– Сейчас я принесу вам сдачу, – сказала она.

Он стоял возле стола в ожидании, пока она сходит в комнату за сумочкой. Он решил не спрашивать её насчет полицейского участка, не хотел расстраивать её лишний раз. Она и без того расстроилась сейчас, упомянув о том, что у неё не было детей и что некому послать ей открытку с поздравлениями и пожеланиями, как это сделает сегодня он в отношении своей матери. Интересно, успеет ли вовремя дойти до мамы открытка? Он подумал и решил, что успеет. Если он сделает это первым делом и пошлет открытку перед тем, как пойти в полицию, то она поспеет вовремя. Он был уверен, что завтра утром мама уже получит открытку.

– Пожалуйста, мистер Брум, – промолвила она, вернувшись в кухню и передавая ему однодолларовую купюру. Он положил её в кошелек и стал надевать пальто. – Когда снова будете в городе, то, надеюсь, снова остановитесь у меня, – выразила свое пожелание миссис Дауэрти.

– О да, мэм, обязательно, – заверил он её.

– Вы прекрасный джентльмен, – произнесла она.

– Спасибо, мэм, – смущенно поблагодарил он её.

– В этом районе... – начала было она, но осеклась и мотнула головой.

– Я вернусь через некоторое время, уложу и заберу вещи, – сообщил он ей.

– Как вам будет угодно, – ответила она.

– Вы знаете, у меня тут ещё кое-какие дела.

– Как вам будет угодно, – повторила она, провожая его до двери.

Аптека находилась на углу Эйнсли-авеню и 11-ой улицы Северного округа. По левой стороне шла стойка, у которой можно было перекусить, все же остальное пространство было отдано лекарствам и всякой всячине. Здесь имелся развал книг в мягкой обложке, ярких, многоцветных, которые своими названиями и оформлением так и манили купить их. Далее лежали грелки. Чуть дальше и немного в стороне от груды расчесок и шприцев были рассыпаны поздравительные открытки. Он прошел мимо книг – ему в глаза бросилось название одной из них: «Как это делать в самолете» – и остановился у россыпи открыток. Там был большой выбор поздравлений с днем рождения – сыну, дочери, матери, отцу, брату, сестре, деду, бабке и прочим родственникам. Он быстро пробежал по ним глазами, скользнул взглядом по соболезнованиям, поздравлениям с годовщинами и рождением ребенка и, наконец, дошел до раздела, посвященного исключительно дню Святого Валентина. Из года в год появлялось все больше юмористических открыток. Честно говоря, он не улавливал юмора большинства из них. При внимательном рассмотрении он обнаружил, что эти открытки также рассортированы наподобие поздравлений с днем рождения. Здесь были поздравления возлюбленным, жене, мужу, матери, отцу – дальше он не смотрел, так как его интересовали поздравления матерям. Он посмотрел две-три открытки и остановился на одной. С внешней стороны она была украшена сердцем из лоскута сатина, от которого шли розовые ленточки, а по самому верху красивой золотой вязью было выведено: «Маме». Он раскрыл карточку и стал читать маленькое стихотворение. Иногда возьмешь красивую карточку, а слова не подходят. Тут надо быть внимательным.

Моя мама

Благодарю тебя за то,

Что мной живешь ты каждый миг.

Ты лучше всех, ты божество.

Прости, что беден мой язык.

Усталый, на исходе дня

Бреду домой. Кто в доме том

С улыбкой счастья ждет меня,

Согреет лаской и теплом? -

Моя мама.

Он прочел стихотворение ещё раз, потом в третий и остался доволен и его содержанием, и оформлением. Интересно, сколько же стоит эта карточка? Понравиться она ему понравилась, но не хотелось слишком много тратить на это дело. Он подошел к кассе. Там сидела темнокожая девушка и читала журнал.

– Скажите, сколько стоит эта открытка? – спросил он.

– Сейчас посмотрю, разрешите? – Она взяла у него открытку, перевернула её и взглянула на цену, нанесенную на обороте. – Семьдесят пять центов, – сообщила девушка. Увидев, с каким выражением лица он воспринял эту информацию, она улыбнулась и посоветовала ему: – Но там есть и подешевле, если хотите.

– Ладно, я эту возьму, – решил он.

– Это действительно симпатичная открыточка.

– Да, и стихи мне понравились. Большей частью на них отвратительные стихи.

– Да, слова здесь хорошие, – согласилась девушка, заглянув в разворот.

– Значит, семьдесят пять?

– Да, здесь на обороте написано. Вот, видите? – И она показала ему цифры на другой стороне, для наглядности как бы подчеркнув их ногтем. Ногти у девушки были очень длинные. – Видите, здесь написано: «икс-эм семьдесят пять»?

– А чего бы им просто не написать: семьдесят пять центов? – возник у него вопрос.

Девушка хихикнула.

– Не знаю. Наверно, хотели как позагадочнее, – предположила она.

– Да, конечно, икс-эм семьдесят пять – это очень загадочно, – сказал он и улыбнулся. Девушка улыбнулась ему в ответ. – Значит, беру эту, пожалуй, – решил он.

– Вашей матери она придется по душе, – предположила девушка.

– Я тоже так думаю. Надо марок взять. У вас есть марки?

– В автомате, – ответила девушка.

– О, одну минутку...

– Да?

– Мне нужна ещё открытка.

– Пожалуйста, – сказала девушка.

– Не выбивайте пока.

– Хорошо.

Он снова вернулся к открыткам, миновал раздел, где лежали поздравления матерям, женам, возлюбленным, и стал искать карточки для друзей и знакомых. Он увидел раздел «Общее», покопался там и нашел простенькую открытку с надписью «Милому человеку в День Святого Валентина». На развороте не было никаких стихов, а просто краткое: «Желаю счастья». Он подошел с карточкой к кассе и показал её девушке.

– Вам нравится? – поинтересовался он у нее.

– Это кому? Вашей девушке?

– Нет, у меня нет девушки, – ответил он.

– Ну конечно, – недоверчиво посмотрела на него продавщица, – рассказывайте мне. Такой высокий, красивый парень – и нет девушки.

– Правда, нет у меня девушки, – сказал он и тут понял, что с ним заигрывают.

– А кому же это? – спросила девушка с усмешкой.

– Хозяйке гостиницы.

Девушка расхохоталась.

– Вы... наверно... единственный мужчина во всем этом огромном городе, который поздравит свою хозяйку.

– Да, так уж, – смущенно произнес он и тоже рассмеялся.

– Наверно, интересная – эта ваша хозяйка?

– Да, очень симпатичная женщина.

– И наверняка блондинка.

– Да нет.

– А какая? Рыженькая?

– Да нет, она же...

– А может, вам нравятся девушки потемнее цветом? – спросила она и заглянула ему в глаза.

Он выдержал её взгляд и ничего не ответил.

– Так вам нравятся девушки с темной кожей? – допытывалась она.

– Да, нравятся, – наконец произнес он.

– Я была уверена в этом, – спокойным тоном заключила она.

На некоторое время установилось молчание.

– Сколько я вам должен? – прервал он паузу.

– Сейчас, дайте посмотреть на эту, для вашей хозяйки. – Она посмотрела цену на обратной стороне. – Семьдесят пять плюс двадцать пять. Один доллар. Он достал из кошелька долларовую купюру.

– Вы как будто говорили, что вам нужны марки?

– Да, а что?

– У вас есть мелочь для автомата?

– Да, думаю, что есть.

– Автомат вон там, – сказала девушка и показала рукой, потом пробила на машинке чек. – Вы из этого района?

– Нет.

Она понаблюдала за тем, как он опускает монеты в автомат, давит на рычажок.

– И не из города, да?

– Не из города.

– А откуда?

– Кэри. Может, слышали?

– Вроде, нет.

– Это под Хадлстоном. На лыжах катаетесь?

– Я? – удивилась девушка его вопросу и засмеялась.

Он лизнул марки и наклеил их на конверты.

– А ручки у вас нет? – спросил он.

– Конечно, есть, – ответила девушка и протянула ему ручку. – Вы когда-нибудь видели, чтобы цветные катались на лыжах?

– По правде говоря, я сам ни разу не становился на лыжи, поэтому откуда мне знать? – искренне ответил он.

– Один-другой есть, наверняка, – размышляла вслух девушка. – Один-два должны быть на все Соединенные Штаты, как вы думаете?

– Думаю, что должны быть.

– Да-а. Но я – ни одного не видела.

– Я тоже не видел.

Она взглянула на конверт, на котором он выводил адрес.

– А кто это Дороти Брум? – полюбопытствовала она.

– Моя мама.

– А вас как зовут?

– Роджер Брум.

– А меня – Амелия, – сообщила в ответ девушка.

– Очень приятно, Амелия.

– Амелия Перес. – Она помолчала. – Мой отец – испанец.

– Прекрасно, Амелия.