Дом среди звезд

– Командор, возможно, я… возможно, все же не…

– Айла, успокойтесь. Леронэ, пока меня не будет, присмотришь за кораблем. Зео, активируй коды на период моего отсутствия. Алиса, ты тут?

– Слушаю, командор.

– Помнится, пока мы совершали маневры меж остовов разбитых «Мантикор», профессор сгреб с них все, до чего дотягивались его гравизахваты. У вас есть рабочая система маскировки с них?

– Да от волны пару систем смогли спастись, отделавшись легким ремонтом.

– Отлично, Зео, есть ли у нас в наличии небольшое судно, суденышко – я бы сказал даже?

– У нас имеется курьерский челнок. Орудия отсутствуют, щиты, броня минимальны. Высокая скорость и маневренность.

– Хорошо, Алиса, разыщи профессора, пусть вылезает из своих мастерских и начинает сеять умное, доброе, вечное, а, в частности, прикрутит систему маскировки к челноку.

– Командор, я против. Тактико-технические характеристики челнока не предназначены для такого. Энергии корабля хватит едва ли, чтобы долететь до колонии. Сразу после этого системы жизнеобеспечения и двигатели будут энергетически истощены стелс-системой. Командор, это билет в один конец, риск слишком велик.

– Зео, я не вижу других вариантов. Сколько места в челноке?

– Он одноместный, плюс имеется немного места в багажном отсеке. Ах да, командор, хочу вас предупредить, учитывая технологический уровень врага, возможен высокий уровень информационного сканирования. Прошу воздержаться от использования переговорной техники.

– Мне и не понадобится. Рафаль, после модернизации на «Армагеддоне» грузись в багажник нашей вундервафли. Полетишь с ветерком.

«Слушаюсь».

– Так, кто у нас еще слышит ментал, ага… ШАРИК!!!

В конце коридора послышался топот, и в отсек влетел черный вихрь с двумя пылающими провалами глаз.

– Привет, дружище, будет возможность погулять, а то ты тут заскучал. Иди к Рафалю и пока слушайся его. Рафаль, принимай бойца.

Пес лишь сильнее оскалился, вальяжно, даже скорее гордо, потрусил в сторону умертвия.

– А вот и вы, проф. Вижу, все слышали. Выдвигаемся к вам, готовьте ваш трофей к установке. Зео, пока идет монтаж модуля, тебе задание – просчитай оптимальную траекторию подлета и проникновения на колонию.

* * *

– Командор, я закончил. Вы уверены в своем решении? Челнок не рассчитан на стелс-систему, возможны сбои, я уже молчу о том, что это билет в один конец, генератор поля буквально «высушит» батареи челнока.

– Я не вижу других вариантов. У меня нет других, хе, живых членов экипажа, кому можно такое доверить. Ладно, спасибо за работу.

– Смотрите сами, удачи вам.

– Спасибо. Зео, анализ готов?

– Да, оптимальный маршрут подлета загружен в память челнока, благо плотность астероидного поля позволяет совершать такие маневры, не боясь быть обнаруженным, а сигнатура челнока слишком мала для станции-колонии такого размера, иначе бы астероидное поле забивало их сканеры постоянным инфомусором. Местом стыковки будет один из ремотсеков дока. Отдаленное сканирование на семьдесят пять процентов показало вероятность того, что он пуст. Ветхость конструкций колонии позволяет с легкостью совершить принудительную стыковку через стыковочный рукав.

– Хорошо, как только ты зафиксируешь отсутствие связи у колонии – атакуй крейсера и ломай щиты колонии. Действуй предельно аккуратно. Леронэ, после взлома щитов и стыковки берешь наших абордажников, я знаю, у тебя уже сносно получается ими управлять, берешь сестер, а то я вижу, что они тебе уже скоро плешь проедят, и идете зачищать и брать под контроль, по подсказкам Зео, все системы энерго- и жизнеобеспечения колонии. Все всё поняли? Начинаем.

* * *

– Пастырь, позвольте обратиться – тихо, немного подобострастно заговорил человек в свободном балахоне, полностью его скрывающем. Видны были лишь кончики пальцев рук и ногти с металлическим отливом.

– Слушаю тебя, адепт, – ответила ему вторая фигура голосом, что по холоду мог соперничать с самим космосом. Этот… человек был облачен в такой же балахон, но при ближнем внимательном рассмотрении можно было увидеть множество различий. В отличие от первого, имеющего неопределенный серый цвет ткани, этот имел насыщенный черный цвет, перелив и блеск ткани выдавал в ней хорошее качество. И ко всему прочему он имел множество вышитых серебром узоров, совершенно невообразимых фигур, что скорее напоминали планы и микросхемы, чем обычные узоры.

– Доставлена очередная партия «скота».

– Чего же ты тревожишь меня по таким мелочам, возможно, сил твоих еще недостаточно для выполнения работ, на тебя возложенных?

Его собеседник заметно вздрогнул и, скорее, интуитивно склонился еще ниже.

– Эта партия особенная, пастырь. Один из наших братьев смог перехватить несколько секретных донесений империи. Недалеко от нас, рядом с фронтиром, находилась их медицинская станция. Там было множество раненых солдат и даже встречались военнопленные альвов. Вы, наверное, слышали, наши братья хорошо поработали, и сейчас на границах их систем с империей часто возникают вооруженные стычки. Это отборнейший материал для сложнейших опытов, возможно, многие из них смогут пополнить наши ряды, светлейший.

– Понятно, разрешение мое ты получил. Обращайся с ними особо, как видишь ты необходимость в том. Добро дано, не беспокой меня ты впредь, иначе узы плоти, что такое, я тебе смогу напомнить. – И пастырь, словно перед ним и нет никого больше, пошел дальше, не обращая внимания на человека, поспешно отскочившего с его пути.

Глава 14. Док шахтерской колонии

Хоть сама колония и не поражала размерами в силу наличия большого количества оборудования, которое нужно было установить, да еще и покомпактней, но ее док представлял совсем другую картину. Широкий и просторный, он предназначался для загрузки на грузовые корабли объемных, тяжелых партий минералов, а также для загрузки/выгрузки уже готовой продукции. Сейчас к доку был пришвартован лишь один грузовой корабль. Сам он еще не начал разгрузку, был полностью закрыт, но вокруг уже кипела работа.

– Что с «мясом»? – резко спросил зашедший в док культист, с покрытым серебряным техноузором рукавом балахона, явно показывающим его более высокий статус перед обычными адептами.

– Данные говорят о том, что они уже частично пришли в себя после действия препаратов. Сейчас они могут воспринимать и реагировать на раздражители, но замедленно и куда менее эмоционально, – поспешил ответить ближайший к начальнику адепт.

– Хорошо, начинайте вскрытие отсеков и распределение «мяса» по загонам и лабораториям.

– Будет исполнено.

Адепт, не сходя с места, набрал что-то на своей же руке, и после короткого, но довольно противного звукового сигнала первый грузовой отсек транспортника начал открываться. Остальные, присутствующие там адепты успели построиться, создав широкий коридор перед дверьми отсека, и вооружиться.

Проход в отсек оказался чист, но оттуда, впервые за все такие разгрузки никто не спешил выходить. Не было ни дезориентированных людей, ни криков, ни глупых вопросов. Отсек словно был пуст.

– Адепт, есть ли выжившие в том отсеке?

– Безусловно, около трех четвертей груза выжило.

В этот момент из темноты отсека быстро показалась чья-то лысая голова, осмотрелась и также быстро нырнула обратно.

– Тц, обученное мясо, в этот раз будет хлопотно, – проговорил старший и закричал во всю силу легких – Быстро! Выйти и построиться перед отсеком, в противном случае отсек будет зачищен!

В отсеке все затихло, потом послышалось шебуршание, приглушенные споры, опять мелькнула лысая голова, когда старший адепт уже хотел пожертвовать хоть и ценной, но непослушной партией мяса ради дисциплины, начали выходить люди. Выходили не спеша, плотно держась друг к другу. Было видно, что в центре идут более слабые, некоторые буквально висели на окружающих товарищах. Шествующая колония остановилась перед старшим адептом. Из строя вышел человек, на довольно потрепанной форме которого еще можно было различить офицерские регалии.

– Кто вы такие и по какому праву вы похитили военнослужащих, да еще относитесь к раненым, словно к скоту?

– Так вы скот и есть, – усмехнулся адепт, – разве что более… породистый.

Вскинувшийся, было, офицер не успел ответить, всеобщее внимание приковал довольно шумный звук открывающихся переборок основного грузового отсека, ведущего к доку. По нему на гравитационных подушках несколько адептов деловито переправляли огромные контейнеры, напоминающих старые железнодорожные вагоны, окантованные прерывистыми черно-желтыми лентами с надписями «Осторожно! Отходы обогащения руды!».

Стоявшие, словно на ножах, люди замерли, прислушиваясь. Старший адепт не стал им мешать, он лишь в предвкушении улыбнулся, хотя даже скорее оскалился. От контейнеров исходил слабый звук. Сначала неразличимый на расстоянии, он стал отчетливо слышен, когда контейнеры достигли колонны с людьми. Глухой стук рук и еле слышимое: «Помогите, выпустите нас» доносилось из контейнеров. Адепты, управлявшие гравиплатформой, достигли широкой, огороженной ниши, расположенной немного в стороне от основных посадочных модулей, и сноровисто погрузили туда контейнеры.

– Что вы… – только и успел выговорить офицер, а потом его глаза распахнулись в ужасе. Через огромный иллюминатор, дающий обзор светила здешней системы, четко стали видны два контейнера, что мирно плыли в космосе к этому светилу.

– Звери! Да как вы смеете…

Старший адепт, видимо, не ожидал такого: офицер тут же кинулся на него и со всей силы ударил по голове. Правда, от удара, что обычного человека заставил бы потерять сознание, адепт лишь пошатнулся и мотнул головой. От этого действия его капюшон слетел, и все присутствующие смогли полюбоваться на испещренную шрамами, стальными вставками и проводами голову этого существа.

Сам же старший адепт быстро пришел в себя и схватил человека за голову. Хватка была такова, что и с помощью обеих рук солдат не смог освободиться. По руке адепта прошла волна из вспыхнувших на мгновение небольших светящихся диодов, а потом с громким, отчетливым щелчком офицер получил разряд тока в голову. Его тело начало падать и обмякать. Но потянувшемуся, видимо, к продолжению дисциплинарных поучений адепту преградили путь. Остальные люди сноровисто встали вперед, таким образом, отрезав уже затягиваемое в глубь колонны тело человека.

Вскинувшийся адепт внезапно запнулся и, пробормотав что-то вроде «чертов ценный груз», стал раздавать команды. Колонна людей, сопровождаемая направленными на них стволами оружия, начала движение в глубину колонии.

* * *

– Командор, вы приблизились в упор к доку. Как только вы пересечете это астероидное поле, я буду вынужден перейти в режим «Тишина».

– Хорошо, Зео, ориентируйся по исчезновению их связи, как только пропадет – атакуй фрегаты и запускай абордажную команду.

– По первому пункту, командор, возражений нет – сигнал станции-колонии стандартный, мне ничего не стоит при его исчезновении начать дубляж сигнала. Никто не заметит исчезновения связи с обеих сторон. Но вот по второму – это слишком рискованно, командор.

– Не начинай, Зео, мы уже обсудили.

– Хорошо, командор, как только я свяжу огнем крейсера противника, мною будет сделан кратковременный залп по щитам станции-колонии, что даст возможность нескольким челнокам с абордажниками высадиться и оказать вам помощь. Вы только продержитесь, командор.

– Внимание, замечена активность в доке станции. Активность классифицирована. Это утилизация мусора станцией. Командор, что с вами?!

Сам же маг, как только прозвучали слова искина «Внимание…», уже мало что слышал. Десятки голосов, сотни кричащих в агонии душ заполнили голову.

– Зео, быстро, биометрию контейнеров с отходами, – прохрипел маг с полностью залитым кровью лицом, что сейчас бежала у него из носа и изо рта.

– Органика, подвергнутая резкому охлаждению. Командор, ваша биометрия показывает множество микроразрывов сосудов – это не опасно для жизни, но в дальнейшем…

– Будет в дальнейшем, Зео, тихо, не мешай, десять минут буду занят, – маг зарылся в своей сумке, разбрасывая вещи и энергично перерывая ее содержимое. – Ага, вот.

Из сумки был извлечен алмаз-библиотека рода, крепко зажат в руках и, судя по свечению как камня, так и глаз маг, активно использовался, при этом маг постоянно что-то бурчал, видимо, пытаясь немного снять напряжение таким образом.

– Вот тебе и культура… культурные дяди забабахали жертвоприношение… где же оно… ага, вот… запретные… кто бы подумал – роюсь в жертвоприношениях… так, вот что надо.

Некромант резко стер кровь с лица и прямо измазанной в крови рукой стал чертить символы и руны на полу челнока, иногда на секунду замирая, видимо сверяясь с библиотекой.

– Мало, надо еще!

На свет был извлечен старый нож, сделанный, видимо, из древней кости, что уже пожелтела и местами потрескалась. Не медля ни секунды, маг порезал себе руку.

– Вот, должно хватить на якорь.

Рисунок был закончен, представлял он теперь, скорее, пентаграмму со множеством символов. В ее центр было вылито еще немного крови.

– Ну, понеслась!

Костяной нож начал тускло светиться. Маг направил его лезвием в центр пентаграммы. Костяное лезвие, словно в масло, на пару пальцев вошло в стальной пол отсека, ровно в центре рисунка, при этом засияв еще сильнее.

И тут вернулась проходящая, хотя правильней будет сказать – удаляющаяся боль. Голова опять взорвалась фейерверком агонизирующих криков и мольбы о помощи.

– Служба за службу. Коль за грань не спешите, то мне послужите. Ну а в плату и я послужу, – прохрипел опять мучающийся возвратившейся головной болью маг.

Как отзвучали последние слова, боль прошла, не стало ни криков, ни голосов. А потом у ножа появилась синева, невесомый туман, что все сильней приобретал формы человека. За одним появился второй, за вторым – третий. Одни были четкими, другие лишь туманной дымкой. Мужчины, женщины, дети, их немигающие глаза смотрели на мага. Занервничал пес, и хоть он их не видел, но родство было, что заставило его нервно зарычать от чувства чьего-то присутствия. Присутствие ощутило и умертвие, озираясь и ища невидимого врага.

– Говорите… ГОВОРИТЕ! – повторил маг.

– Ме-е-е-с-с-т-и-и, – донеслось отовсюду.

– Иного и не ждал, – криво усмехнулся маг.

Ответ был дан, и души начали истаивать, но не все.

– Слу-ж-ба за слу-ж-бу – донеслось от самых плотных и четких образов. В основном – крепких мужчин, но были и пара женщин. Все они начали приближаться, касаться ножа, от чего тот стал светиться менее ярко, но плотность и насыщенность света стала намного интенсивней. Ну а духи же, наоборот, становились туманом, постепенно впитываясь в нож. Когда последний из них пропал, нож перестал светиться совсем, но старой кости было не узнать – в руках мага переливался антрацитово-черный красавец.

– Зео, точки швартовки получены. Сейчас и далее – режим «Тишина».

Сложив вещи, маг достал из кармана небольшой планшет и включил его. На экране планшета забегал текст, периодически перемежаясь с графиками и чертежами.

– М-да, просил Зео мне шпору сделать, а тут целая диссертация. Так, ладно начнем с первой страницы. Ага, включаем дублирование энергетики щита станции и незаметно швартуемся в технических помещениях дока, там как раз есть такие вот места аварийной швартовки для спасателей и т. п. Ладно, все это понятно, это и раньше оговаривали с ним, хорошо, вперед.

Легкая тень, что была почти незаметна на фоне космоса, – челнок в стелс-режиме – двинулась к докам колонии, периодически прячась за очередными скоплениями астероидов. Достигнув неприметного места за доками станции, корабль аккуратно совершил стыковку с колонией, оставаясь при этом совершенно незаметным, закрытый заградительными плитами дока.

«Рафаль, мы в технических отсеках, никого не атакуй, двигайся тихо, следи за Шариком».

Трое существ аккуратно пробирались по техническим отсекам станции-колонии. В связи с довольно большим возрастом станции пропорционально ей росло и количество всякого хлама, оставленного запасливыми шахтерами вот в таких закутках «на всякий случай». Поэтому передвижение было ужасно замедленным и аккуратным. Возможно, именно это и позволило услышать тихий шум и бормотание впереди.

Немного ранее

Четверо адептов стояли перед главным, вытянувшись во весь рост своих тщедушных тел. Их лица напоказ были покрыты разного рода имплантами, не столь функциональными, сколько щеголеватыми, бросающимися в глаза. Сами же люди, а это были именно люди, были крайне молоды и если и перевалили порог совершеннолетия, то не намного.

– Следить за ними! Глаз не спускать! Надо будет – пылинки сдувать будете? Поняли меня? – разорялся старший адепт.

– Да, следить будем неусыпно! – ответили в очередной раз, уже немного уныло и раздраженно адепты.

Еще раз, осмотрев всех четверых, старший адепт с чувством выполненного долга – удачного нагоняя молодняку – ушел в свои лаборатории, его ждало еще множество дел и исследований. А тут эти молодые дурачки, искалечившие свои тела лишь ради многолетия и силы, и сами справятся. Да и не нужны они тут – двери отсеков с пленными заперты надежно, а они тут… да пусть лучше тут, чем под ногами будут путаться.

– Фух, ушел старший, – заговорил один из четверки, – а злющий какой. Это все из-за того офицеришки-выскочки, что с новой партией скота поступил. Из-за этого мяса теперь мы… МЫ должны терпеть крики. Эй, парни, старшие сейчас заняты подготовкой лабораторий после той партии, они еще пару дней в отсеке скота не покажутся, а давайте-ка проучим этого выскочку? Это ничтожество посмело что-то требовать от НАС!

Дружный гул, хоть и слегка неуверенный, был знаком согласия.

– Чудесно, тогда пойдем, притащим его поближе к техническим отсекам, там нас никто не побеспокоит, мы с ним обстоятельно поговорим, хе-хе. Ах, да, ты… – парень ткнул на самого низенького и щуплого из них, – как там тебя, да не важно, а ну быстренько поройся в том хламе, что навален в техотсеках. Нам нужен плазменный резак, ну или что-то подобное, не марать же руки об это.

Указанный адепт лишь угодливо кивнул, быстренько засеменив к выходу.