Первое сообщение:

– Мам, пап, я сегодня у Гали уроки буду делать, приду к девяти, тетя Катя нас накормит.

– Ну и что, Петь? – тут же на всякий случай оправдалась Наташа. – Мы Галку Катину тоже всегда кормим.

В аппарате раздался щелчок, и Петя забегал вокруг телефона.

– Наталья, добрый вечер, – произнес бархатный мужской баритон, – это Александр! Завтра у нас конференция по пилатесу, поэтому наша встреча сдвигается на час. Надеюсь, я вас не очень огорчил. Очень жду встречи!

И Петя начал ураганом носиться по квартире, варваром набегая на черепки от кота.

– Встреча! Александр! – вопил он, с упоением хрустя черепками. – Вот как теперь это называется! Пилатес!!! Совсем стыд потеряла! Что? Уже не только в эфире, так и дома мужики покоя не дают? Проститутка! Я ухожу! Забавляйся теперь – никто мешать не будет!

Наташа, глядя на то, как Петя пытается поднять чемодан, тихонько смеялась…

В самолете на Ниццу в это раннее субботнее утро было немноголюдно. Сезон на Лазурном Берегу уже официально завершился, и наличие свободных кресел в бизнес-классе было тому прямым подтверждением. Осеннее сентябрьское солнце улыбается через иллюминаторы и, в отличие от французских авиадиспетчеров, не спешит объявлять никаких забастовок.

Марина в больших темных очках от Dior напоминает кинодиву эпохи 40-х годов прошлого века. Этакая Грейс Келли, которая потерялась во времени и только сейчас попала на рейс в Канны, еще не догадываясь, что все пальмовые ветви и премии знаменитого кинофестиваля давно нашли своих героев. Я любуюсь ее профилем с гордо приподнятым подбородком, и мне абсолютно ясно, что Марина, в отличие от американской актрисы, метит не в монакские принцессы, а сразу в королевы.

– Дорогой, поставь мой Лу на верхнюю полку, – так уважительно Марина величала продукцию известного Дома, – и закажи шампанского.

Если бы она знала, что должность дворецкого – моя тайная страсть, наверняка бы предложила мне даже отгладить свежую прессу, которую никогда не читала. Типографская краска, иногда остающаяся на руках, ее раздражала.

Журнал L'Officiel – единственный компромисс, на который она пошла на высоте 10 тысяч метров.

– Меня зовут Ирина, – радостно улыбается стюардесса. – Я буду обслуживать вас в этом рейсе. Шампанского? – и она заговорщически подмигнула. – Я видела ваши фото в сегодняшних газетах.

– И томатного сока со льдом, – добавляю я.

Перед томатным соком в полете, так же, как и перед чаем в купе поезда, устоять невозможно. Похоже, этот феномен еще предстоит изучить ученым из Института питания.

– До сих пор не могу поверить в то, что согласился на эту авантюру, которую ты придумала! – обращаюсь я к своей Грейс Келли. – Может, ты мне все-таки скажешь, куда именно мы летим?

– Нет, – королева категорична. – Может, ты в душе авантюрист, только боишься себе в этом признаться? Или ты действительно хотел получить эту статуэтку и считаешь себя незаслуженно обделенным? Поверь мне, – она начинает мурлыкать, – чтобы получить альтернативную премию, тебе придется немного полетать…

Бессонная ночь дает о себе знать, и ее спокойный голос убаюкивает меня лучше, чем это делает Оксана Федорова в дуэте с Хрюшей. Говорят, после того, как экс-мисс Мира стала желать спокойной ночи малышам, к цветам жизни активно присоединились и многие мужчины половозрелого возраста, увеличив рейтинги программы вдвое…

Проснулся я оттого, что Марина трепала меня по волосам.

– Малыш, у тебя есть ручка? – нежно шепчет она.

– Нет, но если хочешь, я вскрою вены, и ты заполнишь иммиграционную карту моей кровью.

Она улыбается и, прикоснувшись двумя пальцами к своим губам, плавно подносит их к моему рту, накладывая таким образом символическую печать. В этот момент голос капитана корабля произносит:

– Дамы и господа, мы снижаемся.

Куда же мы направляемся?

Основным недостатком супруга Наташи была чудовищная ревность. А основным достоинством – быстрая отходчивость. Закрепив мир исполнением супружеского долга, Наташа тут же начала торговаться.

– Петь, ты где? – кричит она, выглядывая из ванны. – Я сегодня после работы к Виолетте заеду?

– Опять? – отвечает из кухни подобревший Петя. – Опять на персональные тренировки намылилась?

– Никаких тренировок! – Наташа кричит, потому что в ее руках шумит фен. – Ты у меня самый лучший, самый добрый!

– Не подлизывайся! – в ответ любимый муж грохочет сковородками. – Так и норовишь из дома улизнуть!

– Ну Петушок, милый… А что это горит?!

Дым из кухни уже добрался до всех комнат. Замороженные блинчики с творогом, которые Петя решил приготовить Наташе в знак примирения, подгорели.

Птицы за раскрытым на ночь окном поют так громко, что сквозь утренний сон их трели воспринимаются частью сновидений в Chateau Eza. Именно здесь мы оказались вчера, перебравшись на вертолете из аэропорта в Ницце в горы немного западнее Монако. Наш багаж доставили сюда на осликах – последние четыреста метров до замка недоступны автомобилю…

Если бы все номинанты на премию ТЭФИ знали, какие альтернативные призы их могут утешить! Думаю, многие бы сдержали свой пыл в желании подержать бронзового Орфея. За исключением разве Дмитрия Крылова – он и так путешествует бесплатно в дуэте со своей супругой.

Бывшая резиденция шведской королевской семьи, ныне превращенная в отель, состояла только из 10 номеров и напомнила мне декорацию для сказки про Синюю Бороду. Я лежу на кровати, смотрю в окно и думаю о том, что барон, наверное, не был плохим мужем. Он всего лишь обращался к очередной жене с маленькой просьбой не открывать потайную дверь. Неужели так трудно? Но нет – каждый раз любопытство супруги брало верх…

– Который час? – Марина нехотя поднимает голову от подушки.

– Даже не знаю…

Я уже сижу на краю кровати, вспоминая события прошлой ночи. После алкоголя и хронической усталости все смешалось в голове, как кадры видеоклипов на MTV.

Интересно, когда Бенни Андерсен из группы АВВА был здесь в гостях у шведской королевы, он брал с собой на память тапочки и одноразовый шампунь? Потом так же неожиданно мне приходит в голову другой вопрос.

– Скажи, – тормошу я Марину, которая опять собралась засыпать. – Ты всех своих мужчин привозишь сюда на тест-драйв?

Марина тут же просыпается и смотрит на меня недобро.

– Давай договоримся сразу! Ты можешь спрашивать меня о чем угодно, только не о моей прошлой жизни. Не хочу жить в прошедшем времени! Да и любопытство не самое лучшее качество.

Надо мириться – зачем разрушать только начавшуюся сказку?

– Мне все равно, что у тебя было «до». Хотя… – я задумался. – Пусть твоя история в моей голове выглядит так. После падения Берлинской стены ты знакомишься с богатым старым немцем. Он готов бросить к твоим ногам весь мир. Бюргер не догадывается, что ты, как и экс-супруга Пола Маккартни, в качестве хобби снималась в фильмах категории «XXX».

Марина смотрит на меня несколько секунд, а потом решительно встает с кровати.

– По ночам, – продолжаю я, – он открывает с тобой неведомые ему прежде страницы в науке любви, но в один прекрасный день, переев виагры, немец умирает.

Марина уже добралась до зеркала и водит по волосам щеткой, ничем не выражая своего отношения к рождающемуся на ее глазах шедевру мировой литературы.

– За неделю до кончины, – бойко продолжаю я, – как и полагается в таких историях, он отписывает тебе все, что заработал и украл во время Второй мировой войны, включая деньги, вырученные от продажи Янтарной комнаты. Казалось бы, все хорошо, для тебя это начало новой жизни! Но деньги, которые были заработаны на смерти миллионов погибших, не могут принести счастья. И ты в поисках гармонии путешествуешь по всему миру. Пока однажды, в Швейцарских Альпах, ты не встречаешь Его. В ролях – Памела Андерсон и Хью Грант! Ну как?

Я жду ее реакции и, не дождавшись, начинаю сам себе аплодировать.

– Занятно, – наконец произносит она безразличным тоном. – Если такие сюжеты для голливудских картин категории «С» тебя заводят, я только рада. Похоже, мне предстоит еще немножко тебя поизучать. А пока, – она сняла телефонную трубку и нажала на кнопку «обслуживание в номерах». – Два завтрака, пожалуйста, и побольше свежей черники, перемолотой в миксере. Она улучшает пищеварение. Десерт?

Марина выразительно смотрит на меня и облизывается:

– Мой десерт меня уже ждет…

Я всегда любил завтраки в отелях.

– Ну, давайте серьезнее! Кто поедет в Киев?

Желающих – ноль. Командировка в Киев, да еще с Мишей, – нет, это не для наших девушек. Поэтому все смотрят на Пятницкую.

– А почему я, почему всегда я?! У меня вообще ребенка не с кем оставить!

– Да, – встает на защиту подруги Лариса. – Почему сразу Лена? Давайте лучше жребий тянуть.

Все долго спорят, что именно будет играть роль жребия, наконец рвут бумажки и рисуют крестик, который тут же вытягивает Пятницкая.

– Ленка, это судьба!

– Да не могу я ехать! С кем, говорю я вам, дочку оставлю?!

– Лена, – Лариса очень переживает, – я с Иришкой поживу все это время, ты не беспокойся.

– Да? А на родительское собрание тоже ты пойдешь? Мне строго-настрого велели прийти!

