Попалась, птичка!

– Карин, погоди. А о чем ты с теми мужиками в баре говорила? Вы так заразительно смеялись и что-то двигали по стойке, – полюбопытствовала подруга.

– А? – смутилась я, поняв, что за мной наблюдали. – Мы просто делали ставки на фисташки, кто победит: Уэльс или Бельгия.

– Ты их знаешь, что ли? – вытянулось у нее личико.

– Не-а, просто какие-то левые люди. Но тоже смотрели матч, – рассмеялась я. – Все, ребята. Веселитесь, а мне нужно ехать.

Последующие свидания Ксении и Алекса проходили примерно так же. Меня с боем, чуть ли не за шкирку Ксения утаскивала из квартиры. Когда подкупом, когда угрозами, а когда и бессовестным шантажом заставляя присутствовать на их встречах и развлекать парня беседами, пока она блистала. В принципе я смирилась, к тому же марципан очень люблю, а денег на него нет. Но все равно пыталась донести до мозга подруги, что это ненормально.

– Карин, ну я не готова пока с ним… То есть он мне очень нравится, и я хочу, но боюсь, – призналась она наконец. – А после того как вы поцапаетесь, он уже и не думает ни о чем большем… Мы просто сидим где-то в кафе или ресторане, едим, держимся за руки и молчим.

– Высокие отношения! – закатила я глаза.

Самое смешное заключалось в том, что мы с Князевым все время умудрялись зацепиться языками и спорить до хрипоты о каких-то фактах и событиях. Периодически оказывалась права я, и тогда он смешно злился, но частенько именно у него были более достоверные сведения о предмете спора. Я из-за этого отнюдь не расстраивалась, наоборот, радовалась, что узнала что-то новое.

А еще у нас с ним отчего-то не задалось с именами. Я его упорно величала Князевым, а он никогда не называл меня ни Карина, ни Кара. Все очень строго и официально: Князев и Соколова. Ксению это веселило, но заставлять нас общаться менее претенциозно она не пыталась.

Переломным моментом в этой затянувшейся идиотской истории со свиданиями втроем послужило то, что я случайно подслушала разговор Алекса с кем-то по телефону. Он в самом начале, как только мы сели за стол, отлучился, чтобы побеседовать с кем-то позвонившим, а я отправилась в туалет. Ну и случайно…

– Да она меня бесит так, что я уже едва держу себя в руках. Таскается с нами на каждое свидание. Причем умудряется так довести меня, что потом никакого настроения, – мрачно сообщил он кому-то.

Из трубки донеслось неразборчивое бормотание его собеседника, но слов я не разобрала.

– Да я говорил Ксении, но она лепечет, что не может бросить лучшую подругу. Думаешь? Ну не хотелось бы хамить. Она в целом адекватная, сидит с нами не до конца и никогда не ездит в ресторан, если я приглашаю Ксению. Сегодня вот впервые, и то потому, что мы сразу сюда отправились. Погода вон какая… Обычно она всегда уходит примерно в середине свидания. Что? Ну это чересчур радикально! До такого я не опущусь. Мм? Не знаю. Ладно, поговорю с Ксенией еще раз и попрошу. Давай, удачи.

Я быстро проскользнула незамеченной, в туалете мрачно полюбовалась своим отражением в зеркале, написала самой себе эсэмэску и быстро выключила телефон, чтобы получить ее позднее. С современными смартфонами и мгновенной передачей данных подобное не прокатило бы, но моя древняя модель позволяла такие финты с небольшой задержкой.

Вернулась к Ксюше и Алексу, поковырялась в сумочке, озадачилась, что у меня выключен мобильник, включила его. После чего честно получила сообщение, засобиралась, заторопилась по невероятно важным делам и сбежала.

Уж не знаю, как там у них все прошло. Скайп я не стала включать, так что, звонила ли Ксюшка, не знаю. В институте она виновато отводила глаза, но ничего не говорила, а я и подавно. Но с того дня у меня появилась масса неотложных дел и строгое расписание. Я записалась на курсы, зачастила в институтский спортзал и вообще была дико занята. Причем так, чтобы у Ксении и мысли не появилось позвать меня снова (не дай бог!) или заподозрить в саботаже.

«Я занята! Все по-честному, видишь? Вот, даже в ежедневнике записано!»

Три недели счастья без общения с Князевым пролетели незаметно. И вот тут-то начались странности. Мы стали постоянно натыкаться на него в институте. Причем в самых неподходящих местах. В библиотеке, в столовой, в коридорах, хотя точно знаю, что у его факультета эти предметы уже пройдены и ему тут делать нечего. Сначала я подумала, что он следует за Ксюшкой. Да и она радовалась, ведь они вроде как официально встречаются. Я ему скупо кивала, бросала: «Привет» – и уходила, оставляя парочку наедине.

Заезжала я к дяде Озгюру выпить кофе, и он огорошил меня, что мой знакомый, которого я приводила вместе со своей подругой, теперь тут постоянный клиент. Он перепробовал все варианты кофе, которые ему мог предложить радушный хозяин. Выбрал Алекс для себя три, один из них по тому рецепту, что и мне нравится. И еще он все время спрашивал обо мне, давно ли появлялась, не планирую ли сегодня заехать?

Потом вообще непонятная ситуация случилась. Я задержалась, а Ксения ушла уже давно. Выйдя из дверей института, увидела подпирающего свою машину Алекса. Его уже основательно припорошило снежком, но он упорно кого-то дожидался, не прячась в салоне. Наверное, боялся пропустить. Я оценила снегопад, неожиданно засыпавший город, хотя еще только ноябрь, и заторопилась в сторону метро.

– Соколова! – крикнул Князев, заметив меня.

– Привет, – обреченно остановилась я и повернулась к нему. – Ты Ксюшу ждешь? Она уже уехала, причем давно.

– Да? – как-то неискренне удивился он. – Жаль, хотел подвезти ее. Погода сегодня…

– Угу. Погода… Ты ей позвони, она наверняка уже дома. Пока! – поправив лямки рюкзака и натянув поглубже капюшон пуховика, я развернулась и пошла вперед.

– Соколова!

– Грр, – тихонечко под нос прорычала я и обернулась. – Что?

– Давай подвезу, раз уж все равно Ксении нет, а с тобой столкнулся.

– Спасибо, Князев, не нужно. – Я вежливо улыбнулась. – В такой снегопад точно где-то застрянем в пробке. Я на метро быстрее доеду.

– А от метро потом на автобусе не застрянешь? Соколова, хватит ломаться! – разозлился он.

– Князев, правда, не нужно. Мой дом от метро в трех минутах ходьбы. Мне на подземном транспорте намного быстрее и удобнее ездить. Это не потому, что я чего-то там…

– Ну как знаешь! – отчего-то психанул он, развернулся, чуть ли не бегом побежал к своей машине и нырнул в салон.

Я пожала плечами и заторопилась домой. И чего злиться? Квартира, доставшаяся мне от бабушки, и правда находится рядом с метро. Центр ведь, там все близко. Это в спальных районах нужно на оленьих упряжках добираться от метро до своего жилища. Иначе с какой стати Ксюшка у меня постоянно паслась бы? Да, квартира однокомнатная, требующая ремонта и основательной смены мебели, зато в самом сердце города. К тому же, несмотря на то что комната всего одна, она огромная. Я вообще подозревала, что раньше это была «двушка», но потом перегородку зачем-то снесли и объединили жилое пространство, поскольку окон имелось два и с такими подоконниками, что на них можно сидеть, как на диване. А кухня почти пятнадцать метров. Мне одной места более чем хватало.

Из дома я позвонила подруге и рассказала, что ее ждал бойфренд. Только вот отреагировала она как-то без энтузиазма.

– Вы поссорились, что ли? – осторожно поинтересовалась я.

– Нет, не поссорились, – покачала она головой. – Только… Он такой ску-у-чный. Я не понимаю и половины вещей, о которых он говорит. А он видит, что мне это неинтересно, и замолкает. В итоге сидим, как два дурака, и молчим. Ну, еще целуемся…

– Н-ну… Ты же знала, какой он.

– Знала, но я думала, что рядом со мной он забудет все эти свои глупые заумные штуки, – рассердилась она. – С ним сидит красивая девушка, а он про теорию относительности и прочую всякую хрень говорит. Мне же неинтересно! В кино вот позвал. Я думала, мы снова какую-нибудь мелодраму посмотрим, а он меня потащил на «Орион в огне»! Вообще не понимаю, и чего ты так впечатлилась в тот раз? Тупой блокбастер. Всё взрывается, все стреляют… А ему понравилось. Может, сходишь со мной на свидание еще, а? Карин, ты с ним умудряешься говорить на одном языке, а мне можно только улыбаться и обнимать его. Пойдем, а? Он тоже тебя несколько раз звал, велел передавать, что приглашает с нами.

– Ксюнь, извини, но нет. Разбирайся со своим парнем сама! – отрезала я. – Меня в свои отношения не впутывайте.

– Да нет у нас никаких отношений, – вздохнула она. – Я-то думала… А он! Надоел он мне. Потерплю еще немного, а если все так и дальше пойдет, то пошлю его к черту. Пусть ищет себе другую дурочку, которая согласится беседовать с ним о теории черных дыр. Ой! – дошло до нее после моего многозначительного хмыканья. – Я не тебя имела в виду, Карин. Ты же умная, а я про… Ну, ты поняла.

Я рассмеялась, велела ей не вешать нос и попрощалась. Ну это ж надо? Найдет дурочку, готовую слушать про теорию черных дыр. Очень интересная тема, между прочим. Я, в отличие от родителей, страстных историков и археологов, однажды погибших в экспедиции под селем, интересовалась не только историей, но и многими другими вещами. В этом плане я пошла в бабушку. Она у меня была образованной и разносторонней женщиной, читавшей не только научную литературу, но и эзотерическую. Я вот книги Елены Блаватской осилить вряд ли смогу, а она их чуть ли не цитировала. И искренне верила в магию. Как это не противоречило ее научному складу ума, я не знаю. Загадочная она у меня была, и мне ее очень не хватает. Родители погибли, когда мне было всего семь лет, и именно бабушка по материнской линии меня воспитала. И по завещанию оставила эту квартиру, в которой мы и жили все последние годы.

На следующий день прямо с утра я опять столкнулась с Князевым. Он поджидал кого-то в холле института. Увидев меня, кивнул и даже сделал шаг в мою сторону, но тут сзади на меня налетела румяная с морозца Ксюшка, ввалившаяся в двери.

– Каринка, привет. Здо́рово, что ты еще тут. Ой, Алекс, и тебе привет! – заметила она своего парня. – Кара, ты иди, я догоню.

Я улыбнулась и отправилась в гардероб. Только немного удивилась недовольной физиономии Князева, когда он увидел свою девушку.

Незаметно пролетели пары, мы с подругой спустились в холл, и тут нас настиг Алекс.

– Девушки, вы уже освободились? – лучезарно улыбнулся он. – Тогда я вас приглашаю.

– Куда? – оживилась Ксения.

– В планетарий. Поторопитесь, быстро доедем, пока снегопад не начался.

– В планета-а-арий? – разочарованно протянула она. Но потом, вероятно, вспомнила, что там темно и можно незаметно целоваться, и оживилась: – Карин, ты с нами? Ты же давно хотела посетить это место, я помню, ты мне говорила.

Боюсь, душевные страдания отразились на моем лице. В планетарий очень хотелось, но билеты были дорогими, а мне нужно финансы экономить. Я не бедствовала, так как бабушка оставила небольшое наследство, но деньги я распределила по месяцам и старалась не вылезать из бюджета, так как приходилось на них не только жить, но и оплачивать коммунальные платежи. Так что я отнюдь не шиковала.

Планетарий… Но у ребят свидание, а Князев меня и так с трудом терпел в те разы, когда я по настоянию Ксюшки с ними ездила. Нет, не буду обламывать им кайф. И тут на мою удачу мне пришла эсэмэска. Я украдкой выдохнула с облегчением, открыла свой телефон-раскладушку, прочитала сообщение и с чистой совестью произнесла:

– Князев, спасибо за приглашение. Ксюш, вы езжайте, а я не могу. Неожиданно возникли обстоятельства, и я должна…

– Соколова! Как же ты достала уже! Сколько можно выпендриваться?! – разъярился вдруг парень, вырвал у меня из рук мобильник и со всей дури шваркнул им об стену.

Телефон жалобно тренькнул и разлетелся на запчасти, а мы с подругой буквально онемели. Проглотив рвущиеся с языка ругательства, я присела на корточки и принялась собирать обломки аппарата. Подобрала сим-карту, которая от удара умудрилась вылететь из гнезда, собрала все прочие кусочки и молча ссыпала все в карман. Телефон был, конечно, дешевенький, но на новый (даже из этой же ценовой категории) у меня в этом месяце денег нет. Все траты строго распланированы. Придется какое-то время просуществовать без мобильной связи.

– Алекс, это что сейчас было? – прорезался голос у Ксении. – Ты с ума сошел?!

Я кивнула подруге, развернулась и пошла прочь, не говоря ни слова. Мне вот тоже интересно, что это такое сейчас было? Князев вообще спятил? Но говорить ему что-либо я поостереглась. А то ведь наору как бешеная, а потом сама же буду сожалеть о своей несдержанности.

Ксения связалась со мной по скайпу вечером. Сначала долго мялась и спрашивала, сильно ли я на нее обиделась, что она не отправилась за мной, а осталась с Алексом. А потом огорошила:

– А мы с ним расстались.

– Да ладно?! Почему? Он же тебе так нравился. И что? Как все прошло?

– Ну… Я ему сказала, что у нас ничего не выйдет. Объяснила, что мы очень разные, и всё такое, – потупилась подруга.

– А он? – хмыкнула я и откусила от печеньки.

– А он выслушал, сказал, что я милая и замечательная, но он понимает, что мне с ним скучно. Потом отвез в кофейню, угостил вкусным десертом. Затем остановился возле цветочного магазина, попросил подождать в машине и притащил оттуда огромный букет роз. Смотри какой, – повернула она планшет так, чтобы охапка цветов появилась на экране. Я оценила. Там штук тридцать, наверное, было. – Во-о-т. Ну и мы договорились, что останемся друзьями.

– Высокие отношения, – повторилась я и рассмеялась.

– Да. Он хороший, очень. Только скучный до невозможности. Я сначала боялась, что он скандал закатит, преследовать начнет. А он оказался вменяемый. Даже не знаю, чего его сегодня так шизануло на твоем мобильнике. Он, кстати, извинялся. Сказал, что непременно возместит тебе ущерб.

– Да ну его! – отмахнулась я. – В следующем месяце куплю другой.

А наутро меня в холле поджидал… Угадайте кто?

– Соколова! – решительно направился ко мне парень.

– Князев! – скривилась я и принялась высматривать пути к отступлению.

– Соколова, ты извини за вчерашнее. Сам не знаю, чего меня так накрыло, – взъерошил он волосы и виновато улыбнулся. – Я вообще-то не псих, просто так получилось.

– М-м-угу, – промычала я и сделала шажок в сторону гардероба.

– Да погоди ты, Соколова! – остановил он меня. Залез в рюкзак, вытащил из него коробку и сунул мне. – Это вместо того, что я расколотил. Отказа не приму! Сам дурак, а за дурость надо расплачиваться.

Я посмотрела на коробку, оказавшуюся у меня в руках, и распахнула глаза.

– Князев, то, что ты вчера разбил, стоило дешевле этого раз примерно в двадцать. Ты совсем ку-ку?

– Ну, вероятно, совсем, раз кидаюсь на людей и порчу их вещи, – пожал он плечами. – Ну что, Соколова, мир? Кстати, твоя подруга меня вчера бросила.

– Я в курсе, – растерянно отозвалась я, не зная, как поступить. С одной стороны, принять такой дорогущий смартфон мне приличия не позволяли. С другой, я ведь ничего не просила, он сам выбрал модель. Не хотел бы, купил бы что-то подешевле… Наверное, может себе позволить пускать пыль в глаза.

Мои терзания прервала появившаяся Ксения. Подруга увидела в моих руках коробку, а когда поняла, что это взамен разбитого Князевым вчера, обрадовалась тому, что у него с совестью все в порядке, забрала у меня компенсацию и запихала в мой рюкзак, приговаривая, что мы сейчас опоздаем на пары.

В этот день мы больше не сталкивались с Алексом. Выходные я честно прозанималась, а в понедельник утром проснулась с больным горлом и температурой. О том, чтобы ехать в институт, не могло быть и речи, так что я сбросила Ксении сообщение (да-да, с нового телефона), что заболела.

Оказалось, что у меня не банальная ангина, как почудилось вначале, а я зацепила какой-то вирус, так как начался сильный кашель, а температура была запредельной. В общем, скосило меня полностью. Последующие три дня все что я могла, это доползти до кухни, чтобы выпить очередную таблетку или сироп от кашля и заварить чай. На готовку хоть какой-то еды сил не было, так что я существовала на хлебе и печенье. Впрочем, аппетит все равно пропал…

Ксюшка периодически слала мне сообщения со смайликами, словами поддержки и приветами от Князева, который потерял меня из виду и интересовался, куда это я пропала и почему прогуливаю пары. Но мне было настолько плохо, что я отвечала через раз. Когда температура в очередной раз подскочила под сорок, я основательно испугалась и решила, что нужно вызывать «скорую помощь». Пусть делают укол или везут меня в больницу, а то ведь я загнусь тут в одиночестве, и обнаружат меня соседи, лишь когда мой труп начнет вонять. Как раз тогда пришло очередное сообщение на телефон от подруги, и я пожаловалась ей на жизнь. Она предложила привезти лекарства или продукты, но я отказалась, так как не хотела, чтобы она от меня заразилась. Вирусы – вещь коварная. Чихну на нее, и всё! Отписалась, что закажу все через Интернет с курьерской доставкой и чтобы она не вздумала ко мне являться.

«Сейчас приеду!» – бодро известило меня сообщение с незнакомого номера.

Я вяло удивилась и побрела искать свой медицинский полис, который хранился в одном из ящиков комода. Давно не был нужен, так что я и не помнила, где именно он лежит. С трудом отыскав его, я собралась уже набрать номер «скорой помощи», как в дверь позвонили.

Трясясь от озноба и кутаясь в плед, я на ватных ногах добрела до двери, открыла ее и заморгала слезящимися глазами, глядя на Князева.

– Привет, Соколова! – поприветствовал меня теперь уже бывший парень Ксении. – Отвратительно выглядишь. Что врач сказал?

– Ничего. Сейчас «скорую» буду вызывать, у меня температура не сбивается никак, – прокаркала я. – Тебе чего, Князев?

– А я в гости! – сообщил он и просочился в квартиру, отодвинув меня в сторону, как предмет мебели. – Кухня где? А, вижу. Ты иди, занимайся своими делами, Соколова. Чай я и без тебя приготовлю.

И, не обращая на онемевшую от такой наглости меня никакого внимания, он принялся раздеваться и разуваться.

– Чувствуй себя как дома, – ядовито прошептала я ему в спину.

Бессовестная спина дернулась от смешка, и ее хозяин прошагал в носках на кухню, шурша пакетом.

Я же вызвала «скорую» и завалилась на диван. Из кухни доносились какие-то звуки, но мне было уже плевать. Все равно у меня из еды нет ничего, кроме подсохшего печенья и окончательно заплесневевшего хлеба. Даже молоко и то прокисло. Так что объесть меня Князеву не удастся при всем желании. Ну, если только сварит макароны, одна пачка в шкафу валялась, кажется.

– Соколова, у тебя в холодильнике мышь повесилась, а в шкафах кладбище сдохших от голода тараканов. Ты в курсе? – выдернул меня из полудремы голос незваного гостя.

– В курсе, – инертно отозвалась я, не открывая глаз.

– Ты гостей чем угощать собиралась? – продолжал иронизировать этот нахал.

– Князев, отстань, – вяло отозвалась я и закашлялась. – Тебя никто не звал, так что попей чайку без сахара и проваливай.

– Да, я заметил, что сахар у тебя тоже закончился, – сообщил он и ушел обратно в кухню.

«Скорая помощь» оказалась и правда скорой, так что уже через пятнадцать минут я послушно подставляла спину и грудь под стетоскоп, открывала рот, демонстрируя горло, и держала градусник под мышкой. А потом так же беспрекословно позволила сделать себе укол жаропонижающего.