По памяти и с натуры

Второй. Как это — когда есть?..

Первый. А так. У нас сегодня пар выходной. А мы утюжим исключительно паром.

Второй. Зачем же вы тогда принимали мой заказ?!

Первый. А как по-вашему, план выполнять нам надо или нет?

Второй. Хорошо вы выполняете план: не утюжа!

Первый. Это вас не касается, гражданин. У нас есть для этого вышестоящие организации, чтобы нам указывать. Но не вы будете здесь командовать! Ясно?

Второй. Отдайте мои брюки!

Первый. И отдадим. Себе такое барахло оставлять мы не намерены.

Второй. Я, ей-богу, сейчас с ума сойду. Вы что — нарочно?..

Первый. При чем здесь — нарочно? Пар от нас независящий.

Второй. Утюжьте электричеством.

Первый. Спасибо за совет. У нас утюг перегорел.

Второй. Так отдайте починить!

Первый. Отослали уже. В мастерскую. А там говорят: раньше среды и не ждите.

Второй. Ну придумайте же что-нибудь! Достаньте уголь!

Первый. Пробовали. На базе нет. Будет в будущем квартале. Да что это, гражданин, вы меня взялись учить?! Кто специалист по глажке? Я или вы?!

Второй. Что же это такое?.. Как дурной сон… Дайте мне жалобную книгу!

Первый. Завтра зайдите насчет книги: теперешняя книга вся исписана, а новую привезут завтра.

Второй. Я… я… я не знаю, что я сейчас сделаю!

Первый. Знаем мы это «я не знаю». Пошумите малость и успокоитесь. Фаина Ивановна, валерьянка у нас еще есть? Нету? Когда же они ее выхлестали всю? Ну и клиент нынче пошел!

Второй. Вот что: или вы мне сейчас отдадите брюки, или я… я… вы… я…

Первый. Отдать можем, безусловно. Только учтите: брюки сырые.

Второй. Как так — сырые?!

Первый. Обыкновенно — сырые. Мастер их успел спрыснуть для утюжки, а тут пар возьми и прекратись. Вот так.

Второй. Зарезали! Погубили!

Первый. Ну к чему такие слова? Просохнут ваши брюки через часок, вы их наденете себе, как они есть. А один раз утюжка останется за нами: зайдите на той неделе, когда пар будет, и все.

Второй. Поймите, я опаздываю на важное заседание!

Первый. Можем дать справку. Дескать, неявка по причине брюк.

Второй. Вы смеетесь надо мной, да? Кому я могу предъявить такую справку?

Первый. Не можете — не берите. Фаина Ивановна, у нас в котором шкафу больше моли? В правом или в угловом?.. Ага. Понял. А то надо пальтишко райпрокурора вешать, так я думал…

Второй (подошел к столу, стукнул по бумагам). Вот что: или я сейчас же получаю мои брюки в приличном виде, или я выхожу как есть на улицу!

Первый. И вас же загребут в милицию.

Второй. И очень хорошо. А я в милиции дам показания, кто меня вынудил появляться в таком виде. В газету сообщат. Напишут про вас.

Первый. Тьфу, вот склочник так склочник! (За кулисы.) Кузьма Терентьевич, что там со срочными брюками?.. Может, сходишь наверх в восьмую квартиру к Семеновым, одолжишь утюжок: такой кляузник оказался этот голоштанник?.. А? Готово. Что ж ты не несешь? Думал, он убежал? То-то и есть, что нет. (Второму.) Пройдите в кабину, гражданин, сейчас вернем вам ваши брюки. И даже — проутюженными. Повезло вам, ей-богу. Я уже за полгода такого везения в нашем ателье не наблюдал. (За кулисы.) А? Что? Сейчас. (На секунду скрылся за кулисами и вынес на вешалке штаны в страшно истерзанном виде.) Вот, носите на здоровье…

Второй падает в обморок.

Тьфу! Кажется, опять инфаркт. Опять не разрешат его трогать. Прошлый квартал у нас один клиент пролежал в кабине два месяца, весь план сорвал. Теперь этот — то же самое. Эх, работка у нас — как все равно на переднем крае!

Оба исполнителя принимают свой обычный вид. Кланяются, уходят.

Гонг.

На сцене — она и он.

(Эта сценка исполняется при наличии в дуэте женщины или артиста, способного играть комическую женскую роль.)

Она. Давайте позволим себе немножко самокритики.

Он. Что вы имеете в виду?

Она. А то, что и наши сотоварищи — артисты — иногда позволяют себе, мягко выражаясь, халатное отношение к зрителям.

Он (иронически). Разве?

Она (иронически). А вы этого не знаете?

Он. Ну-ка, ну-ка, как фамилии этих артистов, которых мы с вами наблюдали в концерте на той неделе?..

Она. А не все ли равно, как их фамилии? Интересно, как они себя ведут во время выступлений.

Он (зрителям). Разрешите, мы вам покажем одну артистическую пару, которую мы наблюдали на той неделе, а вы, скорей всего, тоже встречали — если не на той неделе, так когда-нибудь раньше. И, к сожалению, можете встретить и несколько позже. (Уходит.)

Она. Итак, вообразите себе концерт… этакое «мероприятие», организованное не слишком тщательно. Клубная сцена. Кулис почти нет. Все происходит на глазах у зрителей. И когда конферансье волнуется по поводу того, что следующий номер запаздывает, то все это видно и слышно зрителям.

Из-за кулис, спиной к залу показывается Он в образе пошловатого конферансье: небольшой грим и аппликация носа с очками.

Он (кому-то за кулисы). А кого я сейчас буду выпускать? Какой может быть антракт: я уже два раза делал антракт — когда Стоеросов не приехал и когда ждали Деревянкину. Слушайте, хорошо вам меня просить, а мне надо выходить к публике, разговаривать. Если они меня закидают гнилой картошкой, ей-богу, они будут правы! Я сам знаю, что зрители у нас культурные и они себе этого не позволят. А вот артисты позволяют себе!

Пока длится этот монолог, она уходит за кулисы в ту сторону, где стоит он, а затем появляется в образе и гриме артистки-халтурщицы: безвкусные добавления к платью, парик, резкий грим лица и т. д.

Она (шипя). Ну не могу же я выступать одна, если мы делаем дуэт!

Он. А мне какое дело?

Она. Дуэты всегда исполняются вдвоем.

Он. Это-то я и без вас знаю: дуэт — вдвоем, трио — втроем, квартет вчетвером, квинтет — впятером.

Она. Ну подождите немного: может, он еще подскочит сюда…

Он. Не буду ждать. Готовьтесь к выходу. Я вас объявляю. (Оборачивается к залу.)

Она (схватила его за локоть). Я вас умоляю!..

Он. Не умоляйте! Пустите меня! (Выходит на авансцену.) Итак, следующим номером нашей программы будет номер, так сказать, вокального плана. И даже более: не просто вокальный, а, так сказать, каскадно-вокальный. Популярный дуэт из оперетты «Когда придет весна» замечательного композитора Штрауса под оригинальным заглавием «Знаю я одно прелестное местечко». Дуэт исполняет артистка нашей эстрады Клеопатра Пахомовна Перерубова-Пополамская. Попрошу! (Жестом приглашает исполнительницу.)

Она (выходит с деланной улыбкой, «обаятельно» кланяется публике, но тут же отворачивается к конферансье и со злым лицом произносит). Я вам это попомню! Я на вас еще напишу и в местком и в дирекцию.

Выходит аккомпаниаторша, садится за рояль.

Он. Пишите куда хотите! (Зрителям.) У рояля концертмейстер Секлетея Рябых. (Уходит.)

Она провожает его злобным взглядом и грозит кулаком. Затем снова «обаятельно» улыбается зрителям и дает знак аккомпаниаторше. Вступает музыка. Пошел отыгрыш. Зазвучала музыка к тексту куплета, но артистка молчит.

Голос его (из-за кулис). Почему молчите?

Она (отвечает кулисам). Потому что это текст моего партнера. А вот сейчас будет мой… (Вступает.)

И на балах, поверьте мне, Нужна опаска. Коварной может быть вполне Таинственная маска…

На сцену выбегает он в образе и гриме артиста-халтурщика: подтянутый нос, парик с зачесом на лысине, асимметричные брови. В руках чемоданчик.

Он. Пардон, я, кажется, немножко опоздал.

Она. Хорошее — немножко!

Он. Продолжайте, Клеопатра Пахомовна, я сейчас, включусь. (Сел на стул, достал из чемодана лаковые туфли, переобувается.)

Она. Я жду.

Он. Сейчас, сейчас.

Она. И зрители ждут.

Он. Одну минуточку… Маэстро, можете начинать.

Аккомпаниаторша заиграла вступление.

Пойте, пойте, я уже готов.

Она. Как я буду петь, когда первый куплет ваш?!

Он. Разве? Ну вот я и в порядке. (Встал рядом с ней.) Маэстро, можно еще раз отыгрыш?

Музыка звучит снова.

(Запевает.) Та-та-та-та-та-та… Звенят бубенчики.

Она (дергает его за рукав). Что вы поете?!

Он. А что?

Она. Ведь надо: «Знаю я одно прелестное местечко»…

Он. Разве?.. Ага. Тогда попрошу еще раз отыгрыш. (Выждав вступление, запел.)

Если б женихом я был, А вы — невестой, Вас бы наверняка пленил Мой жар уместный…

Она (поет).

И на балах, поверьте мне, Нужна опаска. Коварной может быть вполне Таинственная маска…

Он. Мммм… ммм… мы-мы-мы-мы-мы-мы-мэ…

Она. Что вы мычите?

Он (тихо). Слова забыл. Давно не исполнял это.

Она. Хорош! (Запела.)

Знаю я одно прелестное местечко, Под горой лесок и маленькая речка. Там обычаю верны, Люди нежности полны И целуются в уста Возле каждого куста…

(Начала танец.)

Он, путая текст, идет за ней в танце. Но и танец, очевидно, забыт им. Он путается. Она сердится, выправляет его движения. Кончается дело тем, что он наступает ей на ногу.

Он. Пардон!

Она. Изверг! Убийца! (Плача и хромая убегает за ку- лисы.)

Он (спешит за ней). Честное слово, я нечаянно. (Зрителям.) Сию минуту, граждане. Мы еще вам споем и станцуем…