Гадания на смерть

Тяжёлая тревога вмиг заполнила собой весь рассудок Ильи, ведь Инна ему, помнится, рассказывала, что тоже ходила к той гадалке. Тревога, которая не позволяла поверить, что предсказания гадалки Назы были только словами. И совершенно не давала подумать больше ни о чём другом.

Начинался только второй урок, до обеда, когда становился «виден» конец текущего учебного дня, было ещё очень далеко. И от осознания последнего Илья приходил в отчаяние. Разве сможет он столько высидеть, зная, что с Инной, возможно, случилась беда! Смотря на собравшихся у кабалы – кабалой в их классе, да и во всей школе, называли кабинеты алгебры, по первым слогам этих двух слов: «кабинет» и «алгебра» – одноклассников, неизменно обсуждавших творившееся сейчас в городе, Илья всё больше и больше склонялся к мысли, что из школы нужно было «линять». Вот только предупредить кого-нибудь из друзей, чтобы классная, «соскучившись», кипеж не поднимала. А то со всем этим ужасом в городе в школе у них с посещаемостью уроков ещё строже стало. Предупредить и линять, дуя прямиком к Инне домой.

– Димон! – едва об этом подумав, Илья окликнул одного из своих школьных приятелей.

– Я-я! – тут же повернулся тот.

– Слушай, мне сейчас исчезнуть надо. Ты, если что, классной шепни, что я побежал Инку проведать. Что-то не пришла она сегодня, и мне тревожно за неё! Пусть шума не поднимает, я, если что, на связи.

– Понятно… – с беспокойством посмотрел на товарища Дима. – Может, помочь чем?

– Да не, чё тут помогать! Сам справлюсь.

– Ну, как знаешь! Давай, я прикрою, если что.

Пожав руку Димону, Илья припустил к ведущей на первый этаж лестнице. Алгебраичка «на горизонте» ещё не показалась, а значит, пока не было никаких помех тому, чтобы пробраться к выходу из школы. Гардероб он решил оставить на потом. «Вот Инну проведаю, потом заскочу в школу и заберу куртку. А то сейчас её вряд ли гардеробщица мне отдаст. С этим переполохом в городе…» – подумалось ему, когда он уже подбегал к парадному входу школы. Последний выходил прямо на улицу, где можно было сразу потеряться среди прохожих, так что, выходя через него, было намного меньше вероятности оказаться замеченным в окно кем-нибудь из учителей.

Инна открыла сразу. Он ещё и притронуться к кнопке звонка не успел. До калитки оставался ещё целый шаг, когда она перед ним распахнулась.

– Пришёл! – девушка сразу же бросилась Илье на шею. – Пришёл…

– Как же иначе! – обняв и уткнувшись в её шелковистые волосы, пробормотал тот, тут же спрашивая: – У тебя всё в порядке?

– Все живы… – ответ девушки показался Илье уклончивым, однако он не стал в те мгновенья заострять на этом внимание. А Инна продолжала: – Да ты проходи, проходи! Раздетый, замёрз наверное!

Заведя Илью в дом, Инна сразу же бросилась на кухню, спеша поставить на плиту чайник и разогреть чего-нибудь покушать, чтобы поскорее отогреть своего парня. Тот же сразу направился за ней.

– Ты телефон чего выключила? – вымыв руки над мойкой и усаживаясь за столом, начал допытываться он у хозяйничавшей возле плиты девушки.

– Да я не выключила. Я его грохнула…

– То есть?

– Ну что «то есть»! Уронила на пол, а он «обиделся». Папа сегодня в ремонт должен будет отдать.

– А-а! – покачал головой Илья. – А я звоню-звоню…

Подойдя к нему, Инна ласково взъерошила ему волосы на макушке.

– Звоню-звоню… – передразнила она Илью, грустно улыбаясь.

– А в школу почему сегодня не пришла? – не замечая грусти в её голосе, продолжал пытать свою девушку Илья.

Спросив, он поднял на Инну глаза, и вот тут-то от его взгляда не ускользнуло, как погрустнело теперь лицо его возлюбленной!

– В школу… – и сама не понимая, что говорит, пробормотала та, тут же уходя куда-то в свои мысли.

– В школу, – увидев её реакцию, сразу встревожился Илья.

– А это и есть то, о чём я тебе сейчас собиралась рассказать, – Инна постаралась сбросить нахлынувшую вдруг на неё грусть и сделала голос нарочито весёлым.

Да только Илья сразу уловил фальш в её голосе. И снова самые недобрые предчувствия, отпустившие было его при виде живой и здоровой Инны, закрались к нему в самое сердце.

– Что случилось? – взгляд его сделался не на шутку обеспокоенным.

– Понимаешь… – присаживаясь рядом с ним на другой стул и почему-то пряча глаза, отвечала Инна. – Я, дура, тебя не послушалась…

– Ты о чём?

– Говорил же ты мне, чтобы я к той Назе больше не ходила!

– Назе?

– Ну это гадалка та, помнишь, я тебе о ней рассказывала!

– А! Ну-ну!

– Так вот… Это Нелька всё, пошли-пошли… – в комнате отчётливо раздался её всхлип.

– Успокойся, малыш, и расскажи всё по-порядку.

– Да что по-порядку! – Инна отчаянно махнула рукой. – В общем, пришла ко мне Нелька, соседка моя, я тебе о ней раньше рассказывала…

– Ну да, я помню…

– Так вот. Пришла она ко мне и ну меня уговаривать – пошли да пошли к Назе сходим! Погадать ей приспичило, любит-не любит её там один парень из её класса. А мне что делать? Когда я на тебя гадать ходила, точно так же её пойти со мной уговорила. Так что теперь оказалась вроде как ей должна. Ну, я и пошла…

Ничего не сказав, Илья тяжело вздохнул. А Инна, виновато на него посмотрев, продолжала:

– Да не вздыхай ты так, знаю, что дура!

Инна снова всхлипнула.

– В общем, – продолжала она, – я попёрлась тогда с ней. К Назе той… Ну она нам и погадала.

– Вам?! Ты же пошла за компанию!

– Да Наза! – с досадой почти воскликнула Инна. – Кофе сварила и налила не только Нельке! Я, дура, с ней в комнатушку-гадальню Низину запёрлась! В общем, когда она мне чашку с кофе протянула, я не отказалась. Бес, что называется, попутал! Деньги-то с собой были…

– Ну? – переполненный тревогой взгляд Ильи нетерпеливо забегал по лицу, волосам, плечам возлюбленной.

– Что «ну»? – Инна заплакала. – И я, и Нелька теперь ждём своей смерти. А ты говоришь в школу…

Повисло тяжёлое молчание. Опустив голову, беззвучно плакала хозяйка, частыми слезами капая в стоящую перед ней всё ещё пустую чайную чашку. Илья не сводил с неё своего перепуганного только что услышанным рассказом взгляда. И никто из них не мог вымолвить ни единого слова. Инна от уже почти напрочь раздавившего её за минувшее после рокового гадания время невыносимого отчаяния. Илья от страха за свою ненаглядную.

– А что же ты мне позавчера ничего не сказала? На похоронах Лины?

– До того ли там было! – Инна покачала головой. – Да и не знала я ещё тогда, что всем умершим Наза их смерть нагадала. Я об этом только на Лининых похоронах в первый раз, да и то только вскользь, услышала. А потом… Вечером того же дня предки мои такой же слух с работы принесли, и то, что они рассказали, уже на пустую болтовню похоже не было.

– Иди ко мне! – обнял плачущую подругу Илья. – Не бойся, мы обязательно изо всего этого выпутаемся.

Едва уняв слёзы, Инна молча высвободилась из его объятий и поднялась налить чаю. Чайник на плите уже вовсю свистел.

– Тебе котлет положить? – обернувшись, спросила она, и по голосу её было понятно, что творилось в те мгновенья у неё на душе.

– Положи… – машинально ответил Илья, тут же снова заговорив о том, что его беспокоило: – Ты предкам рассказала?

– Зачем? – взгляд его девушки сделался немного недоуменным. – Чего их зря беспокоить? Изменить-то, если что, они всё равно ничего не смогут.

– Ну да, ну да… – задумчиво закивал в ответ головой Илья.

А на столе перед ним уже появилась пара дымящихся на тарелке котлет. Ещё миг, и там же оказались вилка, нарезанный и уложенный в хлебницу хлеб и чашка только что налитого ароматного чая.

– А сама что же?

– Да я завтракала поздно. Ещё не проголодалась.

В кухне снова повисло молчание. Илья налёг на котлеты. Инна же молча на него смотрела, почему-то больше за стол не присаживаясь.

– Ты доедай и приходи в гостиную, – не захотев, видно, больше разговаривать на прежнюю тему, проговорила она, поворачиваясь и выходя из кухни. – Пойду пока телек посмотрю, может, чего нового обо всей этой жути узнаю.

Посмотрев ей вслед, Илья сразу же подналёг на еду, чтобы поскорей с ней разделаться.

Когда, управившись с завтраком, или, скорее, для него это был уже, хоть и ранний, обед, Илья вошёл в гостиную, Инна сидела перед телевизором, устроившись в кресле, и увлечённо смотрела какую-то передачу. По телеку показывали каких-то животных, и Илья порадовался, что его девушку хоть что-то отвлекало от несомненно давящих на её психику мрачных мыслей. На вошедшего в комнату Илью Инна даже не посмотрела. Впрочем, тот вошёл абсолютно неслышно, и потому ничуть не удивился такому невниманию с её стороны.

Тут же развалившись в соседнем кресле, он повернулся к ней и, постаравшись сделать голос как можно беззаботнее, спросил:

– Ну, что показывают?

Однако, та ничего ему не ответила. Засмотрелась, что ли?

– Эй! – Илья с улыбкой приподнял голову со спинки кресла. – Ку-ку! Чего смотришь, говорю!

Да только Инна не ответила ему и на этот раз. И даже при этом не пошевелилась.

– Иннуш! – Илья рывком поднялся с кресла и подошёл к возлюбленной. – Ты уснула?

Последнее он спросил, увидев её закрытые глаза, уже намного тише, чтобы не разбудить так неожиданно заснувшую девушку.

– Уснула… – проговорил он в следующий миг, с улыбкой склоняясь над неподвижной Инной, собираясь поцеловать её в щёчку.

И тут… В следующую секунду Илья отчетливо различил, что Инна совсем не дышала! Что?! Не дышала?! Нет! Нет! Не-е-ет!!!

Обезумев от ужаса, он, схватив за плечи, сначала легонько, потом всё сильнее и стльнее, затряс её в отчаянном порыве вырвать из охватившего её вдруг беспамятства, да только… Беспамятство то, похоже, оказалось наступившим навеки…

– Не-е-ет!!! – в отчаянии закричал на весь дом Илья, тут же выхватывая из кармана телефон и спешно набирая на нём номер скорой помощи. – Нет! Только не это! Нет!

– Иннуш! – не переставал он при этом трясти девушку за плечо свободной рукой. – Иннуш, не уходи! Умоляю тебя, не уходи! Все эти гадания – чушь! Ты будешь жить! Ты должна! Ты просто обязана…

– Скорая помощь. – раздалось из телефона.

– Алло! Алло! Скорая, срочно приезжайте! Девушка при смерти! Так внезапно…

– Назовите адрес! – поняв состояние звонившего, тут же отреагировали на другом конце соединения.

И в следующее мгновение, сбиваясь от волнения, Илья продиктовал разговаривавшей с ним незнакомой женщине адрес.

А Инна всё продолжала неподвижно полусидеть-полулежать в кресле, не подавая на своём красивом побледневшим лице ни малейшего признака жизни…

* * *

С похорон своей возлюбленной Илья шёл в полубессознательном состоянии. Словно его оглушило сильнейшим взрывом или безжалостным ударом по голове чем-то тяжёлым. Инночка-Инночка! Ну зачем, зачем ты пошла к этой ведьме?! Слёзы градом катились из глаз, совершенно не стесняясь ни, немногим ранее, никого из окруживших свежую Иннушкину могилку скорбящих по усопшей, ни теперь ни одного человека из спешивших ему навстречу прохожих.

Несмотря на своё горе, на кладбище Илья обратил внимание, что свежих могил там стало намного больше, чем он видел совсем недавно, когда был там на похоронах Лины. На фоне творившегося в городе кошмара нетрудно было догадаться, что покоившиеся в них усопшие были такими же молодыми людьми, как и его Инна. Увидев и поняв это, Илья ужаснулся.

Сколько смертей принесли в город гадания Назы! Сколько смертей… Принесли или те гадания их просто предвидели? Если первое, то эту Назу нужно… Илья не мог даже придумать, что нужно было сделать с гадалкой, если она оказалась бы хоть сколько-нибудь виновата в смерти его любимой. Любой вид казни казался ему таким ничтожным в сравнении с тем, за что он жаждал его назначить. Впрочем, что ему было об этом думать? Как теперь было узнать, виновата гадалка или нет?!

Да никак!

Никак…

Скрипнув зубами, Илья шатающейся походкой направился дальше по улице. И при этом совсем не замечал, что ноги несли его совершенно не в ту сторону, где был его дом. И даже не в ту, где была школа. Или дом Инны… Хотя, за последний говорить теперь вряд ли было уместно.

Посмотри он вокруг себя хоть немного повнимательнее, он сразу бы понял, что шёл не просто куда глядели глаза. Он шёл к дому, где жила и проводила до недавнего времени свои нечистые обряды та самая гадалка Наза. Шёл, и сам не понимая, куда и зачем. Просто шёл…

Опомнился он только тогда, когда подошёл к самому дому гадалки. Опомнился и остановился. Зачем он сюда пришёл? Он же… Впрочем, какая теперь разница, одобрял он или не одобрял походы к такого рода предсказателям. Раз пришёл, то пойдёт и дальше, надо же было, в конце-концов, понять, отчего умерла его Инна.

Едва подумав о только что похороненной возлюбленной и о том, что она тоже сюда приходила, Илья решительно шагнул к калитке и нажал на звонок.

После довольно долгого трезвона открыл ему сын хозяйки.

– Тебе чего? – вместо приветствия буркнул он.

– Наза дома?

– Зачем тебе она? Она больше не гадает.

– Мне нужно у неё кое-о-чём спросить, – Илья смотрел на открывшего ему парня исподлобья.

– Много народу уже приходило. И все чего-то спрашивали, что-то говорили, даже грозились убить… А ты опоздал. Наза здесь больше не живёт. Уехала.