– Ну конечно! Схожу на собрание – тебя все равно никто в школе в глаза не видел, никто и не узнает, что я не ты.

Но Пятницкая продолжает упорствовать:

– Да нельзя мне! У меня диета!

– Господи, Лена, – подает голос Юлечка, – ну вы же и там можете сидеть себе спокойно на диете.

– Да? Ты думаешь, что я смогу держать себя в руках, когда увижу украинское сало?! Борщ, пампушки и вареники с вишнями?!! Я вас предупреждаю – я пущусь во все тяжкие!!!

– Главное, чтобы ты не пустилась во все тяжкие в машине, – подливаю я масло в огонь, – хорошо, что ты водить не сможешь. Тебя не допустят. Так что будешь держать себя в руках. Заодно договоришься с Веркой Сердючкой по поводу бенефиса.

– Как вам не стыдно! – Лена уже смирилась с предстоящей командировкой, но продолжает для порядка возмущаться. – Я вернусь оттуда коровой!

– Девочки из «ВиаГры» же не потолстели. – Юля сегодня – сама любезность. – Вон в газете писали, что Наде предложили двести тысяч за одну ночь. А она отказалась.

– Ну и дура! – буркнула Пятницкая и тут же представила себе, как эти деньги украсили бы ее бюджет, решив пусть не все, но многие проблемы в ее жизни.

– Добрый день! Добрый день! Добрый день! В эфире самое горячее ток-шоу Первого канала– «Большая стирка»!

Аплодисменты!

– Весь мир готовится к главному культурному событию года – 300-летию Северной столицы России – Санкт-Петербурга. А «Большая стирка» готовится к своему маленькому юбилею – 300-му выпуску.

Аплодисменты!

– Сегодня у нас первый этап подготовки к торжеству. Герои лучших историй, которые вы услышите и увидите сегодня, смогут принять участие в 300-й «Стирке»! Выбор за вами!

После петербурженки Эвелины Михайловны, поставившей себе целью увидеть на пенсии 300 городов мира, и ее земляка, 300-летнего ворона Тоши, который, несмотря на более чем пенсионный возраст, до многословных воспоминаний не опустился, после поэтессы из Володарского района Нижегородской области Розалии Дмитриевны и видеосюжета из деревни Лоза, жители которой стали играть в «Большую стирку», устраивая программу прямо в сельском клубе, в студию стали заносить букеты.

Цветов более ярких я не видел никогда. Это были не редкие растения, занесенные в Красную книгу, и не роскошные композиции известных московских флористов. Все букеты, которые привез для нас Алексей Калякин, повар из города Богородска Нижегородской области, были вырезаны из репы, моркови, свеклы, огурцов, редиса. И сделал он это так, что ни один человек на программе, если бы сам герой не раскрыл тайны, не догадался бы о происхождении этих чудо-растений.

Алексей, здоровый тридцатилетний парень с солнечной улыбкой на круглом славянском лице, добродушно рассказывал, что ему очень приятно кормить людей и знать, что они приезжают к нему в ресторан даже из других городов.

– Один раз я готовил обед для самого Патриарха! – Алексей произнес это с таким удовольствием и гордостью, что в студии закричали «браво!».

Потом повар смущенно сетовал, что пока не нашел ту единственную, которая оценит его таланты. Обещал, что обязательно сделает еще букеты для «Стирки».

– Вот только перевозить их тяжело, быстро ломаются, нежные.

А через месяц после той программы к нам приехал человек и стал всех расспрашивать, что нам известно об Алексее Калякине.

– Калякин? – пожала плечами Юля.

–Да, Алексей Дмитриевич Калякин, шеф-повар ресторана «Богородск», приезжал к вам на «Большую стирку»… – Он извлек из портфеля какую-то папку. – Так… Прибыл он к вам в Останкино 15 марта сего года…

Вошедший в эту минуту Стасик остановился и внимательно посмотрел на незнакомца. Серый, далеко не новый пиджак стилисту явно не понравился: «Швейная фабрика «Большевичка», дизайн эпохи Брежнева…» – это про себя, а вслух:

– А вы, простите, собственно, кто?!

– Следователь по расследованию уголовных преступлений Валерий Денисович Крылов, – и мужчина протянул Стасику красную книжечку.

– У нас?! Милиция?! – Стасик недовольно поджал губы и без энтузиазма посмотрел на Наташу. – Помните, куколки мои, такой красавец стеснительный с цветами из огурцов. Нам их потом даже есть было жалко…

– Алеша из Богородска! – ахнула Лариса. – Не может быть! Что он мог наделать?! Ему же только нимба не хватало?! Практически святой человек!

– Вот он и получил сейчас, наверное, свой нимб где-нибудь там… – Следователь выразительно поднял глаза к потолку и вздохнул устало. – Убили его, зверски убили…

Посмотрев на остолбеневших редакторов и заглянув на секунду в бездонные от ужаса глаза Ларисы, он медленно произнес:

– Вот такие у нас дела… ребята и девушки.