Рыцари круглого стола

Мерлин. Специально.

Лже-Гавейн. Что-что?

Мерлин. «Спе-ци-ально», а не «спесально». Когда-нибудь ты нас погубишь своими дурацкими ошибками.

Лже-Гавейн. Да ладно: спесально… специально…

Мерлин. Ты отдаешь себе отчет, наказание ты мое, насколько опасно наше положение? Весь замок уже дивится этому Гавейну, который так же похож на Гавейна, как луна на солнце.

Лже-Гавейн. Наоборот, хозяин. Как солнце на луну. Думаете, любезный дядюшка был бы так же расположен к настоящему Гавейну с его постной физиономией, целомудренному жениху своей дочери, как к тому Гавейну, которого изображаю ему я с тех пор, как вы заставили меня принять этот облик? Похвалите лучше меня, что я такой веселый и веселю короля.

Мерлин. Нельзя не признать, ты вскружил ему голову.

Лже-Гавейн. Ну и?

Мерлин. По-моему, ты переигрываешь.

Лже-Гавейн. Вы сердитесь на меня, когда я прячусь, и вы же меня упрекаете, что я слишком выставляюсь.

Мерлин. Я сержусь, когда ты прячешься под Круглым Столом, и сержусь, что ты валяешь дурака, когда король тебя повсюду ищет.

Лже-Гавейн. Я собирался вам объяснить. Это спес…

Мерлин. Ох!

Лже-Гавейн.…Специально. Чем я неуловимей, тем желанней. Это в моих интересах и в ваших. Вы мне что поручили? Приворожить Артура, развлечь его, стать его фаворитом, его наперсником, прибрать его к рукам и привести, куда захочу… куда вам нужно, чтоб его привели.

Мерлин. Королева поручила мне его развлекать.

Лже-Гавейн. Добрая душа! Так это для прикрытия любовных дел королевы Гиневры и рыцаря Ланселота вы убрали Артурова племянника и заставили меня занять его место.

Мерлин. Твое поведение чем дальше, тем недостойнее. Ты погряз в праздности и пороке. Распущенность правит бал — и воровство, и разврат. Ты водишься с одними псарями, малютка Бландина в слезах, Саграмур избегает тебя, и если так и дальше пойдет, мы погибли, погибли! Артур усыплен чарами…

Лже-Гавейн. Моими чарами.

Мерлин. Он пробудится и выгонит тебя.

Лже-Гавейн. Как вы нынче добродетельны и как пессимистичны. Полно, полно! Каким, по-вашему, образом эти простаки могут догадаться, primo, что некий весьма страхолюдный маг втерся к ним под видом министра, одним своим присутствием приведя весь этот край к бесплодию, что для поддержания своей силы он нуждается во всей силе, питавшей прежде траву, дерево, виноградную лозу, солнце, луну? Secundo, что во власти этого мага превратить своего бедного слугу в Гавейна, а настоящий Гавейн кусает себе локти далеко-далеко, на вершине разрушенной башни? Признайте, хозяин…

Мерлин. Тихо! (Прислушивается.)

Лже-Гавейн. Что такое?

Мерлин. Мне показалось, что король зовет тебя и идет сюда. (Увлекая его на авансцену.) Мне нужна твоя помощь.

Лже-Гавейн. Давайте, я слушаю.

Мерлин. Сегодня, в день Пятидесятницы, еще один неизвестный рыцарь должен явиться, чтоб занять место за Круглым Столом. А вынесли его на берег волны в каменной купели.

Лже-Гавейн. Между нами говоря, вот уж от чего разит колдовством.

Мерлин. Или чудом. Я пока еще не знаю, как это расценивать. Факт тот, что этот бродяга объявляет себя НЕПОРОЧНЫМ и рассчитывает пройти испытание гибельным сиденьем.

Лже-Гавейн. Никто на свете не может сесть на это сиденье, не получив в грудь изрядную рану, которая уже не заживет.

Мерлин. Никто, кроме одного-единственного, а этот единственный может нас разоблачить, разрушить наши замыслы.

Лже-Гавейн. Неужели вы испугаетесь какого-то авантюриста? Сколько их перебывало в Камелоте, и каждый воображал себя спасителем мира.

Мерлин. Возможно, тебе дано будет увидеть это печальное зрелище, так что нельзя терять ни минуты. Будь внимателен и запомни каждое слово.

Лже-Гавейн. Положитесь на меня. (Засыпает.)

Мерлин. Итак, на случай, если рыцарь успешно пройдет испытание, я подготовил свой ход. Едва испытание завершится, зал погрузится в сумрак; от этой вот двери к окну проплывет некий свет, и ты услышишь нечеловеческий голос: «Грааль покидает вас. Грааль уходит. Если вы не хотите лишиться его, следуйте за Граалем».

Лже-Гавейн. Про Грааль что ни наплети…

Мерлин. Вот именно. Вся порча, которую я навожу своим присутствием, списывается на него. Дежурная фраза: «Губительные чары Грааля тяготеют над Британией». Так вот, едва Лже-Грааль подаст голос, как встаешь ты…

Лже-Гавейн... как встает Лже-Гавейн…

Мерлин.…и восклицает: Любезный дядя! Мессиры! Неужели мы позволим Граалю уйти? Неужели так и останемся сидеть, словно старухи, неужели не последуем за ним и не раскроем эту тайну? Что до меня, то я намерен догнать его и увидеть наконец лицом к лицу. Предлагаю всем пуститься на поиски. На поиски Грааля.

Лже-Гавейн. Туманно и все туманней.

Мерлин. Стол почти опустел. Самые доблестные далеко. Они воюют на дорогах с призраками и миражами. Ланселот остается из-за королевы, а Саграмур — чтоб не покидать Бландину. Им и так уже немного стыдно. Они так и вскинутся следом за тобой; а если король попытается удержать вас, повышай голос. А если он попытается отложить поиски, стукни кулаком по столу: «Как, дядюшка? Вы проповедуете малодушие?» Короче, выкручивайся как хочешь, но чтоб поход был объявлен, чтоб рыцари вооружились, чтоб двор огласился бряцаньем, лаем и ржанием. Нужно, чтоб рыцари отправились сегодня вечером.

Лже-Гавейн (подскакивает, пробуждаясь). Сегодня вечером!

Мерлин. Сегодня вечером.

Лже-Гавейн. А незнакомец? Если он — рыцарь Грааля, он не попадется в ловушку и предостережет остальных.

Мерлин. Будь спокоен. Я сумею создать достаточно неразберихи, чтоб извлечь из нее кое-какую выгоду.

Лже-Гавейн. Резюмирую: экспедисию провосирую я.

Мерлин. Безнадежен. А теперь тебе надо одеться. Скоро пир.

Лже-Гавейн. Одеться?

Мерлин. Облачиться в доспехи. Полагаю, ты не собираешься присутствовать на церемонии в костюме псаря.

Лже-Гавейн. Ошибаетесь: собираюсь.

Мерлин. Король потребует, чтоб ты переоделся.

Лже-Гавейн. Чего я хочу, того и король захочет.

Мерлин. Ты нарываешься на скандал.

Лже-Гавейн. Не вижу, в чем тут скандал. Думаете, это такая уж синекура — никогда не жить в собственной шкуре? Раз уж вы в кои-то веки заставили меня принять облик, который мне нравится, естественно, я этим пользуюсь. А в виде Гавейна я себе очень нравлюсь.

Мерлин. О чем бишь мы говорили? (Лже-Гавейн оглядывает себя.) Джинифер! Дело серьезное. Прекрати любоваться этим нарядом с таким омерзительным легкомыслием.

Лже-Гавейн. Теперь я же любуюсь нарядом! А кто попрекал меня, что я не одет?

Мерлин. Я называю нарядом обличье, которое вовсе не твое и которым ты пользуешься лишь по моей воле.

Лже-Гавейн. Не сердитесь; я буду осторожным и послушным, обещаю.

Мерлин. Если незнакомец выдержит испытание, рыцари отправятся сегодня вечером; полагаюсь на тебя.

Лже-Гавейн. Полагайтесь, хозяин.

Голос Короля (снаружи). Любезный племянник! Гавейн! Куда, к черту, он подевался?

Лже-Гавейн. Опять за свое!

Мерлин. Тихо!

Лже-Гавейн. Уж любит меня, так любит!

Мерлин. Вот посмотрим, так ли ему полюбится твое присутствие за Круглым Столом в таком виде.

Лже-Гавейн. На что спорим?

Мерлин. Вот и он. (Входит король.) Сир, Гавейн искал вас.

Король. Где ты был?

Лже-Гавейн. Я кричал «дядюшка, дядюшка», пока вы кричали «племянник, племянник», так и разминулись.

Король. Я думал, ты на псарне.

Лже-Гавейн. А я был во дворе. До чего глупо! Так расположились звезды.

Король. В каком ты виде? Время не ждет, рыцарь уже близко. Тебе надо одеться, Гавейн.

Мерлин (в сторону). Ну вот.

Лже-Гавейн. Сир, вы меня удивляете. Неужели юность должна маскировать свое тело, как старость? Разве лани и дикие жеребята прикрываются парчой и бархатом? Или я урод? Или я горбат, или кривоног, чтоб рядиться в неудобные одежды?

Король. Он прав, честное слово.

Лже-Гавейн (потихоньку, толкая Мерлина). Проиграли. (Вслух.) Спасибо, любезный дядя. Я был уверен, что вы с пониманием отнесетесь к этой новой моде.

Король. Интересно, что на это скажут наши святоши и наш поэт. Они вечно тут как тут, следят за мной, как сговорились. Они меня обожают, Мерлин, но им не по душе, что я смеюсь и живу весело. Право, у меня слишком серьезные дети, а перед супругой я прямо-таки робею.

Мерлин. Королева — святая.

Король. Верно. Королева святая, зато я не святой, и мои нововведения ей не нравятся. (Зовет.) Бландина! Гиневра!

Бландина (из-за кулис). Да, отец.

Король (Мерлину). Вот видите. (Громко.) Попроси мать и брата прийти сюда, и сама с ними приходи.

Бландина (из-за кулис). Хорошо, отец.

Лже-Гавейн. Мне, может быть, лучше удалиться.

Король. Останься!

Дверь в глубине открывается. Входит королева с сыном и дочерью. Они приближаются, отходят вправо и стоят там, потупясь. У Саграмура на тунике посреди груди кровавое пятно от неисцелимой раны. Мерлин низко кланяется. Вошедшие стоят неподвижно.

Королева. Вы звали меня, сир?

Король. Гиневра, и ты, Бландина, и ты, Саграмур, я хотел посоветоваться с вами по поводу новой моды, которую думает завести наш любезный племянник. Подойди, Гавейн. Что скажете о его парадном одеянии? (Королева и дети одновременно взглядывают на него и снова опускают глаза. Молчание.) Так я и думал. Наши праведницы и наш поэт не одобряют.

Королева. Сир, так Ваше Величество пригласили нас для того, чтоб посмотреть на Гавейна без штанов?

Король. Наше Величество от души забавляется вашим смущением.

Лже-Гавейн (в ярости). Или на меня так уж противно смотреть, Бландина, что вы брезгливо отворачиваетесь?

Саграмур. Ты, может быть, и представил моему отцу какие-то благовидные объяснения, но твое одеяние тем не менее остается неприличным.

Лже-Гавейн. Неприличным! Ты еще будешь подражать мне, Саграмур, и дашь свободу своим членам, когда мне вздумается облечь свои в роскошные ткани. Таковы пути моды и глупцов, которые ей следуют.

Король. Он страстный охотник, душа моя, и берет за образец одежду псарей…

Лже-Гавейн (агрессивно). Которые выглядят во сто раз благородней, чем вельможи, приятные вашему взору и маскирующие свои изъяны.

Бландина. Не в моих правилах разглядывать слуг.

Лже-Гавейн. Животных вы разглядываете, а на юность, которая служит вам и разбивается в лепешку для вашего удовольствия, отвратительная гордыня не позволяет вам поднять глаза.

Бландина. Гавейн!

Саграмур. Это уж слишком!

Король. Эй! Эй! Обезьянка! Знай меру. Есть такие веши, которые королям не подобает слышать, и ты поставишь меня в неловкое положение, если скажешь что-нибудь подобное.

Мерлин (ущипнув Лже-Гавейна). Он пошутил.