто вы такой?
П.: Мне поручили соответствующие органы, и я буду распределять бюджет.
К.: Господи… Какой дурдом. Якеменко.
П.: Вы бы в шахматы лучше играли, а не политикой занимались.
К.: Слушай, козел! Занимайся чем тебе поручено и за что тебе платят зарплату.
П.: За мной Путин стоит! Ты как со мной разговариваешь? Из-за таких, как ты, мы еще не живем в эру стабильности.
К.: Ты ублюдок, вор, помощник вора. Вам осталось очень мало. Какое-то время еще можешь звонить.
П.: Я у власти.
К.: Ты не власть, ты ничтожество, червяк трусливый. Мы выходим открыто, а вы, твари, прячетесь. Твари, ничтожества, трусливая мразь! Позорите мою страну! Мы вас раздавим! Ублюдок трусливый! Хочешь, приходи, поговори со мной! Ты боишься, так как знаешь, что будешь расплачиваться и ты, и твои начальники за все, что вы украли, за страну разворованную, за людей избитых. Боитесь!
П.: Это ты будешь в подвалах Лубянки говорить.
К.: Я тебя не боюсь, тварь ты, не боюсь! Не боюсь! Это моя страна, а вы ее разворовываете и разваливаете.
П.: За нами «Единая Россия».
К.: За вами ничто, воинственное ворье. Ликующая гопота — это ты! На ворованные бабки.
П.: Ты продал Россию Америке.
К.: Это твой босс отправил все бабки в Америку!
Следующий звонок Каспарову — уже нарезки фраз Валерии Новодворской.
Н.: К вам еще чеченцы не приехали?
К.: Это козел тот? Сам приезжай, поговорим, посмотрим на твою харю козлиную. Приезжай, козлик. Встретим тебя, чаем напоим.
Н.: Что за нелепые разговоры?
К.: А! Валерия Ильинична? Ой, это тот козел! Откуда ты берешься?
Н.: Чтоб вы сдохли, недоживши до утра!
К.: Это вы кому говорите? Валерия Ильинична! Интересно… А как получается…
Н.: Что-то я не поняла…
К.: Валерия Ильинична, это вы звоните? Гарри Каспаров!
Н.: У меня сегодня канал «Рустави-2» был.
К.: Это Гарри Каспаров, а никакой не канал.
Н.: Так, все понятно, вы пранкер!
К.: Господи… что это такое?
После таких метаморфоз шахматист не выдержал. При последующих звонках трубку Гарри почему-то передавал своей… маме, которая оберегала его от телефонных инсинуаций. Так что храбрости «борцу с режимом» Каспарову оказалось не занимать.
Но не одними политическими протестами жили в 2012-м. Летом произошло событие в мире спорта, вызвавшее бурное негодование всех слоев общества. Сборная России не смогла выйти из основной группы чемпионата Европы по футболу, причем играли мы с далеко не самыми сильными соперниками. А затем масла в огонь подлил капитан команды Андрей Аршавин. На вопрос, не хочет ли сборная принести извинения болельщикам, он ответил: «Если мы не оправдали ваших ожиданий, то это, честно, ваши проблемы». В связи с этим я решил узнать неформальное мнение министра спорта по поводу произошедшего. Прямой номер Виталия Мутко был в обычной журналистской базе. Кстати, спортивный функционер до сих пор остается единственным министром, дозвониться которому довольно просто: Виталий Леонтьевич сам поднимает трубку и охотно общается, когда не занят. Представиться я решил футболистом Романом Широковым, так как не мог быть Аршавиным из-за его характерного голоса.
П.: Виталий Леонтьевич, это Роман Широков.
М.: Да, Ром, привет!
П.: Вы извините, что вот так звоню вам напрямую, просто затравили нас журналисты. Настроение ужасное, депрессия.
М.: Да, да. У всех, Рома, ужасное. К сожалению, ничего не сделаешь, и через это надо проходить, держать удар надо.
П.: Нам Дик Адвокат сказал, что молчите там лучше.
М.: Да ну-у-у, че ты слушаешь. Че молчать-то? Все же матч видели. Ну, сделаешь что здесь? Жизнь такая, футбол такой.
П.: Ну то, что и группа самая слабая была, и все рассчитывали на нас, а мы подвели.
М.: Ну да, согласен с тобой. Ну, может быть, и лучше, была бы сильная, черт ее знает, здесь уже ниче не скажешь. Да ничего страшного. Ну, старались, ну что? Жалко, конечно. Ну че сделать? Никто не ожидал, что не пройдем греков, там вроде были полумертвые. Ой (
П.: Ну нас опять заклюют тут и болельщики наши.
М.: Да-а, ну что… у нас такая страна, Ром. Я после Ванкувера, ну-у-у, думал, расстреляют, понимаешь. К сожалению, у нас очень политизирован результат. У вас такая доля. Это ж публичность огромная. Конечно, это разбирать надо, я думаю, что были и ошибки в процессе подготовки, может быть. В футболе — проблема, Ром, это вот больше меня тревожит. Все это …! Просто все накладывается, что в футболе проблем много.
П.: Скажут, что мы бухали опять там по ночам.
М.: Да брось ты! Это я такого нигде не читал, не слышал. Ну, это же щас начнется, ну че ты, первый раз что ли?
П.: Не, ну мы там, правда, выпивали немножко.
М.: Бывало, да?
П.: Ну да.
М. (
П.: Не выгонять теперь из сборной?
М.: Да брось ты! Че ты ерундой занимаешься?
П.: Ну щас начнут требовать, чтоб нашли козлов отпущения.
М.: Да брось ты! Ерундой не занимайтесь.
П.: Ну, зарплату понизят.
М.: Да кончай ерундой-то заниматься! Ты чего? Глупости все это самое. Первый и последний раз, что ли? Ну, о чем ты говоришь.
П.: Мне главное, чтоб зарплату не понизили. Я там дом строю.
М.: Да ерунда это все.
П.: Можно накинуть нам еще чуть-чуть денежек, чтоб получше играли?
М.: Ну я не знаю. Ты что имеешь в виду?
П.: Ну зарплата маленькая, мне кажется. Может, из-за этого и проблемы все.
М.: Да нет, я не думаю. Ну, я не знаю, какие у вас там щас зарплаты. В принципе, все же на контрактах, договора там. Не расстраивайтесь, надо прийти в себя, отдохнуть. Давайте, еще порадуйте всех.
После обнародования пранка многие раскритиковали чиновника за то, что вместо дисциплинарных мер в отношении сборной он сюсюкается с «зажравшимися» футболистами. Были и те, кто, наоборот, посчитал, что Виталий Леонтьевич сделал правильно, по-отечески утешив расстроенного игрока.
«Это уже не имеет никакого значения. Ничего я ему (пранкеру) такого не сказал, чтобы можно было бы вокруг этого разговоры водить, — заявил сам Мутко. — Не хочу даже комментировать, как я все это оцениваю».
Согласитесь, этот разговор с министром спорта актуален и поныне. Сколько прошло лет, а на футбольном фронте без перемен. Думаю, что игрокам сборной для оправдания после очередного поражения, можно смело использовать слова Мутко: «Это все …! Первый раз, что ли?»
Осенью 2012 года я вернулся к пранкам по футбольной тематике. Неформальные разговоры с ведущими спортсменами и чиновниками стали настоящим событием среди интересующихся футболом, а таковых оказалось очень много. Жертвами пранка стали эксперты Александр Бубнов, Евгений Ловчев, президент футбольного клуба ЦСКА Евгений Гинер, тренер «Спартака» Валерий Карпин, тренер ЦСКА Леонид Слуцкий и другие. Естественно, все это привлекало пристальное внимание спортивной прессы. Впервые я появляюсь на обложке газеты «Советский спорт», а сайт sports.ru даже включил мою скромную персону в список 33 самых влиятельных лиц в российском футболе по итогам 2012 года. Именно после футбольных пранков меня начали узнавать на улице ценители моего творчества.
Казаки и плетки
В 2012 году на политическом небосклоне зажглась новая звезда — депутат Законодательного собрания Петербурга Виталий Милонов. Прославился народный избранник яркой критикой Мадонны и Леди Гаги, сомнительными или откровенно популистскими инициативами что-либо запретить, а также непримиримой борьбой с «элементами нетрадиционной ориентации». Все это вызвало бурю возмущения в Интернете, а некоторые из-за слишком активного и показного гееборства даже подозревали Милонова в скрытом желании самому «побаловаться под хвост». Я решил проверить адекватность депутата, а для этого немного надавить на его болевую точку. Расчет оказался верен: как только Виталий Валентинович услышал кодовые слова «геи, певица Мадонна», то буквально зашипел от злости.
П.: Привет, Виталик. Это Сережа по объявлению. Может, поужинаем где-нибудь?
М.: Если думаешь, что тебя не найти, ты сильно ошибаешься. Я тебя найду, и ты встретишься с ребятами, с казаками. Они с тобой будут ужинать. Пока ума не наберешься — не закончат ужин.
П.: Виталик, ты в горе, трауре? Твои же друзья сегодня суд Мадонне проиграли. Надо ответный удар по Мадонне нанести! Сколько можно терпеть разврат этой заморской звездульки. Как ты считаешь, она пропагандирует гомосексуализм и педофилию? Надо нам с казаками какой-нибудь крестный ход устроить, сжечь ее портрет. Ты что замолк?
М.: Послушай, ты, ублюдок. Заткнись, понятно тебе?
П.: Ты что, за Мадонну теперь?!
М.: Слушай… ты ублюдок… понятно тебе?
П.: Но я хочу помочь тебе!
М.: Ты поможешь себе, потому что мы уже вычислили, кто ты…. Жди уже гостей в форме — будешь на допросы ходить, козел!
П.: Ты мне казаков же обещал… Покайся, Виталик, ты говоришь грязные греховные слова. Ты хочешь быть как Мадонна?
М.: Еще раз ты позвонишь — это будет последний звонок в твоей жизни. После этого ты будешь звонить только тогда, когда тебе разрешит старший помощник начальника колонии, понятно тебе? Еще раз ты позвонишь, и я попрошу тех людей, которые знают, где ты находишься, принять соответствующие меры. Ты че, бегать научился?
Потом мне стало интересно узнать, что же думают о Милонове его коллеги по Законодательному собранию. Я сделал нарезку фраз из записи нашего разговора, чтобы устроить технопранк. Одним из самых любопытных спикеров оказался депутат Алексей Ковалев.
Поделиться книгой: