Помоги проекту - поделись книгой:
– А как он тут оказался?
Белки переглянулись.
– Те, кто верен Иру, время от времени переносят жрецов и царскую семью, потому что, возможно, когда-нибудь они сумеют возродить свое царство.
Неплохой ответ. Но все равно не подходит. Слишком много неувязок.
– А откуда вам известно, где находятся жители бывшего Ира? – спросила я, глядя то на одного, то на другую.
– Мы являемся стражами, – гордо сообщил Лесомир.
– Вот как… – Больше я ничего не говорила, но, видно, отношение к стражам-белкам отразилось на моем лице, потому что Веселина обиженно цвиркнула, а Лесомир нахмурился.
– Пусть тебя не смущает наш вид, – холодно проговорил он. – Стражи могут принять любой облик. И защищаем мы древнюю расу не кулаками и мечами.
– С тех пор как человечество изобрело огнестрельное оружие, – пробормотала я, – дело значительно упростилось.
Лицо Лесомира стало еще более хмурым, в желтых глазах появился странный блеск, но он не успел ничего сделать, потому что из коридора донесся грохот, и что-то стрелой влетело прямо к нам. При этом белок оно обошло и ткнулось прямо в меня с пронзительным воплем:
– Карау-у-у-ул!
От такого напора я упала на спину, стараясь удержать голосящее о спасении существо. Когда сумела оценить ситуацию, то разобралась, что на мне разлегся не кто иной, как родной шаркань. Учитывая, что сейчас я была не больше белки, змею не составило труда не только повалить меня наземь, но и почти придушить.
– Шарик, – хрипло выдохнула я, – угомонись и слезь с меня. То есть наоборот. А то я так долго не протяну.
Вопли тут же прекратились, и змей отполз в сторону.
– Прости, Вика, я немного не рассчитал.
– Заметно, – пробурчала я, вставая и отряхиваясь. – Как ты тут оказался?
Шарик чуть ослабил свои кольца, и я увидела янтарный глобус.
– Он привел, – пояснил змей. – К тому же, – он тут же помрачнел, – пришлось это делать очень быстро. Меня отыскал Валерьян и отдал его. Домой нам возвращаться нельзя.
Я нахмурилась:
– Почему?
Шарик посмотрел на меня и чуть качнул головой:
– Недоброе что-то там. Валерьян сказал, что стоило ему только приблизиться, как навстречу выпрыгнули какие-то отвратительные серые тени и попытались напасть. Хорошо хоть янтарный глобус сумел забрать Остап, и вместе они успели удрать в лес. Там они в безопасности. Братец-леший никого не пустит на свою территорию.
– Тени… – прошептал вмиг побледневший Лесомир. – Тени окаянные – слуги Радистава Покойника!
Я быстро глянула на белок:
– Покойника?
Вообще-то, когда я с ним разговаривала, на покойника он никак не тянул. Или это такое милое сокращение от фамилии Покойленко? Ой, точно! Белки уже его так называли! Значит, просто моя невнимательность.
– Да, – кивнула Веселина, – Радистав – один из приближенных Скорбияра. Могущественный чародей и создатель тех, кого нельзя уничтожить ни одному живому существу.
– Живому? – недоверчиво переспросила я. – Вы имеете в виду, что управу на них могут найти только мертвые?
Веселина опять кивнула:
– Да, или те, кому подвластна магия смерти. Физически Радистав погиб во время войны с ирийцами, однако каким-то образом Скорбияр сумел дать своему другу способность проходить сквозь века в обличье бесплотного духа и вселяться в человеческие тела, когда это необходимо.
Я пробормотала что-то не очень цензурное про вот такой способ жизни и снова посмотрела на нее.
– А сам-то что? Почему сам не захотел точно так же?
– Скорбияр погиб, защищая нарвийцев. Да и не таким сильным ведуном он был, как Радистав. Он не сумел бы творить из тьмы и мрака.
Я посмотрела на шарканя. Итак, все складывается просто замечательно. В доме шастает непонятно кто, но вполне понятно с какой целью. Видно, господин Покойленко (тьфу, надо ж было еще такую фамилию выбрать!) осознал, что я не слишком тороплюсь выполнять его просьбу и начала интересоваться вещами, которые мне совсем не нужно знать. Вот и решил наслать своих слуг. Проведать, так сказать. Откуда ж ему было знать, что янтарный шарик возьмет Шарик (вот видите, что происходит, когда количество шариков больше одного на одну жилплощадь) и рванет в лес. В том, что змей сумел отыскать Сосну, что плачет, имея при себе глобус, я даже не сомневалась. К тому же шаркани обладают способностями, благодаря которым могут великолепно ориентироваться в пространстве (как обычном человеческом, так и во всех остальных). Да и нюх у них получше моего. То, что Шарик рядом, меня даже радовало. Единственное, от чего я не в восторге, так это от его размеров.
Сейчас змей больше меня раза в четыре, и это несколько напрягало. Нет, не потому, что это могло плохо кончиться или Шарик причинит мне вред. Просто обычно при любом шухере шаркань привык прятаться за меня. Учитывая разницу в пропорциях, сейчас это весьма проблематично. А так как он все равно приближался (шухер, а не змей), то нужно было срочно что-то решать. И желательно бы принять свой человеческий облик. А раз так, значит, нужно каким-то образом выбираться из этого янтарного подземелья.
Я повернулась к белкам:
– Сказанное требует времени на обдумывание.
Ох, как пафосно получилось. Ну да ладно, речь не об этом.
– Вика, – шепнул Шарик, – а это вообще кто такие?
Вид воинственно настроенных Лесомира и Веселины его явно не обрадовал.
– Да вот, знакомься – янтарные стражи, которые и увели у нас осколки, – хмыкнула я.
– О-о! – Шаркань прищурился, и я тут же сообразила, что змей вовсе не испугался пушистых хулиганов, зато белки осторожно попятились назад. – А вы знаете, что чужие вещи…
– Шарик, мы все выяснили, – поспешно перебила я и быстро глянула на стражей: – Как отсюда выйти?
На этот раз оба проводника не мешкали с ответом. Соседство шарканя их явно не радовало.
– Идите прямо, а как увидите янтарные корни – поднимайтесь вверх. Это простая сосна, она расположена в лесной чаще. Но там все равно безопаснее, чем идти обратным путем, – застрекотала Веселина. – Мы вас проводить не можем – нужно следить, чтобы тени не совершили попытку проникнуть сюда.
– Но… – начал было Шарик.
– Пошли. – Я коснулась змея радужной рукой и потянула за собой. – А с вами еще увидимся.
– Ой-ой-ой! – цвиркнули белки.
Конечно, не факт, что следовало выбираться наружу, но и сидеть под землей я тоже смысла не видела. В любом случае надо как-то действовать, поэтому я все же решила посмотреть, что делается наверху. Признаться честно, сталкивалась с подобным впервые. Бороться с чем-то злым и темным мне еще не приходилось. А тут на́ тебе!
Янтарные стены излучали мягкое медовое сияние и, казалось, уговаривали никуда не ходить. Остаться, переждать, пока уйдут те, кого так опасались бурштыновы стражи.
Я покачала головой. Вот вам и стражи. Маленькие, а гордые и смелые. Ты им слово, они тебе десять. Да и робкими не назовешь. Разве что несколько не одобрили моего шарканя. Но это, конечно, зря.
– Вика, – тихо позвал Шарик, – по-моему, он нас куда-то ведет.
Обернувшись, я молча уставилась на глобус. Он горел неземным ярким пламенем. Да так, что янтарные стены тускнели в сравнении с ним. Удивительным было то, что шаркань еще не вскрикнул и не сказал, что его обожгло.
– Что это такое? – спросил Шарик, зачарованно рассматривая сферу, которую тут же окутал золотой туман. – Ой!
– Что?! – Я оказалась рядом, коснулась пальцами глобуса и тут же вздрогнула.
Теперь это был не безжизненный шар, а пульсирующий живой янтарь. Бьющийся в моих руках, словно сердце потерянного Бурштынова Ира, янтарь-сердце…
– Не знаю, – услышала я шепот шарканя, скорее походивший на растерянное шипение.
Змеиное тело теперь было красно-золотым, словно мой спутник впитывал в себя свет шара. Я осмотрела себя и поняла, что радужное свечение исчезло, теперь и я сама будто переливаюсь жидким огнем.
– Ну, белки, – пробормотала я, понимая, что без них тут не обошлось.
Внезапно земля задрожала, словно неведомые гиганты решили сдвинуть подземное царство. Янтарное сияние задрожало и разгорелось еще больше. Перед глазами все завертелось и закружилось, вокруг начали вспыхивать золотые и серебряные звезды.
– Вика, что это? – вскрикнул Шарик, интуитивно сжимая шар еще крепче, чтобы не выронить в этой круговерти.
– Не знаю, – выдохнула я, резко зажмуриваясь от ударившего со всех сторон ослепительного света.
В голове все загудело, как от удара, и через секунду я потеряла сознание.
Глава 5
Пленники Фалрьян’олы
А может, и не теряла вовсе. Во всяком случае, ощущения ухода из реальности как-то особо не возникло. Или я просто неправильно теряю сознание? Все может быть, не спорю. Как-то раньше подобными вещами не приходилось заниматься. Единственное, что я очень хорошо чувствовала, так это боль в плече. Вероятно, я им стукнулась обо что-то твердое и явно не предназначенное для падения молодых и резвых ведуний.
Открыв глаза, я огляделась. М-да. Вокруг тьма. Разве что едва уловимый свет звезд падает на черные верхушки деревьев. Даже луны нет. Это плохо. Придется работать, то есть добираться домой, на ощупь. Причем в прямом смысле.
