Деймон встал и, склонив голову, поцеловал протянутую руку. Все это он проделал с такой утонченной галантностью, что Нелли была поражена: неужели это тот самый неуклюжий медведь в затертой кожаной куртке и грязных сапогах?

— Как поживает самая очаровательная красавица Юга?

— О, Деймон, — к удивлению Нелли, Вэрина смутилась и зарделась еще больше. — Я просто дни считала, ожидая, когда ты, наконец, приедешь и станешь развлекать нас рассказами о своих приключениях.

— А я предвкушал, как буду рассказывать их в обществе самых красивых и внимательных слушательниц во всей Луизиане, — ответил Деймон, не выпуская руки другой своей тетушки.

Взгляд, брошенный в сторону Нелли, был для нее предупреждением: сейчас его необыкновенный шарм обратится на нее.

— Надеюсь, ты простишь меня, тетя Вэрина, но присутствие мисс Линд все время напоминает мне, что я должен обрести достойный вид.

— Конечно, мой дорогой, — Вэрина повернулась к сестре. — Ты слышала, Изетта? У Деймона есть, о чем нам рассказать.

Деймон Дюранд направился к двери, и с каждым шагом его теплое южное обаяние улетучивалось.

— Мисс Линд, я хотел бы поговорить с вами наедине.

Нелли вышла вслед за ним из комнаты, ее настороженность возрастала.

— Как долго она болеет? — спросил он безо всяких предисловий, едва закрыв за собою дверь.

— Не знаю точно, но, по-моему, около четырех — пяти недель. Доктор Макгрегор, я уверена, сможет вам все рассказать подробнее.

— А как давно вы сами здесь?

— Завтра будет три недели. Я приехала из Нового Орлеана на пароходе.

— Стало быть, вы откликнулись на объявление в «Пикаюне».

— Верно. А как вы узнали? — Нелли встревожилась: а вдруг она сделала что-то не так. — Я послала письмо в ответ на объявление ваших тетушек. Они искали компаньонку.

Деймон отвернулся и покачал головой. Ей стало немного не по себе. Он столь неожиданно ворвался в тихий, спокойный мир Роузвуда и так решительно взял все в свои руки, что это могло плохо для нее обернуться.

— Мои тетушки, мисс Линд, очаровательные, добрейшие создания, — произнес Деймон, и взгляд его стал таким жестким, что Нелли не выдержала и опустила глаза. — К сожалению, их щедростью часто пользуются.

Нелли вздрогнула: ведь это звучало почти как обвинение в ее адрес.

— Я здесь по их приглашению, мистер Дюранд, и, насколько могу судить по их словам, они вполне довольны моими услугами.

— Разумеется, довольны, — ответил Деймон и прищурил глаза, как бы заново изучая стоявшую перед ним молодую женщину. — Но я не уверен, что объявление в газете — наилучший способ искать компаньонку.

— А вам не кажется, что лучше всего обсудить это с вашими тетушками? — спросила Нелли и прикусила язык, тотчас пожалев о своей невольной резкости. Ей нужна была работа именно здесь, и на то имелись свои причины. Меньше всего ей хотелось вызвать к себе неприязнь Деймона Дюранда, ведь он мог ее попросту уволить.

Его пристальный взгляд нагнетал в ней нервное напряжение. Нелли опасалась, что на этот раз он заметит в ее облике все то, что так любят обсуждать сплетницы: потертые манжеты на рукавах, пожелтевшие кружева на воротнике… С огромным усилием она преодолела порыв спрятать руки за спину.

— Маса Деймон, сэр, — послышался голос снизу. — Пришел доктор Макгрегор. Я провел его в библиотеку. Вы сказали, что хотите с ним поговорить.

— Да, спасибо, дядя Кейто. — Деймон снова обернулся к Нелли. — Что ж, мисс Линд, пока продолжайте свою работу. Но запомните на будущее: кто бы ни устанавливал здесь правила, ко мне они относиться не будут.

— Да, сэр, — ответила Нелли с легким холодным поклоном. И только когда он повернулся и стал спускаться по лестнице, она позволила себе вздох облегчения.

Деймон вошел в библиотеку. Стоявший у окна доктор Теофилус Макгрегор обернулся на звук его шагов. В его рыжей шевелюре было теперь гораздо больше белоснежных прядей, чем два года назад при их последней встрече, но улыбка оставалась такой же теплой.

— Добро пожаловать домой, сынок. Рад, что ты снова здесь. Мы с твоей тетушкой Вэриной каждый день об этом молились.

— Здравствуй, Макгрегор, — Деймон тихо закрыл дверь и направился к окну, чтобы пожать доктору руку.

Шотландец был не просто их семейным врачом, он уже давно стал их общим другом и настолько преданным, что не всегда был способен проявлять объективный подход к делам семьи, как того желал бы от него Деймон.

— Твое письмо я получил всего несколько дней назад. Почему мне раньше ничего не сообщали о ее больном сердце?

Макгрегор пожал плечами.

— Потому что раньше не было причин для беспокойства, Деймон.

— Так что же все-таки произошло?

Доктор опустился в кресло, стоявшее у письменного стола.

— Примерно четыре недели тому назад мисс Вэрина послала за мной Элайджу. Изетта пожаловалась на боли в груди и слабость. Тогда я впервые об этом услышал, — Макгрегор медленно покачал головой — Для меня это стало полной неожиданностью. Ведь твоя тетя всегда была такой… энергичной.

Деймон опустил глаза и задумчиво уставился на орнамент восточного ковра. Присев на край стола и наблюдая за Макгрегором, он вдруг понял, что не он один любит свою тетю Изетту.

Вэрина — ласковая и добрая душа, а Изетта — сердце и мозг дома, спинной хребет семьи Стерлинг Она умеет мгновенно проникнуть в суть проблемы и тотчас ее решить. И даже если при этом кого-нибудь смутит или расстроит, ее откровенность все равно вызывает уважение.

— Она нуждается в особом лечении? — спросил Деймон.

— Лучшее средство — это покой и положительные эмоции, — ответил Макгрегор, подняв на Деймона глаза. — И, конечно, специальные лекарства.

— И долго тетя Изетта будет болеть?

— Пока не окрепнет и не наберется сил. Думаю, недель восемь.

Встревоженный его ответом, Деймон встал.

— Ей настолько плохо?

— Да нет же. Просто я основываюсь на течении болезни. То она утром встает, как ни в чем не бывало, будто совсем здорова, а то вдруг вообще не хочет подниматься с постели и готова только слушать, что ей читает мисс Корнелия. Но мне кажется, она идет на поправку. Во всяком случае, ее сердце бьется ровно, да и твой приезд, надеюсь, ускорит ее выздоровление.

— Я тоже надеюсь, — с глубоким облегчением выдохнул Деймон. Будто камень у него свалился с души. Значит, он не потеряет свою тетушку. За это можно и выпить.

Открыв дверцу шкафчика с напитками, он достал графин с бренди, налил в две рюмки и передал одну Макгрегору. А когда поднял к губам свою и обвел взглядом комнату, то просто замер от удивления — библиотека выглядела совсем по-другому.

— Что здесь происходит? — спросил он доктора и поставил рюмку на стол.

— Стало намного лучше, ты не находишь? — улыбнулся Макгрегор, оглядывая стены. — Это все мисс Линд придумала. Ты уже с нею познакомился? Она сняла с окон старые тяжелые занавески, чтобы отдать их в стирку, но потом решила не вешать их обратно.

Здесь стало гораздо светлее, и картины лучше смотрятся, правда?

Большая, светлая, полная свежего воздуха комната была совсем не похожа на ту темную, душную библиотеку, какую он помнил: книжные шкафы от пола до потолка, мрачные бархатные занавески на длинных узких окнах — все это создавало атмосферу отшельнической отстраненности от внешнего мира. И вот эта атмосфера исчезла.

Теперь золотые буквы на корешках книг сверкали в лучах заходящего солнца, а заново отполированные полки из благородной древесины придавали обстановке солидность. Гармония ощущалась во всем — в каждой мелочи, в каждой вещи, подобранной с тонким вкусом. Деймон словно новыми глазами увидел и вазы с благоухающими цветами, и камин из итальянского мрамора, и полотно Констебля, наконец-то нашедшее самое лучшее по освещению место на стене библиотеки.

И все же столь явное свидетельство присутствия Корнелии в Роузвуде чем-то встревожило Деймона.

— И когда же эта мисс Линд начала здесь хозяйничать?

— Да почти сразу, как приехала, — ответил Макгрегор. — Должен сказать тебе, Деймон, ее нам просто Бог послал. Очень толковая и деятельная. Изетта и Вэрина сразу же оценили ее. Дядюшка Кейто и Клео тут же бросаются исполнять любую ее просьбу. В этом она обошла даже Изетту и управляет домом одним мановением пальца.

— А что нам известно о ней? — спросил Деймон и, подняв свою рюмку, без особой охоты отпил глоток. Облегчение, которое он было почувствовал перед тем, куда-то испарилось.

— По моему совету Изетта и Вэрина дали объявление в одной новоорлеанской газете, что ищут компаньонку, которая разбиралась бы в сердечных болезнях. Мисс Линд ответила. Ее опыт и рекомендации оказались просто поразительными.

— А разве не так же было и с французской горничной? — напомнил Деймон, не отрывая взгляда от доктора. — Ведь ты не хуже меня знаешь все эти истории с моими тетками. Всякий раз, когда они нанимают кого-то по объявлению, дело кончается плохо.

Макгрегор, конечно же, знал, о чем идет речь. Много лет тому назад тетя Изетта и тетя Вэрина решили, что им нужна горничная — француженка, которая могла бы обновить их гардероб по последней моде, делать самые модные прически и все такое прочее. Им захотелось этакой особой изысканностью произвести впечатление на молодых леди в округе. Горничная, нанятая сестрами по объявлению, научила их кое-каким приемам опытных красоток и скрылась, прихватив с собою фамильные драгоценности семейства Стерлинг.

В полном смятении Изетта и Вэрина послали за Деймоном в надежде на то, что он сможет найти и вернуть украденное. Почти целую неделю он рыскал тогда по маленьким улочкам Нового Орлеана, пока не нашел ювелира, купившего драгоценности, но обнаружить девицу ему так и не удалось. Зато он выяснил, что она служила в одной креольской семье, но вовсе не занималась туалетами своей хозяйки, а была просто кухаркой, хотя и с претензиями на большее.

Макгрегор хмуро кивнул головой.

— Да-а, я помню эту французскую служанку, а еще цыгана-прорицателя.

— Ну, конечно, как я мог забыть, — скривился Деймон. — Предсказывал будущее и смог убедить тетушек, что знает точно, в какие годы лучше сажать сахарный тростник и сеять хлопок. Но, пожалуй, самая дорогая и глупая авантюра — это идея создать машину, в которой фрукты будут долго храниться в холоде.

— Стоп, стоп, стоп, — Макгрегор поднял руки в знак протеста. Он явно не хотел слышать ничего осуждающего в адрес Изетты. — Относись с уважением, сынок, к идеям своей тети. Идея холодильной машины имеет свои достоинства. Изетту иногда заносит, это правда, и она умеет настоять на своем, однако у нее бывают и хорошие проекты.

— Но ведь проект холодильной машины стоил ей кучу денег, — не отступал Деймон.

— Ты должен понять: твоя тетя Изетта своего рода провидец. Поверь мне, она способна заглянуть в будущее и представить себе, какие при этом открываются возможности.

— Тогда скажи мне, что такое особенное она увидела в этой мисс Линд? — с насмешкой спросил Деймон.

— Ну, во-первых, мисс Линд нельзя и сравнивать с французской горничной или шарлатаном-прорицателем, — отпарировал Макгрегор. Глотнув бренди, он продолжил: — Прости за откровенность, но будь я проклят, если позволю относиться к мисс Корнелии, как к очередной проходимке, удостоившей своим вниманием Роузвуд. Она представилась мне по-деловому, без какого-либо дамского кокетства, предъявила хорошие рекомендации и доказала, что обладает необходимыми знаниями и опытом работы с больными. Корнелия — это именно то, что нужно твоей тете. — Макгрегор допил остатки бренди.

— Ну, ладно, док, не обижайся, — Деймон снова наполнил рюмки. Закрыв графин, он снова присел на край стола. — Лучше расскажи о других достоинствах мисс Линд.

— Она благоразумная, энергичная и веселая. Не боится тяжелой работы. Ты посмотри, что она сделала с этой комнатой. Более того, она обладает хорошим вкусом и разбирается в искусстве. Это нравится твоим тетушкам. Лично я очень доволен ее присутствием в Роузвуде.

— Удивительное многообразие талантов, — задумчиво произнес Деймон, отпивая глоток бренди, — Она сумела заслужить твое уважение, оказалась не только хорошей медсестрой, но и любительницей искусства. В Роузвуде так много ценнейших художественных произведений, я подозреваю, что их даже больше, чем мы себе можем представить. Просто рай для специалиста в этом деле.

— Что ты имеешь в виду, Деймон?

— А то, что близорукая, с жабьим лицом сиделка из здешних мест сделала бы мою жизнь более спокойной.

— Могу тебя заверить, что здесь сиделки не найдешь, — глядя в стакан, произнес Макгрегор. — И уж тем более с таким опытом, как у мисс Линд.

— Это-то меня и беспокоит, — отметил Деймон.

Стук в дверь прервал его размышления о мисс Линд.

— Входи, дядя Кейто.

— Это я, джентльмены, — заглянула в дверь мисс Линд, и ее накрахмаленная юбка зашуршала в проходе. — Вам ничего не нужно? Если хотите, дядя Кейто принесет вам что-нибудь поесть.

Деймон встал и на сей раз внимательно пригляделся к тетушкиной компаньонке. Раньше ему было не до этого: он слишком тревожился о состоянии здоровья своей ближайшей родственницы.

Поставив на стол коньячную рюмку, он двинулся навстречу мисс Линд с намерением выискать в ней какие-нибудь недостатки, а вместо этого поймал себя на том, что не может оторваться от ее синих-пресиних глаз — такого цвета бывает вода в летнем ручье. Она встретила его взгляд безо всякого смущения.

Он остановился перед ней и уловил легкий аромат сирени. Ее густые каштановые волосы были аккуратно зачесаны назад, на висках подрагивали локоны, а мягкие пряди, спускаясь на нежную шейку, вызывали желание ее поцеловать. Он представил себе, как расстегивает одну за другой мелкие пуговки и гладит ее белые плечи, как руки его опускаются все ниже и ниже…

— Вы что-нибудь желаете, мистер Дюранд?

Мисс Линд вопросительно склонила голову, но глаз не отвела.

Деймону пришлось сделать над собой усилие, что бы подавить в себе порыв желания. «Ты не в Техасе, напомнил он себе. — Джентльмену нельзя обнаруживать свои аппетиты». А главное, ей совсем не обязательно знать, что он находит ее чертовски привлекательной.

— Корнелия, дорогая, — Макгрегор встал со стула, будто вошла не прислуга, а леди. — Как себя чувствует сегодня мисс Изетта?

— Здравствуйте, доктор Макгрегор. — Мисс Линд окинула Деймона холодным осуждающим взглядом и продолжила: — Боюсь, сегодня она не пожелает лежать в постели, ее очень взволновал приезд мистера Дюранда. Для нее это такая радость, что она хочет вместе со всеми поужинать сегодня в столовой.

— Что ж, признак хороший, — сказал Макгрегор, и на его багровом лице расплылась широкая улыбка. — Твой приезд, Деймон, явно пошел ей на пользу. Надеюсь, ты останешься здесь надолго.

— Я буду здесь до тех пор, пока не буду уверен, что она в самом деле выздоравливает. — Деймон обожал своих тетушек, но никогда не оставался в Роузвуде дольше, чем это было необходимо. Ни минуты больше.

— Вот и хорошо, — одобрил Макгрегор решение Деймона и потянулся к своей черной медицинской сумке.

Мисс Линд повернулась к Деймону.

— Дядюшка Кейто сказал, что ванна ждет вас, а как только вы сами будете готовы, вам в гостевой дом принесут чистое белье.

— Доктор Макгрегор, объясните, пожалуйста, мисс Линд, что я не собираюсь загрязнять этот дом, — парировал Деймон. Его разозлило, что она столь решительно пытается заставить его вымыться. И чтобы подвергнуть сомнению ее уверенность в своей праведности, он с язвительной усмешкой добавил: — Не будь я джентльменом, я мог бы подумать, что за всеми этими разговорами о ванне и чистом белье кроется неприличный для леди интерес к моей особе.

Потрясенный Макгрегор не смог даже рта раскрыть для должного ответа.

Вежливая улыбка мисс Линд превратилась в ледяную.

— Вряд ли это тот случай, мистер Дюранд. — Она слегка подняла брови и скептическим взглядом окинула Деймона с головы до ног. — Прошу меня извинить, если я произвела на вас ложное впечатление. Мне лишь хотелось, чтобы горячая ванна и чистое белье создали вам ощущение комфорта после длинной дороги. Нет нужды принимать ванну ради меня. — Она принюхалась и с оттенком отвращения в голосе добавила: — Разумеется, если вам так хочется, вы можете прийти к ужину и в таком виде.

Прежде чем Деймон смог придумать подобный же уничижительный ответ, Корнелия захлопнула перед ним дверь.

Макгрегор смотрел на него с усмешкой.

— Знаешь, в чем дело, сынок? Ты слишком долго скакал по техасским долинам. И твою южную галантность сдуло ветром.

Деймон протянул руку к своей рюмке с бренди.