Помоги проекту - поделись книгой:
Дмитрий Барчук
Идеальная жена. Постчеловеческая история
© Барчук Д. В., 2013
© ООО «Печатная мануфактура», макет, 2013
Часть первая
Творение
Глава 1. Полено для папы Карло
Мы не отступим, мы пробьём дорогу туда, где замкнут мирозданья круг, – и что приписывалось раньше богу, всё будет делом наших грешных рук!
Я подтянулся на перилах и запрыгнул на лоджию. Мы жили тогда на первом этаже. Огляделся по сторонам, как вор. Вечерело, дети играли в песочнице, мужики в беседке резались в домино, старушки сплетничали на лавочке. На меня никто не обратил внимания. В этом доме я прожил пять с лишним лет, в лицо меня все знали. Заподозрить в криминале хозяина квартиры соседям и в голову бы не пришло. Парень, видать, забыл ключи от квартиры. С кем не бывает.
Я заранее поставил на кухне табурет под окно и отвёрткой ослабил шурупы на форточных защёлках. Нажал ладонью на край форточки, и она, пружиня, с ударом о вторую створку, распахнулась внутрь.
Неделю назад жена готовилась к отъезду, решила на время развода отвезти сына к матери. Поздним вечером я занёс деньги им на дорогу. Казначейские билеты всегда улучшали ей настроение. И на этот раз она смилостивилась и разрешила поиграть с сыном, а когда он заснул, даже предложила чаю. Малыш заплакал, она вышла в спальню. В это время я и приготовился к взлому.
Откуда взялся на подоконнике цветок? Я же специально расчищал место для приземления! Глиняный горшок с грохотом свалился на пол. Рассыпанную землю я заметал впотьмах. Жена могла прийти с минуты на минуту. Благо горшок остался цел, лишь слегка треснул, но я поставил его трещиной к окну, чтобы она не бросалась в глаза. Потом накрепко прикрутил шурупы на защёлках и плотно закрыл форточки.
В ящике кухонного шкафа отыскал нож с большим лезвием. Прошёл в гостиную и спрятался за шторой.
Расчёт мой был прост. Утром жена вернулась в город одна, без сына. Я сверялся, звонил ей на работу. Недельная разлука для любовников – солидный срок. Сердечный друг должен обязательно нарисоваться сегодня. Замок в двери она поменяла, ключ мне не дала. Значит, спокойна, что ревнивый муж, изгнанный из собственной квартиры, не ворвётся среди ночи.
А когда они улягутся в койку, и она будет стонать под ним, я войду в спальню и убью их обоих.
Жена пришла примерно через полчаса. Одна. Включила свет в прихожей и сразу побежала в туалет. Я уже начал сомневаться в обоснованности своих подозрений, но в дверь позвонили. Хозяйка спустила воду и, не помыв рук, побежала открывать. Это был он. Студент из соседнего подъезда. Мне было хорошо его видно через тюль.
Как-то осенним вечером, уставший после работы и обвешанный сетками с продуктами, я подходил к дому. И мой взгляд совершенно случайно задержался на одном окне. Обнаженные мужчина и женщина курили в форточку. У меня хорошее зрение. Родное белое тело жены трудно спутать с другой женщиной. Он первым увидел меня во дворе и указал рукой в мою сторону. Характерным, присущим только ей жестом великосветской дамы, она отмахнулась от проблемы как от назойливой мухи и увлекла его в темноту квартиры. Дескать, какие мелочи, дорогой, давай лучше займёмся делом.
Моя ладонь вспотела, сжимая рукоятку ножа. Сердце клокотало от ненависти, но я сдерживался, твёрдо решив дождаться постельной сцены.
Он протянул ей красную розу, в другой руке держал бутылку «Медвежьей крови». Они замерли в поцелуе.
Я бы на его месте сразу увлёк её в спальню, но студент оказался более воспитанным. И они пошли на кухню.
– Земля! Он был здесь! – раздался испуганный крик жены.
– Кто?
– Муж.
– Но как он сюда мог попасть? Я же сам менял замок. Ты ведь не давала ему ключи?
– Нет. Не давала. Но эта скотина всё может.
Они проверили вначале спальню, потом зашли в гостиную.
Я не позволил им включить электричество. Рывком отдёрнул штору и вышел в просвет.
– Молитесь, сволочи!
Они застыли как вкопанные. Их лица побелели от страха. Наверное, я был ужасен в этот миг. Из мрака в отблеске коридорного освещения сверкали мои, полные ненависти, глаза и лезвие ножа.
– Ты же сам первый ушёл… – пролепетала жена.
Из-под штанины студента появилась лужица. Он схватился руками за грудь и стал оседать на пол.
– Врача! Надо срочно вызвать врача. У него же больное сердце!
К такому повороту событий я не готовился. Моя ярость к нему остыла, но не к ней.
Жена села рядом с лежащим любовником. Я подошёл вплотную, схватил её за волосы и вытащил в прихожую. Потом прижал к зеркалу и поднёс к горлу нож.
– Это он вызовет труповозку. Для тебя. Если очухается.
Она дёрнулась, но я плотнее прижал лезвие к её шее.
Зрачки! Вы знаете, какие у неё были зрачки? В глазницах было одна чернота. И тогда я понял, что никогда не смогу её убить. Я отхватил ножом прядь волос. Воткнул орудие несостоявшегося преступления в дерматиновую обивку и изо всех сил захлопнул дверь за собой.
– Вот эти волосы, доктор. Три года, как её похоронили. Спилась. Сын уже разводится. Неужели из этой пряди можно воскресить её молодой и красивой?
– Современная наука вообще может многое. Только учёные не в состоянии до конца просчитать последствия своих открытий. Карибский кризис заставил многих стать сдержаннее в дерзновении поиска. Шутка ли – поставить мир на грань катастрофы. Взбешённый наглостью русских, разместивших свои ракеты на Кубе, президент Кеннеди кричал в трубку: «Мы вас можем уничтожить пятьдесят один раз!» И получил от Хрущёва удар под дых: «Мы вас можем уничтожить семнадцать раз. Но я думаю, что и одного хватит!» Наверное, тогда впервые человечество осознало до конца собственную мощь и ужаснулось. Оно само сотворит апокалипсис! Овечку Долли клонировали почти два десятилетия назад. Думаете, за это время учёные не научились клонировать людей? Не смешите мои тапочки. Подумаешь, церковь против опытов над геномом человека. Пусть законодательно клонирование человека запрещено во всех странах. Поэтому мы и работаем в нейтральных водах мирового океана. Для создания клона достаточно одной молекулы ДНК, мистер Адам, – эскулап самодовольно улыбнулся, обнажив белоснежные крепкие зубы. – А здесь у вас очень много молекул. Были бы только деньги.
– Относительно затрат и вашего гонорара можете не беспокоиться. Я заплачу столько, сколько скажете. Мне важен исключительно результат.
Доктор удовлетворённо потер руки.
– Это наш стандартный договор на изготовление клона. Можете ознакомиться, – он протянул мне папку из белой кожи. – Только ещё раз обращаю ваше внимание на полнейшую конфиденциальность этой сделки.
Я мельком пробежал глазами текст.
– Но мой случай особый. Мне нужно не просто тело, а настоящая жена. Не современная кукла, у которой в голове одни ток-шоу, бутики да ночные клубы. А женщина из прошлого века. В заданных материальных формах, но совсем с другим характером.
– Понимаю, понимаю, – создатель клонов сочувственно покачал головой. – Вы же не настолько кровожадны, чтобы заново умертвить вашу покойную супругу.
– Бывшую супругу, – поправил я неудачно пошутившего собеседника. – После того инцидента я развёлся с ней, и больше никаких контактов. Только денежные переводы на содержание сына, пока он не достиг совершеннолетия.
Доктор извинился.
– Произвести мясо, даже человеческое, много ума не надо. Открытие ускоренного развития клеток позволяет нам выращивать сложные организмы в сотни раз быстрее их естественного биологического созревания. А вот что будет в голове у вашей Галатеи – дело сугубо индивидуальное, ювелирное и творческое. Я не столько генетик, сколько психиатр и чуточку нейрохирург. В моей компетенции – внутренний мир продукта. Ни много ни мало – сама человеческая душа.
– Ну, уж вы и впрямь возомнили себя Господом! – не выдержал я такого бахвальства. – Пусть клонирование и творит чудеса, но даже современной медицине не под силу сотворить характер и душевный склад человека.
Я налил воды в стакан и поинтересовался именем моего визави.
– Зовите меня просто Моисеем, – представился психиатр. – А вы ведь тоже еврей, мистер Адам?
– Мой дед, старый марксист, так отвечал на этот вопрос: «Все мы от Адама». А я вообще Адам.
– А я Моисей. Вот и познакомились, – рассмеялся доктор, но чувствовалось, что ответ его разочаровал.
– Мой бизнес тоже связан с созданием искусственного интеллекта. Компьютер по образу человеческого мозга – уже не фантастика. Можно заставить машину принимать решения и распознавать речь, даже запахи, но научить её любить невозможно!
– Вы абсолютно правы, коллега, – Моисей демонстративно похлопал в ладоши. – Только мы работаем не с искусственным мозгом, а с живым. Наша специализация – не киборги в человеческом обличье, а настоящие люди, которые кому-то зачем-то нужны.
– Но как вы решите проблему памяти? Конструируете психологический портрет, а потом скидываете его на какой-нибудь флэш-накопитель и вживляете клону в мозг?
– Да, боже, упаси! – Моисей чуть было не перекрестился. – Вы точно зациклились на своей информатике! Никаких микрочипов, файлов памяти, флэшек, жёстких дисков мы нашим детям в мозг не запихиваем.
– А как вы зададите моей будущей жене качества характера, которые я хотел бы в ней видеть?
– Внушением, дорогой вы мой, исключительно внушением и ничем более.
– И ваши психиатрические штучки пересилят генетическую программу? Никогда не поверю!
Похоже, я достал даже психиатра.
Моисей встал, давая понять, что разговор окончен.
– Для первого раза довольно. Аванс вы уже перевели. Поэтому я отдаю эти волосы в производство. Будем считать, что полено уже у папы Карло. А каким получится Буратино, зависит от нас с вами, насколько мы поймём друг друга. Стюард проведёт вас до каюты, мистер Адам. А завтра мы продолжим беседу.
Полено? Цинично, но точно отражает назначение этого набора молекул. Но почему я выбрал в качестве заготовки для идеальной жены именно её, мать моего сына? Ведь у меня было столько женщин: и красивых, и умных, и добрые даже попадались! Если у Моисея что-то пойдёт не так и он не сможет облагородить исходный материал, то я огребусь по полной программе. Развод был для меня спасением. Еще пара лет совместной жизни, и здравствуй, психбольница. Это была эвакуация из зоны бедствия. Неужели я и впрямь в глубине души такой мазохист, что подсознательно желаю заново испытать весь этот кошмар?
Река, впадая в океан, отдаёт свои воды безбрежной и взбалмошной стихии. Самец богомола позволяет самке съесть себя при спаривании. Самоубийство, предопределённое природой. Нечто подобное довелось испытать и тебе. Единственное всепоглощающее настоящее чувство к женщине. Однажды войдя в неё, ты словно провалился в бездну, потерял самоидентификацию, растворился в ней, испытав при этом полное и абсолютное блаженство.
Ты даже порвал отношения с матерью, категорически не принявшей твою невесту. Бедная матушка не смогла пережить такого предательства. Инсульт хватил её сразу после свадьбы, от которого она так и не оправилась. Ты был готов на всё ради этой женщины. И на подвиг, и на убийство. Посмотри на выцветшие свадебные фотографии. Ты же невменяем, загипнотизирован ею как кролик удавом. Какими собачьими глазами ты смотришь на неё! А она просто играет очередную роль. Она вешает тебе лапшу на уши, а ты их и развесил. Про отца, большого босса, про мать, видную профсоюзную деятельницу, про актёрскую школу, где она учится экстерном, про интернат при балетной студии, куда её отдали малюткой бесчувственные родители. Ложь, сплошная ложь от начала до конца. Она не просто врёт. Она выдумывает миры и живёт в них.
Тому, кто покусится на эти сокровенные фантазии и попытается вернуть её к реальности, не будет пощады! Ты взбунтовался и вырвался из летаргического сна, но убил иллюзию. Из первого воздыхателя ты превратился во врага номер один. И как предатель подлежал уничтожению или, по крайней мере, забвению. А твоё место по праву должен занять другой самоотверженный герой.
Твой океан страсти почему-то оказался неправильным. И сейчас, став солидным и богатым дядей, ты возомнил себя равным Богу, что в твоей воле исправить и облагородить его промысел. Остановись, пока не поздно! Может быть, пережитые тобой эмоции имели как раз такую цену? Или ты недоплатил судьбе и сейчас стремишься вернуть долг?
Не забывайте и о моём статусе. Сантехнику Джонни проще найти свою официантку Тилли. Но так сложилась жизнь. Я – совладелец крупной компании. В моём кругу нет счастливых семей. И там бесполезно искать.
Ровесницы переживают менопаузу. Несмотря на чудеса косметологии и пластической хирургии, у них в лучшем случае остался лишь внешний глянец. Меня возбуждают более молодые женщины. До сорока. А им Сеть и телевидение настолько промыли мозги, что ни о каких чувствах и речи быть не может. Один голимый секс без души. И деньги, много денег. Противно.
Поделиться книгой: