Помоги проекту - поделись книгой:
— Так это правда, — выплюнула она прежде, чем разрыдаться.
— Это сложно, мам. Это не то, что ты думаешь, но я не могу сказать. Не имею права.
— Ты думаешь, что защищаешь кого-то, но думали ли вы о том, что… Что вы вредите друг другу своим молчанием?
— Да, я думала об этом.
— Чего ты боишься?
Боюсь? Я не боялась того, что у меня заберут деньги. У меня было больше, чем нужно, и их никто не тронул бы. Я не боялась, что мне запретят общаться со своими сёстрами и братом, потому что, когда мы были вместе, нас объединяла сильная связь.
Я боялась отца.
Всё происходило из-за него. Он использовал свои деньги и связи для того, чтобы создать хаос или порядок по своему усмотрению.
Но мама была разбита, да и насколько хуже всё может стать? Я уже плыла против течения. Какая разница, если я брошу своё весло в стремительную реку дерьма?
— Тебе лучше поговорить с Кэрри, — произнесла я, моментально пожалев о сказанном, но в то же время почувствовав освобождение от чего-то, подкравшегося слишком близко.
— Это была Кэрри? — пропищала она.
— Поговори с ней.
Она вытерла глаза, но слёзы тут же появились снова.
— Будь проклят этот большой дом, — она сложила и развернула салфетку. — Будь проклят каждый угол. Ты не видишь, что происходит. Ничего не слышишь. Мы избегали друг друга. Как это произошло? Как мы дошли до такого?
— Нас было восемь, мам. Тебе нужен был большой дом. Что тебе оставалось делать?
— Уделять внимание! Мне нужно было уделять внимание!
Мама подняла голову и посмотрела сквозь меня.
Марджи стояла в дверном проёме, и я проследила за её взглядом.
— Что происходит?
— Ничего, — ответила я. — Мама думает, что я являюсь сплошным разочарованием и ошибкой, — я, может, и была готова нарушить клятву, но не была готова признаться в этом. — Давай покончим с этим. Ты оплатишь мне обед «У Роберто». Я проголодалась, мне нужно выпить.
— Ты слишком молода для выпивки, — ответила Марджи, отступив, чтобы дать мне пройти.
— Ну, мне кое-что нужно.
— Как насчёт работы? — ответила она, обняв маму.
Я показала ей язык.
ГЛАВА 16
Мы ждали.
На твёрдой, современной, квадратной кушетке, но мы ждали. Я представляла, как Эллиот печатал и потирал верхнюю губу средним пальцем. Ждала, когда мама вернётся с парковки и будет меня задерживать, выспрашивая всё, что мне было известно, но я не знала ничего. Клянусь, мне было известно только то, что Кэрри говорила с Дейдрой и Шейлой о чём-то под клятвой. Это всё, что я знала. Возможно, я раздула из мухи слона.
Меня слегка трясло. Я собиралась выбраться отсюда. Пресса уже была снаружи и готовилась насадить мою голову или голову моего брата на кол. Узкий круг моих близких дружков по сексу и тех, с которыми я зависала, будут держаться подальше от меня и того внимания, притягиваемого мной со стороны масс-медиа. Отношения с Диконом пошли по наклонной. Аманда по-прежнему была мертва. Я сломала или, по крайней мере, надломила первоначальную связь и доверие, связывающие нас с моими сёстрами и братом.
Общественные работы надолго смогут отвлечь меня.
Я — скучающая, взволнованная и расстроенная — отправилась в столовую. Обед только начался. Персонал расставил подносы с эксклюзивной едой. Больше никогда их не увижу — этих людей, которые постоянно болтали — я даже не знала их имён. Я мысленно прощалась со столовой, двориком и дырами в системе наблюдения. Долго прощалась с серым потолком, плоскими светильниками и стерильными углами. Вошла Карен, тело которой состояло из жёстких углов и выпирающих через дряблую кожу костей. Я извинилась перед махавшей мне рукой Марджи и подошла к Карен, бросившей журнал на поднос.
— Эй, — произнесла я. — Примерно через двадцать минут я получу рекомендацию и выйду отсюда.
— Была рада снова тебя увидеть, — равнодушно ответила она.
— Позвони мне, когда попадёшь домой. Я серьёзно.
— Не думаю, что снова смогу повторить Оджай, — она покрутила корзинку с невероятно жёлтыми бананами, словно была не в силах выбрать один, хотя, на мой взгляд, они все выглядели одинаково.
— Да, я тоже, — ответила я, но это ли имелось в виду?
