Наследники лаборанта Синявина (Рисунки Г. Валька)

Когда же ребята спрашивали у них о Маше в красном платье, у которой отец шофер, никто про такую девочку ничего не знал.

Безрезультатно пробродив по улицам поселка более часа, ребята порядком устали. Все складывалось так, что задуманное дело приходилось бросать. А тут еще тучи затянули все небо. Вокруг стало темно и мрачно. На лицо уже падали первые капли дождя.

Но вот неожиданно произошла странная вещь. Проходя мимо одного двора, внутри которого виднелся старый, покосившийся домик, Петя обратил внимание, что у ворот стоит какой-то человек в синей гимнастерке, в галифе военного покроя и внимательно наблюдает за ним. Лицо человека было небритое и потому показалось Пете даже немного страшным. Может быть, это показалось еще и потому, что человек пристально и явно недоброжелательно глядел на Петю в упор.

Смелый и находчивый руководитель экспедиции отвернулся от настойчивого взгляда небритого человека и прошел мимо с таким видом, будто бы его это совсем не касается.

Однако позади вдруг раздался немного сиплый голос:

— Эй, ребята!

Мальчики остановились и оглянулись.

— Подойдите-ка сюда. Есть дело, — откашлявшись, угрюмо проговорил небритый.

— А что вам нужно, дядя? — робко спросил Петя, не двигаясь с места.

Человек медленно стал приближаться к ребятам.

— Да так, ничего особенного… — сказал он, подозрительно осматривая Петю. — Ты где живешь? Здешний? — спросил он, как показалось Пете, зловещим тоном и протянул руку к планке от стола, которую Петя держал под мышкой.

— Я… да… нет, собственно, мы тут к одной девочке пришли… в гости, — заволновался Петя.

— Так, та-а-ак… — угрюмо протянул незнакомец, забирая планку срезными украшениями. — А это откуда?

— Не знаем!.. Честное слово, не знаем!.. Нашли вот тут, недалеко… дрожащим голосом почему-то начал врать Петя.

— Ага… Значит, нашли… Так, та-а-ак… Недалеко, говорите?

— Вы, может быть, думаете, что мы ищем чего-нибудь? — жалким голосом вдруг пробормотал Петя.

— Чего? — строго переспросил незнакомец.

— Ну может быть, вы думаете… — начал было Петя, но Валя дернул его за рукав, и он осекся на полуслове, не окончив фразы.

— От чего эта планка, мне хорошо известно, — продолжал сурово незнакомец. — Раз вы заявляете мне, что нашли, то я заявляю вам, что как раз ее ищу. Так что разрешите взять? В претензии не будете?

Не дождавшись ответа от оторопевших ребят, небритый человек молча повернулся и направился к своим воротам, унося драгоценную планку.

— Это он… это один из бандитов… антикваров, которые украли стол. Наверно, самый главный, — дрожащим от волнения голосом говорил Петя, когда ребята торопливо шли по улице, направляясь к даче Валиной бабушки. — Пусть бабушка поскорее позовет милицию, если Сергей не успел еще заявить! Все-таки мы сделали большое дело, обнаружив место, где скрывается этот бандит. Правда, ребята?

Ребята шли молча, на Петину речь никто не откликнулся.

— Я хорошо заметил, где он живет! — продолжал Петя. — Правда, все получилось здорово? Теперь уж они никуда от нас не уйдут. Я считаю, что нам просто повезло!

Но восторга начальника экспедиции, никто не разделял.

— «Здорово»! «Повезло»! — передразнил Ваня мрачно. — Эх, ты!

— Действительно, Петя… некрасиво получилось. — добавил Валя. — Зачем же ты ему планку отдал? Теперь у нас вообще ничего от стола не осталось. Разве у этого типа ее отнимешь?

— А насчет бандитов — это все твои фантазии.

— Конечно, а тут дело серьезное — не игра.

— А вы тоже хороши! Стояли как в рот воды набрали! Что же я, по-вашему, один должен был с ним драться? — защищался любитель приключений.

Только одна Кудла бежала рядом смирным и совершенно безразличным видом. Красную косынку Маши она давно уже где-то потеряла. Она и не подозревала, что встреча с незнакомым небритым человеком кончилась для ее друзей так плачевно.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

В бой вступают серьезные силы

Сергей Синявин и Николай Карцев торопливо вошли в кабинет начальника Красильниковского отделения милиции. За письменным столом сидел человек среднего роста в милицейской форме.

— Садитесь, товарищи! Что скажете? — проговорил начальник, продолжая быстро что-то строчить в блокноте длинным, остро заточенным карандашом.

— У нас очень важное дело! Очень важное! — отчеканил Сергей, присаживаясь на краешек заскрипевшего под ним стула.

Начальник мельком взглянул на посетителей и тотчас же снова принялся быстро писать.

— Я слушаю вас. Говорите! — бросил он.

— Товарищ начальник! Ведь я же объяснил вам, что дело у нас не личное какое-нибудь. Я попросил бы вас отнестись к нам более внимательно… — немного обиженно сказал Сергей.

— А вы не беспокойтесь, товарищ, я слушаю внимательно, — и на этот раз не отрываясь от блокнота, сказал начальник.

— Из сарая моей бабушки украден старый письменный стол… — сердито и громко проговорил Сергей, поднимаясь со своего места.

— Понятно… Украден… — машинально повторил начальник, внимательно просматривая исписанную им страницу.

— Старый, почти развалившийся и никому не нужный! — все так же громко добавил Сергей.

Удивленный таким заявлением, начальник отделения оторвался наконец от своих бумаг.

— Никому не нужный, говорите? Так зачем же его красть? — спросил он.

— У меня был прадедушка… — начал было Сергей, но задержался, видимо собираясь с мыслями.

— Это у каждого был, — нетерпеливо заметил начальник отделения, пододвигая блокнот.

— Товарищ начальник! — забасил Николай. — В этом столе находились документы!

— Очень важные для меня лично и вообще… Так сказать, невзирая на ветхость стола… и даже на то, что он простоял в сарае без всякого употребления много лет, эти документы лично мне крайне необходимы… вот, послушайте! — взволнованно начал Сергей.

Начальник снял телефонную трубку и начал набирать номер.

— Сергиенко, это ты? — закричал он. — Что, что?.. Так… Так… Не был говоришь?.. Ясно… Ясно… Да подожди ты! Я тебе позвонил по другому делу… — начальник повернул трубку так, что она, продолжая находиться возле уха, приняла горизонтальное положение, и обратился к посетителям: — Побыстрее говорите свой адрес и приметы стола…

Сергей вышел из кабинета начальника милиции совершенно неудовлетворенный. ему казалось, что история с похищением стола должна необычайно обеспокоить и взволновать решительно всех. Что именно должны были делать эти взволнованные и обеспокоенные люди, Сергей не представлял. но то, как спокойно отнесся к этому, например, начальник милиции, казалось ему недопустимым.

А мама? Она отнеслась к сообщению об исчезновении стола совершенно без всякого волнения. конечно, Сергей и не ждал, что она упадет в обморок или начнет метаться по комнате. но так, без малейшей доли хотя бы какого-нибудь испуга сказать, что тут, по-видимому, какое-то недоразумение, — это, знаете, тоже не дело.

Бабушке еще можно было простить: как ни бился Сергей, приехавший вместе с Николаем рано утром на дачу, старушка спокойно утверждала одно и то же:

— Отправила к вам с человеком, которого вы сами прислали. С него и спрашивайте.

Когда бабушка после пятиминутного разговора, по свому обыкновению, устала и от нее уже ничего нельзя было добиться. Сергей и Николай отправились в поселковое отделение милиции.

Сергею казалось, что тут-то уж сразу поймут всю необычайную важность происшествия и примут немедленно самые решительные и эффективные меры.

А на самом деле все получилось как-то буднично. начальник выслушал их между делом. По наблюдениям Сергея, он совсем не взволновался и не проникся приличным для подобного необычайного случая уважением. Поручил дело по телефону какому-то подчиненному и посоветовал посетителям справиться завтра.

Сергей решил написать подробное заявление. Тогда начальник почувствует больше ответственности. А то он, кажется, собирается отделаться шуточками…

Попросив у дежурного милиционера лист чистой бумаги, Сергей уселся за стол и принялся сочинять подробное заявление. Николай помогал ему.

Дело клеилось плохо. в приемную приходили люди, что-то спрашивали у дежурного и мешали сосредотсчиться. кроме того, дежурный милиционер, человек чуткий и доброжелательный, расхаживая по комнате, то и дело пытался вступить в разговор с обеспокоенными чем-то молодыми людьми.

— Это у вас права отобрали? — спрашивал он задумчиво, закуривая папиросу. — Нет. Все наши права и обязанности при нас, — улыбаясь, отвечал Николай.

Вдруг дверь кабинета начальника неожиданно отворилась.

— А, вы еще здесь? — обрадовался начальник отделения. — вот и прекрасно ваш письменний стол, исчезнувший из сарая, уже обнаружен.

— Как? Так быстро? — удивился Сергей.

— Через час стол будет доставлен на дачу. о подробностях узнаете там же, у сержанта милиции Сергиенко. в случае еще каких-либо недоразумений — прошу заходить, — чуть улыбаясь, проговорил начальник отделения.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Все оказалось просто, но записи исчезли…

Ребята расположились на веранде бабушкинои дачи, притихшие и озабоченные. Узнав от бабушки, что Сергей и Николай ушли в милицию и должны вот-вот вернуться, ребята решили подождать их тут.

Валя уселся в плетеное кресло и, подперев голову обеими руками, задумавшись, смотрел в одну точку. Ваня устроился в углу, откуда сквозь яблоневые ветви, заслонявшие застекленную веранду, была хорошо видна бегавшая по саду Кудла.

Бабушка Поля терпеть не могла в комнате ни кошек, ни собак. В особенности собак. Когда-то, очень давно, собака загрызла ее любимого попугая. Вот почему Валя поспешил захлопнуть застекленные двери перед носом Кудлы, как только она попыталась его просунуть, завидев ребят.

Петя не находил себе места. Он то присаживался на краешек старого дивана, то со вздохом поднимался и начинал молча расхаживать, глубоко засунув руки в карманы, то снова садился.

— Возмутительно! — наконец нарушил он общее молчание. — Только подумайте, как они нахально действуют — мало того, что они завладели старинным столом, им еще потребовалась планка от этого стола, и они ее отнимают среди белого дня! Скорее бы Сергей привел сюда милицию — я им все расскажу.

— Да брось ты! — хмуро проговорил ваня, поднимаясь и подходя вплотную к застекленным дверям. «они, они», а кто такие «они»?

— По-моему, антиквары, — задумчиво сказал Валя. — стол — старинный и хорошей работы. вот они и охотятся за ним уже давно. мне бабушка рассказывала, сколько их приходило покупать стол. конечно, она им не продала, потому что стол этот — память об отце. вот они и решили украсть, знаете, какие сумасшедшие среди них бывают?

— А может быть, кто-нибудь пронюхал насчет изобретения? — высказал предположение Ваня.

Петя поднялся и снова начал расхаживать по веранде. он был все-таки твердо уверен, что его настоящее призвание — это разгадывать тайны, загадочные истории, раскрывать преступления… недаром же он прочел столько книг о гениальных сыщиках и хитрых бандитах, до поздней ночи просиживая над этими старыми замусоленными и потрепанными книгами, нередко без обложек и названий…

не беда, что Петю и его товарищей постигла маленькая неудача. не беда, что встреча с этим небритым незнакомцем окончилась столь плачевно. разве на пути, самых отважных героев, искателей приключений, не возникали препятствия, разве их не постигали неудачи? в результате же герои всегда побеждали!

— Нет, прав все-таки Валя. Тут вся суть в антикварах… — наконец глубокомысленно изрек Петя. — Я еще раз все продумал. Я уверен, что это они украли стол. Главная их цель — похищать старинные вещи из музеев и сараев. а изобретение для них — ерунда! вот посмотрите — они даже выбросят оставшиеся там страницы на помойку. но я думаю, что не все еще потеряно. Правда?

Пете никто не ответил, и он снова уселся на свое место.

— Да, ребята, обидно будет, если конец описания изобретения так и пропадет, — вздохнув, сказал Валя. — разве теперь снова изобретешь?

— А почему его нельзя изобрести заново? — вдруг оживился Ваня.

— Не так-то просто… — недоверчиво заметил Валя.

Петя собирался тоже высказать свое мнение поэтому поводу, но вдруг сквозь стекла веранды он увидел нечто такое, отчего глаза его сделались круглыми, и он, раскрыв рот, только знаками мог показать ребятам, чтобы они посмотрели в сад.

Каково же было удивление ребят, когда они увидели, как через открытые ворота два человека вносят огромный письменный стол. один из них, тот, что, оглядываясь по сторонам, пятился задом, был тот самый небритый, в синем костюме военного покроя, который час назад отобрал у Пети планку с резными украшениями.

— Стол… узнаю… он самый… — растерянно проговорил Валя.

— Вот это номер! — сказал Ваня, глянув в сторону Пети.

— иш-шш-е! — зашипел Петя, обретший наконец дар речи. — Надо подслушать, о чем они говорят…

Ребята замерли, прижавшись к чуть приоткрытым дверям. Неизвестные разговаривали, стоя недалеко от крыльца.

— …и начинает стучать по пальцам. Стучит себе да стучит… — тихо говорил один из них, видно продолжая разговор.

— А случалось у тебя так, чтобы пальцы совсем хрустнули? — послышался сиплый, уже знакомый голос небритого.

— Это редко бывает. В моей практике не приходилось… — ответил собеседник небритого.

— Так ты можешь идти, — проговорил небритый, тут я и сам справлюсь.

— Ладно… Посмотрю, нет ли дома стрекозы. Делать ей сейчас все равно нечего: можно будет послать. Пойду…

— Значит, все будет в точности, как мы уговорились! — крикнул ему вдогонку небритый.

— Запоминайте, ребята! — прошептал Петя. — Собирается куда-то послать какую-то стрекозу. Это, наверно, кличка их сообщницы…

— Выдумываешь ты все… — прошептал Ваня.

— Выдумываю? Да? Ты что, не слышал, как они о пальцах говорили? Не понял разве, о чем?

— По-моему, надо просто выйти и поговорить, — сказал Валя.

Послышались знакомые голоса. к небритому приближались Сергей к Николай.

— Вы будете товарищ Кудымов? — спросил Сергей, подходя к небритому, стоявшему у крыльца рядом со столом.

— Я, — послышался ответ.

— Как же так нелепо получилось? — продолжал Сергей. — Нам сержант милиции уже все рассказал, но мне хочется услышать объяснение еще и от вас. Вы знаете, как мы переволновались! Такой нелепый случай — даже придумать трудно!