Привидений почти не бывает

– Пан Карел, – поправил хозяин и ушел.

– Господа, не будем нарушать, это хорошая явка, и не хотелось бы ее лишиться из-за безответственности некоторых наших коллег, – сказал Нарисованный Иезуит. – Как призрак, отвечающий за секретность… кстати, о секретности. А что это там за незнакомое привидение в углу? Размазался по стенке, его и не видно. Это шпион?

– Это практикант, – сказала Белая Дама. – Он к нам в ординатуру поступил, на два года. Учиться на привидение.

– Ух ты, какой хорошенький! – обрадовалась Прекрасная Безголовая Лаура. – Какой молоденький! Хочешь, я тебе повою?

– Нет, он не хочет, – сказал Скелет-с-гвоздем-в-голове. – Лаура, веди себя прилично, не смущай мальчика.

– Я прилично повою, без неприличных слов, – настаивала Лаура.

– Пусть о себе расскажет, – предложил Нарисованный Иезуит. – Анкетные данные. Награждения и взыскания. А там, глядишь, и опоздавшие явятся – Монах-с-головой-под-мышкой и водяные.

– Монах-с-головой не… – начал было Огненный Скелет, но Белая Дама перебила его:

– И правда. Рассказывай, мальчик.

– Хм, – сказал новенький. – Ну вот. Того… ваще.

– Ему отрезали язык за то, что он сражался на стороне гуситов в XV веке, – предположил Скелет-с-гвоздем-в-голове. – Вот он и косноязычный.

– Нет, – возразила Лаура. – Он лишился языка от несчастной любви.

– Что, прямо напрочь язык отвалился? – удивился Огненный Скелет. – От любви?

– Я не отвалился… то есть он не отвалился, – робко возразил Практикант и показал язык всему собранию. – Вот мой язык! Неотваленный! Просто я волнуюсь. Вы же тут все столичные знаменитости, про вас в книжках пишут и в справочниках для туристов. А я – скромное провинциальное привидение. Вот и стесняюсь.

– Юности приличествует скромность, – одобрил Нарисованный Иезуит. – Изложите ваше дело, юноша.

И Практикант рассказал, что родом он из маленькой деревни Иржиков Вршек – Жоркина Горка по-нашему. Это в Пардубицком крае. Деревня старая, кто таков был Иржик, уже забыли, а горка там есть на самом деле, и на горке когда-то стоял замок… по крайней мере жители деревни крепко на это надеялись. А то что же это получается: кругом такие туристические места, по соседним деревням замков больше, чем сортиров, – а у них только сомнительные развалины на макушке холма! И решили жители сами организовать себе замок с привидением. Не корысти ради, а только для самоуважения. Покопались на горке, очистили от мусора одну каменную стену вполне подходящего вида. И надо же такому случиться – пока копали, наткнулись на какие-то кости!

– Ага! – обрадовались жители Иржикова Вршка. – Неупокоенный мертвец! Путник, зверски убитый в замке.

– А чего же он в замке, раз путник? Путников на большой дороге зверски убивали.

– Он попросился ночевать… ммм… была страшная гроза, молнии сверкали… путника просто не могли оставить за дверью в такую погоду, и он нечаянно стал свидетелем того, как граф из ревности задушил свою жену. Вот и путника тоже… того. И тайно закопали по приказу графа.

– Тогда рядом где-то должны быть графинины кости. Надо поискать, и будет у нас два привидения.

Поискали – нету графини. Обидно, но факт.

– Может, это сам граф, отравленный графиней?

– Или соперником?

– Или наследником?

Потом старожилы вспомнили, что никакие графья в их Иржиковом Вршке отродясь не жили, и совсем приуныли. И тогда выступил вперед один студент из Каролинума, из университета, он в Праге учился, а в деревне у родни гостил.

– Да что вы страдаете? Нет готового привидения – надо воспитать в собственном коллективе. Отправьте этого безымянного покойника в Прагу на практику. В Праге привидений много, они его научат, как людей пугать, как в темноте светиться, как выть дурным голосом. Через два года он вернется квалифицированным специалистом. А за этот срок вы ему место работы подготовите, замок отреставрируете. Хотя лично у меня сильное подозрение, что в этом якобы замке не графья жили, а коровки с овечками. Ну тут вам и карты в руки, что нареставрируете, то и будет.

– Да ведь это кости! – зашумели жители деревни. – Как из них привидение сделать? Ты умеешь, пан студент?

– Нет, нас в университете такому не учили, – сказал студент. – Зато мы проходили психологию. Будем действовать психологически. Мертвец, а мертвец! И не надоело тебе лежать в виде кучки костей? Ты же человек, а не набор для холодца!

Кости не ответили, хотя и не возразили.

– Ага, молчание – знак согласия, – обрадовался студент. – Не протестует – уже хорошо.

Кости явно не протестовали.

– Если бы ты, уважаемый пан покойник, собрал все силы и выделил из себя эктоплазму, из которой, как всем известно, состоят привидения, то тебе стало бы не в пример веселее, – продолжал студент. – Летал бы везде, общался… в Прагу вот поедем, столица все-таки. А то ты и при жизни поди из деревни не выезжал, да?

Кости снова промолчали.

– Опять же молчание – знак согласия, – сказал студент. – Диалог налаживается. Если ты хочешь сделать карьеру, то вставай и поехали со мной в Прагу. Каникулы кончаются, я тебя провожу до Малой Страны, там знаменитые привидения – Скелет-с-гвоздем-в-голове, Белая Дама, Монах-с-головой-под-мышкой и другие. Они тебя ремеслу научат. Вставай!

И тут на глазах недоверчивых жителей над костями показался синеватый дымок, потом он сгустился в подобие человеческой фигуры и сказал застенчиво:

– Не сможу я… мы не графы, мы из простых… сами мы не местные…

Зрители зааплодировали. Призрак перепугался и юркнул обратно в бедренную кость.

– Не пугайте его, он видите какой скромный, – сказал студент. – Мы по психологии проходили, это называется «заниженная самооценка» – когда человек… ммм… или призрак считает себя хуже, чем он есть на самом деле. Выходи, призрак, это даже хорошо, что ты не граф. Ты такой по-крестьянски крепкий и красивый, аж могучий!

– Да? – удивился синий дымок, выглядывая из головки бедренной кости. – А маменька меня заморышем звала. А тятенька вожжами изволил воспитывать да приговаривать: «У всех сыны как сыны, а у меня сопля какая-то хлипкая…»

– Так я сделался привидением, – закончил Практикант. – Студент увез меня в Прагу и выпустил на Малостранской площади. Там меня встретила пани Белая Дама и привела к вам.

– Да уж… – сказал Скелет-с-гвоздем-в-голове. – Ладно, надо помочь мальчику. Столичное образование и не из таких лопухов делало богатырей. Я так понимаю, мы собрались, чтобы составить учебный план для Практиканта?

– Я научу его выть! – обрадовалась Прекрасная Безголовая Лаура.

– Я научу самовозгораться, – предложил Огненный Скелет. – Но собрались мы не для этого. Дадут мне сказать или нет? Перебивают и перебивают!

И вспыхнул синим пламенем, но быстро потух, вспомнив про пана Карела.

– Мы собрались по моей просьбе, – сказал он. – Я обеспокоен. Куда-то пропал Монах-с-головой-под-мышкой.

– Эка невидаль! – поморщилась Белая Дама. – Загулял где-нибудь. Он и при жизни был непоседа.

– А может, у него любовь! – томно предположила Прекрасная Безголовая Лаура и посмотрела на Практиканта.

– Вы не поняли! – возмущенно вспыхнул Огненный Скелет. – Уже не одну сотню лет каждую пятницу в полночь я еду по улице Янский Вршек в черной карете, запряженной призрачными лошадьми. Катаюсь около часа, а потом проваливаюсь под землю с жутким грохотом. Туристы в восторге, а местные на шум жалуются – спать мешаю. И каждую пятницу ко мне подсаживается Монах-с-головой-под-мышкой, который вообще-то работает на соседнем Увозе, но по пятницам изменяет маршрут, чтобы встретиться со мной. У нас много общего, даже то, что оба – без голов. Мы болтаем, обмениваемся новостями, а потом расходимся: он к себе на Увоз – ездить на коне и вздыхать, а я – под землю. И он пропустил уже три пятницы! Я серьезно обеспокоен.

– А вы не поругались? – спросила Белая Дама. – Ты ведь вспыльчивый, мог его нечаянно обидеть. Может, он благополучно бродит по своему Увозу и дуется на тебя?

– Не ругались! И я не вспыльчивый! – возразил Огненный Скелет и полыхнул красным аж до потолка. – Был я на Увозе – пусто. Я же гвоздями не приколоченный под землей сидеть, могу выходить, когда надо. Уже пять ночей хожу по Увозу – нет моего друга! С ним что-то случилось!

– Прямо мистика и фильм ужасов. – И Скелет-с-гвоздем-в-голове недоуменно почесал гвоздь.

– Ну что могло случиться с призраком? – развела руками Белая Дама. – Все, что могло, с ним уже случилось при жизни.

Но Нарисованный Иезуит согласился с Огненным Скелетом:

– Это подозрительно, господа. Привидения никогда и никуда не пропадали – это же эктоплазма, а не живая материя. Объявляем розыск.

– Предлагаю кому-нибудь пробежаться по другим районам Праги и поспрошать тамошних привидений – может, наш Монах поменял место жительства, – сказал Скелет-с-гвоздем-в-голове.

– И сделает это Практикант, – поддержала Скелета Белая Дама. – Нам труднее удаляться от наших постоянных мест обитания, а ты, как приезжий, не прикреплен ни к какому району Праги и можешь свободно перемещаться.

– Ой! – перепугался Практикант. – А как же… Ой! Я заблужусь! Сами мы не местные… И они меня не будут слушать! Я же никто!

– Ты – полномочный представитель малостранских привидений, – строго сказал Нарисованный Иезуит. – Так что веди себя как посол – важно и с достоинством. Мы тебе расскажем, куда лететь, и кого спрашивать, и как нас вызвать, если что-то пойдет не так.

– Прямо сейчас полетишь за Влтаву, – перебила Белая Дама. – На Староместской площади, как обогнешь ратушу, прогуливайся возле дома «У минуты». Ты его сразу узнаешь – он весь расписной… но на всякий случай адрес: Староместская площадь, два. Ты хоть грамотный?

– Тятенька вожжами изволил сильно воспитывать, дабы книжную ученость постиг, – потупился Практикант.

– Хорошо. Итак, прогуливаешься ты, и встретится тебе Черная Дама. Это привидение, которое предсказывает будущее. Ты передашь привет от Белой Дамы. Она научит, что дальше делать. И держись подальше от Железного Рыцаря! На Платнержску улицу и не суйся!

– Может, мальчика сперва в Градчаны отправить? – предложил Скелет-с-гвоздем-в-голове. – В Старом Месте все привидения какие-то психованные – один Лохматый Дух чего стоит. Про Железного Рыцаря я уж молчу.

– В Градчаны я сама схожу, там деликатный подход нужен, – возразила Белая Дама. – Опять же Градчаны рядом, мне легко туда долететь.

– И ничего не психованные – нормальные в Старом Месте привидения, – заступился за староместских коллег Огненный Скелет. – Просто близко не подходи, они и не укусят. И передай привет от меня Огненному Скелету с Карловой улицы.

– Он ваш брат? – спросил Практикант, совсем погрустневший после упоминания о кусачих привидениях.

– Нет, – сказал Огненный Скелет. – Но мы оба огненные. Хотя он с головой, а я – нет. А вот и водяные пожаловали! Как всегда, к шапочному разбору.

В подвал зашли два осанистых молодца, оба с трубками, хотя все в Праге знали, что курить вредно. Один был в зеленых штанах, другой – в зеленой ветровке. Вполне нормальные люди, только с них почему-то вода капала. Все чехи знают, что водяного можно отличить по трем признакам: он всегда курит трубку, в его наряде есть что-то зеленое и с его одежды всегда капает вода.

– Карел, пива! – заорал один. – Пльзеньского проздроя три кружки!

– Пять! – заорал второй.

– Не Карел, а пан Карел, – скривился невесть откуда возникший хозяин и грохнул на стол шесть пивных кружек со слетевшей пеной. Остальные привидения завистливо покосились на кружки – им как бестелесным оставалось только любоваться.

– Зачем звали? – гаркнул первый, осушив махом две кружки. – Голем, что ли, приходил?

Скелет-с-гвоздем-в-голове вздохнул и начал пересказывать все, что написано в этой главе.

А в это время в соседней комнате…

– Дождь, что ли, начался? – спросил Добрыня Никитич Ваську Буслаева.

Семеро богатырей сидели в соседнем зале кабачка «У златехо преклику» и праздновали первый день пребывания в Праге. Они утомились после экскурсии и поправляли упавшие силы.

– Почему дождь? – Васька Буслаев автоматически глянул на потолок – нет, с него не капало.

– А вон прошли мимо нашего зала два мужика, у них с ветровок вода так и течет, – сказал наблюдательный Добрыня Никитич.

– Может, и дождь, – согласился Васька. – А тут не каплет. Пей!

– За дружбу! – поднял кружку Илья Муромец.

На крайнем стуле ерзала Снежка и вздыхала. Ей надоело сидеть и ждать, пока богатыри выпьют все имеющееся в кабаке пиво. «Надо что-то придумать, – соображала она. – Второго такого дня я не выдержу. Сначала экскурсия, потом пиво… пиво… пить вредно… ага! Есть идея!

Глава 5. Как перехитрить богатырей

К величайшему нашему сожалению, признаемся: Снежка историю не любила. Историчка у них в классе считала, что главное в ее предмете – это даты, а Снежкин организм был так неправильно устроен, что даты в нем не задерживались и шли навылет: из левого уха в правое. Богатыри на изучение истории тоже не вдохновляли, они были мужики конкретные и жили сугубо настоящим. Оно, может, и неплохо. Так что из истории Чехии Снежка помнила только, что чешский боевой топор называется валашка, имеет очень небольшое лезвие длиной около семи сантиметров, и им сражались разбойники в горах. Потому что историю оружия, в отличие от всей остальной истории, она даже не учила: в нее это все само влезло из разговоров с богатырями.

Так что четырехчасовая экскурсия, на которую богатыри отправились почти сразу из аэропорта, показалась Снежке тяжелым испытанием. Первые сорок пять минут (длительность урока) ей очень нравились улочки, усыпанные желтыми листьями, черепитчатые крыши, диковинные храмы и рассказы о безумных королях и страшных колдунах. Но потом, на Снежкин взгляд, пора было устроить переменку и что-нибудь съесть. Тем более они проходили мимо очень подходящей, на взгляд Снежки, кондитерской. Но экскурсовод неутомимо бежала дальше, и богатыри топали за ней, как рота на марше. Ну не рота, а отделение.

На третьем часу все короли, колдуны, привидения, алхимики и разбойники спутались в Снежкиной голове в большой колючий комок и катались там с тяжелым грохотом. А на четвертом часу Снежка даже решила, что с устатку ей уже всякие кошмарики мерещатся, как в телике фильмы ужасов. Потому что химера… вообще-то химера – это такое страшненькое украшение на соборах в виде монстрика из компьютерной игры. Так вот, каменная химера с собора Святого Вита явственно ей подмигнула и показала язык: «Бе-бе-бе!» Но Снежка не растерялась и тоже показала язык.

– Ты чего? – удивился заметивший это Добрыня.

– Нельзя показывать язык главному собору Чехии, это нехорошо, – заметил Сухман-богатырь. – Политически неправильно.

– Я не показывала язык, – быстро сообразила Снежка. – Я высунула его и сама на него посмотрела – на месте он или отвалился от бездействия. Сто лет уже ничего не ела. Скоро и зубы выпадут за ненадобностью.

– Да, – кивнул Васька Буслаев. – Пора пожрать. Терпи, Снега, сейчас эту площадь обойдем – и в кабак… э-э-э, то есть в столовую.

Богатыри по команде экскурсовода пошли вокруг Святого Вита, как детсадовцы вокруг елочки. Снежка незаметно отстала, присела на какую-то исторически знаменитую приступочку и спросила химеру:

– Чего дразнишься? Думаешь, высоко висишь, так по шее не схлопочешь?

Химера опять пошевелила высунутым языком и скорчила жуткую рожу – мол, не достанешь. Снежка вынула из кармана ветровки сюрикен – метательную звездочку – и метнула прямо в химеру. Сюрикен звякнул о высунутый каменный язык и отскочил, Снежка подобрала его и сказала:

– Будешь еще дразниться – бумерангом вдарю.

Бумеранга у нее с собой не было, это она наврала.

– Да меня так сделали – с высунутым языком, – оправдывалась химера. – Я же не нарочно.