Дикон удерживал меня от такой жизни на протяжении многих месяцев, но я знала его и своё место. Возможно, он никогда не появится в моей жизни, но если именно таков будет сценарий, то что я
Карен добралась до дна корзинки. Банан на самом дне был почерневшим и мягким. Никто бы не захотел его. Она взяла его и положила себе на поднос вместо свежего и твёрдого.
Я разберусь со всем этим, когда приду домой. Возможно, тогда, когда буду вылизывать основание чьего-то члена или буду подвязанной к потолку как кусок мяса, но я разберусь. Мне просто нужно копнуть глубже. Настойчивей. Полное укрощение торнадо, в котором я оказалась. С моих губ слетело нечто абсолютно неожиданное.
— Кое-что изменилось, — сказала я. — Не думаю, что буду жить так, как прежде.
— Да, — задумчиво ответила Карен, — если бы я знала, как остановиться, то сделала бы это.
— Это проблема. Я имею в виду себя. Проблема во мне, — произнесла я с лёгким смешком, словно попытавшись стереть то, что только что произнесла. Это была практика над размышлениями о том, что ещё можно было поменять. Словно прослушивание перед выздоровлением, чтобы посмотреть, смогла бы я выдержать эту роль или нет.
— Фиона, — заговорила Марджи, положив руку на моё плечо. — Нам пора.
Я обняла Карен:
— Прощай. Поешь что-нибудь, хорошо? Кожа да кости.
— Хорошо. Удачи снаружи.
Эллиот и Френсис вошли через стеклянную дверь, и я заметила, что он хмурился. Мы молча прошли в конференц-зал. Я попрощалась с линолеумом и садом по ту сторону окна. Молча, словно в молитве ко всем присутствующим, я попрощалась с Джеком, абсолютно не подходящим для секса, с Уорреном, который был ходячей катастрофой, и с Марком, ставшим одним из сотни или больше.
Я не знала, что ожидало меня снаружи. Не знала, примет ли Дикон меня обратно. Не предполагала, сможет ли пресса втоптать меня в грязь, но была готова выбраться из Вестонвуда. Это я могла сказать на все сто грёбаных процентов.
ГЛАВА 17
Мама так и не вернулась. Присутствовали лишь я, Марджи с Эллиотом и Френсис. Стол блестел своей лакированной поверхностью под горизонтальными полосками жалюзи на окнах. В центре стоял никому не нужный телефон для конференц-разговоров, провода от которого расходились в стороны как лапки паука. Я пыталась поймать взгляд Эллиота, но он посмотрел на меня только в тот момент, когда все заняли свои места. В его взгляде не было утешения, но Эллиот был из тех, кто никогда не допустит появления бреши в своей профессиональной выдержке.
Заправила прядь волос за ухо. Я хоть расчесалась? Почти состоялось моё возвращение в реальный мир, и мне была ненавистна сама мысль о том, что я сделаю это потрёпанной неряхой с лохматыми рыжими волосами и без макияжа. Меня поглотило чувство того, что я одной ногой уже стояла за порогом.
— Мисс Дрейзен, — обратилась Френсис к Марджи, — мы можем вам что-нибудь предложить?
— Может, выход на свободу?
Она улыбнулась так обезоруживающе, что это вызвало смех у Френсис, и напряжение в комнате слегка спало.
— Ну, благодарю за то, что пришли, — Френсис выглядела так, будто нанесла помаду на губы за пятнадцать минут до того, как прошла через стеклянную дверь. — Этот разговор записывается ради безопасности пациента, — я готова была засмеяться, но сумела подавить этот порыв. Френсис продолжила. — Доктор Чепмэн и я предоставим наши рекомендации судье и окружному прокурору города Лос-Анжелес по делу Фионы Мауры Дрейзен, — Френсис сложила руки перед собой и посмотрела мне в глаза. — После тщательного обсуждения с администрацией этой лечебницы и принятия к сведению совета доктора Чепмэна мы решили рекомендовать вам остаться в Вестонвуде или другом аккредитованном заведении для дополнительного наблюдения от четырнадцати до сорока пяти дней согласно Разделу 5250 закона Калифорнии о Социальном Обеспечении.
Я сглотнула:
— Что, простите?
— К чему вы клоните? — потребовала Марджи. — Она полностью дееспособна. Я видела, как отпускали более больных людей под их собственное честное слово.
— Во время своего пребывания здесь она три раза совершала нападения, — ответила Френсис.
Я выплюнула Эллиоту:
— Вы говорили, что это было из-за таблеток!
— Я говорил «возможно», — ответил он нежно. — Мне жаль, но…
Френсис прервала его.
— И она до сих пор не вспомнила инцидент.
— Не было никакого инцидента, — прорычала Марджи. — Можете спросить Дикона Брюса.
— Судья думает, что был, — ответила Френсис. — Он обеспокоен тем, что придётся выпустить на свободу женщину, у которой были психические припадки.
— Мы приняли сделку о признании вины.
— От обвинителя. Мнение судьи ставится в приоритет.
Марджи превосходно держала себя в руках, но я видела, как всё внутри неё закипало. Могла бы поспорить, что два терапевта за столом напротив нас видели то же самое.
— Наша рекомендация основана на том, что она будет находиться здесь для её же блага, — мягко произнёс Эллиот. Он закрыл свою маленькую папку и встал. — У меня сеанс через две минуты. Прошу прощения, — он кивнул каждому из нас и зашагал прочь.
Я была шокирована и сидела неподвижно. Что только что произошло?
У меня была полная уверенность того, что я покину это место. Я даже попрощалась с ним, проверила свою палату на наличие личных вещей, посмотрела на столовую в последний раз. Остаться здесь было хуже, чем признать поражение. Это было унизительно.
Как я вообще позволила этому ублюдку выйти отсюда?
Я развернулась на своём стуле и помчалась в зону приёма. Он едва ли переступил порог стеклянной двери.
— Эллиот, — позвала я. Он замедлился, словно раздумывал, что ему сделать. Мне пришлось пробежаться, чтобы догнать его. — Что случилось? Признайте же, что я не могу никому навредить.
Он покачал головой.
— Так будет лучше.
— У меня с вами завтра сеанс, и я не скажу ни слова до тех пор, пока вы не объясните мне произошедшее.
— Фиона, я…
— Можете сунуть конец ручки себе в задницу. Я сделаю вашу жизнь ещё более несчастной.
Он спокойно улыбнулся и посмотрел в пол.
— Я больше не твой лечащий врач. Возвращаюсь в Комптон.
— Чёрта с два ты возвращаешься!
— Прости, но я больше не могу здесь находиться. Думаю, с тобой всё будет в полном порядке. Ты прекрасно справляешься.
— Оставь свои банальности для того, кто в них нуждается.
Вена на его шее начала пульсировать, а глаза стали жестокими. Это был тот момент, когда я перешла грань, но не хотела этого. Его голос из мягкого превратился в грубый, и от каждого сказанного слова застывала кровь.
— Как только ты бы выбралась отсюда со своей сделкой о признании вины, тебя бы сожрали заживо. Возможно, пресса. Возможно, мужчина, которого ты почти убила. Возможно, в этот раз он убьёт тебя вместо того, чтобы просто сломать зуб. Поверь мне, судья по этому делу даже не собирается тебе помогать. У тебя нет ничего, что помогло бы выдержать жизнь снаружи. Ты вернёшься к наркотикам, и мне неинтересно, смог бы я сделать что-то ещё, чтобы помочь тебе. Лучше сделать это сейчас. Единственный способ защитить тебя.
— Вы должны были оценить мою психику, а не защищать меня.
Он поднял руки перед собой, постучав пальцем по своей папке.
— Всё сложно, Фиона. Это было последней стоящей вещью, сделанной мной в этом месте, и меня всё устраивает.
— Пошёл ты!
Он кивнул, заставив меня почувствовать себя капризным ребёнком. И что теперь? Он собирался попрощаться и бросить меня? Нет. Я не согласна.
— Мы не закончили, — произнесла я.
— Прощай, Фиона. Встреча с тобой была для меня глотком свежего воздуха.
Я развернулась и побежала по коридору прежде, чем он сказал бы ещё хоть слово. Я не знала, что пыталась остановить. Возможно, товарный состав смешанных ожиданий, и раньше, чем он переедет меня? Возможно, момент, когда я проснусь и пойму, что облажалась и застряла здесь? Да, видит Бог, я не могла здесь оставаться, будучи отрезанной от всего ещё на месяц. Что-то нужно было предпринять, и если никто не сделает этого для меня, то придётся сделать это самостоятельно. Задохнувшись, я громко захлопнула стеклянную дверь.
Марджи стояла, уставившись на свой телефон.
— Тебе нужно вернуть сюда доктора Чепмэна, — выдохнула я. — Заставь их. Он не может уйти.
Марджи слышала меня. Я знала это. В этом я была права, но она не слушала.
— Я облажалась, — произнесла сестра.
— Как? Ты договорилась о сделке, они не могли…
— Папа был прав. У меня слишком мало опыта. Я могла бы надавить на судью, если бы лучше разбиралась в этом.
Поделиться книгой: