Мариадон и Македа

— Довольно, — перебил он купца и, повернувшись к владыке, сказал: — Повелитель, гонец из наших северных границ ждет уже давно, может, примете его, он проделал долгий путь.

— Сейчас приму, — спокойно ответил Соломон и добавил: — Только дослушаю рассказ.

Видя возрастающий день ото дня интерес властителя к Македе, Садок ничего не мог поделать. Он понимал, что каждое напоминание о ней с еще большей силой пробуждает желание в сердце молодого царя, и поэтому он решил предпринять еще одну дополнительную попытку:

— Прошу вас, довольно засорять свой светлый разум лживыми рассказами об этой демонице из Савейского царства.

Пожилой купец, не желая портить отношения с Садоком, имевшим огромное влияние в царстве и покупавшим у него для храма много разных товаров, решил на сей раз поддержать священника и сказал:

— Повелитель, может, первосвященник прав. Вам лучше не искушать судьбу. Она обладает непонятной силой, чарами, которым никто не может противостоять. Вам прекрасно известно, скольким царям она вскружила голову, а все они опытнее и старше вас.

Слова купца разозлили Соломона. Он сжал правую руку в кулак и, стукнув ею по подлокотнику, грозно произнес:

— Я властелин самого могущественного и богатого царства на всей земле. Никто не имеет право сравнивать меня с другими правителями. Тебе должно быть известно, что я мудрее всех тех царей вместе взятых, и если Македа их отвергла, это значит, что они недостойны ее сердца.

— Вы самый мудрый повелитель, — пытаясь успокоить гнев царя, произнес пожилой купец. — Вас точно не постигнет такая учесть.

Садок молчал, понимая, что его попытки были напрасны, и Соломон не отпустит купца, пока не узнает все, что его интересует.

Царь успокоился и продолжил расспрашивать:

— Все эти рассказы о ее демоническом происхождении и о ее козлиных волосатых ногах, это правда или домыслы тех самых отвергнутых правителей, кто не смог найти ее расположения?

— Великий царь, к сожалению, ничего не могу сказать об этом. В тот вечер на ней было длинное платье, под ним невозможно разглядеть ноги, но передвигалась она не слишком быстро. Мы пробыли там несколько дней, и как только она ответила отказом на предложение нашего царя, отправились к себе.

После паузы купец продолжил:

— Наш владыка был уверен, что покорит ее сердце, но после отказа до сих пор не может прийти в себя. Ему не удалось пройти испытания, тех, что она устраивает каждому претенденту. Она, как непреступная крепость, которую сможет одолеть только самый мудрый из людей, вот поэтому все ждут с нетерпением, кого она выберет.

— А когда у нее побывал царь Моава?

— Летом. Мы отговаривали его от поездки, так как знали, что она разобьет ему сердце. Он много слышал о ней и ее красоте, но увиденное превзошло все его ожидания. Его словно одурманили, околдовали, он преисполнился решимости покорить Македы во что бы то ни стало. Для этого он был готов бросить к ее ногам свое сердце, богатство и все царство, но она не ответила ему взаимностью.

Подумав, купец продолжил:

— Может, люди правду молвят, что она обладает сверхсилой, поскольку, как говорят в моем народе, не бывает волн без ветра. Наверное, она и в самом деле демоница. Из того, что я видел и слышал, получается, что все, кто встречал ее, подпадали под ее чары и были готовы продать душу Молоху за одну только ночь с ней. Священники правильно отговаривают вас от встречи с Македой. Если вы это делаете, чтобы доказать что-то другим властителям или ответить на их насмешки, то не стоит.

Поняв, что сказал лишнее, купец замолчал.

Соломон задумался, потом спросил.

— Какие насмешки?

Купец, опустив голову, промолчал.

— Говори, — приказал царь.

— Они убеждены, что все ваши завоевания и победы, — это заслуга не ваша, а вашего военачальника Мариадона. Как только он покинет вас, то от вашего царства ничего не останется.

— Продолжай.

— Еще они говорят, что вы не можете повидаться с царицей, потому что священнослужители опекают вас, как ребенка. Они убеждены, что священники отговаривают вас от встречи с ней, считая, что сердце Македы никогда вам не покорится, и вы будете непременно отвергнуты ею, как и все другие. Еще молвят, вы такой юный, что она вас даже загадками испытывать не станет.

Разгневанный Соломон приподнялся с трона и гордо проговорил:

— Поезжай и всем передай, что я, Соломон, царь Урушалемский, скоро обязательно встречусь с Македой и покорю ее сердце, поскольку нет мужа в мире мудрее меня. Ты все понял?

Чтобы смягчить гнев Соломона, купец ответил:

— Да, великий повелитель. Я вас знаю еще с младенчества и вижу, каким мудрым владыкой вы стали.

— Ты не мне это говори, а во всех землях, куда везешь товары свои.

— Вам не стоит мне об этом напоминать, владыка. Прибывая в каждое царство, я непременно рассказываю о вашем богатом и процветающем крае, и всегда добавляю, какой мудрый и справедливый властитель им управляет.

Соломона эти слова успокоили. Подозвав своего казначея, он распорядился щедро одарить подарками моавитского купца, тот быстро откланялся. Затем придворные пригласили в зал гонца с севера, Цафона. На северные границы время от времени совершали набеги кочевники из арамейского царства. Соломон отправил туда армию во главе с непобедимым военачальником Мариадоном, поскольку нападения на караваны ставили под угрозу целостность царства и торговые отношения с соседями. Понимая, что победа — это вопрос времени, царь не уделял докладу гонца особого внимания. Слушая его, он продолжал думать о том, как ускорить встречу с царицей Савской.

Цафона уже заканчивал говорить, когда один из придворных доложил Соломону что-то на ухо. Тот оживился новостью о прибытии Барнавы, своего гонца и, прервав его, сказал:

— Мы выслушали твой доклад, из которого следует, что войска арамейского царства удалось потеснить и по дороге в Дамаск осталось взять три крепости. Направляйся на север и передай Мариадону, я рад его успехам и то, что нужно закончить захват Дамаска не позже первого числа весеннего месяца авив.

— Слушаюсь, великий царь.

— Скажи Мариадону, что я хочу видеть его на пиру в честь постройки храма десятого авива. В преддверии Песаха мы хотим освятить храм, по этому случаю сюда прибудут многие правители и богатые купцы из разных земель. Пускай он непременно явится сюда, отпразднует возведение храма с нами и сам доложит о положение дел.

— Будет исполнено, повелитель.

Подумав, властитель добавил:

— Перед всеми этими гостями, мне нужно продемонстрировать свое величие во всем, включая армию. Скажи Мариадону, чтобы при штурме одной из крепостей, обязательно использовал наше тайное оружие.

— Тайное оружие? — переспросил гонец.

— Ты ему передай мои слова, он все поймет. И еще передай ему, что если они успеют одержать победу к этому времени, то я ему дам золота и коней.

— Слушаюсь, великий правитель.

Цафона откланялся и отправился исполнять указания.

Соломон уже второй день ожидал отправленного им гонца в Савейское царство, но рассказ купца из Моава еще больше пробудил в нем интерес. Он переглянулся с Садоком, который, к его большому сожалению, тоже должен присутствовать на встрече.

Как только все покинули зал, Соломон, воодушевленно взглянув на первосвященника, приказал придворному позвать Барнаву. Первосвященник понимал, что причиной этой радости являлись вести о той самой савской демонице, коих Соломон ожидал от прибывшего из Савейского царства. По выражению лица Садока можно было понять, что он отрицательно отнесся к этой новости, так как царство Македы в глазах священников слыло местом идолопоклонства. Чужих жрецов в Урушалеме называли кмарим, в отличие от своих священников, носивших гордый титул коэнов. Кмарим, по мнению первосвященника, обращались в своих молитвах и ритуалах к темным силам, в то время как коэны исключительно к светлым. Зная страсть царя к магии, священники всячески пытались оградить молодой разум от различных чужеземных эзотерических учений, способных увлечь его и увести в сторону от официально принятого единобожия. Считалось, кто множит женщин, множит колдовство и грех.

По радостному блеску глаз Соломона становилось понятно, что наставления священников не возымели на него должного эффекта. Он с нетерпением ждал вестей от гонца, так как его желание встретиться с таинственной савской правительницей становилось все сильнее.

От мысли, что он будет первым, кому покорится эта величественная царица, гордость его не знала границ. Рассказы моавитского купца о необыкновенной красоте и богатстве, а самое главное, о недоступности Македы, делали этот недосягаемый плод еще слаще. Соломон полагал, что рядом с великим царем должна быть самая красивая, мудрая и недоступная девушка. Он уверовал, что, покорив ее, развеет все насмешки на свой счет, и тогда больше ни у кого не останется сомнений по поводу его мудрости и величия.

В то время как гонец с севера и другие подданные покинули зал, удод царицы Савской, Юд-Юд, уже занял удобное место, приготовившись выслушать рассказ гонца.

Когда в зале остались только царь и первосвященник, придворный объявил:

— Царь Соломон, гонец Барнава, по вашему указанию направленный в Савейское царство, прибыл.

— Скажи, пускай проходит, — величественно приказал Соломон.

Придворный дал знак, золотые двери на другой стороне распахнулись, и в длинный зал прошел юноша. Оказавшись на подступах к трону, он склонился и смиренно произнес:

— Будет благословен, царь Урушалема.

Соломон поприветствовал его в ответ и спросил:

— Как ты добрался? На пути не встречались разбойники? Купцы жалуются, что в ущельях, на границах и некоторых подступах к городу на караваны участились нападения.

— Спасибо, мой господин, я знаю объездные пути и добрался без происшествий. На выделенном вами коне, я мчался так быстро, что при всем желании им за мной не угнаться.

Обращаясь к Садоку, Соломон сказал:

— После празднования Песаха, нужно будет покончить со всеми этими кочевниками и навести порядок.

Первосвященник в знак одобрения спокойно кивнул.

Властитель перевел взгляд на гонца и спросил:

— Что тебе нового удалось выяснить о повелительнице савской и ее царстве?

— Владыка, как вы и говорили, под видом торговца я пробрался в их край, и, пробыв там шесть лун и семь солнц, пообщавшись с местными жителями и прибывшим купцами, собрав информацию как о тех землях, так и о их госпоже, отправился назад.

После паузы, продолжил:

— Местные жители называют свое царство Саба и говорят, что их владычица Македа имеет знатное происхождение. У нее много имен, к примеру, иноземцы называют ее Владычицей Юга, Царицей Ночи, а ее подданные — нигиста Македа, что в переводе с их языка царица Македа. Свое имя она получила при рождении и переводится Македа с их языка как огненная. Все ее предки по женской линии правили этим царством, и она взошла на престол, как законная наследница. Подданные очень любят властительницу и говорят, что ее правление знаменуется особым торговым и духовным ростом.

Царь призадумался и спросил:

— А так ли богат их край, как рассказывают иноземные купцы и ее подданные, или это только видимость? Как живет ее народ, чем они торгуют?

— Царства и в самом деле процветает. Их купцы возят караваны с золотом, древесиной, пряностями и благовониями практически во все сопредельные земли, даже в такие большие, как Месопотамия и Египет. Еще они взимают плату с караванов, проходящих через их земли, казна их полна, а подданные чтят царицу, поскольку живут в мире и достатке. По их верованию, это процветание и отсутствие войн в период правления Македы соответствует одному древнему пророчеству о последней правительнице, к коей они ее и относят. Жители ее царства уверены, что именно она должна выполнить высокую миссию, описанную в том самом пророчестве. Эта миссия, по их мнению, прославит владычицу на долгие века, пока солнце будет светить над землей, и они обожествляют ее.

Гонец замолчал.

Соломон никак не отреагировал и, желая узнать как можно больше новостей, произнес:

— Почему они ее обожествляют?

— Как я понял, по их верованию она воплощение богини, которую народ долго ждал, и поэтому ее даже называют святая дева Македа.

Садок, молча слушавший доклад, обрушился на Барнаву:

— Какая святая дева? Какая еще богиня? О ней говорят, как о распутной женщине и обольстительнице. Ты хоть думаешь, что говоришь?

— Простите меня, первосвященник, — испугано прошептал гонец. — Я только передаю то, что мне удалось выяснить по приказу царя.

— Уважаемый Садок, позволь ему продолжить, — вступил в разговор Соломон.

После слов царя Садок вновь повернулся к юноше и с грозным взглядом продолжил внимать докладу. Соломон задал очередной вопрос:

— А увидеть ее тебе удалось? Сегодня купец из Моава говорил, что она необыкновенно красива.

— Да, всего один раз, когда она прибыла в храм для многодневной молитвы. Я пытался разглядеть ее, там находилось много народу и стражников, приблизиться было невозможно. Вдобавок ко всему она вышла в таких одеяниях, что видны были только волосы и глаза.

— Правду говорят, что царица и ее подданные имеют другой цвет кожи, нежели мы?

— Да, мой повелитель. У повелительницы и ее подданных черный цвет кожи, я думаю, это из-за очень жаркого солнца в тех краях.

— От одного из купцов я слышал, что волосы у царицы рыжего цвета — это так?

— Я тоже слышал об этом, но уверяю вас, что волосы царицы темного цвета. Также я разглядел, что ее длинные волосы украшает золотая диадема на лбу с золотой коброй. У них, как и у некоторых других соседних народов, кобра считается символом мудрости и верховной власти.

— Зачем мне ее диадема? Ты лучше расскажи, как она вообще выглядит, высокая или низкая, худая или полная?

Барнава собрался с мыслями и ответил:

— Она чуть ниже среднего роста, стройная с большими черными, пронзительными глазами, весьма величественная. Как вам известно, десятки властителей из соседних и заморских земель пытаются добиться расположение Македы, но по сей день ее сердце, как и ее царство, не покорилось ни одному из них.

Соломон задумался и после короткой паузы, горя желанием узнать все о савской царице, как путник в пустыне, страдающий от жажды, продолжил:

— А что ты можешь сказать по поводу слухов, что у нее вместо ног копыта? Как будто она произошла от любви земной женщины и демона?

Задавая вопрос гонцу, он перевел взгляд на Садока.

— Да, я тоже слышал подобный рассказ от иноземных купцов, но как мне удалось выяснить, все они основываются на легендах тех земель. По одной из них, над Савейским царством властвовал дракон, и в качестве жертв жители приносили своих старших дочерей. Когда настала очередь Македы, то та, увидев дракона, прошептала молитву, и огромное дерево, находившееся за спиной дракона и укрывавшее его обычно от солнца, упало на него с такой силой, что брызги полетели во все стороны. Одна капля попала ей на пятку, и та превратилась в волосатое козлиное копыто. В другом местном сказании говорят, что во время беременности мать царицы увидела в лесу козла, и он ей так понравился, что она с особым чувством сказала, что он красив и копыта его красивые. Вследствие этого ее дочь родилась на свет с разными ногами — человеческой и козлиной. Все концовки этих историй похожи одну на другую, и в них говорится об одной или двух козлиных волосатых ногах. Некоторые считают, что именно это является причиной ее замкнутого образа жизни и боязни компании мужчин.

— Великий царь, вам это ничего не напоминает? — обратился Садок к правителю. — Вспомните рассказы о первой Хаве, у нее, по мнению священников, были волосатые козлиные ноги с копытами. Все это подтверждает то, что она демонического происхождения.

Соломон перевел задумчивый взгляд на гонца, который продолжил.

— Да, многие из видевших царицу приписывают ей демонический образ, и именно с этим связывают ее сверхъестественное влияние на мужчин. Они говорят, что при рождении ей дарована демоническая сила, что позволяет повелевать умами людей.

Рассказывают еще, что ей известны специальные молитвы, призывающие на службу мифических животных и птиц, и она ведает их язык и способна повелевать ими.

Соломон пребывал в растерянности, а Барнава продолжал рассказ:

— Как видите, мой повелитель, эти легенды похожи, но местные жители все это отрицают. Говорят, что Македа мало времени уделяет гостям, а большую часть проводит в молитвах и постах, а отвергнутые правители в отместку приписывают ей разные страшные истории. В народе молвят, что она целомудренна до такой степени, что мужчинам запрещено касаться ее, не то что видеть ноги. А если кто-то случайно коснется, то она проводит несколько дней в строгих постах, чтобы очиститься от этого. Она хранит себя для какого-то избранного, о коем говорится в том самом пророчестве. Только он сможет пройти ее проверки и будет удостоен участи быть с ней.

Переведя дух, гонец продолжил.

— Чтобы разобраться во всем этом и проверить все рассказы про козлиные ноги и то, так ли чиста и целомудренна царица Македа, мне пришлось подкупить одну из ее придворных горничных, по имени Рамеса. Ее в дар Македе привез один из гостивших у нее царей. Хоть Рамеса во дворце всего два года, она успела завоевать доверие властительницы. Из ее рассказов выходит, что все разговоры про ее мужские, волосатые или козлиные ноги, это домыслы. Горничной не раз приходилось мыть ноги госпожи после долгих путешествий и помогать надевать наряды, никаких копыт она не видела. Также Рамеса подтвердила, что владычица прекрасна, мудра и ведет весьма целомудренный образ жизни.

Садок, слушая все эти восхищенные рассказы, решил снова вступить в разговор: