Две книги Цианы (СИ)

Легнаномед вернулся к столу, охотница провела его пронзительным взглядом и еще раз осмотрела присутствующих. Им, казалось, нет дела до чужаков, только входящие бросали косой взгляд в сторону незнакомцев.

«Как же все это странно», — подумала Циана.

Она подошла к столу и села на стул.

— Тебя, правда, зовут Легнаномед? Что за странное имя? — интересовался весельчак. — О чем думали твои родители, когда называли тебя Легнаномедом… бр… еле выговорить можно.

— Я сам взял такое имя, — ответил сухо мужчина.

Охотница усмехнулась.

«Значит, ему можно рассказывать, а мне — нет?»

— Ух, ты! — восхитился Росс. — Я тоже хочу себе другое имя. А то — Росс, как-то скучно, вам так не кажется? — И почесав подбородок, продолжил: — Может быть, Стихотворитель или… Стихосложец. Я просто в свободное время пишу стихи, если не возражаете…

— Послушай, — спокойным тоном начала лучница, доставая из-за пояса нож. — Стихосложитец, если ты сейчас же не уймешься, я за себя не ручаюсь.

Росс хотел, что-то сказать, но увидев нож, кивнул.

— Циана, он же спас нас, — проговорила тихо на ухо молодой женщине Мелуна.

Циана вздохнула, подумав, что значит молодость и наивность. Но, наверное, десять лет назад, она бы сама также поверила любому незнакомцу, что помог ей. Охотница почесала висок, глядя на Стихотворителя.

После ужина все пошли за Россом в его съемную комнату. Она действительно была большой. У охотницы сразу возник вопрос: «Зачем одному человеку такие апартаменты? Или он кого-то ждал?». В комнате было три кровати, стоявшие справа, практически впритык друг к другу. На стене висело несколько потертых картин, а два больших окна выходили на высокие горы Алантины.

— Уютное местечко, — проговорила Циана, присаживаясь на первую кровать. — Но кроватей всего три, а нас четверо?

— Дамы, конечно, будут спать, — заговорил Росс. — А мы с Легна… не помню как там дальше, будем по очереди. Да?

Росс посмотрел на Легнаномеда, который спокойно сел на кровать. Он даже не взглянул на весельчака. Тот улыбнулся, разводя руками.

— Ну что ж, посплю тут, — закрывая дверь на ключ, проговорил Росс, и присел у входа на корточки.

Лучница сняла сапоги, посматривая на пытающего пристроиться на коврике гостеприимного наладчика отношений. Затем легла в постель. Мелуна уже уснула, она слегка посапывала во сне. Блондин же отвернулся к стене.

Циана долго не могла уснуть, переворачивалась, крутилась. Хорошо, что кровать была не скрипучая, иначе молодая женщина разбудила бы всех. Не найдя удобной позы, охотница села на кровать, сон никак не хотел приходить. Она посмотрела на Росса, что спал у двери, свернувшись калачиком. Потом перевела взор на питомца, вольготно расположившегося у ее кровати, вытянувшись в полный рост.

«Большая снежная кошка», — подумала лучница и улыбнулась.

Если честно, она не любила кошек. Царапающиеся, все портящие, шкодливые и бесконечно мурлыкающие животные. Циану раздражало кошачье мурлыканье. Снежный барс был не такой, он не лез на руки, не царапался и, главное, не мурлыкал. Снежок — это четкие движения, быстрота, смелость. Он верный и преданный друг. Циана с большой заботой относилась к питомцу, как к близкому и родному человеку. Говорят, что животное похоже на своего хозяина — это правда. Как будто прочитав мысли хозяйки, Снежок перевернулся и, открыв на секунду глаза, посмотрел на Циану. Охотница улыбнулась.

Лучница осторожно встала и подошла к окну. Она сомневалась в правильности своего решения, может быть, не нужно было никуда идти? Все так быстро и спонтанно получилось. Но что больше всего волновало Циану — это молчун Легнаномед.

«Почему Лукий попросил заботиться обо мне? Кто этот белокурый?» — Циана вздохнула и посмотрела в окно.

Мрачная луна освещала равнину тусклым светом, вдалеке виднелась белая снежная пустыня северных территорий. Именно туда предстояла дорога, в этот холодный, ледниковый край.

Охотница повернулась и посмотрела на Росса. Немного поколебавшись, подошла и, разбудив молодого человека, предложила перейти на кровать. Он что-то пробурчал и направился на предложенное ложе.

Циана взглянула на сумку, что стояла возле изголовья, и решила посмотреть на карту. Она направилась к кровати, присела рядом и достала карту. Чтобы лучше рассмотреть, вернулась к окну. Провела пальцем по пунктиру, нарисованному Ведуньей, и посмотрела в окно, представляя путь на реальной местности.

«Так, значит, прямо, а потом на запад, — рассуждала мысленно Циана. — Небольшой ли крюк получается… Что это?»

Охотница помотала головой и потерла глаза, предполагая, что ей просто показалось, и внимательно всмотрелась в дальнюю снежную пустыню. У подножья Рогатой горы, которая хорошо была видна с окна, что-то светилось. Это было похоже на далекую меленькую звезду, свет которой, то появлялся, то пропадал. Циана с замиранием сердца наблюдала за мерцанием, позабыв про карту.

— Не спится? — услышала охотница сзади голос белокурого и дернулась от неожиданности.

Циана недовольно обернулась, Легнаномед стоял в шаге от нее со скрещенными на груди руками. Складывалось такое ощущение, что он уже давно наблюдал за лучницей.

«Как он так близко подошел? — прищурилась Циана. — Я не могла не услышать».

Охотница сложила карту, спокойно смотря на мужчину, и засунула обратно в сумку.

— Когда ты рядом, приходится быть настороже, — процедила сквозь зубы охотница, подойдя ближе.

— Ты видела ее, — проговорил мужчина, смотря в глаза Циане.

— Кого?

— Искру снега, — сказал Легнаномед. — Там вдалеке, она зовет тебя. Я знаю.

— Откуда?

— Чувствую…

Охотница отошла на несколько шагов назад. Эта бескрайняя небесная голубизна его глаз заставляла Циану насторожиться. Легкая дрожь пробежала по телу. Молодая женщина снова подошла к окну и посмотрела вдаль, но Искры уже не было видно.

Глава 5

Ночное светило ушло за горизонт. Медленно, но уверенно рассвет укрывал сонную деревню. Запел первый петух, за ним второй. На улицу стали выходить жители деревни, спеша куда-то по делам. Осень в этом году выдалась очень теплой и, несмотря на частые дожди, можно было в полдень погреться на солнышке. Сегодня на небе не было ни единого облака, и солнечные яркие лучи подымались над горизонтом, оповещая о теплом осеннем деньке.

С харчевни вышли мужчина и две женщины со снежным барсом. Через несколько секунд выбежал Росс с криком:

— Подождите!

Идущие оглянулись. Писатель настиг новых знакомых и остановился.

— Ты куда собрался? — спросила Циана.

— С вами, — удивленно ответил весельчак.

— Кто тебе это сказал? — усмехнулась охотница, указывая пальцем на Росса.

Тот хотел открыть рот, но, не найдя ответа, промолчал.

Циана пошла вперед, за ней последовала девушка, потом Легнаномед.

— А я вам говорил, что я писатель? — спросил уже надоевший охотнице Росс. — Я хороший писатель. — Похвалил себя весельчак, догоняя путников. — Может быть, я смогу и про вас что-нибудь сочинить… Похождения храброй лучницы Цианы…

— Циана, — прошептала Мелуна, сровнявшись с лучницей. — Он помог нам, может быть…

Охотница остановилась и, обернувшись, посмотрела на Легнаномеда. Тот сделал вид, что не понимает происходящего и прошел дальше. Молодая женщина встретилась взглядом с Россом, который радостно улыбался, как ребенок, получивший леденец.

— Нам лишний рот не нужен, — отрезала охотница.

— У меня все есть, — протянул Росс, сбрасывая с плеча сумку. Он демонстративно указал на кладь. — Даже дрова.

Писатель снял другую сумку и также бросил на землю.

«Когда он успел всем запастись», — подумала Циана.

Взглянула на Мелуну, потом на Росса и кивнула.

— Да! — выкрикнул весельчак, подобрав сумки, и побежал догонять голубоглазого.

— Почему ты так не хотела, чтобы Росс шел с нами? — спросила девушка охотницу.

— Это не увеселительная прогулка по лесу.

— Но ты же меня взяла?

— Если я тебя не взяла — тебя бы убили.

— И, кстати, ты хотела меня отравить домой, — вспомнила Мелуна.

— Я подумала, что дома тебе будет безопаснее, чем со мной.

— Циана, я, конечно, не умничаю, но уверена, что смогу помочь. Я буду очень стараться.

Охотница улыбнулась и обняла девушку. Мелуна улыбнулась в ответ.

С каждым шагом деревья становились все ниже, как будто испуганные котята, они искали прибежище у земли. Трава и кустарники стали редкостью. Почва стала каменистая и сухая.

Через какое-то время Росс отстал, сравнявшись с Цианой. Он начал выспрашивать о цели путешествия:

— А зачем нужно идти в холодную и снежную пустыню?

«Видимо у Легнаномеда эту информацию весельчак не смог получить», — подумала охотница, отмалчиваясь от очередного вопроса.

— Если вы будете молчать, я ничего не смогу написать, — возмущался Росс.

— А ты пиши, что видишь, — предложила лучница.

Росс остановился, огляделся и, достав блокнот, принялся что-то записывать. Но надолго это не заняло писателя, и он снова полез с вопросами, только теперь к Мелуне.

— А как вы познакомились с главной героиней?

— С кем? — не поняла сразу девушка.

— Ну, с Цианой, — пояснил Росс. — Давно ли вы знаете друг друга?

— Циана спасла меня… — неуверенно начала Мелуна.

— О, это интересно, поподробнее, — обрадовался писатель, сумевший хоть кого-то вытянуть на разговор.

Мелуна рассказала о том, как заблудилась, как встретила Цианау, как они нашли девочку и приехали в пустую деревню.

— Как завораживает, — восхищался Росс, повременно делая записи в блокноте. — Это просто целый роман получится. Ты такая смелая, Циана, как Тогорон, что победил трех драконов и освободил народ от рабства. Это я про него написал, лично присутствовал при всех его подвигах. Я вообще люблю путешествовать.

— А ничего страшного, что Тогорон, убивший трех драконов, жил четыреста лет назад? — спросила охотница, оборачиваясь.

Росс замялся, придумывая ответ:

— Мне родной дедушка… прадедушка рассказывал. Он тоже был писателем и путешественником.

— Может быть, прапрадедушка? — уточнила Циана, усмехнувшись.

— Да-да, именно прапрадедушка, — закивал весельчак. — Как сейчас помню, стою — это мне он рассказывал, — уточнил писатель, чтобы у Цианы не возникло больше вопросов. — Так вот, стою на горе, а внизу идет бой, смертельный бой. Тогорон схватил меч и бросился вперед. — Росс сломал ветку от куста и замахал ею, как будто это был меч. — Долгих десять часов длилась битва, последнего дракона пришлось загнать в туман, чтобы солнце не освещало чудовище, и оно не видело противника. Как в клетке был дракон и, размахнувшись своим большим мечом, Тогорон поверг огнедышащего в бездну темноты.

— Замечательно, — демонстративно похлопала в ладоши охотница. — Только обо мне такое не надо писать.

— Почему? Может быть, через несколько лет ты станешь легендой. И твои истории будут рассказывать детям на ночь.

— Про меня всегда грустные истории получаются.

— Нужно надеяться только на лучшее. Хорошее будет впереди, как говорит наш многоуважаемый верховный правитель Калмашах третий, — проговорил Росс и поежился.

Путники подходили к снежным пустыням, и стало холодать. В этой части Сааманской территории всегда царила зима. Только снег всегда покрывал промерзшую и холодную землю. Циана вспомнила, как Лукий говорил, что когда-то здесь были жаркие пустыни с бескрайними желтыми песками, но потом климат поменялся, и на смену жаре пришел холодный и пронизывающий мороз. Никто точно не знал, почему это случилось, но было несколько версий: первая — из-за движения континентов, кто-то находил старые карты, на которых был один большой материк. Вторая — что все земли находятся в пространстве и движутся, относительно космической материи, но эту версию признали ересью и наказали вольнодумцев. Третья — это произошло из-за того, что Боги сошли на землю. Каждый верил в свою версию и доказывал правоту, хотя со второй — это было чревато калиамом.

Путники остановились на привал, чтобы перекусить и надеть теплые вещи. Как оказалось, Росс не подготовился к холодному переходу, и Циане пришлось отдать беличью жилетку, чтобы писатель не замерз.

— С размером угадал, — говорила охотница, примеряя купленную Легнаномедом теплую песцовую шубу. — А одному члену нашей команды одежда вообще не нужна, у него все свое.

Сказала охотница и присела на корточки, взъерошивая пушистый мех Снежка.

— На запад, — сказал Легнаномед и, показав направление, взял с земли полупустую сумку.

Снежный покров уже виднелся вдалеке. Еще немного и снег приятно заскрипит, мягко проседая под давлением ноги. Теперь дорога будет проходить по северной пустыне.

Ступив на снежную поверхность, путники пошли друг за другом, первый шел Легнаномед, последний — барс. Несколько раз Росс пытался сравняться с Мелуной и что-то спросить, но проваливался в глубокий снег.

— Идите друг за другом, — очередной раз, вытаскивая Росса из снега, говорил Легнаномед.

Тот качал головой и в следующий раз опять проваливался в снег.