Рядом послышался приглушенный стон, и моей руки коснулось что-то холодное. О, шаркань приходит в себя.
– Шарик, ты как? – шепнула я, вглядываясь во тьму.
Меня несколько озадачило, что радужное сияние моего тела померкло, однако через секунду я сообразила, что автоматически приняла человеческий облик. Что ж, так даже лучше. Если кто и обнаружит, то можно сказать: шла по лесу, внезапно на голову упала очень большая шишка, все остальное – в тумане. Может, не до конца, но поверят да на свет божий выведут. А в магическом виде весьма сложно будет убедить человека, что это всего лишь маскарадный костюм. В лесу. Ночью.
– Меня будто передавило, – проворчал он.
– Придавило, – автоматически поправила я.
– Нет, передавило. Будто на велосипеде проехались, – снова раздалось ворчание.
Осмотрев, насколько это было возможно в темноте, шарканя, я все же выяснила, что он не ранен.
– Что это было? – тем временем спросил Шарик.
– Могу задать аналогичный вопрос, – вздохнула я. – Но в любом случае мы выбрались из беличьего коридора.
– Вот уж названьице, – буркнул он и обвил хвостом янтарный глобус.
– Какое пришло в голову, – развела руками я. – Если ты хочешь узнать,
– Как умно мы изъясняемся, – фыркнул Шарик. – Концентрация и все такое прочее. А каких?
Этот вопрос заставил меня задуматься. Четкого ответа ж все равно не было. Ну и ладно.
– Я не смогла определить. С таким раньше никогда не сталкивалась. Но у меня было странное ощущение, ну… как бы объяснить, будто нас толкнули в энергетический тоннель, придав при этом очень хорошее ускорение.
Шарик некоторое время молчал, явно анализируя мои слова. Порой мой шаркань прекращал вести себя как маленький вредный ребенок и проявлял подлинно змеиную мудрость и рассудительность. Возможно, и той и другой было еще далеко до абсолютной, но зерно истины все равно присутствовало.
– Ладно, давай вставать и потихоньку продвигаться к дому. Возможно, незваные гости уже покинули наше жилище. – Я поднялась и поморщилась.
В голове словно что-то взорвалось, и на некоторое время пришлось прекратить активные действия. Значит, я в корне ошиблась, предположив, что досталось только моему плечу.
Шарик озабоченно посмотрел на меня:
– Идти можешь?
– Да. – Только вот от кивка пришлось воздержаться. – Но медленно. Иначе тебе придется тащить меня за собой.
– Вот еще, – шикнул змей. – Я и так… Да, кстати, бери свой глобус, а то с ним точно далеко не уползу. И смотри, что это там за свет? – Он указал кончиком хвоста прямо в гущу деревьев.
– Зануда, – отозвалась я, забирая янтарную сферу и медленно направляясь вперед. – Пойдем посмотрим. Все равно угадать не получится.
– Пойдем, – внезапно покладисто согласился Шарик и двинулся за мной.
И хотя змей был насторожен, я-то прекрасно понимала, что этот свет идет от Сосны, что плачет. Скорее всего место выхода из подземного тоннеля оказалось намного ближе, чем предполагали Лесомир и Веселина. Однако, пройдя с десяток метров, убедилась, что, когда чего-то не знаешь, «прекрасно понимать» – совершенно не оправдывающее себя занятие.
Дойдя до края лесной тропинки, я резко замерла, рассматривая открывшийся пейзаж.
Мы стояли на крутом обрыве, далеко внизу клубился бархатно-синий и серебристый туман. Казалось, что свет излучал именно он. При этом туман постоянно находился в движении, словно подгоняемый неощутимыми воздушными потоками. Когда я смотрела на это, внутри все будто сжималось от страха. Мы с Шариком оказались перед чем-то запретным, и эта завеса предупреждала, что дальше пути нет.
– Это не вересоченская опушка, – отметил шаркань, заглянув вниз и тут же отпрянув.
– Нет, – согласилась я. – Разве что мы оказались рядом с аномалией. Но я что-то не помню, чтобы нечто подобное встречалось в лесах.
Шарик с сомнением смотрел вниз:
– Знаешь, это похоже на водопад. Только без воды.
Сравнение было очень близким к истине, поэтому спорить я не стала. Неожиданно откуда-то сверху донесся странный скрежет. Словно хлопала крыльями огромная птица. Только крылья у нее были железные, и к шуму от взмахов добавлялся еще и лязг металла.
Шаркань обвился вокруг моей ноги и, прищурившись, смотрел в небо.
– Мне это не нравится, – веско заметил он.
– Мне тоже, – почему-то шепотом ответила я, но тут же увидела, как небо закрыла черная непроницаемая тень. Даже звезды исчезли.
Поделиться книгой: