Зверь

— Спасибо, что спас меня. Сейчас ты можешь меня поставить.

Зверь не был так уверен в этом, раз она продолжила наблюдать сцену боя с высоты, мускулы его плеч подрагивали, огромные бедра были напряжены, готовые к прыжку. Облака горячего пара выходили из его ноздрей, растворяясь в ночном воздухе как на шоу мага-фокусника.

— Все нормально, — сказала она, поглаживая чешуйки.

Забавно, можно было подумать, что чешуя должна быть грубой, но на самом деле она была гладкой и гибкой, аккуратное пересечение слоев вторило движениям дракона, отливая всеми цветами радуги на краю фиолетовых пластин.

— Правда, все хорошо.

Спустя мгновение шипастая хватка зверя расслабилась, и Мэри смогла спуститься на землю. Поправляя пальто и одежду, она оглянулась по сторонам.

Потом уперлась рукам в бедра и посмотрела вверх.

— Здоровяк, ты выполнил большую работу. Спасибо. Я горжусь тобой. — Когда зверь запыхтел и опустил голову, она похлопала его по морде. — Но нам пора. Ты вернешь Рейджа?

Огромная голова метнулась в воздухе, черная кровь лессеров, которых он сожрал, сияла подобно нефти на его груди и горле. Дважды щелкнул челюстями, клыки и зубы сомкнулись вмести со скрежетом двух внедорожников, столкнувшихся в лобовую. Затем раздался рев в качестве протеста.

— Все хорошо, — пробормотала она, поднимаясь на ноги. — Я люблю тебя.

Зверь склонил морду и выпустил влажный воздух.

И вот-так-просто, его тело рухнуло, как замок из песка смытый волной, восковая фигурка, расплавившаяся до бесформенной кучи. На его месте появился Рейдж, лицом на земле, его огромная татуированная спина изогнулась, обнаженные ноги поджаты к груди, словно желудок уже болел.

— Рейдж, — позвала она, сев на корточки рядом. — Любимый, ты вернулся.

Когда в ответ не последовало ни звука, даже привычного меня-сейчас-вырвет, она нахмурилась.

— Рейдж..?

Когда она положила руку на его плечо, татуировка дракона ожила на коже, передвинувшись так, что его голова сейчас была под ее рукой.

— Рейдж? — повторила она.

Почему он не двигался? Как правило, он чувствовал дезориентацию и боль, но он всегда поворачивался к ней, как татуировка дракона сейчас, ослепший, на звук ее голоса, в поисках ее прикосновения и связи.

— Рейдж.

Подхватив его под предплечье, она собрала все свои силы и перевернула его на спину.

— О… Боже!

На его груди была красная кровь. Среди черных пятен от тех, кого поглотил зверь, было вполне настоящее, вгоняющее в ужас, расширявшееся пятно красной крови в самом центре торса.

— На помощь! — закричала она. — Помогите!

Братья уже сбегались со всех сторон, покидая свои укрытия, пересекая поле боя, усеянное множеством лессеров. И прямо по их пятам, словно путеводная звезда благосклонного Господа, неслась передвижная хирургическая палата Мэнни… так быстро, словно добрый доктор вжал педаль в пол.

Мэри искала в толпе Вишеса, ведь у него был опыт в оказании первой помощи.

— Ты должен помочь ему!

Красное пятно… было прямо в центре его грудной клетки.

И у ее хеллрена было сильное сердце… но не пуленепробиваемое.

Что же произошло?

Глава 7

Вишес первым добрался до Рейджа, когда брат появился из плоти дракона… и дела перешли из разряда Хреново-До-Зверя в Еще-Хуже-После-Зверя. Парень не двигался, даже не реагировал на свою шеллан. Цвет его кожи стал серым, как у надгробного камня, и крови было немерено.

И это — вершина айсберга. Настоящая проблема в том, сколько крови попало в грудную клетку.

— Помоги мне! — закричала Мэри, прижимая руки к ране и надавливая так, словно могла перекрыть кровотечение. — Помоги ему, Боже, Ви…

Хорошие новости, что машина скорой помощи ударила по тормозам, Док Джейн была с Мэнни — хирург забрал Джейн из ее собственного фургона. Как только они распахнули двери скорой, оба доктора выпрыгнули наземь с черными сумками, забитыми медицинскими принадлежностями.

— Они здесь, — сказал Ви. Хотя эти двое мало что могли сделать.

— В него стреляли? Кажется, что его подстрелили… о, Боже…

— Я знаю, иди сюда. Позволь им взглянуть на его…

Мэри покачала головой, сопротивляясь.

— Он умирает…

— Им нужно место для работы. Давай.

Черт возьми, это его вина. Если бы он не сказал… но, блин, что за хрень? Видение было именно таким, здесь и сейчас: Рейдж валялся на спине, голый, залив все своей кровью, Ви держал Мэри, упирающуюся и рыдающую.

— Всего одно пулевое ранение, — громко сказал Ви. — Вероятно, сердечное кровотечение с тампонадой[20] и плевральным выпотом[21].

Боже, жаль он не мог заткнуть Мэри уши, но будто она и так не понимала, что происходило?

Доктора не тратили ни секунды, быстро снимая показатели, пока Элена сиганула назад к скорой и прикатила носилки.

Вишес встретил взгляд своей супруги, пока Джейн прослушивала сердцебиение Рейджа, и когда она качнула головой, он без слов понял, что его догадки подтвердились.

Дерьмо.

— Что они делают? — бормотала Мэри. — Что они собираются делать?

Ви сильнее сжал женщину в руках, когда она начала бормотать в его плечо, выворачивая голову, чтобы посмотреть на своего супруга.

— Они же помогут ему? Они же вылечат его… правда?

Джейн и Мэнни обменивались медицинскими терминами, и, уловив суть, Ви закрыл глаза. Когда он снова поднял веки, Мэнни был с одной стороны от Рейджа, вставляя в грудь трубку чтобы откачать кровь из легких, а Джейн делала пункцию перикарда[22] иглой длиной с ее руку.

Отчаянный шаг.

Как правило, эта процедура проводилась с участием ультразвука, но у нее не было выбора кроме как идти вслепую через пятый-шестой межреберный участок рядом с сердцем.

Если она промахнется? Зайдет глубже нужного?

Мэри забилась в его руках.

— Что они делают…

— У него остановка! — рявкнул Мэнни.

— Рейдж!

Элена была рядом вместе с пластинами, но к чему они при обильном кровоизлиянии? Черт, даже если трубка с иглой справились с задачей, ничто не залатает повреждения сердца. Единственный шанс — подключить парня к аппарату искусственного кровообращения, чтобы Джейн смогла поколдовать в менее кровавой и более спокойной обстановке и залатать разрыв или дыру.

Внезапно все замедлилось, когда Рейдж открыл глаза, сделал глубокий вдох… и повернул лицо к Мэри.

Побелевшие губы зашевелились.

Мэри рванулась в хватке Ви, и он отпустил ее к Рейджу. Ради всего святого, это могла быть последняя возможность женщины поговорить с любимым. Помириться с ним. Договориться о встрече в Раю.

Вишес нахмурился, когда к нему пришел образ его проклятой матери, лежавшей на кровати.

Тебе же лучше выполнить обещание, черт возьми, — обратился он к небесам. Тебе же лучше взять себя в руки и позаботиться об этой паре.

Мэри рухнула на колени рядом с головой Рейджа и приложила ухо к его губам. Она точно не заметила, как медики отошли, но Вишес знал, что это не предвещало ничего хорошего. Сердечный ритм, за которым они так тщательно наблюдали, не становился стабильней. Кровяное давление не становилось сильнее. Кровотечение не закрылось само по себе. А трубка и игла не зашли достаточно далеко.

Ви перевел взгляд на Бутча, и когда коп посмотрел на него в ответ, Ви подумал о том, как крепко они втроем спелись. Трио, так их называли. Не разлей вода и до боли бесючие, говоря словами Тора.

Ви оглянулся. Остальные братья окружили их, формируя стену защиты и беспокойства вокруг Рейджа и Мэри. Никто из бойцов не стал убирать оружие, периодически доносились выстрелы, когда они снимали лессеров, чьи полумертвые тела двигались чересчур энергично.

Мэри что-то отчаянно зашептала в ответ, и Вишес снова выругался, когда до него дошло, что даже если пара никогда не разлучится, все они потеряют Рейджа… и Мэри. Черт подери, было невозможно представить особняк без них.

Все не должно было произойти вот так.

К черту, подумал он, вспоминая свое видение. Он не хотел, чтобы все так закончилось.

Ви перевел взгляд на свою супругу, и когда Джейн покачала головой, он ощутил, как кровь застыла в венах.

Господи Иисусе, нет.

Внезапно на ум пришел Рейдж за настольным футболом в Яме. Тогда Брат не играл, он стоял сбоку, хомяча какой-то ролл-типа-с-буррито из «Тако Белл». На самом деле, его руки были забиты под завязку — в другой руке он держал чимичангу[23]. Чередуя закуски, сукин сын поедал четыре тысячи калорий, с учетом мятного мороженого с шоколадной крошкой, которое он стянул из их холодильника и половиной шоколадного торта, съеденного на десерт в особняке.

«Эй, Ви», — позвал Брат в какой-то момент. «Ты когда-нибудь сбреешь этот коврик на своей морде? Или продолжишь строить из себя наглядное пособие по тому, как не стоить использовать бритву?»

Офигеть как бесило.

И он бы отдал оставшееся яичко, чтобы увидеть это снова. Просто сказать «прощай».

Время было далеко не бесконечным, даже чересчур: не важно, сколько ты провел времени с любимым, когда наступает конец, его всегда мало.

***

— Я люблю тебя, — выдохнула Мэри. — Я люблю тебя…

Она смахнула светлые волосы с его лба, и кожа Рейджа была такой холодной и удивительно сухой. Его губы, покрытые кровью, шевелились, но ему не хватало воздуха в легких, чтобы заговорить… и, о Боже, они были серыми… его губы серели…

Она подняла взгляд на Мэнни. Дока Джейн. Элену. Потом встретилась взглядом с Братьями. Джоном Мэтью. Блэем и Куином.

В последнюю очередь она посмотрела на Вишеса… и далекий свет в его взгляде поверг ее в ужас.

Они сдались. Все они. Никто не стремился убрать ее с дороги, чтобы сделать интубацию ее супругу, разрядом тока заставить его сердце биться в прежнем ритме, вскрыть его грудную клетку и сделать все необходимое, чтобы привести все в порядок.

Рейдж выгнулся со стоном и снова отхаркнул кровь. Когда он начал задыхаться, Мэри открыла для себя новую грань ужаса.

— Я найду тебя, — сказала она ему. — На другой стороне. Рейдж! Ты меня слышишь? Я найду тебя на другой стороне.

Стоны и рокот в груди, выражение боли на лице, агония окружающих… глаза и уши заныли, все было настолько кристально-чистым, что навечно въелось в ее мозг. И, странно, но она подумала о Битти, ее маме и том, что произошло в клинике.

О, черт, если она покинет планету… что станет с девочкой? Кто будет заботиться о сироте так же, как она?

— Рейдж… — Мэри потянула его за плечи. — Рейдж! Нет! Не уходи, останься…

Позднее она попытается понять, почему именно в тот момент она сложила два-плюс-два. Гадать, как ей вообще пришло это в голову… размышлять в холодном поту, что было бы дальше… а что бы не было… если бы эта молния не сверкнула на ясном небе.

Порой трагедия-на-грани бывает такой же травмирующей, как и само столкновение.

Но Мэри осознает все позднее.

Когда ее любимый умирал, в то самое мгновение, как она ощутила, что его душа покидает тело, отправляясь в Забвение… внезапно и без обоснованной причины, она закричала:

— Переверните его на бок! Быстро!

Она начала тянуть его на себя, но ничего не добилась… он был слишком тяжелым, и она не могла толком ухватиться за его массивный торс.

Подняв взгляд, она указала братьям жестом:

— Помогите мне! Помогите, черт возьми!

Ви с Бутчем рухнули рядом на колени и повернули Рейджа на правый бок. Склонившись над супругом, Мэри была поражена увиденным. Яркие краски дракона выцвели, словно яркость изображения служила индикатором здоровья Рейджа. Сосредотачиваясь, она положила руки на зверя… и, Боже, неторопливая реакция дракона резала ее по-живому.

— Следуй за мной, — сказала она. — Мне нужно, чтобы ты последовал за мной.

Это было сумасшествием, когда она медленно повела ладони, огибая торс Рейджа… ею что-то двигало, некая воля, казалось, не принадлежавшая ей. Но она не станет ей противиться, раз изображение зверя последовало… и это было так странно: только добравшись до ребер Рейджа она осознала, что делает.