Помоги проекту - поделись книгой:
В это время станцию немного тряхнуло, а на комм пришло сообщение Зео о начале атаки.
– Так, времени уже не осталось. Все, давай – пошел, пошел!
Я же на всех парах побежал к выходу из дока. Из «отчета» теней (воспоминания, отосланные ими на последние крохи их энергии перед распадом) мне было известно о паре техников-культистов, что обеспечили мне изоляцию дверей дока.
Выбежав из единственной рабочей двери отсека, я оставил на ее охране Рафаля с Шариком, а сам метнулся к двум лежащим на полу телам, недавно умершим от сильнейшего удара тока, не без помощи теней. Конечно, помощь этих военных мне бы пригодилась, даже в таком их состоянии, но уж пусть лучше они стопроцентно удержат доки, чем я буду бегать потом по всей колонии. Как было ясно из присланного отчета Зео, колония не смогла отослать послания, сейчас она полностью отрезана от внешнего мира, поэтому я ее в любом случае дожму, вопрос только во времени и наличных силах. И вот как раз эти двое совсем уже не живых ребят послужат мне тем камешком, что сдвинет лавину.
Наклонившись над ними, готовлю обычное, я бы даже сказал – классическое, заклятие поднятия зомби. Вот только накачиваю его совершенно запредельным – для нужд такого заклинания – количеством силы. Об этом эффекте я узнал еще в молодости, да, думаю, и отец знал, но предпочел, чтобы чадо лучше запомнило урок, набив собственные шишки. А эффект состоял в том, что поднятый зомби оставался эдаким «середнячком», проще говоря, совсем не блистал, но вот концентрация некроэнергии в нем позволяла при укусе не просто передать заклинание, заразив цель, а еще и усилить процесс в сотни раз, благодаря плотности силы. Теперь смерть жертвы и ее зомбинизация – дело пары минут. Весьма затратный способ создания «лавины» инфицированных, но самое то для действий «на коленке». Что же, даже маленькая армия требует больших затрат, поэтому не поскупимся.
По коридору, ведущему в доки, шли трое.
– И что нам делать со скотом?
– Тебе же старший разжевал так, что и я понял. Пока они с пастырем заняты отражением атаки, восстановлением связи и просто вооружают братьев, мы должны помочь нашим братьям в доках удержать контроль над скотом.
– Ну, и что мы там трое наудерживаем?
– Там сейчас должны быть дежурные, хоть и молодые да зеленые, но все же. К тому же двое техников тоже там.
– Это ты про них? – указал доселе молчавший третий адепт.
По коридору от доков шли двое. Головы были опущены, лиц не видно. Шли медленно, привалившись друг к другу, периодически шаркая ногами как от травмы или сильнейшей усталости.
– Эй, парни, на вас кто-то напал? Что там случилось-то? – среагировал самый молодой из трио и, не дожидаясь приказа, пошел к ним навстречу.
– Куда ты побежал?!
– Да ладно вам, ребятам хреново, надо помочь. Ай! Ты что творишь, придурок! Эй, этот идиот меня укусил за руку.
– Так тебе и надо, хе. Нечего граблями махать. М-м-м… ну и чего вы там трое застряли?
Двое оставшихся адептов двинулись к ним. Командир слегка отстал, вызывая диспетчера.
– Это вторая группа. Встретили раненых. Мы у доков. Осмотрим и при необходимости пришлем в медотсек. До связи.
Стоило ему в конце диалога повернуться назад, к раненым, как глаза резанула иррациональная картина. Трое людей повалили его бойца, а один даже вгрызся зубами ему в руку, которой боец заслонялся, словно защищался от собак.
– Да вы совсем охренели, – командир налетел, словно коршун, пытаясь растолкать людей. Но довольно сильный удар совершенно не вызвал никакой реакции. Его схватили за ногу, и вот уже четыре человека, словно звери, вгрызлись в пятого, с каждой минутой все слабее и слабее сопротивляющегося.
Пятеро адептов, медленно подволакивая и шаркая ногами, шли по отсеку. Двери отсека открылись, и они все так же неторопливо зашли в темное помещение. Сейчас тут находилось около сотни адептов. Все эти люди – это прошлая смена ученых и техников, что, вернувшись со своих исследований и работ, отдыхала в этой казарме. Тихий хрип – все, что успел издать первый спящий, когда на его шее сомкнулись зубы бывшего коллеги.
Периодически фиксирую смерть разумных, а также повторное срабатывание «кода заражения» в моем заклятии зомбификации. Все умершие враги. Я в этом уверен на сто процентов. Каждый некромант в большей или меньшей степени может чувствовать жизнь, а каждое живое существо чувствуется по-разному. Вот и эти культисты, что достаточно серьезно поиздевались над своими телами, причем так, что даже затронули души, чувствуются совершенно иначе, чем обычные разумные. И я их чувствую, чувствую, как они умирают, переходя постепенно под мой контроль. Признаться, на душе не так уже радостно, как хотелось бы. Все же я привык, что мои силы ограничивались и теперь, развернувшись во всю ширь и не видя необходимости сдерживаться, я понемногу осознаю, что оглушен силой. Некроманты – жуткие прагматики и реалисты, как в отношении других, так и в отношении себя. Сложно быть оптимистом, когда ты постоянно под прицелом и ходишь по лезвию ножа лишь из-за одного своего существования.
Все чаще закрадываются мысли о том, нужна ли была такая подавляющая жестокость. Правда ли на это меня вынудили обстоятельства: необходимость спасти людей в кратчайшие сроки, или же это мои собственные амбиции? Я еще не определился. Но впереди то, что поможет мне принять окончательное решение.
Недалеко, а точнее сразу за доками, расположены довольно любопытные помещения. Я бы назвал это лабораториями для учеников. Позже я обдумывал необходимость наличия таких вот лабораторий прямо возле доков – не повлияет ли довольно нестабильная среда соседствующих доков (тряски, перепады давления, температур, я уже молчу о кораблях) на ход экспериментов. Ответ однозначен – повлияет. Тогда какой смысл? А ответ прост – тут тренировались ученики и начинающие ученые. Их эксперименты не столь требовательны к среде, их результаты не столь ценны. Тут главное – наработка опыта. И еще… Можно легко утилизировать неудачи и брать новое «мясо»… мусорник ведь совсем близко. Но к этому решению я пришел позже.
Сейчас же я просто шел по коридору к очередным помещениям. Зео отчитался о ходе военных действий с кораблями противника и сейчас шел на абордаж доков станции. И у меня появилось немного времени, нужно было дождаться абордажную команду, а еще надо было дать побольше времени моему заклинанию зомбификации… лавина должна была набрать силу. И поэтому сейчас я воспользовался тем, что культистам было не до меня, и спокойно изучал помещения рядом с доком.
Именно тогда я и почувствовал ЭТО. Чувство, что находишься рядом со свежим массовым захоронением. Еще не ушедшая боль, агония умирающих, души, так и не нашедшие покой. Смерть, пускай немного застарелая, но еще наполненная силой и пропитавшая все вокруг. Тогда, немного недоумевая, откуда взяться захоронению, да еще относительно свежему на станции… в космосе… я и направил свои стопы в эти ученические лаборатории.
А когда зашел в первое помещение, меня буквально оглушила БОЛЬ. Агония пропитала помещения с такой силой, что оставалась даже после смерти физических носителей, испытывающих ее.
Странно, ведь передо мной было абсолютно чистое, я бы даже сказал – стерильное помещение. Все белое вокруг. У стен имеются с полдюжины столов, чем-то напоминающих хирургические, только со множеством не знакомых мне приспособлений. А ощущение боли все не проходило. Даже самочувствие стало хуже. Не вписавшись меж двух таких столов, случайно задел инструменты на одном из них. Небольшой серебристый цилиндр упал на пол. Из него на пол полилась… кровь. Совсем немного, видимо, взятая для анализов. Я уже, было, хотел идти дальше, но услышал легкий шорох. Из закрытого технического помещения выскользнул небольшой дроид и начал старательно вычищать пол небольшой вращающейся щеткой. Потратив на это несколько минут, он вместо того, чтобы вернуться к себе в техотсек, подъехал к сплошной стене. Вроде бы цельная стена внезапно разделилась и разъехалась двумя переборками дверей. И оттуда на меня повеяло той самой болью.
Быстро рванув за дроидом, я успел влететь в соседнее помещение. В полутемном отсеке дроид подъехал к небольшому контейнеру и «отстрелил» грязную щетку, а потом вернулся в техотсеки.
Я же подошел глянуть, что находится в остальных контейнерах, во множестве заполонивших отсек. Легкое сопротивление замков, шипение вакуумного запечатывания и ужасающий, но такой привычный запах гниения бьет в нос. Ну что же, теперь понятно, куда складировались неудавшиеся части экспериментов. В контейнерах лежали части тел людей и не только. Некоторые были наполовину кибернетизированы, некоторые, наоборот, выглядели так, словно из них что-то извлекали. И если судить по моим ощущения, то в остальных контейнерах содержимое аналогично этому. Что же, думаю, существа, чьи части тут лежат, не будут против хоть в таком состоянии нанести вред своим убийцам, а посему…
Прохаживаюсь по помещению, активирую магнитные замки. Контейнеры не открываю, такого запаха не выдержу даже я. Выкатываю уже открытый контейнер на середину помещения. Он будет катализатором реакции, и от него заклинание перейдет на другие контейнеры. Тут нет целых частей, все вокруг искромсано и совершенно не узнаваемо. В голову приходит только одно заклинание «Костяная химера». Более продвинутый вариант поднятия классического скелета. Конечно, это вам не легендарное создание костяных драконов, но что-то явно близкое. Не такое энергоемкое, эпическое, но вполне мощное и себя окупающее.
Губы читают слова заклинания, руки наливаются темным сиянием, а голове возникает образ создания. Того, чей образ примут кости, напитавшись силой и обретя свою псевдожизнь. Но в голову так ничего и не пришло, поэтому я сформулировал лишь образ узких отсеков и множества вентиляционных каналов. Получившаяся тварь должна иметь возможность легко в них ориентироваться и передвигаться. Мне не нужен гигант, что застрянет в первых же переборках, но и костяной таракан не нужен, которого будут давить культисты своими кибернетическими ботинками. Должно получиться что-то мощное, но достаточно гибкое. Оставив эту «рацуху» в коде заклинания, активирую его, удивляясь, как легко расходятся нити колдовства, а также какую силу набирает вроде бы среднее заклинание в этом помещении, пропитанном муками и смертью.
Процесс пошел, теперь надо быстро уходить отсюда. Когда начнут вскрываться остальные контейнеры, мне совершенно не хочется наслаждаться всем тем букетом ароматов, что последует за ним. Появившимися химерами я смогу управлять и ментально, как только они «вылупятся». Мне же пора встречать свою абордажную команду.
Прошло около двадцати минут после ухода мага. В полутемном помещении слышались стук и тихое шебуршание. Источниками были контейнеры, расположенные по периметру ангара. У некоторых контейнеров даже периодически немного поднималась крышка, словно находившемуся внутри существу было тесно в нем. А вот центральный контейнер, ранее находившийся в таком же состоянии, уже перестал так себя вести. Он весь ходил ходуном. Раскачивался из стороны в сторону, периодически оглашая ангар звуками мощных ударов и звонких щелчков, словно кости занимают свои прежние места в суставах. А потом все внутри контейнера затихло. Но ненадолго.
Тихое шипение, и тварь начала выбираться наружу. Первой показалась голова, словно сплавленная из черепов минимум трех разумных, она дарила темному помещению зеленый свет сразу трех пар глаз, оглядываясь и периодически щелкая парой острых, но коротких костей, выполняющих роль жвал над раздвоенной и усеянной множеством зубов-игл нижней челюстью. Тварь оперлась на конечность, что, видимо, и ранее выполняла роль руки у какого-то счастливчика, сейчас же представляла лишь кость с двумя суставами, заканчивающуюся острым когтем, и начала выбираться из контейнера. Основное тело представляло собой множество грудных клеток разумных, «бронированных» широкими костями. И все это двигалось на не менее чем дюжине таких же пар конечностей. Если сравнивать с земными тварями, то первое, что пришло бы в голову, была сколопендра.
Тварь, еще немного поводив своей головой, шустро поползла в сторону технических помещений, из которых совсем недавно выезжал дроид. Через пару мгновений оттуда донеслись обрывки синтезированной речи дроида и звуки сминаемого металла, а потом лишь тихий цокот множества коготков. Все это произошло под аккомпанемент уже вовсю ходящих ходуном остальных контейнеров. И вот уже из очередного из них показались три пары светящихся глаз…
– Мы не можем так просто подчиняться первому же попавшемуся проходимцу!
– Ты не понимаешь, ты не видел его, не разговаривал с ним. Такие люди не становятся проходимцами и лжецами. Я, скорее, поверю, что он из семьи аристократии или какого-то угасшего рода. Но никак не простак или обычный рабовладелец. Слишком много силы… во всем для таких мелочных поступков.
– Флай. Я вместе с тобой воевал и тебя знаю, как и многие тут. Именно поэтому мы сейчас сидим и ждем непонятно чего и милости этого твоего спасителя. Но, Николас, ты, как никто другой, должен понимать, время утекает, а мы тут просто топчемся на месте! Да еще эти альвы, – один из военных указал в дальний угол, – мелкие проблемы рождают крупные, а избавься мы от них – и одной мелкой проблемой меньше.
– Или родится одна крупная. Не спешите, парни. Мы еще слишком слабы. Это наш шанс на небольшую передышку и восстановление, тем более…
Док сотряс довольно сильный удар. Некоторые еще слабые бойцы, не удержавшись на ногах, попадали на пол.
– Только не говорите мне, что…
– Да, ребята, это абордаж.
– Ну что же, глянем на армию нашего спасителя, тем более что укрепленные ворота ангара – это та еще морока, я как абордажник…
Но все разом замолчали, когда прямо из шва движущихся частей ворот ангара показался светящийся предмет, пробивший крепления ворот насквозь.
– Это что?! Нож?!
– Скорее, на меч похоже…
– Да, чтобы эти ворота вынести, надо специальные дроиды с магнитными полями, что продавят их вовнутрь. Даже разрежь они крепления, все равно так просто их не продавить.
Тум! Тум!
– Похоже, бьют чем-то тяжелым.
– Ну, если мечами резали, не удивлюсь, что деревом таранят.
– Хе-хе, ага, или врукопашную…
Бум! Проехав пару метров, двери ангара упали на пол. При этом по всей их плоскости остались следы в мятом металле. Следы ног.
– Э-э-э… выбили.
Тишину и поголовное офигевание офицеров прервал раздавшийся на весь ангар крик. Причем крик был таков, что многие вспомнили своих сержантов из учебок и почти инстинктивно втянули головы.
– ГАМАДРИЛЫ!!! НЕТ, ИМБЕЦИЛЫ!!! Увижу Рафаля, скажу, что его подчиненные идиоты! У нас же есть оборудование, а вы ногами их ломали… Что? Да Александр уже тут, идем к вам. Нет, проблем не было.
Широкими шагами девушка, подозрительно похожая на альвийку, направилась к выходу из доков. За ней, в полном молчании, выходили строем солдаты в неизвестных боевых костюмах с огромными абордажными щитами в руках.
– Ого, вот это выучка, шагали словно один.
– Я не пойму, а чего же они нас даже не проверили?
– Р-р-ргав! – вполне дружелюбно раздалось из темноты коридора, и прямо на проходе уселся огромный черный пес, словно на страже, периодически посматривая на людей горящими алыми глазами.
– Ого, зверюга, да его одного нас, калек, порвать хватит. Эх, знать бы еще – это охрана или стража.
– Значит, говоришь, Николас, надо пока тут полежать, силы восстановить…
Глава 16. Пастырь
– Пастырь, основные силы направлены на устранение прорыва в стороне доков. Основная агрессия идет из того направления.
– Вы выяснили, кто нас атакует?
– Хм… пока из атакующих были только наши же адепты…
– Предательство! Я сожгу каждого собственноручно! Вы выяснили, кто зачинщик?
– Боюсь… тут несколько сложнее. Мы подозреваем, что использован вирус, влияющий на органическую составляющую адептов. Ученые пока не дали никаких четких ответов. Все, как-либо контактировавшие с зараженными, уже уничтожены. Эти меры позволили остановить распространение инфекции, но сократили наши силы на треть.
– Цена высока, но терпима. Пока не будет установлена связь с главами, разрешаю тотальную зачистку доков. Можете взять наши самоходные установки подавления. Только будьте внимательны, они слишком массивны для технических тоннелей. Берите наших штурмовиков, пробивайтесь к докам. Нужно змее отрезать голову, и она перестанет кусаться.
– Будет исполнено. Коды допуска получены. Благодарю, пастырь.
– Да, старший, мы продвигаемся к докам. Два усмирителя с нами, – ответил широкоплечий, одетый в массивную броню адепт. Причем его броня в некоторых местах была вживлена в тело, так что возникали сомнения, а броня ли это вообще? За ним следовали еще около четырех десятков таких же адептов.
Открылась дверь очередного ангара. В ангаре находилось около двадцати адептов. Большая их часть просто бесцельно бродила по ангару, периодически издавая нечленораздельные звуки. Но стоило штурмовикам зайти в отсек, как бывшие адепты, как один, повернулись в их сторону и с диким рыком бросились на них. Их встретил нечеловечески точный залп лазеров, который, впрочем, не принес результата, упали лишь те, кто был поражен в голову.
– В голову стрелять!
Дальнейших команд не понадобилось. По отсеку раздался громкий стрекот. Два огромных робота, которые в целом были, скорее, высокоинтеллектуальными кинетическими орудиями, установленными на шагающие платформы, открыли огонь. Кинетические орудия, стреляющие обычными пулями, благодаря дикой скорострельности, разрывали атакующих. Это и были экспериментальные «усмирители», созданные для штурмов и захвата биоматериала в густонаселенных городах, где главное не точность, а поражающая способность.
Но ни штурмовики, ни роботы не успели среагировать на новую угрозу. Отвлеченные подавлением уже почти утратившей силу волны, они не заметили, как небольшой люк одного из смежных техотсеков вылетел и из него вылезло…
Штурмовики переместили огонь на нового врага. Результат оказался… неоднозначен. От попадания лазеров кость плавилась, и получилось довольно легко отделить целую часть одной твари. Впрочем, на ее жизнеспособности это не сказалось никак. С другой стороны, постоянно перемещающиеся твари, имеющие неплотную структуру, были не простыми мишенями даже для таких точных стрелков, как адепты. С десяток промахов, которые к тому же повредили роботов, заставили адептов прекратить огонь. Возобновили его они только тогда, когда стало окончательно ясно – роботов не спасти.
И в этот момент тиски закрылись. Отъехала дверь ангара, соседствующего с доками, и в помещение влетели новые бойцы. Неизвестные, прикрываясь огромными щитами, сминали все на своем пути. Даже инфицированные адепты, вроде как союзники, были тут же сметены, став лишь кровавыми ошметками на черных щитах.
Лазерный огонь ничего не дал. Щиты поглотили весь урон. Штурмовики решили пойти врукопашную. Но первая же сцепка показала всю тяжесть и ошибочность этого решения. Первые ряды штурмовиков были отброшены, получив сильнейшие удары щитами. Даже их усиленная кость и плоть не выдержала. У многих были смяты доспехи, имелись переломы конечностей. А враг тем временем не стал давать передышку. Контратака была еще страшней. Небольшие, светящиеся мечи прорезали пространство ангара. Ничто не стало им помехой – ни броня, ни плоть, ни кость. Перерезанные порой надвое, тела адептов падали на пол.
Штурмовая группа приняла решение об отступлении, которое было тут же сорвано. Разделавшиеся с роботами многоножки потеряли двоих своих, а также каждая из них имела повреждения. Но их живучесть была такова, что они смогли тут же вступить в бой с новым врагом. Целью их стали спины задних, отвлеченных боем, рядов. Оказалось, что странная субстанция их лапок разъедает не только металл. Тела первых четверых неудачников тут же заимели глубокие раны, в местах прикосновения лапок. Импланты же вообще сразу же перестали работать – слишком тонкие механизмы.
Остатки штурмовиков пошли на прорыв. Но было поздно. Плотное светящееся облако накрыло их всех. Всего на пару секунд адепты потеряли способность двигаться. Всего на пару, но это решило исход боя. Беззащитные тела, словно куклы, были отброшены щитоносцами, а потом просто растоптаны двинувшимся далее строем.
Добивать их никто не стал. Строй прошел дальше. На полу остались лежать изломанными куклами еще живые адепты. По всему помещению разносились стоны раненых. Но не осталось никого, способного даже стоять.
А потом створки соседнего помещения тихонько приоткрылись. И в помещение шаркающими шагами стали заходить первые инфицированные…
Старший адепт на трясущихся ногах медленно, словно желая таким образом продлить минуты своей жизни, подходил к пастырю. Не доходя пары шагов, он преклонил колено, а потом, сотрясаясь от страха, и вовсе рухнул на оба колена, перемежая всхлипы с просьбами сохранить жизнь.
– Что случилось, червь? Неужели штурмовики при зачистке нанесли слишком большой урон лабораториям или уничтожили что-то важное?
– Пастырь… штурмовики… они… все мертвы.
Тишину комнаты заполнили потрескивания сотни мелких молний, что пробегали по всей фигуре главы. Но потом все резко прекратилось. Спокойный, холодный голос произнес:
– Все силы стянуть в центральные помещения. Возвести баррикады и вооружиться всем возможным. Удерживать помещение и ждать меня. Все понятно?
– Д-да, я вас понял, все будет исполнено, – произнес воодушевленный отсутствием наказания старший адепт. Он почти бегом развернулся и начал, было, двигаться к двери отсека. В тот же миг звук сотен молний разнесся по помещению. Вспышка, и в центре груди адепта появилась огромная сквозная дыра. Еще не осознавшее полностью, что мертво, тело сделало еще пару шагов, а потом рухнуло безвольной куклой.
– Все понятно? – повторил свой вопрос пастырь, повернувшись к одному из находившихся в помещении замов старшего.
– Будет исполнено, – подобравшись, ответил тот.
– Хорошо, исполняй… старший.
Поделиться книгой: