В комнате на несколько мгновений воцарилась гнетущая тишина.

– Я умираю, Уил, – нарушил молчание Магнус. Уил хотел что-то сказать, но король жестом остановил его. – Сядь и послушай, что я тебе скажу.

Уил послушно, словно оглушенный скорбным известием, опустился на стоявший возле кровати стул.

– Задай мне какой-нибудь вопрос, – сказал Магнус. – Представь, о чем спросил бы в таком случае твой отец.

Уил не был расположен играть в подобные игры, но не мог не выполнить требование короля.

– Думаю, мой отец захотел бы узнать, сколько времени у вас осталось, – промолвил он.

Магнус похлопал его по руке.

– Отлично! Молодец, Уил. Именно об этом и спросил бы Фергюс. Он не стал бы размениваться на выражение сочувствия и сожаления, ведь это все равно ничего бы не изменило. Фергюс подавил бы чувства и сразу перешел к делу. Сейчас самое главное, что мы можем успеть сделать, прежде чем я покину этот мир.

Уил кивнул.

– И когда это, по вашим расчетам, произойдет, сир?

– Лекарь говорит, что если повезет, то я протяну до начала полнолуния.

Уилу как будто всадили в живот нож. И нож этот был в руках Селимуса. Скорая смерть короля сулила много бед.

– А ваш сын знает об этом?

– Ты умница, Уил, – похвалил его Магнус. – Нет, он еще ничего не знает. Я не видел Селимуса с того самого дня, когда он застал вас с Элидом у меня в саду. Но я часто думал о вас и многое понял. Странно, правда?

Уил на мгновение растерялся, не зная, что ответить на этот вопрос.

– Не представляю, как мы будем жить без вас, сир, – промолвил он.

Король сердито нахмурился, его ввалившиеся глаза ожили и заблестели.

– Королевство должно жить в мире и процветать! – воскликнул он. – Ты один знаешь, как защитить Моргравию от врагов. Селимус – искусный воин и хороший стратег, но он не справится с этой задачей. К сожалению, мой сын склонен к распутству, и это отнимает у него слишком много сил и времени.

– Мне кажется, ваше величество, вы недооцениваете принца. Он довольно честолюбив.

– Возможно, ты прав, Уил. Хотя, если он и впрямь честолюбив, то хорошо это скрывает. В любом случае, я понимаю, что ты не хотел сделать ему комплимент.

Уил благоразумно промолчал.

– И еще, – добавил король, – я думаю, мой сын не так легкомыслен, как кажется. Скорее он притворяется ветреным и недалеким малым.

– Я согласен с вами, сир, такие мысли тоже не раз приходили мне в голову. На самом деле Селимус умен и сметлив. Могу я говорить откровенно, ваше величество? – спросил Уил и, когда Магнус кивнул, продолжал: – Я уверен, что, придя к власти после вашей смерти, он будет править страной железной рукой.

– Вполне вероятно. Селимус гибок, но ему не хватает душевной тонкости и великодушия. Я надеялся, что все это придет к нему со временем, но ошибся. Тем не менее я уверен, что он не предаст интересы Моргравии. Мой сын не позволит соседям покуситься на наши земли. И ты, Уил Тирск, тоже должен защищать королевство от его врагов. Через несколько лет Бриавель окрепнет, соберется с силами и снова станет грозить нам войной.

– Меня больше беспокоят горцы, сир.

– Ты во всем похож на своего отца. – Магнус вздохнул. – Он тоже говорил об опасности, что грозит нам с севера.

– У него были на то причины, ваше величество.

– Да, ты прав. Поэтому продолжай наращивать силы на границе со Скалистыми горами. Кайлех становится все более дерзким.

– На границе участились вооруженные столкновения, сир. Раньше, встречая дозор, горцы спасались бегством, а теперь осмелели и вступают в бой с нашими воинами.

Магнус снова вздохнул.

– Да, дерзости им не занимать. Твой отец предупреждал нас о подобном развитии событий. Будь начеку, мой мальчик, внимателыю следи за тем, что происходит на севере. Возможно, Кайлех сначала совершит набег на Бриавель. Но не забывай, что его главная цель – Моргравия. Если он захватит наше королевство, то ему будет легче справиться с Бриавелем, в особенности, когда трон займет Валентина.

Уил глубоко задумался.

– Мне кажется, было бы опрометчиво воевать сейчас с горцами, – наконец заговорил он. – Это только ожесточило бы их и разожгло вражду. Надо издать указ, предписывающий моргравийцам не убивать нарушителей. В случае необходимости их можно просто брать в плен.

– Спасибо за совет, Фергюс, – с иронией сказал король. – Да, ты вылитый отец, Уил. Именно эти слова он произнес бы на твоем месте.

Уил пожал плечами.

– Я не хочу воевать на два фронта. Сейчас Кайлех под нашим контролем. И если мы не наделаем глупостей, он не спустится с гор. Возможно, нам удастся вступить с ним в переговоры.

– Ты предлагаешь начать переговоры с Кайлехом? Да, жалко, что мне не придется присутствовать на них.

У Уила сжалось сердце. Он ни на секунду не забывал, что король лежит на смертном одре.

– Как вы чувствуете себя, сир? – спросил он, меняя тему разговора. – Вы испытываете боли?

– Почти нет, мне помогает переносить боль настойка семян мака, которую я постоянно пью.

Уил подозревал, что Магнус пытается скрыть правду, но не стал подробно расспрашивать короля о его самочувствии.

– Я хотел поговорить с вами о свадьбе Илены, ваше величество. Кому вы передадите почетное право быть се посаженным отцом? Может быть, своему ближайшему родственнику?

Магнус улыбнулся одними глазами.

– Селимусу?

Уил судорожно сглотнул слюну. Гордость не позволяла прижаться королю в том, как сильно он встревожен.

– Ты просто неподражаем, мой мальчик. – Король засмеялся, и Уил понял, что соскучился по громовым раскатам его хохота. – Неужели ты действительно позволил бы Селимусу, человеку, которого, как я подозреваю, ты терпеть не можешь, быть посаженным отцом на свадьбе твоей сестры?

– Да, сир, – не колеблясь, ответил Уил. – Если бы таково было ваше желание.

Магнус снова помрачнел.

– Почему ты не мой сын, Уил? – тихо промолвил он, сжав руку своего собеседника. – Ты – тот, кто должен править Моргравией.

Взор короля затуманился. Уил сдержанно кашлянул.

– Это невозможно, ваше величество, – прошептал он. – Больше никогда не говорите об этом.

– Да, но такие мысли постоянно приходят мне в голову. Ты создан для того, чтобы править страной. А тот человек, которому суждено стать королем Моргравии, лишен сострадания. Я беспокоюсь за наш народ и боюсь за тебя.

– Не волнуйтесь за меня, сир. Я хорошо знаю вашего сына и обещаю, что буду предан ему.

– Сумеешь ли ты сдержать свое обещание, Уил? Сохранишь ли ты преданность Селимусу? – недоверчиво спросил Магнус.

Уила удивило то, что короля терзали сомнения.

– Могу я говорить с вами откровенно, сир? Если Сслимус будет плохо править страной, он лишится моего уважения, но, клянусь вам, я буду верно служить Моргравии. Я буду защищать свою родину до последнего вздоха.

Король на мгновение закрыл глаза и крепко сжал руку Уила.

– Ты успокоил меня, Уил Тирск. – Магнус улыбнулся. – Что касается свадьбы Илены, то я попрошу Герина быть вместо меня ее посаженным отцом. Он вам почти родственник. Я не сомневаюсь, что твой отец одобрил бы такой выбор.

У Уила отлегло от сердца.

– Благодарю вас, сир. Герин сочтет за честь такое поручение.

– Никогда не расставайся с ним, Уил. В минуту опасности он первым бросится тебе на помощь. А теперь давай наконец перейдем к делу, – устало сказал король.

Силы начали покидать его.

– К делу, сир? – с недоумением переспросил Уил.

– Да, ведь ты пришел ко мне сегодня по какому-то делу. Думаю, это как-то связано с предстоящим турниром.

– Значит, вам все известно?

– О том, что Селимус решил сойтись с тобой в поединке на мечах? Да, я это знаю. Но мне кажется, что ты хочешь поговорить со мной о награде, которая ждет победителя, о поцелуе девственницы. У тебя возникли подозрения, что Селимус выберет Илену.

Уил был поражен проницательностью короля. Магнус и его отец прекрасно дополняли друг друга. Их дружба шла на пользу королевству и делала его непобедимым.

– Вы правы, ваше величество. Но планы принца изменились, и дело может принять скверный оборот. Селимус заявил, что хочет назначить более существенную награду победителю.

– Да?

– Он намеревается потребовать, чтобы победителю было дано право лишить невинности одну из девственниц. – Уил, охваченный крайним беспокойством, встал. – Я подозреваю, что Селимус хочет обесчестить Илену, чтобы насолить мне. Не буду отрицать, сир, что, если он осуществит свои планы, то я возненавижу его.

Магнус, нахмурившись, надолго ушел в свои мысли, и Уил начал расхаживать по комнате из угла в угол, пытаясь унять волнение.

– Да, дела принимают серьезный оборот, – наконец снова заговорил король.

Уил, резко остановившись, повернулся к нему.

– Неужели вы не можете помешать принцу, мой король? – с отчаянием промолвил он.

– Ты же знаешь, что не могу. Мое вмешательство оскорбит Селимуса и вселит в него уверенность, что я люблю и во всем поддерживаю тебя. А он боится этого.

– Боится?

– Конечно. Нас с ним ничто не связывает, кроме кровного родства. А тобой я восхищаюсь. Я хотел бы иметь такого сына, как ты.

Уил видел, что король устал и ослаб, но не мог уйти, не добившись от Магнуса хоть какого-то решения.

– Селимус твердо намерен любой ценой одержать победу в поединке, сир.

– Я знаю. Мой сын никогда не вступит в бой, если не уверен в своей победе.

– Значит, вы не сможете помешать ему в осуществлении этого замысла, сир?

– Я не буду этого делать, Уил. Селимус, чувствуя, что скоро придет к власти, решил испытать свои силы. Скоро тебе придется играть по его правилам. Турнир – твоя первая проверка.

– Но что же мне делать? Я не могу допустить, чтобы принц надругался над сестрой.

– В таком случае не играй ему на руку. Ты сможешь одержать над ним победу на поединке?

– Да, – уверенно ответил Уил.

– Тогда тебе не о чем беспокоиться.

– И тем не менее у меня тревожно на душе, сир.

– Ну, хорошо, я могу дать тебе совет. Попробуй перехитрить его. У тебя же умная голова. Из любого положения можно найти выход, так, кстати, говорил твой отец. И мы с ним быстро справлялись с трудностями. Сколько времени у тебя в запасе?

– Два дня, не считая сегодняшний, сир.

– В таком случае, тебе нужен еще один, – сказал король, и в его усталых глазах снова появился былой блеск.

Уил не знал, был ли причиной этого жар или король придумал способ спасти Илену.

– А когда вы собираетесь сыграть свадьбу, мой мальчик?

– В конце месяца, сир.

– Ах да, ты уже говорил об этом. Может быть, ты пока займешься приготовлениями к торжеству? – спросил Магнус, многозначительно глядя в глаза Уилу. – А теперь ступай. Я сильно устал. Скоро мы снова встретимся и обо всем поговорим.

Король закрыл глаза, и Уилу показалось, что он сразу же задремал. Похоже, придворный лекарь обладал способностью видеть сквозь стены. Негромко постучав в дверь, он вошел в комнату больного.

– Королю необходим глубокий сон, мой господин, убедительно прошу вас покинуть покои его величества, – промолвил он почтительным тоном, обращаясь к Уилу.

– Конечно. Я немедленно ухожу, – сказал Уил, обдумывая загадочные слова сюзерена, сопровождавшиеся многозначительным взглядом.

ГЛАВА 6

Уил сидел в небольшом внутреннем дворике, который все называли Оранжереей. Здесь был разбит апельсиновый сад, устроенный так хитро, что деревья почти постоянно освещались солнцем, несмотря на высокие глухие крепостные стены, окружавшие Стоунхарт. В воздухе стоял упоительный аромат цветов. Уил любил присущую этому месту тишину и покой. В садик выходили окна покоев Илены. Магнус сдержал слово, данное Фергюсу. Дочь Тирска жила в холе и неге, окруженная заботливыми служанками. Король отвел ей в своем замке роскошно обставленные комнаты и приказал разбить для нее этот великолепный садик.

– Ты мне как дочь, – шепнул он ей однажды, и с тех пор Илена прониклась к нему любовью.