Как-то в жаркий летний день заползла улитка в тень. И подумала, мечтая: «Вот бы в лён, что отмокает!» Заползла она в отмочек, сунув носик в льна комочек. Heinasao sõit
Mööda tasast heinamaad sõitis ükskord heinasaad. Sõitis, kuni lakka jõudis, kus ta kohe kanalt nõudis: «Ära pesa õue tee, tee hoopis minu põue see! Siis olen väga rõõmus, kuna mu põues muneda saab muna!» Копна едет домой
Как-то сенокосною порой думала копна — везут её домой. Ехала себе, всё было мило… Только на чердак вдруг угодила. Тут же местных кур она предупредила: «Чтоб гнёзд не вить где попадя, неситесь в чреве у меня! Я буду рада, коль вы, птички, во мне снесёте все яички!» Kana unenägu
Kana ükskord nägi unes, et hiigelsuure muna munes, mis säras eredalt kui päike. Kui aga kana üles ärkas, siis oma pesas muna märkas, mis oli kahvatuja väike. Ta mõtles: «Püsin raudselt vakka ja kaagutama küll ei hakka, sest muna on just seda nägu, et selle munenud on kägu.» 
Сон курицы
Раз приснился птице сон, что снесла яичко с дом… И сверкало словно златко. Но проснулась тут хохлатка, посмотрела на своё, а оно — ни то, ни сё. И подумала тогда: «Вот не двинусь из гнезда и кудахтать я не буду, потому что налицо кукушиное яйцо». Heinaaeg
Haruharva heinaajal seisab reha seina najal. Ta rohkem riisub heinamaad, kus kerkib saadu kõrval saad, kus tööd on rehapulkadel ja heinaliste hulkadel, kus taevas särav päike on, kus ringi hüppab väike konn. Время сенокоса
Крайне редко в сенокосну рать грабли стенку будут подпирать. Сено в поле им пора грести, где копна с копной начнут расти. Там работы им невпроворот машет ими трудовой народ. Там сияет солнце ярко в вышине, Лягушонок рядом скачет по стерне. Tulilill
Mööda aasa tuli lill, helekuldne tulilill. Otse üle rohu tuli ja õis tal sätendas kui tuli. Siis mesilane lille märkas ja peas tal kaval mõte tärkas ta laskus… kas tead millele? Otse tulilillele! 
ЛЮТИК
На полях расцвёл цветок золотой, как огонёк. Среди зелени-муравки лютика сияют глазки. Пчёлка на цветок взглянула, сразу, хитрая, смекнула и уселась… Ну те-ка? Прямиком на лютика! 
Kuidas keegi laulab
Lind laulis oksaname = "note" «Sirts!» ja veel kord: «Sirts!» Kuid aasal laulis rohutirts: «Tsirrrr!» ja veel kord: «Tsirrrr!» Кто как поёт
На суку запела птичка: «Сирте!» И ещё раз повторила: «Сирте!» Но кузнечик на лугу ответил: «Тсиррр!» Повторил свое упрямо: «Тсиррр!» 
Sõbra kõrval
Kui sa istud sõbra kõrval, hakkab paha sõbra kõrval ja lõpuks kõrv nii ära väsib, et sõber lahkuda sul käsib. Ta ütleb: «Mine ära, sest ei talu sind mu kõrvalesti» На ухе друга
Если усядешься другу на ухо, трудно придётся этому уху. И наконец, утомившись настолько, другу скажи: «А ну-ка, позволь-ка!» Скажи ещё: «Надоел ты, дружище, быстро слезай с моего ты ушища!» 
Seakarjuse silm
Seakaijus ikka igal seal hoiab hoolsalt silma peal ja sellepärast ongi tal seakari kindlalt silma all. 
Глаз свинопаса
Свинопасу время — зря не трать — глаз на каждой из свиней востро держать! Как его, беднягу, не жалеть: нелегко за всеми углядеть. Пальчики на ногах разыгрались
Если пальчикам на ножках захотелось поиграть, расшалятся не на шутку, вам их будет не унять. Пересчитывать друг друга станут вместе. Не пропал ли кто? Да, вроде, все на месте. Десяти им славно вместе быть, каждому из них найдется с кем дружить. Varbad mänguhoos
Kui varbad mõnikord on mänguhoos, siis mängivad nad kümnekesi koos. Aeg-ajalt nad ka üle loevad üksteist ja kadunud ei ole mitte üks neist. Küll on see hea, et varbad mänguhoos on ikka sõbralikult kümnekesi koos. Lehm parmu kannul
Täis pealehakkamist ja tarmu lehm ajas aasal taga parmu. Küll hüüdis parm: «Oh anna armu!», kuid lehm ei hellitanud parmu, v aid sõraga ja sabaga ta püüdis teda tabada. Seal mõtles meeleheitel parm: «Miks on mu saatus küll nii karm? Miks rinnust mul ei lahku ehm? Miks kannult mul ei lahku lehm?» 
Корова по пятам за оводом
Горя энергией и трепеща от злости, гналась за оводом корова на погосте. Взмолился овод: «Надо мной ты сжалься!» В корове же — ни капли жалости. Рогами и хвостом крутя, замучила беднягу, не шутя. Совсем отчаявшись, подумал овод тут: «Ну отчего удел мой так уж крут? И страх трясти никак не перестанет! И почему корова не отстанет?». 
Vankrisöit
Kord vanker sõitis mürinaga, tal keerles tolmusaba taga. Kuid hobust polnud vankril ees, vaid hoopis keegi veider mees, kel, paistis, oli vägev ramm ja rõõmsameelne traavisamm. Kõik rakmed olid ümber tal ja rauadki vist olid all. Kuid hobune, näe, vankris istus ja muheledes piipu kiskus. Ta oli üliväga rahul, et polnud väsinud ja vahul. 
Поездка на телеге
Раз с грохотом телега так неслась, что только пыль за ней столбом вилась. Да вот особенность одна важна: не лошадь в ту телегу впряжена, а некий странный мужичок, похоже, неплохой ходок. На нем и упряжь — впрямь бедовый! А на ногах, кажись, подковы. А лошадь, глянь, сидит на фуре и ухмыляется, и трубку курит… Довольной что ж не быть кобыле — ни в устали она, ни в мыле. Vesipüks
Kell oli ligikaudu üks, kui merest tõusis vesipüks. Ja polnud üldse silmapett, et vesipüks käis mööda vett. 
Водяной смерч
Время было полвторого. Смерч поднялся вдруг суровый. Мы поклясться можем вам — шёл он прямо во волнам. Paks Peeter
Kui kell sai kolmveerand kaks, siis polnud Peeter üldse paks, kui aga kell sai täpselt kaks, siis oli Peeter õudselt paks. Mis vahepeal ta teha võis? Vist ujus koores, suples võis. Толстый Пеэтер
Когда ещё было без четверти два, наш Пеэтер и толстым-то не был тогда. А вот когда ровненько два уж пробило, Пеэтер стал толстым просто на диво. Да как же случилось это несчастье? Знать, плавал он в сливках, катался, знать, в масле. Tulek
Kell oli täpselt kaksteist, kui metsast tulid kaks veist üks oli lehm ja teine härg, kel sarvi ehtis lillepärg. 
Прибытие
Лишь только полдень пробил звонко, как появились два телёнка — молодка-тёлочка и с ней бычок, чьи рожки украшал венок. Tolm maanteel
Kell oli umbes pool kolm, kui maanteel üles tõusis tolm ja tolmupilves nähti meest, kes ära jooksis konna eest. Konn hüppas kiirelt üks-kaks-kolm. Ja sellest tekkiski vist tolm. 
Пыль на дороге
Полтретьего, пожалуй, набежало, как пыль клубиться на дороге стала. И виден в ней был только мужичок, что от лягушки драпал со всех ног. Прыг-скок, прыг-скок — лягушка та скакала, вот от неё-то пыль и возникала. 
Väike veli
Kell oli juba veerand neli, kui äkki saabus väike veli, ja kui ta tuppa astus väljast, ta teatas, et ta nõrkeb näljast. Siis ütles õde: «Pole viga, saad kapsarulle kartuliga. Nüüd palun sööma, väike veli, sest kell on juba veerand neli.» Младший братец
Три с четвертью было, доложим мы вам, как маленький братец пожаловал к нам. И сразу с порога он нам сообщил, что с голоду валится, нету, мол, сил. Ответила сестра: «Садись-ка с нами, отведай вот картошки с голубцами. Ешь, братец, кушай до отвала, ведь время три и четверть набежала». Siilide jalutuskäik
Kord juba hommikul kell viis siil pojad jalutama viis. Nad käisid, kuni saabus lõuna ja siis nad leidsid aiast õuna. Ежовая прогулка
Часочков в пять утра, как водится, ежат выгуливать приходится. Гуляли они долго, до обеда. Лишь яблоко нашли в саду соседа. 
Õuna ots
Kell oli umbes pool kuus, kui õun sai küpseks õunapuus ja otse alla kukkus: pots! Ning mõtles: «Nüüd mul käes on ots!» Кончина яблока
Время, вроде, шесть уже приспело. Яблоко на яблоне созрело. И прямо вниз упало — бэнц! Подумав: «Вот и мой конец!» Päike ja kuu
Kui õhtu tulles päike läheb looja, siis pole enam valgust ega sooja. Nüüd aga paistma hakata võib kuu ja temaski on palju rõõmu ju — ta õhtu kaunilt kuldseks oskab muuta ja öösel oleks pime ilma kuuta. 
Солнце и луна
Когда с заходом солнца день к вечеру клонится, тепло и свет уходят с ним, тут нечему дивиться. Зато на небе месяц всходит, он тоже радость нам приносит — он все вокруг позолотит и тьму ночную поглотит. Koer ja saba
Ärevalt ja lõrinaga koer ajab oma saba taga. Ta muudkui uriseb: «Urr-urr!» ja ise keerleb nagu vurr. Kuid oma saba koer ei taba, sest koerast väledam on saba, ja lõpuks saba teatab: «Tsun!» 
Собака и ее хвост
Тревожно лая и урча при том, щенок гонялся за своим хвостом. Зубами щёлкая «чок-чок!», вертелся, словно твой волчок. Хвоста собаке не поймать, проворней он её, видать… Koer sõimab siga
Koer ükskord õuel sõimas siga: «Sa oled igavene siga!» Ent vastas siga: «Pole viga, ma olen olnud siga seni ja seaks ma jäängi elu läbi, sest siga olla pole häbi, kuid kohutav on olla peni!» 
Собака бранит свинью
Бранилась на свинью собака: «Какая ж ты свинья, однако!» Ответила ей хрюшка: «Не беда, свиньёй была — останусь ей всегда. Свиньёю быть мне не обидно, а лаять грубо — просто стыдно!» 
Punane saba
