Жизнь игра (СИ)

— О, Алекусандир, и что же привело тебя в мой кабинет? Решил передумать?

— Я бы попросил, если уж не можешь нормально произносить мое имя, то хотя бы не коверкать его. Ну не хватает у тебя КИ для нормального запоминания, так зови просто, Алекс.

Ф- Что, все продолжаешь играть и изображать из себя «дикаря»? Ну и ладно, — абсолютно не обиделась гурия. — А мой КИ, кстати, раза в два больше чем у тебя.

— Это с нейросетью и имплантами? Мне тут много чего интересного твой коллега порассказал.

— Мой коллега? — неподдельно удивилась незнакомка.

— Ну да, тот который представился Арвом. Да и тебе представиться совсем бы не помешало.

— А, Арв Грин! Ну так он не совсем МОЙ коллега. Мы тут отдел Имперской СБ, а он из флотских. Приглядывался к перспективному кадру, но судя по тому, что он уже свалил, ты его не заинтересовал. А мое имя, Аэлина Брас.

— Ага, Аэлита, значит его я не заинтересовал, а вот тебя интересую. Интересно почему же?

— Не Аэлита, а Аэлина.

— Я запомнил, просто так мне приятнее.

— И почему же?

— Да я в детстве прочитал одну книгу, там была инопланетянка — Аэлита, а имена созвучные.

— Ну и ладно, но все же Аэлина. Договорились?

— Договорились. Слушай, Аэлина, а как твое имя будет, ну уменьшительно-ласкательное?

— Это как?

— Ну, как тебя мама в детстве звала, когда ты совсем маленькая была, или как тебе на ушко ночью в кроватке на ушко шептать?

— Все еще не теряешь надежды? Это хорошо, люблю настойчивых мужчин. Но я тебя все равно не понимаю…

— Вот смотри, мое полное имя — Александр, друзья могут меня звать, Саня, Санек, даже иногда Шура или Шурик, мама и девушки звали Саша, Сашенька. Я могу предположить, что тебя мама зовет — Аэлиночка?

— Как странно и интересно, человек один, имя одно, а столько разных звучаний. Нет, меня все и всегда звали одинаково, Аэлина, но Аэлиночка, мне тоже нравится. Так что, может быть я и позволю тебе меня когда-нибудь так называть. Если заслужишь. Но не сейчас. Ладно, будем считать, что разговор мы уже завязали. Так что тебя ко мне привело?

— Да я вообще-то не именно к тебе шел, просто хотел расставить все точки над I.

— Какой-то афоризм с твоей родной планеты? Ну смысл в контексте нашего с тобой разговора понятен. Так что давай, «расставим точки».

— Ну тогда объясни мне, что вы так уперлись в это мое ментосканирование, зачем оно вам и что это вообще такое и чем оно грозит. Ведь не даром же по вашим же законам, процедура эта сугубо добровольная. Я ничуть не сомневаюсь, что если бы она вам была так уж необходима, то я бы ей уже давно подвергся и никто у меня ничего бы не спрашивал и никто бы меня не уговаривал.

— Значит, ты хочешь сказать, что ты не знаешь, что это такое и сопротивляешься из чистого упрямства?

— Ну, примерно так. Я просто очень не люблю, когда меня начинают использовать в темную, пользуясь мим незнанием, да еще и пытаются на мне навариться.

— Ясно. А если я тебе все объясню, ты дашь своё согласие и пройдешь эту процедуру?

— Не знаю. Может быть. Ничего обещать не буду.

— Хорошо. Хотя и ты толкаешь меня на нарушение должностных инструкций. Все дело в тебе и в некоторых нестыковках. Для начала скажу, что тебя тут быть не должно. Понимаешь, нет тебя здесь и быть не может. Ты знаешь, что такое ИскИн?

— Арв мне пытался объяснить. Это какая-то думающая машина?

— Ну, можно и так сказать, хотя это очень примитивное описание, но и оно сойдет… пока. Так вот, вся наша жизнь контролируется этими самыми ИскИнами, нет нет, они нами не управляют, они просто контролируют. Грамотный человек может вмешаться в их работу, что-то подправить, что-то изменить, но рано или поздно, это все равно выплывет наружу, просто очень много таких устройств всегда задействовано и вмешаться в работу каждого из них практически невозможно. Вот так же произошло и с твоим появлением у нас. Группа освобожденных от пиратов разумных, в которой оказался и ты, провела в нашем Центре более трех суток, мы наблюдали за ними, выявляли лидеров и просто образованных и умных людей, ну и чего уж греха таить, возможных преступников и затесавшихся среди них пиратов. Такое тоже иногда случается, некоторые из них, понимая, что сбежать или отбиться не получится, удаляют себе нейросеть и сливаются с общей массой рабов, надеясь таким образом затеряться среди граждан Империи и Содружества. Но к тебе это не относится, у тебя нет и никогда не было никаких нейроустройств, ты даже детскими моделями нейрокома никогда не пользовался. Так что, пират, это не про тебя. Тут немного другое и более сложное. Ты понимаешь о чем я говорю?

— Если честно, то нет, но радует, что вы не считаете меня пиратом. Но давай без этих вот длинных вступлений. Покороче, пожалуйста.

— Ладно, покороче так покороче. Еще двое суток назад тебя в боксе с бывшими рабами не было, а потом ты появился. В обычных условиях ИскИны сразу же бы подняли тревогу, а тут тишина.

— А откуда я тогда взялся?!

— Вот это-то мы и пытаемся понять, откуда, как, а главное кто ты такой есть. Поэтому, давай ка для начала ты расскажешь мне о себе. Детство и юность можешь пропустить, меня интересуют последние несколько месяцев твоей жизни.

— Хорошо, честность за честность. Последние месяцы что я помню, я провел в очень ограниченном обществе, всего нас было четверо. Это была своеобразная экспедиция в очень отдаленный район нашей планеты. Мы проводили метеорологические и иногда археологические наблюдения и работы. Кстати, мой меч именно с тех раскопок и представляет для меня немалую ценность, так что если ваши спецы его испортят, то я могу понаделать в них дырок, непредусмотренных природой. Так им и передай.

— Ладно. Что было дальше?

— Дальше? А дальше по всей видимости меня убили.

— Как понять убили?

— Ну, убили. В наш лагерь заявился медведь, это такое животное. Очень крупный, опасный, смертельно опасный, хищник. Одного из наших он вскрыл за несколько мгновений, а потом попытался проделать то же самое и с одной из девушек. Я встал у него на пути, из оружия у меня был только меч, шансов у меня было ноль целых, ноль десятых. Но мне повезло, мишка сам напоролся на клинок, а потом раздирающая тело боль и неимоверная тяжесть. Очнулся я уже у вас в боксе. Сначала подумал, что я в больнице, потом, что попал на съемки какого-то фантастического фильма, ну а потом уже разобрался что к чему. Послушал тех двух мужиков, Кларос и Данит, кажется, потом услыхал диалог врачей, одна Эвела, а имени второй не знаю. Вот в принципе и все. Но ты так и не ответила, что такое ментосканирование, по отдельности я понимаю, что значит сканирование и примерно менто, а вот вместе они у меня как-то в голове не укладываются.

— Ментосканирование, это медицинская процедура в процессе которой создается цифровая копия памяти разумного, что-то вроде записи всей его жизни, даже того, что сам разумный уже давно и прочно позабыл, и того, что видел или слышал даже мельком. Ясно?

— Да куда уж яснее.

— А теперь ответь мне, честно ответь. Все что ты наговорил Даниту, это правда?

— Ты, о чем?

— Ну, про то, что наш язык для тебя родной, про Княжество и кстати, что значит «дружинник».

— Дружинник, это профессиональный воин, не солдат, а именно воин.

— А какая разница?

— Солдат служит, за деньги, или по убеждениям, а воин, это в первую очередь защитник, это совсем другой склад характера, это, если хочешь, призвание. Насчет всего остального, это с какой стороны посмотреть, с моей, так я вроде как и не соврал, а с вашей, черт его знает. Дома я говорил на совсем другом языке, но ваш понял сразу и без каких-либо проблем, как будто я его всегда знал, ну может, слегка подзабыл. Так бывает, когда долго живешь в чуждой языковой среде и со временем начинаешь забывать родной язык, но стоит вернуться в привычную среду и знание «просыпается», первое время еще слышится акцент, но он проходит и очень быстро.

— А сколько языков на вашей планете, ты так уверенно об этом говоришь, два, три?

— Более тысячи разных языков и наречий, а про диалекты так вообще молчу, их, пожалуй, на порядок-два побольше.

— Но как может быть на одной планете такое разнообразие языков?!

— У нас на эту тему есть одна легенда. Когда-нибудь, если хорошо попросишь, я ее тебе расскажу, на ушко.

— Ты опять за свое? Что, никогда не отступаешь?

— Иногда бывает, но потом возвращаюсь.

— Ладно, с этим конечно ничего не ясно, но разберемся. А что там про Княжество?

— Было у нас на планете когда-то такое, входило в состав другого государства, более сильного и обширного. Я жил в далеком потомке того государства.

— Так у вас на планете и крупных государств несколько.

— Смотря что считать крупным. На мой взгляд крупных только одно, по крайней мере по территории, то в котором я и живу. А по мнению остальных, так все они крупные и великие, хотя мне положить на их мнения.

— Ну а как хоть называется-то твоя планета?! Надеюсь название у нее есть?

— Есть, конечно есть. И не одно. На каждом языке оно свое. Это и Винланд, и Терра, и Энде и Земля и Тея и еще много-много.

— С ума сойти! Ничего подобного я еще не слышала, никогда. Ты знаешь, Алекс, но ментосканирование тебе все же придется пройти и для тебя будет намного лучше, если ты сделаешь это добровольно. Тогда никаких последствий для тебя не будет, а если за тебя возьмутся мои коллеги, то после этого ты имеешь все шансы превратиться в овощ, но свое они все равно получат. Слишком много разных непонятого с тобой.

— Ясно. Значит не договоримся?

— Нет. Это не в моей власти.

— Ну что же, тогда прощай, Аэлина. Добровольно на это ваше ментосканирование я не пойду, а с теми, кто потащит меня туда силой, я потом сочтусь.

— Ты не понял. Совсем не важно, как тебя положат под ментосканер, силой или ты ляжешь добровольно. Важно в каком состоянии, важно сам ты открываешь свой разум и память для оборудования, или это делает химия. Ты можешь сто раз с шутками и прибаутками и со все желанием лечь под ментоскоп, но если ты не пожелаешь, то ничего он не сможет сделать.

— А как же тогда все остальные? Они что, хотят поделиться с вами своей памятью?

— Если бы ты не услышал болтовню парочки чинуш, то и ты бы с радостью поделился бы этой самой памятью. Ты просто не знал бы, что с тобой делают и у тебя в мозгу не возник бы ментальный блок. А из всего того, что ты мне сейчас рассказал, я могу сделать выводы, очень неприятные выводы, не для тебя, а для нас, для Империи. Это уже угроза безопасности Империи, а значит и интересы отдельных, частных лиц, отступают на второй план и не имеют абсолютно никакого значения. Так что, ментосканирование ты пройдешь в любом случае.

— Нет, не пройду. Хотите, колите свою химию. — не знаю почему, но у меня в голове твердо засело убеждение, что позволить снять со своей памяти копию, это значит подписать себе смертный приговор, ну может быть не совсем смертный, но то, что солнышко я больше не увижу, это факт.

— Алекс, я тебя предупредила. Попытаюсь тебе кое-что объяснить. Наша Империя, как ты уже знаешь, входит в состав Содружества Миров. В Содружестве есть свои законы, которые категорически нельзя нарушать. Один из таких законов, это запрет на контакт с представителями «диких» рас. В твоём случае, этот запрет кто-то нарушил. Кто мы не знаем, но это или наши враги, или кто-то из наших граждан, из своих непонятных нам интересов. Может быть даже это сделали флотские, а может кто-то из сотрудников этого Центра в сговоре с пиратами. Мы не знаем, но должны это выяснить.

— Что-то, девочка, ты завралась! Значит говоришь запрет на контакт, но в то же время здесь находятся представители как минимум десятка этих самых «диких» Миров, а Агарская Империя, которая входит так же, как и вы в состав Содружества, так та вообще, таскает себе рабов с «диких» планет чуть-ли не в открытую. И ничего.

— Все «дикие», что находятся на территории Империи были освобождены из рук пиратов и работорговцев, тут мы чисты. А насчет агарцев… там все несколько сложнее, чем кажется. Рабство у них есть, и «диких» среди рабов тоже хватает, но все это «инициатива частных лиц без Имперского гражданства», то есть те же пираты и работорговцы. А разумный, по законам Содружества, не обязан узнавать происхождение товара. Говорят, покупателю раба, что это аратанец, агарец или еще кто и этого достаточно, сделка производится под протокол, покупатель чист, а пират или работорговец не имеет никакого отношения к Агарской Империи. Все всё конечно знают и понимают, но юридически агарцы чисты. Да и не так уж и много у них рабов, как принято считать, по нашим данным, меньше половины процента от общего количества разумных, проживающих в объеме Империи. Вот и получается, что наши флотские тебя не освобождали, но ты «дикий», значит на лицо запрещённый контакт, более того, контакт официальных лиц, ведь ты находишься в государственном учреждении и уже давно. Если это работа наших врагов, то где-то уже начинает раскручиваться маховик обвинений Империи в противоправных действиях, даже твоя полная зачистка уже ничего не даст. А если это работа наших граждан, то значит этот факт не должен выйти за пределы Центра.

— Ага, понял. То есть мое ментосканирование нужно вам для того чтобы понять, зачистить меня под ноль и спокойно забыть, или же пока подождать с зачисткой и оставить меня в качестве живого свидетеля своего законопослушания, а потом все равно зачистить. Ты что меня и правда за дурака и дикаря держишь, раз считаешь что после того, что я только что услышал, я на что-то соглашусь.

— Пойми, Империя в опасности!

— Да начхать мне на вашу Империю, я не имею к ней никакого отношения!

— А вот это ты сказал зря. — совершенно спокойным и бесцветным голосом произнесла Аэлина. Глаза ее нехорошо сузились и в тот же миг меня пронзила острая боль, буквально перекручивающая все мои мышцы, связки и сухожилия. Я не мог пошевелить даже глазом, хотя продолжал все видеть, в пределах своей области зрения, слышать и понимать. Через несколько секунд в кабинет вошли те два мордоворота, что встретили меня на входе и молча положив на нечто напоминающее носилки, только без ручек и странно паривших в метре от пола куда-то повезли. Вдогонку я еще успел услышать: — Начинайте сразу с J-8 и по нарастающей. Я хочу знать все, что знает он, все, начиная с его внутриутробного возраста. Если ему плевать на Империю, то уж Империи и подавно, плевать на него.

Через пару минут я уже был в знакомом помещении, где еще совсем недавно так лихо развел молодого сотрудника корпорации «Нейросеть». Меня уложили в знакомый «гроб», сразу несколько игл воткнулись в мое тело и я провалился в полную тьму.

Очнулся я сразу и поначалу даже не понял, где именно оказался. А потом до меня дошло, я опять вижу сон, до нельзя детализированный, цветной и очень приятный. Опять та же самая прелестница с хвостом, вот только на этот раз совершенно одна и в строгом брючном костюме сидела за столом посреди какого-то большого кабинета и что-то читала с экрана монитора, абсолютно не обращая на меня внимания. Я тихонько кашлянул, и она наконец заметила меня.

— А, это ты красавчик! Что тебя ко мне привело на этот раз? О Демоны Бездны, что эти недоумки затеяли! Да они же тебя в овощ за пять минут превратят, и что им от тебя надо! Упс. Недоглядела, мой косяк. — «Упс», и это все что она может мне сказать? И что значит не доглядела? Интересно, а после этой местной химической лоботомии, я сны буду видеть? Навряд ли, а жаль, я бы с этой хвостатой, хотя бы во сне с удовольствием покувыркался, классная женщина, мечта поэта.

— Не ну ты на него посмотри! Его тут, медленно но верно в овощ превращают, а он все о том же. Вгоняет бедную девушку в краску, шалунишка. — ага, «бедная девушка», мне почему-то сразу вспомнил мой предыдущий сон с этой прелестницей в главной роли и ее хвост, надежно обвивший шею мужика, исправно выполняющего на этом роскошном теле свои обязанности. — ладно, что же нам с этими умниками делать-то? Придется импровизировать, понатыкали, понимаешь, везде где надо и где не надо, своих этих ИскИнов, а я отдувайся. Ладно, препараты мы нейтрализуем, так ведь они не успокоятся. Делать нечего, придется гнать им дезу. Так, ну раз ты большую часть рассказал, то все так и оставим, а вот пребывание у нас уберем, и аварийный эвакуатор тоже, подотрем, а вместо этого, дадим стандартную картинку. Трое вас там оставалось, вот значит всех троих пираты и похитили. Так, девочек, чтобы их не искали, придется убить, но ты этого не видел, в клетке сидел. Так теперь рынок, продажа и новый хозяин, тоже пират, парочка нелицеприятных воспоминаний, это именно из-за них ты и отказывался от ментосканирования. Аратанский крейсер и неожиданное спасение. Вот, теперь все вполне правдоподобно. Так, а теперь займемся этими их ИскИнами, здесь все немного посложнее будет, а мы вот-так вот сделаем, попробуйте теперь подкопаться, сами виноваты, надо вовремя свое следящее оборудование проверять и неисправное менять, а ИскИны, а ИскИны видят только то, что видит их периферия, а тут сразу три камеры из строя вышли, а никто и не чешется, человек почти двое суток без сознания провалялся, после психотропной химии, а всем наплевать. Пираты, злыдни, над несчастным «дикарем» опыты ставили, так нет чтобы его подлечить, они еще и издеваются. Давай, Сашенька, запоминай свою новую легенду и возвращайся. А меня навещая, у тебя такие веселые мысли, мне нравятся. Все, целую, тебе пора. Чао!

Сон закончился так же неожиданно как и начался. Вот только пробуждение было не из самых приятных, все тело корчило и корежило, горло пересохло, голова раскалывается на миллион кусочков и вообще, состояние, как при самом глубоком похмелье, сто процентная интоксикация организма, сейчас бы под капельницу, да витаминчиков, а тут чьи-то руки хватают и тянут, ничуть не озаботившись сохранностью моей многострадальной тушки и еще более многострадальной головушки. Сквозь боль в голову прорывается чей-то возмущённый голос, который не сулит тем на кого он направлен ничего хорошего.

— Раздолбаи, нет, какие раздолбая, половина камер и датчиков в боксе не работает, человек загибается, а всем все по барабану! «Дикого» в медкапсулу, полное восстановление, расходы списать на начальника технической службы Центра, может быть в следующий раз шевелиться быстрее будет. Из-за него чуть парня не загубили, хорошо еще, что у него организм крепкий и нейронные связи в мозгу устойчивые, эти олухи нас чуть под трибунал не подвели. Да и этот, «дружинник», тоже хорош, из-за такой мелочи на смерть идти. Ну трахнул он ту девку, и что, от нее убыло, тем более пьян был в стельку, провел пару боев на арене, получил за это деньги, да и получил-то не он, а его хозяин. Блин, «супротив чести», идиот! Да кому тут это в Содружестве интересно, мы тут уже и слово-то такое забыли, «честь», счет в банке, вот наша честь, а на остальное наплевать! Надо его флотским отдать, это они еще с такими замшелыми понятиями носятся, да и то, разве что молоденькие лейтенантики, а кто послужил, да понял, что к чему, и честь свою и совесть, за пару китов продадут! А этот, посмотрите на него, из-за какой-то девки, ну и что что одноклассница и старая подруга, все бабы одинаковые, да и не соображал он ничего, а той нечего было к невменяемому мужику лезть! Быстрее давайте, кладите его в медкапсулу. Стоп! Сначала в реаниматор, все равно за все главтех платит. Очухается, перевести в медкапсулу и мне рапорт обо всем произошедшем. Пора этот гадюшник немного разворошить.

Голос постепенно куда-то уплывал, становился все глуше и глуше, а вслед за ним уплывало и мое сознание. А потом все сразу, вдруг, закончилось, закончилась и раздирающая тело боль и все внешние раздражители куда-то пропало.

Глава 3

Легкость во всем теле, хочется петь и прыгать, состояние как у пятилетнего оболтуса. И что это такое со мной? Последнее, что я помню, это странный сон, не менее странный монолог и адскую боль во всем теле, разрывающую его на части. Полчаса назад мадам преклонного возраста, но еще не растерявшая былую стать и красоту, помогла мне выбраться из какой-то установки, напоминающей дикую помесь аппарата МРТ, горизонтального солярия и гроба на колесиках. Все мои попытки выяснить что происходит, что это за агрегат такой и где я нахожусь, она полностью игнорирует. Только уже под конец, когда я начал натягивать на себя новенький комбез, она сквозь зубы прошипела, что мне необходимо явиться в СБ, причем срочно. Честно говоря, я очень сильно опасаюсь, что еще одной встречи с начальником местной Безопасности, очаровательной Аэлиной, я не переживу. Но не в моем положении бодаться с Конторой, да самочувствие у меня сейчас намного лучше, чем до нашей последней встречи. Хотя, если вспомнить тот ее монолог, который то ли был на самом деле, то ли мне привиделся в бреду и промелькнувшее там слово «реаниматор», то можно предположить, что я стал пациентом этого самого реаниматора. Или я чего-то не понимаю, или правильно надо говорить «реаниматолог», ну да неважно, в любом случае, встречу, скажу спасибо. Надеюсь эта Аэлина не откажет мне в возможности встретиться со столь классным специалистом. А может это последствия медкапсулы, что это такое я уже знаю, но, если честно, то не понимаю. Ну скажите мне пожалуйста, как может аппарат лечить, я конечно знаю, что на земле уже полно всяких там искусственных сердец, легких, почек и тому подобного. Согласен, что здешняя цивилизация намного обогнала земную и в области медицины тоже, но ведь мне грозили превратить меня в овощ, так они что, и мозги лечить умеют, причем не сами, а с помощью какой-то машинерии? Это уже даже и не фантастика, это сказка какая-то! Ладно, придет время, разберемся. А сейчас надо идти в СБ, послушать, что они там еще затеяли. Хотя факт того, что иду я сам, а не под конвоем, немного обнадеживает.

В уже знакомом помещении местной службы СБ меня, к моему удивлению встретила не Аэлина, или ее мордовороты, а мужчина, чем-то неуловимо похожий на нашего актера Тихонова. То, что ему совсем даже и не приятно со мной разговаривать, я понял с первых же секунд разговора. Бросив на стол кипу каких-то бумаг, он непререкаемым тоном потребовал:

— Подпиши и свободен.

Блин, ну почему все встречные считают меня идиотом? Хотя, нет, не все, та хвостатая милашка из моего сна, не считает, скорее даже наоборот. Я спокойно уселся в кресло и начал вдумчиво читать, что там я должен подписать. Если судить по поведению присутствующего тут же мужика, то поведение мое является из ряда вон выходящее, но это его проблемы. Вот прочитаю, обдумаю и тогда, может быть и подпишу. Я уже знаю, чем заканчиваются такие вот подписи не читая, потом всю жизнь кому-нибудь будешь должен. В этот раз, слава богу, никаких долгов на меня не навешивают, скорее наоборот, пытаются списать свои. Дескать, я, разумный Алекс Краснов, не имею к СБ Империи Аратан никаких претензий в связи с попыткой провести мне ментосканирование, без моего согласия и применения при этом спецпрепаратов. Ну, вообще-то, да, не имею, я уже почти было собрался подписать, как что-то меня остановило.

— А с чего, вы, малоуважаемый, взяли, что я это подпишу? Насколько я понимаю, ваши подчинённые облажались, нарушили закон, подвергли меня пыткам. И почему это я не должен иметь никаких претензий?

Из мужика как будто воздух выпустили.

— Какие претензии? Тебе провели полное восстановление организма по категории «А плюс», ты сейчас на порядок здоровей чем был. А ты знаешь, сколько такая процедура стоит?

— Так я вроде как и не настаивал. Так что, если хотите, можете провести обратную процедуру, мое состояние здоровья меня полностью устраивало. — чушь, конечно, но я почему-то уверен, что подобный вариант практически нереализуем, ну или стоить он будет еще больше, чем эта таинственная процедура категории «А плюс».

То, что я блефую, понял и неизвестный.

— Ладно, чего ты хочешь?

Ага, чего я хочу? Домой я хочу! Что? Невозможно? Ну тогда, что там у нас на Земле террористы требуют? «Миллион баксов, самолет и ящик водки»? Что значит, у вас нет «баксов, самолета и водки»? Как вы тут живете-то без всего этого? Совсем дикари и ни разу не приверженцы демократии и плюрализма! Говорить серьёзно? Можно и серьёзно, но вы для начала озвучьте свои предложения, я их обдумаю и дам ответ. Пятьдесят тысяч кредов, конверсионная нейросеть четвертого поколения и пакет Баз Знаний третьего ранга по моему выбору? Звучит конечно неплохо, а вот как это будет выглядеть на яву? Будем мыслить логически. Первоначальные «подъемные», что мне светят, это два раза по пять тысяч, базовая нейросеть, как просветил меня Арв, двенадцать. Еще он помнится хвастал, что смог купить и установить себе нейросеть шестого поколения, еще и сокрушался, что на новейшую, восьмого, так и не смог накопить. Так, он Техник четвертого ранга, это в принципе не плохо, но мало и на большее чем потрошить старые корабельные кладбища его не хватает. А максимальный ранг, то ли восьмой, то ли десятый, но, чтобы все это изучить и жизни мало будет. Так что, будем просить по максимуму, а там поторгуемся.

— Вы, дядечка, на мой КИ то посмотрите. Я может быть и «дикий», но голова у меня на плечах есть. Так что, полмиллиона кредитов, нейросеть восьмого поколения, какую именно я потом скажу и пакет Баз Знаний восьмого ранга, какой именно, я скажу тоже немного погодя. — наверное, я что-то сказал не то. Мужик расслабился и уселся в кресло, напротив.

— Нейросеть восьмого поколения, самая дешёвая, полтора миллиона кредов, Пакет Баз восьмого ранга, еще три с половиной. Итого пять с половиной миллионов кредитов. Ты в своем уме? Мне легче завершить то, что начала Аэлина, получить понижение в звании и должности, отправиться во Фронтир, на какую-нибудь заштатную Станции и прожить там пяток лет. Давай серьёзно.

— Ага, давай. Я жду.

— Пятьдесят тысяч, нейросеть шестого поколения и пакет Баз третьего ранга. Это мое последнее предложение. Я и так уже вышел за рамки дозволенного, но надеюсь запись нашего с тобой разговора немного рассмешит мое начальство, и оно меня простит.

Немного подумав, я уже собрался согласиться, как опять в голове что-то щелкнуло. Черт! Я ведь нахожусь у инопланетян, они, собаки, летаю в космосе, как я в магазин ходил! Корабль мне конечно никто не даст, а вот умение им пользоваться и ремонтировать, вполне можно выторговать. Чем я тут же и занялся.

— Не знаю, как вас по батюшке…

— Гор Слав.

— Так вот, Гор, вы уже поняли, что я с «дикой», но совсем не с варварской планеты. И я прекрасно понимаю, что ничего просто так на блюдечке с голубой каемочкой мне не обломится. Но, я всю свою сознательную жизнь хотел оказаться в космосе, где корабли бороздят просторы Большого Театра.