Помоги проекту - поделись книгой:
Тот факт, что испанцы продолжили свое плавание, подтверждается также и записью в судовом журнале, оставленной П. Ледесмой и гласившей, что корабли достигли 23° с. ш. Другими словами, Пинсон и Солис обогнули Юкатан с севера, и здесь им показалось, что заветная цель – проход в Тихий океан – близка, т. к. берег вдруг круто повернул к югу. Далее испанцы подошли к вершине залива Кампече, и все их надежды на открытие пролива в этом районе рухнули: побережье приняло северо-западное, а вскоре и северное направление. Тогда суда, на которых Пинсон и Солис открыли более 2700 км береговой линии Юкатана и Мексиканского залива, легли на обратный курс и без потерь прибыли в порт Санто-Доминго на Гаити, затратив, таким образом, на плавание около года.
Впрочем, некоторые географы считают, что Пинсон и Солис не дошли до Мексиканского залива. Их аргументация сводится к одному: испанцы не встретили на своем долгом пути представителей великой культуры ацтеков. Но этому обстоятельству можно найти разумные объяснения: Пинсон и Солис либо сообщали о такой встрече, но доклады их не дошли до нас, либо моряки, будучи увлечены поисками морского прохода, не посчитали встречу важным фактом (Колумб, например, также не придал значения своему первому контакту с представителями культуры майя).
Открытие Флориды и Гольфстрима
В 1506 году участник второго плавания Колумба Хуан Понсе де Леон, назначенный губернатором Пуэрто-Рико, высадился на этом острове и основал там первое испанское поселение. В тех же краях он услышал легенду об острове Бимини, где якобы бьет источник вечной молодости. Тогда Понсе добился у испанского короля разрешения на поиски и колонизацию Бимини и на владение чудесным источником. И вот 3 марта 1513 года флотилия под руководством Понсе отплыла от Пуэрто-Рико, отправившись на поиски Бимини.
Испанцы взяли курс к Багамским островам, достигнув которых, они осторожно вели корабли от одного клочка суши к другому, тщательно обследуя каждый из них в поисках волшебного источника. 27 марта суда прошли мимо северной группы Багам, а 2 апреля моряки увидели большую землю. Понсе назвал ее Флорида («цветущая»), т. к. открывшиеся его взору берега были покрыты великолепной субтропической растительностью.
3 апреля команда Понсе высадилась на берег и вступила во владение новым островом, как все думали, первой испанской территорией на континенте Северной Америки. Через пять дней испанцы продолжили плавание к северу вдоль восточного берега Флориды, но из-за встречного холодного течения вскоре повернули на юг и попали в мощный поток теплого течения, которое шло с юга в открытый океан между Флоридой и Багамскими островами.
По рассказам, Понсе, формируя команду перед отправкой к острову Бимини, набирал только стариков и калек, обещая им вместо денег молодость и здоровье. Вероятно, этот экипаж был самым странным в истории морских путешествий.
Медленно двигались корабли вдоль низменного берега, а их экипаж при высадках пробовал воду множества речек и озер, напрасно отыскивая источник вечной молодости. Целый месяц понадобился испанцам на то, чтобы достичь южной оконечности Флориды. Понсе открыл около 500 км ее восточного побережья, в том числе песчаный мыс Кеннеди (в настоящее время мыс Канаверал, с которого производится запуск американских космических кораблей). Он обнаружил цепь коралловых островов Флорида-Кис, образующих барьерный риф длиной около 200 км. В этих местах встречное течение сделалось чрезвычайно стремительным: огромная темно-синяя «морская река», резко контрастирующая по цвету с зеленоватыми океанскими водами, текла с запада и у оконечности Флориды круто поворачивала на север. Позднее, когда было нанесено на карту все побережье Мексиканского залива, испанцы стали считать «морскую реку», известную в Европе как Гольфстрим, течением из залива.
Решив, что на Флориде им не найти источника вечной молодости, Понсе отдалился от берегов полуострова, через несколько дней после этого открыл группу крохотных островов Драй-Тортугас, затем лег на юго-западный курс и вскоре приблизился к какой-то земле – по-видимому, к полуострову Юкатан. Потратив там некоторое время на безуспешные поиски волшебного источника, испанцы 10 октября 1513 года вернулись на Пуэрто-Рико.
Земля ацтеков
В 1518 году на Кубе была организована экспедиция под руководством Хуана Грихальвы, целью которой являлись поиски золота. В ее состав входило 240 человек, разместившихся на четырех кораблях. 8 апреля они вышли из порта, а через некоторое время, придерживаясь южного направления движения, открыли остров Косумель у восточного берега Юкатана. Не задерживаясь здесь, испанцы двинулись дальше и вскоре достигли устья большой реки Табаско (река Грихальва). На берегу их ожидало большое количество местных жителей-индейцев, с которыми люди Грихальвы вступили в переговоры, закончившиеся тем, что обе стороны обменялись подарками. Индейцы отдали пришельцам съестные припасы и несколько изделий из низкопробного золота, сказав при этом, что больше драгоценного металла у них нет, зато на западе есть страна, где его очень много. Испанцы, поверив индейцам, отправились на поиски золотоносных земель, следуя на северо-запад вдоль берега.
Наконец близ устья одной реки испанцы увидели толпу индейцев, на длинных копьях которых развевались белые флаги. То были посланцы верховного вождя ацтеков Монтесумы – правителя Мексики. Он знал о том, что чужеземцы ищут золото, и потому приказал своим подданным давать им золотые вещи в обмен на заморские товары и в меру своих возможностей постараться выведать дальнейший путь испанцев. Последние же, охотно принимая дары местных жителей, продолжали двигаться дальше и спустя несколько дней достигли небольшого архипелага, на одном из островов которого возвышались какие-то странные каменные сооружения.
Слава о «золотой стране»– Мексике – распространилась по Антильским островам и докатилась до Испании, после чего туда хлынули потоки алчных конквистадоров, нарушивших привычное существование многих индейских племен.
Именно в тех местах ацтеки приносили жертвы, в основном человеческие, своим богам. В дневнике Грихальвы сохранились заметки, в которых подробно описываются обряды жертвоприношения, практикуемые ацтеками. Вот, например, такой отрывок из них: «Не далее как ночью индейцы принесли своим богам в жертву пятерых соплеменников, тела которых, растерзанные, со вскрытой грудью и обрубленными руками и ногами, долго еще потом валялись в тех местах. Вскоре после этого, но уже днем, индейцы принесли в жертву двух мальчиков, рассекли им грудь и положили их окровавленные сердца в дар своему пакостному богу».
24 июня Грихальва отправил на Кубу корабль с отчетом и с золотой добычей; сам же, двигаясь вдоль берегов Мексики, открыл песчаный мыс Кабо-Рохо и дошел до реки Пануко (около 22° с. ш.). Но продолжать путешествие было невозможно, т. к. корабли дали сильную течь, припасы подходили к концу, и испанцы благоразумно решили повернуть назад.
Таким образом, экспедиция под руководством Грихальвы впервые в истории пересекла весь Мексиканский залив, открыла новую страну – Мексику – и вернулась на Кубу в октябре 1518 года.
Первое кругосветное путешествие
В марте 1518 года в Севилью в совет Индии (учреждение, ведавшее делами новооткрытых территорий) прибыл Фернан Магеллан – бедный португальский дворянин, воевавший в Северной Африке, после чего просивший повышения по службе у своего короля, но получивший отказ. Он заявил, что Молуккские острова, важнейший источник португальского богатства, должны принадлежать Испании, т. к. расположены в Западном полушарии (по договору о разделе земель от 1494 года). Магеллан предложил план захвата данных островов, в соответствии с которым нужно было проникнуть на Молукки западным путем, чтобы не возбудить подозрений португальцев раньше времени. При этом он старался убедить испанских чиновников в том, что между Атлантическим океаном и Южным морем должен быть пролив к югу от Бразилии.
В конце концов после долгих прений был заключен договор: испанский король Карл I выделил деньги на снаряжение экспедиции взамен огромной доли ожидаемых доходов. 20 сентября 1519 года флотилия, главным кораблем которой считался «Тринидад», вышла из порта Сан-Лукар. Через шесть дней корабли подошли к Канарским островам, 29 ноября достигли побережья Бразилии близ 8° ю. ш., 26 декабря – Ла-Платы.
Около месяца члены экспедиции Магеллана занимались исследованием берегов Ла-Платы, за которыми простиралась неведомая земля. Наконец 2 февраля 1520 года Магеллан, опасавшийся пропустить вход в пролив, распорядился сняться с якоря и двигаться как можно ближе к побережью только днем, а вечером останавливаться.
24 февраля Магеллан открыл крупный залив Сан-Матиас, обогнул обнаруженный им полуостров Вальдес и укрылся на ночь в небольшой гавани, которую окрестил Пуэрто-Сан-Матиас (в настоящее время залив Гольфо-Нуэво). Далее отважные путешественники продолжили свой путь к югу, а когда наступили устойчивые холода (в Южном полушарии зима приходится на наши летние месяцы), решили зимовать в бухте Сан-Хулиан. Четыре корабля вошли непосредственно в этот заливчик, а судно Магеллана «Тринидад» заняло позицию у входа в него.
Между тем офицеры-испанцы под предлогом того, что Магеллан отказался выполнять королевские инструкции (т. е. отправиться к Молуккам восточным путем через африканский мыс Доброй Надежды), подвигли матросов на бунт. Те, повинуясь старшим по званию, навели пушки на «Тринидад» и потребовали, чтобы Магеллан явился к ним для переговоров. Однако главнокомандующий отличался решительным характером и выполнять требования мятежников не собирался. Применив силу, он сумел подавить бунт, и оставшиеся до конца зимовки недели прошли спокойно.
24 августа флотилия вышла из бухты Сан-Хулиан и достигла устья реки Санта-Крус, где пробыла до октября, ожидая, когда погода изменится. Далее корабли двинулись на юг вдоль патагонского берега, а 21 октября 1520 года, после того, как испанцы открыли неизвестное ранее Атлантическое побережье Южной Америки, искомый пролив был наконец обнаружен.
Есть версия, что Магеллан первоначально назвал открытую им южную землю Тьерра-де-лос-Умос – «земля дымов». Но испанский король Карл I переименовал ее в Огненную Землю на том основании, что «не бывает дыма без огня».
Следуя вдоль северного берега узкого Патагонского пролива (так Магеллан окрестил пролив, который впоследствии назовут его именем), испанские суда обогнули самую южную точку Южно-Американского континента – мыс Фроуорд. Открывавшаяся их взору земля выглядела крайне неприглядно. Высокие горы и голые берега, казалось, были безлюдны, но на юге днем виднелись дымки, а по ночам – огни костров. И Магеллан назвал эту южную землю Тьерра-дель-Фуэго – Огненная Земля.
28 ноября 1520 года корабли Магеллана вышли из пролива в Тихий океан, пересекая который, они прошли не менее 17 000 км. Именно тогда испанцы провели первое в истории измерение морских глубин с помощью нескольких связанных вместе шестов, но дна не обнаружили.
6 марта 1521 года экспедиция добралась до Марианских островов, а еще через неделю – до Филиппинских. Здесь испанцев встретили местные жители, которые свободно изъяснялись на малайском языке. Благодаря этому обстоятельству Магеллан понял, что он находится неподалеку от Молуккских островов, где также был распространен малайский язык.
Соратникам Магеллана удалось обратить часть населения Филиппинских островов в христианскую веру. В роли покровителей новых христиан они ввязались в междоусобную войну правителей островка Мактан, в ходе которой был убит сам Магеллан и еще несколько человек из его команды.
После гибели Магеллана испанцы избрали другого капитана флотилии и покинули Филиппинские острова. Спустя несколько дней они, первые из европейцев, подошли к острову Калимантан и расположились на рейде у города Бруней (от этого искаженного испанцами названия весь остров стал называться Борнео).
8 ноября 1521 года испанские суда все-таки достигли берега Хальмахеры – самого большого из Молуккских островов. Здесь путешественники решили разделиться: «Тринидад» должен был плыть к Панамскому заливу (впоследствии он был захвачен португальцами), а корабль под названием «Виктория» – западным путем (вокруг мыса Доброй Надежды) в Испанию.
6 сентября 1522 года «Виктория» прибыла на родину, совершив за 1081 день первое в истории кругосветное плавание. Из пяти кораблей Магеллана лишь один обогнул земной шар, а из 265 человек его экипажа в Испанию вернулись только 18.
Главная заслуга Магеллана заключается в том, что он навсегда положил конец спорам о форме нашей планеты, т. к. проделанный его экспедицией путь является неопровержимым доказательством ее шарообразности.
Путешествие Веррацано
Французский король Франциск I, вступивший на престол в 1515 году, хотел найти своей стране подходящую для колонизации землю. Однако в тропических морях тогда господствовали такие сильные морские державы, как Испания и Португалия, соперничать с которыми не имело смысла, и потому наиболее реальным представлялось освоение Северной Атлантики.
В 1523 году некий флорентиец по имени Джованни Веррацано, состоявший на французской службе, снарядил четыре корабля, намереваясь отправиться к неизведанным берегам Северной Америки и попытаться проложить западный путь в Китай. Но не успел Веррацано далеко отплыть от Европы, как попал в бурю, суда получили повреждения, и он был вынужден вернуться для их ремонта.
17 января 1524 года Веррацано вновь отправился в путь на судне под названием «Дофин». 20 марта у 34° с. ш. он достиг «новой земли, никем не виданной» – восточного побережья Северной Америки. Не высаживаясь, он повернул к югу и прошел около 300 км в безуспешных поисках подходящей гавани. Далее Веррацано двинулся на север и через некоторое время достиг залива Памлико (35–36° с. ш.), затем открыл заливы Делавэр и Чесапикский (37–38° с. ш.).
За 40° с. ш. путешественник достиг «очень широкой реки, глубокой близ устья». Судя по его описанию, это была река Гудзон. Другими словами, «Дофин» вошел в бухту, на северном берегу которой в 1614 году появились первые поселения, положившие начало городу Нью-Йорк.
Знакомство с индейцами, имеющими дружелюбный характер, позволило Веррацано составить первую в истории этнографическую характеристику коренного населения Атлантического побережья Северной Америки.
Продолжая путь, «Дофин» обогнул полуостров Кейп-Код, прошел вдоль берегов залива Мэн и приблизился наконец к лесистой местности – видимо, к побережью Новой Шотландии (у 45° с. ш.). До этого места Веррацано все еще надеялся найти проход в Восточный океан, но здесь он понял, что его надеждам не суждено оправдаться. В своем дневнике мореплаватель написал следующее: «Я боялся, что вновь открытая страна окажется барьером на пути к Китаю, что и подтвердилось на самом деле, но я не сомневался в том, что я пробьюсь сквозь этот барьер. Теперь же я знаю, что это невозможно».
В 1524 году Веррацано вернулся во Францию и представил королю отчет о своем путешествии. Данный документ является наиболее точным и наиболее ценным из всех сохранившихся до наших дней первичных материалов о результатах плаваний вдоль североамериканских берегов в XVI веке.
Дальнейшая судьба Веррацано сложилась весьма печально: в 1528 году он на корабле отправился к берегам Центральной Америки, видимо, все еще рассчитывая на то, чтобы найти пролив и доказать, что Северная и Южная Америка – два отдельных континента. Там он был схвачен и убит каннибалами, а его судно вернулось во Францию с грузом бразильского дерева на борту.
Открытие Перу и цепи Анд
В 1526 году Франсиско Писарро, задавшийся целью открыть и завоевать богатые земли, вышел вместе со своей командой из 160 солдат на трех судах из Панамы. Они добрались до устья реки Сан-Хуан, после чего часть людей отправилась в Панаму за подкреплением и припасами, а оставшиеся, во главе с самим Писарро, осталась их дожидаться.
Поделиться книгой: