Спортивный ген

Итак, те труды, которые предсказывали, что женщины рано или поздно обгонят мужчин, на самом деле подразумевали, что прогрессирование результатов выступлений женщин с 1950 по 1980 год образуют устойчивую траекторию роста, которая будет постоянно идти вверх. Но в действительности это не постоянный постепенный рост, а внезапный «взрыв» с последующей «стабильной скоростью». Стабильность – это то, чего достигли женщины, а не мужчины. В то время как женщины начали выравниваться к 1980 г. с максимальной скоростью, мужчины продолжали свое развитие размеренно, постепенно, хотя, возможно, уже и с трудом.

Но цифры однозначны. Женщины не могут превзойти мужчин, а тем более закрепить свой результат. Мужчины хоть и развиваются медленнее, но разрыв все равно продолжает увеличиваться.

Но почему же все-таки на первых порах развития женского спорта это было не так?

Рядом с пожелтевшим от времени словарем на подоконнике в углу офиса Дэвида С. Гири стоит голова женщины. Она стоит лицом к кампусу университета Миссури. «Вы можете увидеть, что череп очень мал, – рассказывает Гири. – Ее мозг был примерно на треть меньше нашего. Вот почему она стоит рядом со словарем, ей нужно немного позаниматься», – шутит он. Так Гири рассказывает про макет черепа Люси, знаменитого представителя австралопитека афарского, предка современного человека, жившего около 3,2 миллиона лет назад, чьи кости были найдены в Эфиопии.

Гири уделяет много времени вопросу изучения мозга. Он является представителем когнитивной психологии, и большая часть его карьеры была посвящена пониманию того, как именно дети учатся математике. В погоне за ответом на этот вопрос он стал президентом Национальной консультативной математической группы с 2006 по 2009 г. Также Дэвид собирает данные о половых различиях.

Когда Гири был аспирантом в Калифорнийском университете в Риверсайде в 1980-х, он был заинтересован в вопросе эволюции половых различий. Но, учитывая, что подобная тема очень часто затрагивает вопрос гениталий, Гири выжидал, пока этот вопрос половых различий станет допустим для освещения. А потом он взорвался. Он стал соавтором огромного исследования, но это не более чем сборник результатов каждого серьезного научного изучения половых различий – от массы тела при рождении до социальных установок, которые были сделаны за последние 100 лет.

Хотя он, возможно, и не считал так до того, как я появился на его пороге, но он внес значимый вклад в мир спорта своей работой, написанной на 550 страницах, «Женщины и Мужчины: Эволюция развития полов». Это первая работа, которая включила в себя все исследования, проведенные в рамках освещения этого вопроса.

Чарльз Дарвин был первым человеком, раскрывшим принципы полового отбора, хотя эта часть его исследований получила гораздо меньшее освещение, в отличие от остальных его детищ, как, например, принципы естественного отбора. В то время как естественный отбор относится к изменениям ДНК человека, которые сохраняются или уничтожаются в условиях выживания в окружающей среде, половой отбор относится к тем изменениям ДНК, которые усиливаются или отмирают в результате борьбы за выбор пола. Половой отбор является источником большинства половых различий, и это является жизненно важным для понимания физических способностей человека.

Среди физических различий между полами можно выделить следующие: мужчины, как правило, больше весят, они выше и имеют более длинные руки и ноги, соразмерно их росту, а также у них больше сердце и легкие. Согласно статистике, среди мужчин леворукие встречаются в два раза чаще, зато женщины имеют больше спортивных качеств в ряде видов спорта[15]. У мужчин меньше жира, более плотные кости, их красные кровяные клетки переносят больше кислорода, скелет мужчины тяжелее, что позволяет поддерживать больше мышц и развивает узкие бедра. А это в свою очередь приводит к снижению вероятности травм, как, например, повреждение передней крестообразной связки (самая распространенная травма среди спортсменок, занимающихся бегом или прыжками). «Дело в том, что у женщин кости таза шире, а значит, таз находится под большим углом относительно колена, – рассказывает Брюс Латимер, профессор антропологии и анатомии Западного резервного университета Кейза. – Таким образом, они затрачивают большое количество энергии, которая расходуется на снижение нагрузки на тазобедренный сустав, а это явно не поможет вам двигаться вперед… и чем шире таз, тем большее количество энергии вы потеряете».

Одним из наиболее выраженных физических различий между полами является различие в мышечной массе. У мужчины больше мышечных волокон в организме, в верхней части тела они имеют на 80 % больше мышечной массы, чем женщины, а также у них на 50 % больше мышц в ногах. А чем больше мышц в верхней части туловища, тем больше силы у человека. То есть опять же из тысячи людей у 997 верхняя часть тела будет намного сильнее, чем у средней женщины.

«Различия в силе верхней части туловища – это то, что вы видите у горилл, – рассказывает Гири. – Гориллы очень большие. Они являются наиболее близкими к нам по половому диморфизму. Самцы примерно в два раза больше самок. Таким образом, хотя разница в общих размерах больше, чем у человека, но разница в силе верхней части туловища аналогична».

Еще одна причина сходства с гориллами кроется в том, как половой отбор сформировал человека (и гориллу) физически. Если вы хотите знать, является ли мужчина или женщина данного вида больше и сильнее, то вам нужно в первую очередь обратить свой взор на то, какой пол имеет более высокую репродуктивную способность.

Из-за длительной беременности и периода грудного вскармливания горилла женского пола может производить только одно потомство примерно каждые четыре года. Особь мужского пола собирает и защищает гарем самок, ведь их репродуктивная способность гораздо выше. Но для каждой мужской особи, у которой есть гарем, другая мужская особь выпадает из разведения. Дело в том, что гориллы живут в условиях жесткой конкуренции за внимание женских особей, что приводит их к постоянной борьбе, или, по крайней мере, к определенной форме позерства, таким образом, проявляется естественный отбор, в условиях которого выживают только сильнейшие. «У тех видов, где самки имеют более развитую репродуктивную способность, как, например, у морских коньков, – объясняет Гири, – ситуация абсолютно обратна предыдущей, то есть самки крупнее и агрессивнее самцов. И неудивительно, что мужские особи морских коньков, которые заботятся о яйцах, предпочитают более сильных особей противоположного пола».

В условиях конкуренции очень сложно выделяться, а потом и защищать противоположную особь. Так, например, если птицы ограничены защитой воздушного пространства, то они и привлекают противоположную особь в период ухаживаний яркой окраской и мелодичными трелями. Но у приматов, которые ограничены в основном земной твердью, например у горилл (да и людей тоже можно отнести к этой категории), бои между самцами подчеркивают их грубую физическую силу.

Все это подразумевает намного больше, чем люди хотели бы знать, но приматы, и мужчины в частности, добиваясь внимания определенной женщины, могут обидеть, убить, или, по крайней мере, запугать друг друга. Более успешный в этом деле мужчина иногда использует полученное преимущество, чтобы завести отношения с несколькими женщинами и завести как можно больше детей.

Существует целый ряд доказательств. Во времена общественного строя охотников-собирателей около 30 % мужчин погибли от рук других людей, в бою или в походах, которые часто проводились с целью захвата женщин. Гарвардский психолог Стивен Пинкер поднял эту тему в своей книге «Лучшие стороны нашей сущности», в которой он особенное место уделяет истории насилия: «Получается, что (Томас) Гоббс был прав. Жизнь человека в условиях природы была мерзкой, жестокой и короткой».

Еще одно доказательство того, что наши предки стремились к связям с разными партнерами, лежит в наших генах. Известно, что отцы передают свои Y-хромосомы только сыновьям, а от матери передается митохондриальная ДНК, так мы можем проследить линии наших предков по женской и мужской линии отдельно. Факты, приведенные в исследованиях, по всему миру ясны: независимо от того, в какой части света ученые проводили исследование, предков женщин у нас намного больше, чем мужчин. Так что, чтобы увеличить популяцию населения, потребовалось гораздо меньше Адамов, чем Ев. (В некоторых случаях результаты просто ошеломляют: 16 миллионов азиатских мужчин – 0,5 % от мужского мирового населения имеют практически идентичную часть Y-хромосомы, которая, как думают генетики, вероятно, передалась от Чингисхана, имевшего сотни жен и наложниц.)

Другое доказательство, которое обнаруживают не только среди людей, но и среди разных видов приматов, которые интенсивно соперничают между собой, – это физические способности, важные в бою. Они развиваются исключительно у мужчин в период полового созревания. Половое созревание приводит к интенсивному развитию тех качеств, которые нужны для размножения. Так что, если такие черты, как бросание с кулаками или бросание камней, имеют большое значение для воспроизводства, они будут развиваться. И снова мы видим, что люди следуют насильственным методам приматов. В то время как девушки созревают рано и быстро, мальчики проходят через период полового созревания, который является одновременно поздним и длительным процессом, давая им больше времени для роста и возможности развития их физических качеств.

Практически до 10-летнего возраста тела мальчиков и девочек особо не различаются. Девочки, конечно, выше и у них уже несколько больше жира, но в ряде физических качеств мальчики и девочки почти неразличимы. Максимальная скорость роста в возрасте 10 лет практически идентична и слегка увеличивается к 14 годам, вот тогда у мальчиков буквально происходит взрыв роста, как будто их напичкали стероидами.

К 14 годам разница в развитии усиливается, пока не превращается в непроходимую пропасть. У юношей развиваются более сильные руки и широкие плечи, а к 18 годам среднестатистический парень может сделать бросок в три раза дальше, чем среднестатистическая девушка. У мужчин также с возрастом более развиты те особенности, которые помогают им противостоять различным повреждениям: тяжелые надбровные дуги защищают глаза, а широкая нижняя челюсть делает лицо более устойчивым к ударам. Хрупкая челюсть просто по определению не могла быть у наших предков-мужчин.

Всплеск тестостерона в период полового созревания также стимулирует выработку красных кровяных телец, поэтому мужчины могут использовать больше кислорода, чем женщины, а это делает их менее чувствительными к боли[16].

Примерно к 14 годам девушки приближаются к максимальному порогу скорости, развиваемой при забеге. Мировые рекорды в забегах среди возрастной группы 9 лет практически идентичные, ведь период полового созревания еще не наступил. Однако в 14 лет их показатели уже не будут одинаковыми[17]. Более того, были зарегистрированы случаи, когда женщины после пубертатного периода становились хуже в некоторых видах спорта. Дело в том, что эстроген вызывает появление жира на бедрах, которые и без того шире, чем у мужчин, из-за этого большинство девушек попадают под влияние «стабильной скорости» и у них снижается максимальный уровень вертикального прыжка. И даже самые худенькие женщины-марафонцы примерно на 6–8 % имеют больше жира, а это вдвое больше, чем их коллеги-мужчины.

Исследования олимпийцев показывают, что важная черта спортсменок в некоторых видах спорта – широкие бедра. Если профессиональным гимнасткам придется выполнить упражнения с упором на бедра, на этом их карьера в профессиональном спорте закончится. Если они увеличиваются в массе быстрее, чем в силе, это негативно скажется на их карьере, потому что соотношение силы к массе очень важно для воздушных маневров и способности вращаться в воздухе. Гимнасты-женщины в 20 лет уже находятся на вершине своей карьеры, в то время как мужчины-гимнасты все еще в начале пути. В 2000 году на Олимпийских играх в Сиднее Международный олимпийский комитет лишил Китай медали в спортивной гимнастике, как только выяснилось, что их гимнастка Донг Фангксяо не достигла 16 лет (ей было 14) – допустимого возраста для участия в Играх. Можно с уверенностью сказать, что подобных инцидентов в истории мужского спорта не было ни разу.

У женщин есть преимущество, если у них развиты те особенности строения, которые типичны мужчинам, как низкое содержание жира или узкие бедра.

Сейчас выясняется, что главная причина того, почему женщины в 1970-х и 1980-х догоняли и обходили мужчин в спорте – то, что авторы статьи в «Nature» упустили из виду, – это то, что женщины восполняли недостачу генов SRY обычными инъекциями тестостерона. В 1960-х влияние «холодной войны» распространилось и на спорт: ученые очень часто без ведома спортсменок давали им допинг. Такая политика была особенно распространена в ГДР. И как следствие этого показатели женщин в спорте резко возросли. Пик этого «развития» пришелся на период с середины 1970-х до 1990-х гг. в странах Восточного блока: женщины улучшились по всем показателям, и, например, в метании из 80 женщин 75 стали лучшими во всем мире. 80-м случаем применения подобной тактики стало дело Хайди Кригер, женщины-атлета из ГДР, выступавшей в толкании ядра. Десять лет спустя после ее победы на чемпионате Европы было обнаружено, что она систематически принимала допинг, в связи с чем был подан иск в суд. К тому времени Хайди Кригер уже не существовало, она стала Андреасом Кригером. После принятия огромных доз стероидов, которые являются не чем иным, как аналогами тестостерона, у нее начали развиваться признаки мужского пола. По сей день находят свидетельства того, что в тот период развития спорта было очень популярно использовать мужские гормоны на спортсменках для улучшения их показателей. Как и можно было ожидать, как только эра допинга канула в Лету, разрыв между показателями мужчин и женщин, иными словами, людьми с SRY геном и без него, опять увеличился. Так стало ясно, что генетическое преимущество в большинстве видов спорта у мужчин, а значит, лучшим решением будет разделить мужчин и женщин по половому признаку для участия в соревнованиях.

Элис Дрегер, профессор клинической медицины и биоэтики медицинской школы Фейнберг при Северо-Западном университете и специалист в области спортивной истории тестирований на определение половой принадлежности, рассказал мне, что существует веская причина для разделения спортсменов по половому признаку. Во многих видах спорта лучшие спортсменки не могут конкурировать с лучшими спортсменами-мужчинами. И все это прекрасно знают, просто никто не хочет об этом говорить. Женщины биологически сформированы как слабый пол, и для этого есть серьезные основания.

Однако трудности с определением пола возникли и в 2009 году. Кастер Семениа, молодая и тогда еще никому не известная южноафриканская бегунья, в забеге на 800 метров с легкостью взяла титул чемпиона мира. Соперницы Семениа тогда активно высмеивали ее в мировых СМИ: «Вы только посмотрите на нее, – глумилась Мария Савинова, российская бегунья, занявшая пятое место на соревнованиях, указывая на узкие бедра и мускулистый, сильно развитый торс Кастер. – Просто посмотрите на нее, и больше не нужно будет никаких комментариев».

После чемпионата мира стало известно, что Семениа имеет внутренние яички, и у нее нет ни яичников, ни матки, а уровень тестостерона очень высок. (Семениа никогда не давала подтверждения данному сообщению.) Так как добиться правосудия? Чтобы перестроить общепринятую классификацию полов для спортивных соревнований, «придется устроить спортивный чемпионат, на котором спортсменов и спортсменок будут рассматривать, как породистых собак на Вестминстерской выставке», – говорит Мирон Генел, йельский профессор педиатрии. Мария Хосе Мартинез Патиньо, испанская барьеристка, имела и Y-хромосому, и ген SRY, но из-за ее нечувствительности к тестостерону она все-таки была допущена к соревнованиям среди женщин.

Перед Олимпиадой 2012 года в Лондоне, после разгоревшегося скандала вокруг этих случаев, МАЛФ и Международный олимпийский комитет объявили, что пол будет определяться по уровню тестостерона. И не по тому количеству, которое вырабатывает организм, а только по тому количеству, которое в организме усваивается.

Уровень тестостерона – непостоянная величина. У среднестатистической женщины в организме 75 нанограммов тестостерона на децилитр крови. Для мужчин диапазон, как правило, шире – от 240 до 1,200 нг. Таким образом, нижний предел диапазона содержания тестостерона в крови у мужчины на 300 % выше, чем верхний предел диапазона у женщины. В 2011 году Национальная ассоциация студенческого спорта при поддержке Национального центра по защите прав лесбиянок сообщили, что любой мужчина, который подвергается операции по смене пола, должен выждать год, чтобы уровень тестостерона в крови снизился, и он мог принять участие в спортивных соревнованиях, теперь уже в женской лиге. Таким образом, тестостерон был признан источником преимущества мужчин. Хотя это преимущество может быть и не единственным.

Когда я разговаривал с эндокринологами, занимающимися женщинами с синдромом нечувствительности к андрогенам, они подтвердили тот факт, что у таких женщин тестостерон просто не усваивается, а соответственно, он никак не может повлиять на их физические способности во время соревнований.

На Олимпийских играх 1996 года в Атланте 3387 спортсменок стали последними, кто прошел тест на определение половой принадлежности. Было обнаружено, что у 7 из них (а это 1 женщина на 480) ген SRY и они подвержены синдрому андрогенной нечувствительности. Типичный уровень андрогенной нечувствительности оценивается в диапазоне между 1 до 20 000 и 1 до 64 000. За пять Олимпиад в среднем одна женщина на каждые 421 спортсменку носила в себе Y-хромосому. Так что женщины с синдромом андрогенной нечувствительности на спортивной арене встречаются не так уж и редко. Возможно ли, что Y-хромосома может давать какое-то преимущество наравне с тестостероном?

Женщины с андрогенной нечувствительностью, как правило, имеют пропорции тела, более характерные мужчинам. Их руки и ноги длиннее по отношению к телу, и их средний рост на несколько см больше, чем у среднестатистических женщин. Например, рост Эрики Коимбра, бразильской волейболистки, взявшей бронзовую медаль на Олимпийских играх 2000 года, 180 см. Эрика Коимбра одна из тех немногих спортсменок, которые подвержены синдрому андрогенной нечувствительности, чьи имена были обнародованы. (Эндокринологи, с которыми я консультировался, рассказали, что женщины с XY-хромосомами часто встречаются в модельном бизнесе. Дело в том, что эти женщины обладают запоминающейся внешностью, они очень женственны, и у них очень длинные ноги – как раз эти параметры внешности очень ценятся среди моделей. А высокая блондинка Коимбра как раз относилась к числу таких женщин. До того, как ее история болезни попала в прессу, ее очень часто называли «Бразильская Барби».)

Такой рост у женщин с XY-хромосомами, нечувствительными к тестостерону, возникает в результате длительного периода роста. Ведь их тело не реагирует на посылаемые гормонами сообщения и не в состоянии вовремя остановиться в развитии. Примечательно, что мужчины тоже подвержены воздействию Y-хромосомы. Так, у тех мужчин, у которых есть дополнительная Y-хромосома, как правило, рост превосходит общепринятые стандарты. Дэйв Расмуссен является самым высоким членом Международного клуба людей высокого роста. Его рост, рост мужчины с XYY-хромосомами – 222 см, а рост его родителей – 195 и 179 см.

Согласно Британскому журналу спортивной медицины, доминирование женщин с XY-хромосомами только «усугубляет положение межполовых интересов в спорте». Джефф Браун, эндокринолог Хьюстона, который работает с лучшими спортсменами Америки, сообщил, что его пациентки имеют 20 золотых олимпийских медалей, но тем не менее все они подвержены недостаточности фермента 21-гидроксилаза, которая передается внутри семьи и приводит к избыточной выработке тестостерона[18]. По оценке Брауна, это заболевание распространено среди спортсменок. «Вопрос в том, дает ли это заболевание им какое-то преимущество? – говорит Браун. – И ответ на этот вопрос будет утвердительным. Не могу объяснить это явление. Возможно, так распорядился Бог… Я видел прыгунов, спринтеров и бегунов на длинные дистанции, которым их заболевание давало преимущество в спорте».

Ни один ученый не может утверждать, что точно знает, как тестостерон влияет на каждого спортсмена в отдельности. В 2012 году ученые провели исследование: на протяжении трех месяцев они тестировали спортсменок, которые занимались плаванием и легкой атлетикой. Как стало известно, уровень тестостерона в их организме два раза превышал уровень тестостерона непрофессиональных спортсменок. И как обычно, как только выясняется что-то подобное, появляется множество баек на эту тему[19].

Джоанна Харпер, 55-летний физик, родилась мужчиной, но потом она стала женщиной. Харпер в свое время была лучшим национальным бегуном, а как хороший ученый, когда она в августе 2004 года начала гормональную терапию для подавления уровня тестостерона в организме и физического перехода к другому полу, она начала собирать данные для исследования. Харпер думала, что переход будет постепенным и со временем она просто начнет бегать медленнее, как и все женщины. Но каково же было ее удивление, когда она обнаружила, что уже к концу первого месяца она стала намного медленнее и слабее. «Во время бега я чувствовала себя точно так же, как будто в моем организме не произошло никаких изменений, – рассказывает она. – Я просто не могла бегать так быстро, как раньше». В 2012 году Харпер выиграла национальное соревнование США по бегу среди возрастной группы 55–59 лет. Возрастные и гендерные показатели говорят о том, что Харпер как женщина стала намного конкурентоспособнее, нежели, если бы она осталась мужчиной. То есть как женщина Харпер стала намного сильнее в сравнении с другими женщинами, в отличие от того, насколько силен был Харпер-мужчина по отношению к его соперникам. Хотя, конечно же, уровень тестостерона у Харпер сейчас намного ниже относительно того, какой он был раньше.

В 2003 году – Харпер тогда еще была мужчиной – она пробежала марафон в Портленде за 1:23:11. В 2005 году, как женщина, она пробежала по тому же треку за 1:34:01. Как мужчина Харпер была на 50 секунд быстрее. Она собрала результаты забегов пяти других бегунов, которые тоже сделали операцию по смене пола (с мужского на женский), и данные были идентичными – все говорило о резком спаде скорости. На протяжении 15 лет один бегун пробегал 5000-й трек восемь раз, пока он был мужчиной, а затем семь раз, когда стал женщиной, после терапии подавления тестостерона. Его результат, когда он был мужчиной, всегда был быстрее чем 19 минут, но после того, как он стал женщиной, он пробегал это расстояние более чем за 20 минут[20].

Если у мужчин есть преимущество: более высокий уровень тестостерона, тяжелый скелет, более высокий рост, широкие плечи, плотные кости, более длинные руки, узкие бедра и ген SRY, то возникает очень интересный вопрос: почему женщины вообще занимаются спортом?

Как и наши предки-мужчины, наши предки-женщины должны были быть физически развитыми, чтобы перемещаться на большие расстояния, носить детей, дрова, рубить деревья, копать землю. Но женщины были менее способными к ведению борьбы или бегу. Одна из причин, почему женщины слабее мужчин, как предполагает ряд ученых, в том числе и Гири, – это то, что мужчины вообще существуют как вид.

Но если женщины такие, какие они есть, существуют как вид, тогда возникает параллельный вопрос: зачем мужчинам соски? Ответ в том, что они есть у мужчин, потому что есть у женщин. Соски абсолютно необходимы для репродуктивного процесса, но мужчинам они не приносят никакого вреда. А значит, в условиях естественного отбора это не столь веская причина, чтобы организм избавился от них. Гарвардский антрополог Дэн Либерман, который изучал роль бега на выносливость в ходе человеческой эволюции, сказал мне как-то раз: «Вы не можете запрограммировать мужчин и женщин, чтобы они развивались по разным моделям. Это не то же самое, как заказать цвет автомобиля – красный или синий. Природа сделала нас идентичными. Так неужели если женщине не нужно бегать, то ее нужно лишить ахиллова сухожилия? Но как бы вы это сделали? Вам бы понадобилось изменить саму систему половых различий. Вместо этого природа создала людей такими, какие они есть, но с различиями на генном уровне, чтобы гормоны могли избирательно активировать те качества, которых нет у большинства других людей».

Мужчины и женщины имеют почти полностью идентичные гены. Но те небольшие генетические различия – как SRY-ген – формируют каскад биологических последствий, которые приводят к неравенству в физических силах. И это отражается не только в очевидных, основных характеристиках, таких как рост и длина конечностей. Мышцы у мужчин развиваются быстрее, когда они поднимают тяжести, чем у женщин, а сердце у мужчины начинает работать быстрее, чем у женщины. Таким образом, мы видим, что есть небольшие различия в ДНК на уровне Y-хромосом, что в конечном счете влияет на тренировки.

И SRY не единственный ген, который может на это повлиять.

Глава 5

Способность к обучению

Бабушка уже не раз позвала его к ужину, но он так и не откликнулся. В конце концов, он ведь только что сделал великолепную подачу и замер в ожидании, сможет ли команда противников отбить мяч. Это могло длиться часами. Мальчик с неизменным упорством рассекал воздух, совершая бросок за броском. Подача, еще подача, но ему вторили лишь звуки глухих ударов отскакивающих мячиков от стены дома его бабушки и дедушки.

Конечно, не было никакого отбивающего. Всего лишь маленький мальчик с очень большим воображением и огромной детской мечтой: стать питчером, кэтчером, или даже игроком третьей базы. Да хоть каким-нибудь игроком. Даже не обязательно в бейсболе. Маленький мальчик, сколько он себя помнил, всегда мечтал стать спортсменом в том виде спорта, в каком сможет. Он просто хотел быть частью команды, а какой, уже не имело значения. В школе ему было скучно, ведь он там ни в чем не выделялся. А как еще может выделиться маленький мечтатель о спорте, как не начать тренироваться?

Однажды после просмотра эпизода «Супермена» на старом черно-белом телевизоре его бабушки и дедушки он решил навести ревизию в холодильнике. Он извлек оттуда все, что должно было сделать его супергероем – от банки соленых огурцов и кетчупа до кока-колы и еще какой-то шипучки, которые должны были дать ему суперспособности к полету и навсегда изменить его скучный, угрюмый мир. Но шипучка оказалась гадкой на вкус и никак ему не помогла. Так что ничего не изменилось.

В церковной бейсбольной команде он играть больше не мог. Тренер увеличил длину баз, а мальчик был слишком слаб, чтобы сделать бросок с третьей базы на первую, не подпрыгнув вверх. В баскетбольную команду его тоже не взяли, несмотря на то, что он был выше большинства мальчиков его возраста. Тогда мальчик стал искать другие способы поднять свою затопленную самооценку.

К 6-му классу он матерился, как заправский матрос и дрался соответственно. Он постоянно препирался с учителями, пока в один день его не выгнали из школы. В кустах возле своего дома он прятал сигареты в пластиковой коробке и каждое утро, прежде, чем развозить газеты, он начинал с затяжки. Мальчик часами простаивал на лужайке для игры в боулинг, дымя, как паровоз, и поглощая второсортные гамбургеры. Там же он научился взламывать багажник фургончика с пирогами, всегда паркующегося неподалеку. Так он начал воровать. Вслед за фургончиком пошли магазины. И вот он уже крадет из магазинчика на углу комиксы и конфеты. Вслед за этим он начал сомневаться в Боге и не понимал, зачем его растили в строгости Церкви Христовой.

Но даже при том, что мальчик наконец-то нашел то одобрение, которого так жаждал, хоть и в кругу мелких жуликов, под которых он подстраивался, в его душе еще была жива надежда, что когда-нибудь он наденет свитер с эмблемой какого-нибудь колледжа или университета и будет там членом какой-нибудь спортивной команды. Оставался только один вид спорта, в котором он не пробовал свои силы в младшей школе. И это был бег. Итак, в 9-м классе старшей школы Кертис Джуниор он решил сделать последнюю отчаянную попытку попасть в команду бегунов, хотя он уже заранее готовился к очередному провалу. Все предыдущие его попытки заканчивались именно так – крахом. От него отказались прыгуны, как только он отключился, травмировав себя шестом. В 7-м классе он чуть было не разбился во время бега с барьерами, в 8-м классе он потянул мышцу в очередном забеге. Так что в этот раз, весной 1962 года, он остановил свой выбор на 400-метровом спринте; ему нужно было пробежать один круг по треку, всего лишь один круг, чтобы его приняли в команду. Перед забегом он сделал то, чего не делал уже давно, – мальчик начал молиться. Он просил Бога сделать так, чтобы он понравился команде, чтобы его взяли.

Когда тренер крикнул «Пошел!», мальчик рванул вперед. Наконец-то спустя столько лет мытарств он нашел свое призвание. Он летел вперед словно пуля, его ноги стучали по треку, как поршни, с треском отбивающие свой ритм. Но мальчик ничего не замечал, перед собой он видел только ясное голубое небо. Это продолжалось на протяжении 200 метров. А потом его ноги превратились в неподвижные кирпичи, а по его легким как будто усердно водили наждачной бумагой. Он пробежал практически за 60 секунд. Но такой результат был недостаточно хорош, чтобы стать частью команды.

Тем не менее, он был впереди, пусть недолго, но был. И если он смог пробежать с такой скоростью, то настанет день, когда он пробежит за приличные 53, а может, даже 52 секунды. И тогда, тогда он наконец-то сможет получить тот самый долгожданный свитер! Несколько раз за лето, это как раз было перед 10-м классом, он выходил на улицу и бросался бежать вперед, пролетая два квартала, затем разворачивался и бежал обратно, после чего полностью выдохшийся падал на траву перед домом. В новом учебном году он хотел снова попытаться стать частью команды спринтеров, только на этот раз в другой школе, в Восточной старшей школе Вичита. И когда в начале учебного года тренер собрал всех на стадионе, его надежды разгорелись с новой силой. «Многие из вас, мальчики, возможно, в средней школе не очень ладили со спортом, – сказал тренер, – но не отчаивайтесь. Все растут с разной скоростью, а многим из вас еще расти и расти». Мальчик решил тогда, что тренер хотел приободрить именно его.

В своем первом в жизни беге на выносливость мальчика поставили в пару с Дагом Бойлом, другим 10-классником, который был таким же неопытным в спорте. Так они стали счастливыми единомышленниками. «Мы тогда переглянулись, и я сказал, что никогда раньше не бегал 8 км без передышки, – вспоминал мальчик десятилетия спустя. – Давай помогать друг другу. Давай будем бежать медленно, тогда нам хватит сил на весь путь». Так они и поступили, и оба отправились бежать в приподнятом настроении. И оба неплохо справились со своим первым забегом.

Свои первые 8 км мальчик пробежал за 5:38 за 1,69 км. Неплохое начало, но ему еще было куда расти, в команде он был только 14-м. «Брось, – попыталась воззвать к его разуму обеспокоенная мать. – Смотри, ты настолько вымотался, что и куска проглотить не можешь. А все из-за того, что ты плохо себя чувствуешь. Ты так и заболеешь».

«Ты такое не потянешь, для тебя это слишком сложно», – говорил его отец. Но товарищи по команде поддержали тогда мальчика. И он просто заболел бегом. Он отлично чувствовал себя физически. А когда он понял, что будет частью команды, и его не прогонят в очередной раз, начались резкие метаморфозы.

В своем первом беге по пересеченной местности мальчик был только 21-м, что привело его прямиком в команду отстающих. Но серьезные тренировки уже начались, и теперь он мог пробежать 18 км без остановки. Через шесть недель после начала сезона мальчик не только догнал своих сверстников из команды отстающих, но и опередил их. Так мальчик попал в запас школьной спортивной команды. А два месяца спустя, к его собственному удивлению, он вел школьную команду на чемпионат штата Канзас.

Несмотря на его феноменальные улучшения, он не был уверен, что бег – это «его». «Мне нравилось чувство успеха, – напишет он в один прекрасный день, – но как же я ненавидел боль!» Так прошел зимний сезон. Мальчик думал, что, возможно, весной ему понравится заниматься больше. А там можно и тяжелой атлетикой заняться, да и гольф на самом деле ему всегда очень нравился. Но пришла весна, и вот он снова оказался на треке. И снова, пока его товарищи продвигались вперед маленькими шажками ребенка, он рвался к успеху семимильными шагами гиганта.

В марте, всего полгода спустя после его первого забега с результатом 5:38, спустя всего один зимний сезон обучения, мальчик пробежал 1 милю[21] за 4:26 и победил на чемпионате Канзаса, защищая честь школы. Не прошло много времени, как его результат уже был 4:21. Как-то раз тренер его команды, Боб Тиммонс, подозвал мальчика к себе и спросил, как быстро он сможет пробежать в этом году – 4:19 или, может, 4:18. Мальчик неуверенно пожал плечами и сказал, что, быть может, к концу школы он все-таки сможет пробежать 4:10. Но тренер был совершенно иного мнения. Десять лет назад Боб Тиммонс видел, как Роджер Баннистер доказал всему миру, что человек действительно может пробежать 1 милю меньше чем за четыре минуты и при этом еще неплохо себя чувствовать. И теперь в мальчике, которого звали Джим Райан, тренер увидел своего собственного маленького Баннистера. Он сообщил Райану, что он станет первым школьником, который сможет пробежать 1 милю за 4 минуты. «Он просто сумасшедший», – подумал тогда Райан, но мысль о четырех минутах уже прочно засела в его голове.

Райан окончил 10-й класс – его первый сезон в беге – с показателем 4:08 за милю. И в следующем году он начал тренироваться, как профессиональный спортсмен. Он сообщил своему пастору, что походы в церковь три раза в неделю не поспособствуют его улучшению в беге. И Джим начал регулярно тренироваться. Теперь, чтобы прийти к своей цели – пробежать за 4 минуты, он бегал 160 км в неделю. А лето после сезона он провел со своим тренером и в буквальном смысле жил с ним. Тогда он тренировался еще более усердно, чем обычно, а Тиммонс усложнил тренировку бегом с интервалами. Так Джим бегал по 40 интервалов в 250 км. В 11-м классе (предпоследнем классе старшей школы) – после его второго сезона на треке – Джим пробежал милю за 3:59 и стал национальной сенсацией. Тем летом 1964 года он стал членом олимпийской сборной США. А в 1966 году, будучи 19-летним первокурсником университета Канзаса, он установил новый мировой рекорд – пробежал за 3:51.3. Следующим летом Райан просто «взорвал» трек в Бейкерсфилд, Калифорния. Это был один из самых невероятных забегов в истории. Не прибегая ни к чьей помощи, без какого-либо попутного ветра 23 июня 1967 года Джим Райан побил свой собственный рекорд и пробежал дистанцию в 1 милю за 3:51.1, отметка, которая держалась в спорте на протяжении восьми лет.

Джима Райана до сих пор помнят как одного из лучших бегунов на средние дистанции всех времен. «Будьте осторожны в своих молитвах, они могут исполниться», – говорит Райан, который в конечном итоге оставил свое увлечение спортом, чтобы стать республиканским конгрессменом Канзаса. В 2007 году в рейтинге ESPN (американский кабельный спортивный телевизионный канал) Джим Райан шел впереди Тайгера Вудса и Леброна Джеймса как величайший американский спортсмен всех времен.

Если тогда его тренер не посеял бы в его голове мысль, что он сможет пробежать дистанцию за 4 минуты, и если бы Джим сам не занимался так усердно, то он был бы не более чем хорошим школьным спортсменом, но никак не олимпийским бегуном с громадной страницей в Википедии на нескольких языках. Но, пожалуй, в первую очередь его выделяют даже не его достижения, а то упорство, с которым он к ним шел. «Я не мог объяснить, что происходит, – в последующем напишет Джим Райан о своих резких улучшениях. – Но мог ли вообще кто-нибудь объяснить?» В любом случае не в то время.

В 1992 году пять университетов Канады и Соединенных Штатов объединились для создания исследовательского проекта, носившего название НАСЛЕДИЕ (здоровье, факторы риска, физическая подготовка и генетика)[22]. Ученые университетов набрали исследовательскую группу из 98 сложных семей (семьи из нескольких поколений, в данном случае из двух), которые должны были на протяжении пяти месяцев заниматься на одинаковых велотренажерах. Ученые решили, что это должны быть три тренировки в неделю с возрастающей интенсивностью, которые должны строго контролироваться в лаборатории.

Проводившие исследование ученые хотели знать, как регулярные физические упражнения могут изменить этих физически не подготовленных людей. Увеличится ли плотность стенок сердца? Или смогут ли они использовать большее количество кислорода во время тренировки? Изменится ли уровень холестерина и инсулина? Снизится ли артериальное давление, и если да, то насколько, и будет ли этот результат стабилен для всех?

Более того, ученые собирались рассмотреть ДНК 481 участника, чтобы определить, играют ли гены какую-нибудь роль в развитии. Но более всего для исследователей представляла интерес аэробная способность, или, другими словами, VO₂max. Аэробная способность – это мера количества кислорода, потребляемого человеком при максимальной физической нагрузке. VO₂max определяется тем, насколько много крови может пропустить сердце, насколько сильно легкие обогатят кислородом эту кровь, и смогут ли мышцы получить достаточную дозу кислорода, т. е. впитать его из крови. А чем больше кислорода будет использовано, тем больше уровень выносливости[23].

Доктор Клод Бушард, ученый Пеннингтонского центра биомедицинских исследований при университете штата Луизиана и вдохновитель семейного проекта НАСЛЕДИЕ, уже получил намек на то, какие будут результаты. В 1980 году Бушард собрал группу из 30 людей, ведущих малоподвижный образ жизни, чтобы определить аэробную способность. Все они должны были выполнить физические упражнения. Упражнения на выносливость оказывают глубокое воздействие на организм человека. Циркуляция крови увеличивается, она начинает проходить через новые капилляры, которые, как корни, прорастают в мышцы. Сердце и легкие укрепляются, а митохондрии, выделяющие энергию, размножаются.

Бушард полагал, что он увидит колебания VO₂max от человека к человеку, но «что изменения будут колебаться от 0 % до 100 %», он не ожидал. Это вызвало у него еще больший интерес, и он решил провести исследование на близнецах, которые должны были выполнить три различных задания. Конечно же, Бушарду встречались разные результаты, «но между братьями сходство было очевидно». «Результаты братьев в 6–9 раз превосходили результаты случайной пары ребят, и это было очень последовательным. Вот как я смог убедить Национальные институты здоровья финансировать большую часть проекта НАСЛЕДИЕ». Потребовалось четыре года, чтобы собрать все данные с этого проекта, но тогда картина прояснилась.

В каждом из четырех центров, где группа добровольцев проходила тестирование – Университет Индианы, Университет Миннесоты, Техасский университет A&M и Университет Лаваль в Квебеке, – результаты были удивительно схожими. Несмотря на то, что программа упражнений была разработана одинаково для всех, на всех четырех участках был виден обширный и аналогичный для всех участков диапазон улучшения аэробной способности. Так, разрыв был от 15 % участников, которые после пяти месяцев тренировок показали минимальное улучшение или его отсутствие, до 15 % участников, которые значительно улучшились и могли использовать кислород на 50 % (а некоторые даже больше) эффективнее.

Удивительно, но количество улучшений не имеет ничего общего с тем, насколько физически подготовлены были люди, когда проект стартовал. Да, конечно, было несколько случаев, когда люди, не подготовленные физически, становились относительно еще хуже (люди, которые начали с низкой аэробной способностью, практически не улучшались). А в других случаях люди, которые были в хорошей физической форме, становились еще лучше. Но существовало и множество других людей (в хорошей изначальной физической форме и нет), чьи результаты резко увеличивались после проведения тренировок.

Но если составить определенную диаграмму улучшений, то будет видно, что семьи, как правило, держатся вместе. Другими словами, члены одной семьи обычно лучше развивали аэробную способность в отличие от случайно отобранной группы. Статистический анализ показал, что примерно половина способностей человека, необходимых для улучшения аэробной способности, будет определяться исключительно их родителями. Таким образом, результаты проекта показали, что не имеет значения, насколько хорошо люди были натренированы в начале. Все дело в семейном наследовании.

В 2011 году исследовательская группа НАСЛЕДИЕ сообщила о прорыве в генетике: они определили 21 генный вариант (немного разные «версии» одного гена у разных людей), который может помочь изучить наследственный компонент аэробной способности. Конечно, все еще в половине случаев VO₂max развивалась по другим причинам, но именно гены оказывали на человека то влияние, благодаря которому он либо развивался физически, либо нет. Те люди из НАСЛЕДИЯ, у которых было, по крайней мере, 19 из 21 схожих генов, улучшили VO₂max почти в три раза сильнее, чем люди, у которых схожих генов было менее 10.

До этого проекта ученым не удавалось обнаружить какие-то конкретные гены, которые помогли бы предсказать, как будет развиваться выносливость. Десять лет назад, когда секвенирование генома человека было объявлено как начало эпохи персонализированной медицины, ученые надеялись получить простую биологическую систему, в которой один ген или небольшое число генов могли бы определить определенную характеристику. Теперь стало очевидно, что все намного сложнее.

Ген – это книга рецептов, которая содержится в каждой клетке человеческого организма и диктует нашему телу, каким ему нужно быть. На 23 000 страниц этой книги содержатся прямые указания (то есть гены) для построения белков. Ученые надеются, что, прочитав эти 23 000 страниц, смогут понять, как строится наше тело. Но реальность такова, что на этих 23 000 страниц содержатся «рецепты» создания множества функций нашего организма, и если одна страница будет изменена или вырвана, то и оставшиеся 22 999 страниц изменятся.

В первые годы после разработки секвенирования генома человека спортивные ученые выбрали единичные гены, которые, как они предполагали, могли бы повлиять на развитие атлетизма. К сожалению, для такого исследования одиночные гены не могут принести большой пользы, ведь они оказывают небольшое влияние на весь организм в целом; настолько небольшой, что его очень сложно обнаружить в подобных исследованиях. Даже гены, отвечающие за легко исследуемые признаки, такие как рост, как правило, ускользают от обнаружения. Ученые просто недооценили сложность генетики.

Одним из инновационных прорывов Бушарда и международной группы ученых проекта НАСЛЕДИЯ стало решение позволить генам самим указать на то, что именно нужно искать. Так, группа ученых параллельного проекта попросила 24 молодых людей, ведущих малоподвижный образ жизни, на протяжении шести недель регулярно заниматься на велотренажере. Ученые взяли образцы мышечной ткани у всех мужчин и пытались определить, какие гены были более или менее «выразительными», другими словами, повысилась или понизилась способность к выработке белка. Как оказалось, определенные гены, которые присутствуют в каждой клетке нашего организма, были более или менее активны в зависимости от того, насколько быстро люди улучшали свою физическую форму, то есть насколько хорошо они были обучаемы. Так, использовав полученные данные, ученые смогли предсказать результаты следующего тестирования. (Некоторые из этих генов человека также помогли предсказать результаты физической адаптации крыс.) Важно отметить, что уровни «выражения» 29 генов были неизменными на протяжении всех упражнений, указывая на то, что эти генетические уровни «выражения» не что иное, как личная подпись каждого гена, а не результат самоподготовки.

До сих пор неизвестно, можно ли составлять прогнозы развития человека, опираясь на те гены, которые выявили Бушард и его команда. Являются ли эти гены самостоятельными маркерами или они всего лишь часть какой-то системы генов. Данные выражения генов показывают, что в ответ на физические упражнения в теле человека задействуются сотни генов, и некоторые из них, такие как Runx1, скорее всего, участвуют в изменениях мышечной ткани или в формировании новых кровеносных сосудов. Другие гены помогают организму приспосабливаться к жизни в богатой кислородом атмосфере Земли, которую более 3 миллиардов лет назад создали бактерии океана.

Из-за сложности генетики результаты всегда следует интерпретировать с осторожностью. Тем не менее, результаты проекта НАСЛЕДИЕ – следующий шаг на пути к пониманию геномной системы. В отдельном исследовательском проекте ГИАР (генетические исследования и упражнения)[24] университета Майами ученые отобрали 442 человека, никак не связанных между собой ни родственными связями, ни даже на этническом уровне. Задача была следующей: проследить, какие гены принимают участие в процессе формирования аэробной способности. Однако еще одно отличие от проекта НАСЛЕДИЕ было в том, что люди должны были упражняться на кардиосиловых тренажерах. Некоторые из тех генов, выявленных в НАСЛЕДИИ, также проявились и в СКОРОСТИ.

Когда я предложил Туомо Райкинену, одному из ученых НАСЛЕДИЯ, назвать людей с геном, который они обнаружили «аэробной бомбой с часовым механизмом», он засмеялся и предположил, что тогда лучше было бы их назвать «бомбы, которые надо научить взрываться». Эта идея раскрывает понятие врожденного таланта как нечто, что появляется задолго до начала тренировок. С другой стороны, Журнал прикладной физиологии (Journal of Applied Physiology) отметил следующее: «К сожалению, для многих испытуемых с низким результатным уровнем реагирования предопределенный генетический «бульон» просто не ставит перед человеком цель быть спортсменом». Однако и для таких людей существует их «звездный» час. Конечная цель проекта НАСЛЕДИЕ была в соответствии с первоначальным обещанием двигаться к персонализированной медицине. Если врачи знают, как пациент реагирует на тренировки, то они могут определить, может ли это принести пользу его здоровью: например, снизится ли повышенное артериальное давление, или уменьшатся ли сердечно-сосудистые осложнения, или нуждается ли тот или иной в медикаментозном лечении. К счастью, все испытуемые НАСЛЕДИЯ получили пользу для здоровья от физических упражнений. Даже у тех, у кого не улучшилась аэробная способность, улучшился какой-то другой параметр здоровья, такой как кровяное давление, уровень холестерина или чувствительности к инсулину. (Однако с чувствительностью к инсулину стоит быть предельно осторожными. Исследования показали, что малая группа людей во время физических упражнений вместо того, чтобы отдалиться от порога диабета, наоборот, приблизилась к нему.)

У каждого человека свои гены, которые по-разному влияют на множество физических способностей. Ученые пытаются добиться конкретики, определяя гены, отвечающие за конкретные физические способности. На данный момент были обнаружены гены, которые отвечают за снижение артериального давления и частоты сердечных сокращений. Так, вариации гена CREB1 влияют на стимуляцию сердца. А с учетом того, что ученые его обнаружили, можно предсказать величину падения частоты сердечных сокращений.

Второстепенной целью проекта НАСЛЕДИЕ было выявить генетические причины отличий таких людей, как Даг Бойл, от таких, как Джим Райан. Не то чтобы Бойл был неспособным спортсменом, ведь он был третьим в команде Вичита с показателем 4:39 за милю. Но отставание от Райана (с его результатом 4:06) на том же этапе физического развития было очевидно.

С того момента, как два запуганных мальчика Райан и Бойл объединились, чтобы пробежать пугающие 8 км, прошло немного времени, и между уровнем их профессиональной подготовки были моря и океаны. Райан попал в олимпийскую сборную и стал лучшим в мире бегуном. Одурманенный успехом, он со смехом вспоминал то время, когда он мечтал стать Суперменом и делал коктейли из шипучки, которая дает суперсилы. Поддерживаемый вниманием и заботой тренера, Райан тренировался очень усердно, он бегал по 160 км в неделю, более того, он тренировал свое тело бегом с интервалами. И его тренировки были настолько интенсивными, что для большинства бегунов они бы закончились очень плачевно. Несомненно, целеустремленность Райана привела его к победе. Но что кроется за этой целеустремленностью? Скорее всего, способность организма реагировать на обучение, т. е. обучаемость.

Но в рамках семейного проекта НАСЛЕДИЕ просто необходимо заглянуть в историю семьи Райана. Когда его спросили, был ли еще кто-нибудь в его семье, кто бы занимался спортом, например, младшая сестра, он ответил: «Хороший вопрос. Но на самом деле я единственный человек в моей семье, который занимался спортом. А моя младшая сестра никогда не занималась спортом, мне кажется, она вообще никогда не бегала».

Подобные истории в Америке не редкость. По всей стране многие братья и сестры теряют свою генетическую схожесть, как только один из них начинает заниматься спортом. Хотя, конечно, такие резкие различия, как в случае Райана, встречаются редко. И когда мы не можем найти биологического обоснования этих историй, мы начинаем искать другие случаи, которые могли бы все это объяснить.

В спортзале на 168-й улице Манхэттена царила своя особенная атмосфера. Наступил январь 2002 года, и в Колумбийском университете начался сезон спортивного бега в помещении. И я даже не думал его пропускать. Ночью, после забега, ноющая боль в груди не давала мне покоя. Если уж на то пошло, то вместо тренировок можно было бы с тем же успехом просто подышать железными опилками! Но в этом сезоне у меня был хороший старт. И я с нетерпением ждал начала тренировок с моим партнером по бегу Скоттом.

Минуту назад мы вместе разогревались перед тренировкой, и вот он куда-то пропал. Когда Скотт появился уже перед самим забегом, он сказал, что собирается пробежать только первые 600 метров, а потом удалиться с трека. Это было очень странное решение, но я его понял.

Два года назад, когда я еще только был студентом-второкурсником, а он был учеником старшей школы, я привел Скотта в команду. Я знал, что он был очень перспективным, да и тренеры очень хорошо о нем отзывались. Скотт тогда, как и я, специализировался на беге на дистанцию в полмили, или 800 м. Я тогда только стал членом атлетической команды колледжа и был не в восторге от того, что парень, который на два года моложе меня, самый одаренный в нашей команде. Он уже тогда бегал на добрых пять секунд быстрее меня.

В 1997 году, когда я впервые победил в школьном забеге, Скотт установил новый возрастной рекорд среди 14–15-летних бегунов на дистанции 400 м в своем родном графстве в Канаде. Он был не только талантливым, но и конкурентоспособным, умным и опытным. Как и другие перспективные бегуны Канады, он вступил в клуб команды бегунов, которые получали более профессиональное образование, чем большинство учеников средних школ в США. Но, как оказалось, Скотт был не так уж прост. Его мать в 1969 году, еще даже не достигнув совершеннолетия, стала чемпионом по забегу на 100 м. И мать и отец Скотта в свое время удостоились награды «Самый ценный игрок» (MVP) Виндзорского университета в 1973–1974 гг.

Так откуда же тогда могло возникнуть желание сойти с трека на дистанции 600 метров? Я знал, что на протяжении всего сезона Скотта постоянно одолевали какие-то внутренние сомнения. В этом сезоне он не улучшил свой результат, и тогда в его голове сработал запасной спасительный план – выбыть во время забега. Если вы выбываете на 600 м, никто не может сказать, что вы проиграли. Но никто и не скажет, что у вас есть талант, за который другие готовы убить и который вы растрачиваете даром, если вы добежите все-таки трек до конца, но не придете первым.

Я тем временем улучшал свои результаты относительно быстро. Я довольно поздно начал заниматься спортом в школе, сначала пробуя себя в футболе, затем в баскетболе и, в конце концов, в бейсболе. Так что из всех своих сокурсников у меня было меньше всего опыта. Но, оглядываясь назад, мне хочется верить, что я был как один из той группы проекта НАСЛЕДИЕ, у которых есть потенциал (на генном уровне), но нет подготовки.

Когда я впервые начал заниматься бегом в средней школе, у меня были определенные проблемы с бегом на длинные дистанции. Так что я был вынужден отправиться к пульмонологу, который обнаружил, что мой организм обогащается кислородом только на 60 %. Доктор даже опасался, что, несмотря на мой молодой возраст, мои симптомы могут являться признаком эмфиземы легких на ранних стадиях развития. Так что тогда, когда я думал, что я был просто в плохой форме, – я действительно был в плохой «форме».

Я постоянно тренировался на каникулах, чтобы, придя в школу, я наконец-то смог пробежать 800 м. Но мой результат всегда был ниже, чем у остальных ребят. Все изменилось, когда мы начали тренироваться упорнее. Когда я в очередной раз посетил пульмонолога, он сказал, что мои легкие начали работать нормально, как и должны у молодого человека в моем возрасте. Казалось, что у меня очень низкая аэробная способность, но тренировки дали свой результат. И на каждом они отразились по-своему.

В случае Скотта дело обстояло иначе. Он начал этот сезон в относительно хорошей форме, но и улучшения проходили очень медленно. Несмотря на это, все поставили на нем клеймо «большой талант», хотя он и не сделал ничего, чтобы заслужить подобную славу. Когда такое происходит, то последствия будут очень удручающими, о чем и свидетельствует решение Скотта сойти с дистанции.

С другой стороны, моя история была иная. Я был бездарным простофилей, который готов был пройти через огонь, воду и медные трубы, только если б это помогло ускориться хотя бы на четверть моего времени. Так что я делал все, что только мог.

Честно говоря, я завидовал Скотту, когда мы бежали бок о бок во время тренировок, я часто подглядывал за ним, за тем, как он бежит. Но я считал, что мне просто нужно упорнее заниматься, раз у меня нет таланта Скотта. И я настолько уверился в этом, что по капле вытягивал из своего тела спрятанный глубоко в недрах талант. Вспоминая все это сейчас, я понимаю, что семейный проект НАСЛЕДИЕ действительно сделал громадный прорыв, доказав, что существуют гены, которые проявляются только при воздействии на них физических упражнений, и как жаль, что я не знал этого раньше.

Как-то раз, изрядно перетренировавшись, мне стало плохо. И я отправился на поиски какого-нибудь закутка, где можно было бы вырвать без свидетелей. К моему удивлению, укромное место я не нашел, зато нашел Скотта, который вызывал у себя рвотные позывы. Через время я снова застал его за этим занятием, потом еще раз и еще. Я видел, как он «прочищал себе мозги» над мусорной корзиной. А пару раз он даже прерывал из-за этого тренировку. Оказалось, что наши тренировки были слишком тяжелыми. Я хотел тренироваться усерднее, и, наверное, как-то напирал на Скотта. Ведь, в конце концов, хоть на начальном этапе я и был слабее Скотта, как оказалось впоследствии, способность к обучению у меня выше. И то, что может нанести вред, например, Скотту, мне пойдет на пользу.

Когда один из ученых НАСЛЕДИЯ провел ряд тестирований моей ДНК, он предположил, что моя аэробная способность выше, чем у большинства людей. Более того, мне известно, что во время тренировок у меня падает давление. И я так подозреваю, основываясь на том, что в студенчестве меня часто обходили, что мне больше подходит спринт, чем что-либо другое. Что касается аэробной способности, было зарегистрировано очень много людей с расхождением в уровне натренированности. В чем ученые и убедились наверняка, так это в том, что в генетике не может быть чего-то одинаково. Так и упражнения для спортсменов нужно подбирать разные, в зависимости от их способностей. Так что если вы никак не реагируете на методику тренировки, то просто вам нужно подобрать что-то другое для себя.

В тот январский день в спортзале на соревнованиях по забегу никто не воспринял серьезно решение Скотта. Так что он передумал и решил пробежать до конца. Мы пробежали с ним с 150-м разрывом. Я впервые пробежал за 1:54, впервые победил Скотта. И этот результат был на 30 секунд быстрее моего обычного.