Кто здесь босс?

- Это маленькое, черное платьице чертовски шлюшье. Зачем ты одела его? Тебе нравится дразниться, Пенни?

Ее рот открылся, и я видел ярость на ее лице. Она сделала глубокий вдох, и до того как она успела заговорить, я поднял свой палец, прижал к ее губам и покачал головой.

- Ты молчишь и прекращаешь дразнить меня.

Она втянула мой палец в рот, и мои глаза закрылись. Блять, это было такое нереально ощущение, пока я не почувствовал, как ее зубы сжались вокруг моей кожи до крови.

- Какого хрена, Пенни, - я вытащил палец от ее укуса, изучая его.

- Я не дразню тебя. Я ненавижу тебя, - она выплевывала свой яд, и мое сердце заколотилось сильнее.

- Ты чертовски дразнишься. Разве ты не замечаешь, как щеголяешь своим упругим, маленьким тельцем для каждого мужика здесь? - я прижал ее крепче к себе, когда мой пульсирующий член потребовал внимания. - Хочешь узнать, как ощущаются поддразнивания, Пенни? - ох, я отплачу ей той же монетой.

- Ты издеваешься? Каждая женщина здесь одета, как я, некоторые даже похуже

- Я не позволю тебе одеваться, как маленькая бродяжка, и заводить меня. Боже, да твои сиськи вываливаются через верх твоего платья, - сказал я, мои губы в нескольких дюймах от нее.

- Не позволишь?

Я немного отступил, пока пристально рассматривал ее платье еще раз, и облизал свои очень голодные губы. Дразнить ее так же сильно, как она дразнила меня за все эти прошедшие несколько недель - единственное, что было у меня в голове.

- Да. Ты выглядишь так сексапильно прямо сейчас, Пенни, и мне это не нравится.

- Иди на хрен, козел, - сказала она, ее пальцы сжались крепче на моей шее, ее ногти впивались глубоко, когда она прижималась плотнее.

- Идти на хрен? Нет, это ты пойдешь на хрен, - я провел своим носом вдоль ее нежной кожи, вдыхая вкусный запах ее тела.

Что я творю? Это сумасшествие какое-то.

- О, Боже, Тео.

Мое имя слетело с ее губ, и я выгнулся ближе, чтобы прошептать ей на ушко.

- Ты влажная, Пенни? Не сомневаюсь, что если проведу своими пальцами вдоль твоей киски, ты будешь вся насквозь мокрая, - она ахнула от моих слов. - Тебе понравится, если я надавлю на твой клитор и толкнусь своими пальцами так чертовски глубоко в тебя? Не сомневаюсь, что ты никогда не кончала так сильно, как могу заставить тебя я.

- Нет, - сказала она, пока раскачивалась своим бедрами напротив меня, слегка прикусывая зубами свою нижнюю губу.

- Не сомневаюсь, что если трахну тебя пальцем, твоя киска будет очень тугой. Такой сладкой, истекающей в мою руку, - ее голова откинулась на стену, и она хрипло простонала. Низкое рычание прогудело во мне от ощущения ее сладкой киски трущейся о мой член. О, Боже, я охренеть какой твердый.

- А потом после того, как ты кончишь на мою руку, я размажу все это по твоим сиськами и слижу. Ты же хочешь этого, не так ли? Скажи мне, как сильно ты хочешь, чтобы я втянул твои влажные соски в свой рот и прикусил их, заставляя тебя выкрикивать мое имя, - требовал я, мой пульс зашкаливал.

- Пожалуйста, остановись, - умоляла она, толкаясь ко мне. Ее слова говорили об одном, а голод в ее глаза говорил мне, что она хочет этого так же сильно, как и я.

- Пенни, ты чертовски дразнишь меня. Не сомневаюсь, что ты пахнешь так приятно, и что на вкус даже лучше, - опьяненный желанием, несущимся по моим венам, мне было необходимо зарыться своим толстым членом в нее по самые яйца.

- Ты хочешь, чтобы твоя маленькая киска обкончала всего меня? Мои пальцы. Мое лицо. Мой чертов член, - я прижался руками к стене радом с ней, обрамляя ее. Мои губы слегка коснулись ее, когда я произнес. - Тебе нравится, когда я дразню тебя, Пенни?

- Боже, да, в смысле, нет, - всхлипнула она, ее пальцы переплелись в моих волосах.

- Тебе нужно остановиться. Я не могу справляться с этим, - прошептал я. Она должна понять, что больше не может дразнить меня.

- Извини, - пробормотала она.

Она застонала, когда ее тело выгнулось под моим. Это было слишком интенсивно, мои чувства зашкаливали, когда я совершил ошибку, пристально посмотрев на ее лицо. Ее глаза зажмурены, щеки вспыхнули от возбуждения, и проклятых веснушек на ее переносице было слишком. Я отступил, и ее глаза распахнулись. Ее грудь поднималась и опадала, когда она уставилась на меня в ответ. Какого черта произошло?

Я опустил свой лоб, чтобы прислониться к ее лбу, и прошептал:

- Пенни, я никогда не был хорошим парнем, и не могу справляться с тем, что ты делаешь со мной.

- У меня есть парень, - она перебила меня.

Мое сердце колотилось в моих неверящих ушах. Разочарование окатило меня, затапливая. Я не мог поверить, что слова, которые она произнесла, укололи меня своим зазубренным значением.

- Блять, - я зажмурился, ударяя кулаком по стене.

Покачав головой, я ушел от нее, направляясь самым коротким путем к выходу.

Беги, - единственное слово в моей голове, пока я мчался к своей машине.

Беги от этой девчонки, от ее прекрасных глаз и чертовых милых веснушек.

Когда я сел внутрь, я глубоко вдохнул.

Я ударил ладонью по рулю.

Блять, я не ожидал ничего подобного.

***

Мне нужно выкинуть Пенни из головы раз и навсегда.

Я едва не зашел слишком далеко, я был готов взять ее прямо там, трахнуть у стены в «Мекке» несколько ночей назад, пока она не упомянула о парне и контузила всю мою систему. К счастью для меня, она все прекратила, потому что желать ее должно стать самым последним в моей голове.

Теперь «Операция Избавиться от Задницы Пенни» стала моей единственной миссией.

Когда подкатила пятница, я позвонил Блэр и сказал, что уже в пути. Она жила неподалеку от Саут- Бич, в тихом райончике.

Я забрался по каменным ступеньками ее переднего крыльца и остановился, закаливая себя, прежде чем постучать. Блэр - щекотливая тема для меня, и от мыслей видеться с ней никогда не становилось легче. Она была прекрасной для меня целую жизнь назад, но теперь, когда смотрел на нее, я видел только ложь и обман. После того как постучал в ярко-красную дверь, я забросил свои руки в карманы джинс и раскачивался на каблуках, пока ждал.

- Привет, как раз вовремя, - сказала Блэр с улыбкой, осветившей ее ореховые глаза. Ее длинные, черные волосы были скручены в пучок, и она бросила взгляд через свое плечо, пока наша дочь бежала по коридору позади нее.

- Папочка, папочка, - кричала Люси. Ее каштановая косичка подпрыгивала с каждым шагом. Протолкнувшись мимо матери, она бросилась в мои объятия. Блэр прислонилась к дверному проему, наблюдая, как я крепко обнимал ее.

- Привет, медвежонок Бу, - сказал я, называя ее прозвищем, которое придумал при рождении.

Три года она держала мое сердце в своих крошеных, невинных ручках.

Мы с Блэр встречались несколько лет назад, и когда она узнала, что беременна, я захотел жениться на ней. Я любил ее, или я так думал.

В день, когда запланировал предложение, я нашел ее в нашей квартире трахающейся с моим сводным братом, и мое сердце раскололось на миллион кусочков.

Худшей частью всего фиаско было то, что моя дочь была внутри нее, когда она трахалась с ним.

Я взорвался и больше никогда не разговаривал со своим братом. Блэр, однако, другая история. Мы разделили совместную опеку над нашей дочерью, и я оставался дружелюбным с ней ради Люси. Хоть Блэр и пыталась отчаянно втереться ко мне в доверие, даже после того, как я ушел от нее, я никогда не прощу ее предательства.

- Она только что поела, поэтому готова ехать, - сказала Блэр, вручая мне красный рюкзак Люси. - Повеселитесь, увидимся во вторник.

Мы помахали на прощание, и я поцеловал Люси в ее ярко-красную щечку, пока нес к машине.

- Готова убраться отсюда? - спросил я, пока пристегивал ее в кресле.

- Готова, - завизжала она.

Мы уехали, и я не мог дождаться, когда привезу ее домой. Я скучал по ней, когда ее не было рядом.

Отцовство изменило мою жизнь, и моя дочь стала всем для меня. Когда-то я не знал, как дожить до следующего дня. Было ли мне страшно? Да, блять. Я переживал обо всем. Жизнь была хороша, когда инвестируешь в недвижимость и все счета оплачены. Но мечта, когда-нибудь владеть баром никуда не делась, и я хотел отдать все, чтобы добиться этого. Жизнь в Саут-Бич с клубами вдоль Оушен Драйв - сердце города. Я хотел кусочек этого.

И теперь, в тридцать лет, я вложил большую часть денег в «Козла», и мне нужно, чтобы он заработал.

Жизнь была трудно, но найти любовь и  дружбу не получилось.

Хаос, головные боли и полное безумие стали частью моей повседневной жизни, и я бы ничего не стал менять. Жизнь отца-одиночки оставляла мало времени для любви.

Глава 8

Пенни

Не сомневаюсь, что никто не заставлял тебя кончать так сильно, как могу я.

- Ты заставлял, - кричал мой мозг.

За последние несколько дней после инцидента в клубе, я так и не покинула свою квартиру. Я убиралась и убиралась снова. Подметала, вытирала и отскребала каждую плитку на полу - все что угодно, чтобы держать свои мозги занятыми. Все что угодно, чтобы не думать о выражении на лице Тео, когда я сказала ему о своем парне. Когда он ударил рукой по стене, я почувствовала опустошение, льющееся из него.

Я избегала звонков Декса. Он звонил несколько раз за прошедшие недели, и каждый раз, когда я спрашивала о приезде домой, он должен был спешить к телефону. Растерянность из-за всего поселилась глубоко внутри меня. Чем больше я пыталась не думать ни о чем, тем чаще болезненное выражение лица Тело прокручивалось в моем гиперактивном мозге. Я - сучка, потому что не остановила это как можно скорее.

Его руки на мне - то, что я никогда бы не подумала, испытаю снова. Или желание, если честно, после того, как он обращался со мной в баре. Мое тело тянуло к нему, чертов предатель, и мне нужно держаться подальше.

Я худшая девушка на свете.

Когда наступило утро субботы, на повестке дня стояла работа.

Пока я заканчивала собираться, втирая лосьон в свои ноги, Марго бросилась на мою кровать.

- Моя жизнь хреновая, - пожаловалась она, когда прикрыла обеими руками свои глаза. Ее светлые волнистые локоны рассыпались по ярко-оранжевой наволочке.

- Что случилось? - спросила я, разглядывая ее.

Она приподнялась на локтях и свирепо уставилась на меня.

- У горячего борца есть подружка-шлюшка.

Я села на кровать, и приобняла ее за плечи.

- Мне жаль, Мар.

- Все нормально. Я разберусь с этим и найду себе кого-то нового для преследования.

- Угу, - прошептала я, едва слушая.

- Что такое? Что случилось с Тео в клубе той ночью? - она села и дожидалась моего ответа.

- Ничего не случилось. Совсем ничего, - частичная правда. Он не прикасался ко мне, но я чувствовала призраки его рук повсюду.

Я ненавидела себя, абсолютно ненавидела. Я ненавидела то, как завелась. Декс должен был быть в моей голове, но я не могла сосредоточиться из-за горячего дыхания Тео, который произносил все это мне.

Его непристойный рот, который я любила на пляже, теперь истекал ядом.

Когда я приехала на работу, мой желудок наполнился бабочками. Ужас обосновался во мне от встречи с Тео. Суббота - загружена, и я не могла дождаться, когда утоплю всю свою нервозную энергию, заботясь о счастливых гостях, которым потребуется немного выпивки, чтобы наслаждаться своим днем дальше.

- Готова к жаркому деньку? - спросил Сет, когда я встала за стойку.

- Слышала, он будет адским, - я стянула волосы в низкий хвост.

- Ага.

- Жаль, что у нас нет вентиляторов, - я чувствовала послеобеденную жару, повисшую в воздухе.

Толпа увеличивалась, пока мы потели под звуки Джимми Баффетта «Чизбургер из Рая» снова и снова.

Как так получилось, что Джимми Баффетт стал олицетворением музыки гавайского бара?

Я работала в баре на улице, в то время как Сет обслуживал клиентов внутри. Около трех часов я пошла на обед.

Я решила прогуляться по пляжу, позволяя соленому воздуху обдувать мою кожу. Я остановилась у нескольких торговых палаток, которые выстроились вдоль огромного тротуара Оушен Драйв. Бросив взгляд на лоток с украшениями, я заметила красивые, бирюзовый браслет с маленькой подвеской-черепашкой. Серебро и бирюза сверкали на солнечном сете. После покупки браслета, я надела его на запястье, и визжащий смех привлек мое внимание.

Внизу у воды, я увидела Тео, гоняющегося за маленькой девочкой с каштановыми волосами и в розовом купальнике, и сразу же поняла, что он не солгал в ту ночь, когда мы впервые встретились. Я отошла от лавки с украшениями и попыталась лучше рассмотреть. Он засмеялся, когда схватил ее и поднял над своими плечами.