Доминик усмехнулся, довольный:

– Тогда шампанского?

Кара кивнула молча и подошла к окну. Еще больше удивленная, она поняла, что это вовсе не окна, а раздвижные стеклянные двери на частную веранду.

– Можешь открыть их, если захочешь, – произнес Доминик, наполняя бокалы.

Она распахнула двери и подставила лицо свежему бризу.

– Мне кажется, я уже и так слишком много выпила.

– А мне кажется, еще недостаточно. – И Доминик с усмешкой подал девушке хрустальный бокал на тонкой ножке. – Думаю, надо выпить за романтику этого вечера. – Он чокнулся с ней бокалом. Хрусталь отозвался тихим звоном.

Кара сделала глоток и засмеялась – верхнюю губу защекотали пузырьки шампанского.

– Тебе удается удивлять меня снова и снова, – шепнула она и смутилась. – Отсюда отличный вид, – добавила Кара, чтобы сменить тему.

– Мне тоже нравится то, что я вижу. – Доминик в упор смотрел на нее. В этот момент тихо зазвучала «Свеча на ветру» Элтона Джона. – Я поставил диск. Не возражаешь? – спросил Доминик. Он взял из рук Кары пустой бокал, и поставил его на пол рядом со своим. – Давай немного потанцуем.

Девушка согласилась. Все происходило так естественно и необычно, что она расслабилась и отдалась настроению вечера.

– Вы пытаетесь соблазнить меня, Доминик Домейни? – поддразнила она его.

– А, разве ты против?

Вовсе нет. Доминик был не похож на Гила! Мечтая о романтическом вечере с ужином при свечах, музыке и шампанском, Кара отдавала себе отчет, что все могло оказаться слишком спланированным, предсказуемым, оттого пресным. Но этот вечер был совсем другим, потому что другим был Доминик.

– Я отвечу чуть позже, – сказала девушка, смущенная ходом своих мыслей.

Улыбнувшись, Доминик наклонил голову и поцеловал Кару. Она пыталась обвинить шампанское в той внезапной слабости, которую испытала, но виной всему был Доминик. Да, он умел целоваться! Поцелуи, которые дарил ей Гил, едва ли могли сравниться с этими поцелуями. От них пол уходил у Кары из-под ног, и она не сразу осознала, что его пальцы расстегнули молнию платья.

Доминик тоже чувствовал себя непривычно рядом с этой женщиной. Раньше он никогда не отдавался влечению так полно, словно наблюдая за собой со стороны. С Карой все было как-то иначе, и он почти не осознавал, что делает. Вкус ее губ, ее запах, то, как самозабвенно она отвечала на его ласки, доводили его почти до безумия. Доминик жаждал прикасаться к ее телу, хотел увидеть ее обнаженной, заниматься с ней любовью так, как никогда этого не делал. Он должен доказать ей, что Гил просто ничтожество в сравнении с ним, и превратить две недели круиза для Кары в сказку. А когда эти дни истекут, они...

Доминик оборвал себя. Не может быть никаких «они» по окончании плавания! В Барселоне она покинет судно, а ему предстоит дать отчет о состоянии дел на борту «Одиссея». Будет ли Гил ждать Кару на берегу? И как отреагирует она, если он снова обманет ее?

Зачем он думает об этом сейчас? Кара в его объятиях, а остальное пока, не важно!

Доминик приподнял лицо девушки за подбородок и заглянул ей в глаза.

– Тебе нравится, как мы проводим время?

– Не задавай ненужных вопросов. Ты же знаешь, что это самый прекрасный день в моей жизни, – прошептала Кара, облизнув припухшие от поцелуев губы.

И он снова и снова целовал эти губы, почти обезумев от страсти. Доминик не мог понять, остановилось время или несется с бешеной скоростью. Кара прижималась к нему, чуть постанывая, когда он проводил кончиками пальцев по ее шее, касался ключиц.

Доминик потянул тонкие кожаные лямки вниз и оставил их свободно свисать на обнаженных руках девушки. Платье соскользнуло до талии, открывая грудь.

– Господи, как ты прекрасна! – выдохнул Доминик, отступая на шаг. – Ты сложена как богиня! Твое тело создано для любви.

Он провел ладонями по ее голым плечам, проследил пальцем изгиб талии, так и не коснувшись груди. Кара чуть не застонала, ожидая этого.

Доминик медленным движением потянул платье вниз. Оно соскользнуло с бедер и упало к ее ногам. Девушка переступила через него. Теперь она стояла перед Домиником в одних изящных черных трусиках и туфлях, высокая шпилька тонула в пушистом белом ворсе ковра.

– Если ты собираешься сказать «нет», сделай это сейчас. Потом будет слишком поздно, – предупредил Доминик. Он улыбнулся, но улыбка получилась кривой, а голос был чуть хрипловатым от желания.

Кара покачала головой. Она не собиралась останавливать его. Она безумно желала того же, что и Доминик. Пусть он не обещал ей ничего, кроме своей страсти, – большего она и не требовала. Возможно, потом она будет чувствовать себя виноватой перед Гилом, но это будет потом, и она сможет с этим справиться.

– Я не скажу «нет», Доминик. Что бы ни случилось по окончании круиза, сегодня я хочу этого не меньше, чем ты.

– Я надеялся, что услышу именно это, – легко засмеялся Доминик, и подхватил Кару на руки. Он опустил ее на кровать и включил ночник. – Разденься, Кара. Я хочу видеть тебя обнаженной.

Девушка села, подобрав ноги, и лукаво усмехнулась:

– Разве это честно? Сам ты еще даже запонки не снял.

Доминик снова засмеялся. Глаза его при этом чуть щурились, и от них разбегались мелкие лучики морщинок. Газетчики писали, что ему тридцать пять, и Кара, смотрела на Доминика, удивленная открытием.

– Слово леди для меня закон, – сказал он и начал раздеваться.

Кара, следила за ним затаив дыхание. Каждое его движение было таким интимным, он словно нарочно соблазнял ее: едва заметно проводил пальцами по булавке для галстука, откидывал волосы со лба расслабленным движением, нарочито медленно расстегивал ремень... Когда Доминик вытянул из брюк заправленную рубашку и скинул ботинки, от его подчеркнутой элегантности не осталось и следа.

Кара, смотрела не отрываясь с обманчивой рассеянной улыбкой. Доминик был великолепно сложен, и когда он отбросил в сторону брюки, Кара перестала дышать.

Доминик лег рядом и притянул ее к себе. Было видно, что он еле сдерживает себя.

– Скажи мне, что тебе нравится. Это твоя ночь, и ты получишь все, чего захочешь, – шепнул он тихо.

Его слова потрясли Кару даже больше, чем предыдущие сюрпризы Доминика. Гил никогда не спрашивал, что хочет получить Кара, и она так привыкла к этому, что начала считать правильным его поведение. Гил, думал видимо, что, то, что подходит ему, должно естественным образом подходить и Каре, и очень ошибался.

Что же ему ответить? Девушка сама так плохо знала свое тело, что не могла сказать, что ей нравится. Но забота Доминика тронула ее.

– Ты обещал удивлять меня весь вечер, – ответила она дерзко. Выпитое шампанское помогало преодолеть привычную застенчивость.

– Тогда будем импровизировать. Я хочу узнать тебя всю, от висков до пальчиков ног.

Доминик наклонился над девушкой и нежно поцеловал ее губы. Затем он проследил языком линию ее шеи, накрыл ладонями груди, чуть сжав пальцами соски. Кара застонала в ответ на ласки. Доминик, делал все так не спеша, что возбуждение, тлевшее в ней, стало разгораться все сильнее, захватив целиком каждую клеточку тела. Прикосновения и поцелуи становились все смелее, настойчивее, и девушка прикрыла глаза, часто дыша и пугаясь собственной реакции.

Доминик прижался лицом к ее груди, слегка прикусил сосок, потом спустился еще ниже, целуя живот и приподнимая бедра. Он изучал и ласкал тело Кары с уверенностью мужчины, не зря заслужившего свою репутацию. Он знал, как заставить женщину страстно желать его, забыв обо всем. И Кара отдавалась его губам и рукам, пьянея от собственной смелости.

– Мне кажется, это лишнее. – Он снял с нее ажурные трусики и сбросил на пол туфли, одну за одной.

– Это – тоже. – И Кара кивнула на его плавки.

– И, правда, о чем я только думал! – усмехнулся Доминик, раздеваясь.

Потом он снова и снова гладил ее грудь, чуть покусывая нежную кожу, сжимая в ладонях и приподнимая ее ягодицы. Он чувствовал биение ее сердца – сумасшедшие неровные удары, – знал, где и как ласкать ее. Доминик Домейни умел завести женщину! Но никогда прежде он не сталкивался с таким открытым, чувственным ответом на свои ласки. В Каре не было ничего притворного. Природа одарила ее пылким темпераментом, спавшим до этого момента. И то, как искренне отдавалась она ему, будило что-то незнакомое в нем – странное темное желание обладать и наравне с этим нежность и стремление дать как можно больше. Доминик провел ладонью вниз по шелковистому животу, чуть, задев пальцами колечки волос между ног, и вновь поцеловал грудь Кары. Затем его руки погладили внутреннюю сторону ее бедер, раздвигая ноги. Ладонь накрыла самое жаркое место, и девушка задышала чаще, дрожа от ожидания. Доминик развел нежные розовые лепестки ее плоти и скользнул пальцем внутрь. Кара закусила губы, чтобы не вскрикнуть. Его палец двигался внутри ее, и она бессознательно двигалась в такт его движениям.

– Доминик, я... теряю голову!

Он не ответил, наклонившись. Кара почувствовала его губы и язык там, где только что скользили пальцы, и застонала, выгибаясь навстречу ласкам. Она впилась ногтями в его плечи, едва ли сознавая это. Кара металась как безумная, дыша все чаще и чаще, теребя руками волосы Доминика.

– Если ты не остановишься, я не выдержу, я сейчас просто... – Она сорвалась на стон.

– Пусть это произойдет, Кара. Я обещал, что доставлю тебе удовольствие. Прими его.

Ласки становились все жарче, все настойчивее, язык касался и поглаживал, быстрыми толчками увеличивая наслаждение, пока бедра девушки почти не свело от напряжения. И в этот момент, на какой-то верхней точке, пришла разрядка. Кара запрокинула голову, и спазмы сотрясли все ее тело. Ей показалось, что весь мир содрогнулся созвучно с ней и расплескался повсюду, изменив реальность.

– Кара? – спросил Доминик с удовлетворенной улыбкой.

– Я словно не здесь. – Ее ответ был чуть слышным. – Ты всегда выполняешь свои обещания?

– Оно еще не выполнено, солнышко. Все только начинается.

Кара потянулась к нему за поцелуем. Ей подумалось, что если он намерен дать ей что-то большее, она просто умрет.

Доминик приподнялся и наклонился над девушкой, снова разводя ее бедра в стороны. Кара уткнулась лицом ему в грудь, вдыхая терпкий мужской запах.

– Постой! – вдруг остановила она Доминика. – Мы, забыли про...

– Защиту? – закончил тот. – Ты не принимаешь таблетки?

Кара промолчала, не зная, как выразить в словах то, что ее беспокоило.

– Боишься случайных связей, – догадался Доминик. – Тогда у меня есть презервативы, хотя я абсолютно спокоен на свой счет. Погоди...

Доминик достал из ящика стола яркую пачку и распечатал. Потом спросил:

– Хочешь мне помочь?

На мгновение, смутившись и чувствуя, как розовеют щеки, Кара кивнула. Доминик откинулся и наблюдал за ней с бесстыдным интересом. Поборов колебания, девушка наклонилась к его бедрам и сжала рукой член, надевая презерватив. Она чувствовала, как Доминик рассматривает каждое ее движение. Потом он улыбнулся, прижал Кару к себе и вошел в нее быстрым, сильным толчком.

– Какая ты узкая внутри, – хрипловато произнес Доминик. – Скажи, как тебе нравится: быстро и сильно или медленно и нежно?

– Да, да... – простонала Кара. Быстро и сильно и медленно и нежно!

Доминик двигался медленно и чуть заметно, постепенно наращивая темп, дыша все более часто и хрипло. Он был так захвачен толчками собственных бедер и стонами Кары под ним, что едва мог себя контролировать. В паху словно горел огонь, и жаркое пламя опаляло все тело.

– Боже, какая ты горячая там! Мне кажется, я сейчас взорвусь... я хочу, чтобы мы кончили вместе, Кара. Я хочу разделить с тобой этот момент.

Она почти ничего не слышала. Кровь стучала в висках как кузнечный молот, а внизу сжималось все сильнее и чаще, почти конвульсивно. Словно тяжелая удушливая волна накатывалась и откатывалась, а потом захлестнула с невероятной силой, утопив в сладком безумии всю Кару целиком. В этот момент она закричала, не слыша собственного голоса, и ее крик слился с хриплым рычанием мужчины.

Они лежали, сплетясь в единый комок, пока не выровнялось дыхание, и тогда Доминик чуть отстранился и коснулся губами губ девушки.

Кара не заметила, как уснула, а Доминик обнимал ее как самый дорогой подарок.

Когда она проснулась, то не сразу смогла понять, где находится. Лишь собравшись с мыслями, вспомнила происшедшее накануне. Она в постели Доминика!

Кара сделала движение, чтобы тихо встать, но сильные мужские руки не пустили ее, снова опрокидывая на шелковистое белье.

– Я... я думала, ты спишь.

– Я просто дремал. Ты же не собираешься уйти прямо сейчас, Кара? Еще очень рано.

– Мне кажется, что все самое лучшее уже случилось, а значит, пора уходить...

– Ты недооцениваешь меня, милая. – По его голосу Кара поняла, что он улыбается. – То, что произошло, было только началом. Эта ночь должна стать лучше, чем несостоявшаяся первая брачная. Иди ко мне, Кара.

Эта ночь лучше, чем вообще любая другая, подумала девушка. Доминик потянул ее к себе, и в темноте Кара почувствовала, что он возбужден. Она рассмеялась легко и тотчас забыла, что собиралась уходить.

Глава 3

Ее разбудил плеск воды. Кара открыла глаза, потянулась и все вспомнила.

Итак, Гил бросил ее, и она провела предполагавшуюся брачную ночь в постели Доминика. Удивительно, что она совсем не чувствует за собой вины! Если не считать легкого похмелья, ощущения были просто чудесные.

Кара соскочила с кровати и, не одеваясь, вошла в ванную. Дверь душевой кабинки была запотевшей, и сквозь дымчатое стекло читался размытый силуэт мужчины. Какое же у него великолепное тело! Никогда у Кары не было такого партнера, и это наполняло ее гордостью. А как он занимался любовью!

Пока она рассматривала Доминика сквозь мутное стекло, дверца отодвинулась, и появилась его голова. Он лучезарно улыбнулся девушке.

– Ты долго собираешься там стоять? Не трать ни свое, ни мое время и залезай ко мне!

– Идет! – согласилась Кара, почти не колеблясь. Какой смысл противиться соблазну, если она и так уже перешла все границы? Она почти не стеснялась Доминика. В прошлую ночь он, должно быть, изучил ее тело лучше ее самой.

Девушка шагнула внутрь кабинки, и Доминик чуть подвинулся, позволяя ей встать под душ.

– Боже, как прекрасно! – прошептала она, зажмурившись от удовольствия.

– Прекрасно? – Доминик засмеялся. – Вот сейчас я тебя намылю и потру тебе спину – тогда ты поймешь, что значит «прекрасно». Повернись! – Он потянулся за мочалкой, не отрывая глаз от ее полной груди, по которой бежали ручейки воды.

Доминик нежно потер ей спину медленными круговыми движениями, и когда Кара уже собиралась повернуться, рука его чуть раздвинула ее бедра и скользнула между ног. Девушка повернулась, часто дыша. Рот ее был чуть приоткрыт от удивления, грудь быстро поднималась и опадала. Доминик пососал ее губы, потом напрягшиеся соски. Пальцы его в это время без остановки ласкали ее внутри и снаружи. Кара даже не успела понять, что происходит. Она сжимала его пальцы, направляя, прижималась губами к губам Доминика и постанывала. Все кончилось очень ярко и неожиданно.

Девушка чуть отодвинулась, потрясенная таким быстрым и яростным ответом своего тела на ласки. Зрачки ее были расширены от недавнего возбуждения.

– Не отстраняйся, Кара, – тихо произнес Доминик. – Не бойся себя. Ты так откровенна в своих желаниях. Я давно не встречал такой неприкрытой сексуальности.

– Ты... не понимаешь... – Кара опустила глаза. – Я даже не знаю, что на меня нашло. Еще несколько минут назад я стеснялась войти к тебе, а потом так быстро позволила тебе делать... это. Обычно я куда более сдержанна.

– Значит, дело во мне, – самодовольно согласился Доминик. – Мне это чертовски льстит, дорогая.

Он повернул рычаг, выключая воду, затем протянул Каре большое махровое полотенце. И задумчиво добавил:

– Мне кажется, нам не стоит останавливаться на ванной комнате – в этом номере такая шикарная кровать!

Кара не успела ничего ответить, он подхватил ее на руки и отправился с ней в спальню. Девушка чувствовала себя утомленной, но едва он дотронулся до нее, снова безумно возбудилась.

Спустя некоторое время она осознала, что Доминик нежно обнимает ее за бедра, а сама она двигается, сидя на нем сверху. Влажное полотенце было отброшено на ковер, и Кара не помнила, когда это произошло.