Невеста в бегах

— Не рви палец, — буркнул он. — Добровольно принятое кольцо может снять лишь тот, кто его надел. И вообще, радуйся. За такое колечко даже принцесса бы удушилась.

" Добровольно? — про себя возмутилась Летта. — Околдовал голосом, пообещал весь мир к ногам и всучил, гад! — она едва не кипела от негодования. — Вот встречу в следующий раз — выскажу все, что думаю, и не только про его золотые бесстыжие глаза! Взяли моду несчастных девушек охмурять. Надо будет расспросить про этих айтов магистра, что в них такого замечательного, что даже принцессы душатся? Я кроме смазливой рожи и умений манипулировать голосом, ничего не заметила. Барс и тот загадочнее!".

— Неужели ты ничего про айтов не слышала? — недоверчиво смотрел на Летту Борг. Он внимательно вглядывался в глаза девушки, которую про себя уже называл подругой, ведь она приняла цветок милидии, а значит, согласна на его ухаживания, и не видел в них ни капли восторга от неожиданного статуса невесты, наоборот, Летта выглядела испуганной и обозленной. — Такого не может быть! Да о них все девчонки мечтают! — уже более довольным голосом воскликнул он и пришпорил лошадь.

"Я не все, у меня склероз, — весело подумала Летта. — Значит, Дикникомуне рассказал, что я потеряла память. Вот умничка". Настроение было хорошее. Не верилось ей, что айт хотел сделать гадость, вручая нищенке свое колечко, скорее всего наоборот, таким образом, пытался ее от чего-то защитить. Знать бы еще от чего.

Летта подняла руку, посмотрела на тонкий золотой ободок, затем перевернула ладонью к лицу и про себя ойкнула. На том месте, где должна была быть линия жизни, появилась коротенькая черточка, и рядом, почти сливаясь с нею, виднелся едва заметный штришок линии сердца. Хм… выходит каждым своим поступком она рисует новую судьбу?

Алмар

— О, счастливый влюбленный жених, поведай скудоумному магу, что тебя дернуло отдать свое парное кольцо этой девчонке? — Алмар отложил в сторону просматриваемые счета и с любопытством глянул на плюхнувшегося напротив брата.

Алия подняла глаза от вышивки и укоризненно посмотрела на негомол, не подобает высокородному саю так разговаривать со старшим братом. Алмар сделал вид, что не заметил взгляда.

— Сай Антео, тебя можно поздравить с обручением? — поинтересовалась Алия, тонко улыбнувшись, но Алмар успел заметить разочарование и обиду, мелькнувшую в глазах женщины.

— Можешь, можешь! — хохотнул он. — И представляешь, наш циничный, холодный и бессердечный сай назвал своей избранницей не сатию2, не принцессу и не благородную даму из своего сословия. — Алия удивленно приподняла красивые брови, таким образом выказывая недоверие. — А заурядную человеческую девчонку, ученицу мага и слабенькую травницу, — довольный произведенным эффектом закончил Алмар и отсалютовал брату бокалом.

— А кое-кто валялся у нее в ногах и выпрашивал ласки, — пробурчал Тео себе под нос, прекрасно зная, что брат его услышит.

Алия отложила в сторону вышивку.

— А что скажет ваш отец?

— Он не возражает, — беспечно махнул рукой Алмар, прекрасно понимая, что без консультаций с родителями Тео ни за что бы так не поступил. В их семье никогда не приветствовалась самодеятельность в вопросах выбора партнера, даже наложницы проходили тщательную проверку.

— Вот как, а я всегда считала, что ванирам запрещено вступать в межвидовые браки вне своей касты.

— Запрещено, но есть исключения, — с улыбкой пояснил Алмар, бросая взгляд на свое парное кольцо, толстым ободом украшающее безымянный палец правой руки.

— А тебе? — Алия закусила губу, испугавшись, что вопрос, непроизвольно сорвавшийся с ее губ, может показаться любовнику бестактным. — Простите мою несдержанность.

— Почему ты это спросила? — старший внимательно всмотрелся в лицо слегка испуганной женщины.

— Я надеюсь, что когда-нибудь… — смутилась Алия.

— Ты же знаешь, без разрешения Владык Алмар не сможет ответить на этот вопрос. Мы обсуждали это с твоим отцом, — холодно произнес Антео, сразу превращаясь из лениво-расслабленного айта в жесткого профессионала. — Алия, не забывайся. Ты здесь до тех пор, пока у глав наших родов имеются общие интересы. Ты заложница, как и его высочество Алмар, и не вам решать свои судьбы.

Мужчины замолчали, ожидая вопросов или возмущения, но Алия молчала. В глазахАлмара скользнуло разочарование, он так надеялся хоть на какое-то проявление эмоций у этой холодной женщины.

— Дорогая, — мягко произнес он, — у нас будет время это обсудить.

— В таком случае я распоряжусь, чтобы слуги подали ужин в янтарной столовой. Помолвку сая Антео нужно отпраздновать, — и женщина с идеально ровной спиной вышла из комнаты, но братья успели заметить блеснувшие слезинки в уголках карих глаз.

— Ну и зачем ты устроил это представление? — поинтересовалсяАнтео, наливая себе вино из пузатой зеленой бутылки.

— Пытаюсь вызвать в ней хоть какие-то эмоции, — недовольно сообщил младший, моментально прекратив кривляться и строить из себя весельчака. — За два года я так и не понял, что она за человек. Постоянно сдержана, учтива и приветлива. Даже не знаю, как Алия ко мне относится. На самом деле она увлечена или только выполняет свою часть сделки?

Антео задумчиво кивнул головой.

— Ты ведь знаешь, кто за ней стоит? Поэтому я и хочу, чтобы она была рядом с тобой. Пока они надеются заполучить тебя в мужья, тебе ничего не угрожает.

Алмар лишь по-звериному фыркнул на это заявление.

— Ты же ее предупреждал, когда подкладывал в мою постель, что это невозможно.

— Женщина, — пожал плечами Антео, — а как было с Хейдой? — с любопытством спросил старший, протягивая к камину длинные ноги.

— Хейда все время пыталась мне доказать, что она сильная магиня. Это было словно соревнование, кто кого. Было интересно. Но она слишком преклоняется перед айтами и все время пыталась вызнать наши секреты. И все равно я с удовольствием вспоминаю Хейду. Кстати, наш роман добавил ей сил.

— А ты? Любил ее?

— Тео!

— Прости. Больше не буду. А насчет Летты… Ты не допускаешь мысли, что она мне понравилась? — Алмар закатил глаза, всем своим видом показывая, что шутку он оценил, Тео сделал вид, что оскорбился. — Ну и зря. Она забавная, любопытная, смелая и в ней есть потенциал. Думаю, девочка еще всех удивит. Не красавица, конечно, — он следил за братом сквозь бокал с медовой жидкостью, но Алмар никак не отреагировал на это замечание. — Изначально я хотел просто повесить на нее защиту и маяк, а потом передумал.

— Ты не должен рисковать. Если отец объявит Охоту, у тебя должно быть преимущество перед другими соискателями.

— Знаешь, иногда я завидую людям, несмотря на короткий срок жизни, они успевают так много.

— Мы не выживем без людей. Если нашим воинам негде будет воевать, а магам негде оттачивать свое мастерство… — Алмар многозначительно замолчал.

— Поэтому я решил, что будет весело наблюдать за врагами, когда они обнаружат наизбранной твою метку и мое парное кольцо, — резко закончил Антео, кивнув на дверь, где спустя мгновение появилась фигура слуги с подносом, на котором стояли кальян, ваза с фруктами и глиняная бутылка.

Братья подождали, пока слуга удалится, и продолжили разговор.

— Твое кольцо даст ей небольшую защиту и позволит всегда найти девушку, скрыв от магов наш интерес к ней, а моя метка заставит любого айта и тебба помогать избранной, — ухмыльнулся Алмар, констатируя известным обоим факт.

— Именно! И я развеюсь, а то последнее время слишком тихо.

— Но вдруг она в тебя влюбится?

— А вот это вряд ли. Я не произвел на девушку совершенно никакого впечатления. Даже обидно, — безмятежно произнес Антео.

Алмар смотрел на брата и не верил ему. Не тот сай Тео, чтобы совершать необдуманные поступки только ради того, чтобы повеселиться. Нет, иногда его шуточки выводили из себя даже весьма сдержанного деда, не говоря уж о придворных, но не в этот раз. Брат затеял очередную интригу, и Алмар, как всегда, будет в ней фигурой, которую разыгрывают втемную. Иногда быть младшим в правящей семье та еще головная боль. Придется вести себя более осмотрительно.

* * *

— Владычица Елена к главе департамента безопасности саю Антео!

В приемную стремительно вошла стройная красивая женщинав сопровождении фрейлин. Темно зеленое бархатное платье с высоким воротом оттеняло глубину изумрудных глаз, в которых светилась легкая тревога. Антео залюбовался Владычецей — выразительные глаза, идеальной формы нос, чувственные губы и шикарные темно-каштановые волосы, заплетенные в две толстые косы создавали неповторимый облик. Неудивительно, что отец так любит эту женщину. Фрейлены присели, давая Антео возможность оценить вид сверху, чем он незамедлительно и воспользовался, получая истинное удовольствие от вида на глубокие декольте придворных дам. Он поклонился матери и подмигнул рыжеволосой сатии, про себя твердо решив, что вечером посетит женскую половину дворца.

— Приветствую, ваше величество. Как ваше драгоценное здоровье?

— Благодарю, все в порядке. У меня есть несколько вопросов к вашему высочеству.

— В таком случае, прошу в мой кабинет.

Оказавшись в кабинете, Елена улыбнулась и обняла Антео.

— Вы выглядите устало. Мне не нравится, что ваше высочество не следит за своим здоровьем. Я хочу, чтобы вы нашли время показаться придворному лекарю, — она отпустила сына, села на диван, расправив юбки, и окинула Антео внимательным взглядом. — Рассказывайте. Какая она?

— Что-то вмешалось в процесс, и перенос прошел не так, как мы рассчитывали. И теперь избранная — это семнадцатилетняя немая нищенка, которая помнит о своем мире, но ничего не знает о нашем. — Владычица нахмурилась. — Когда Мар об этом сообщил, — продолжил Антео, — я провел расследование и узнал интересный факт. Графство Луань находится на границе с герцогством Чедре и давно являлось лакомым куском для нынешнего герцога. Сам он открыто не нападал, так как старому графу покровительствовал король, которого он когда-то спас. Зато герцог намекнул своим вассалам, что жаждет увеличить владения за счет земель соседа. Четыре года назад на графство напали. В тот момент хозяина с детьми в замке не было, но воинам гарнизона под командованием двоюродного брата графини, гостящего у сестры, удалось удержать замок. Виоле Луань в то время было двенадцать, а ее младшему брату семь лет. Графа с детьми перехватили, когда они в сопровождении небольшого отряда возвращались домой с ярмарки. Они пытались сопротивляться, но были разгромлены, и граф сдался, когда пленили детей. Его убили на их глазах, а наследника с сестрой отправили к герцогу в сопровождении нескольких воинов. В пути на них напала стая волков. Погибли все, кроме девочки. Как юная графиня смогла уцелеть — никто не знает, но через полгода она объявилась в Туризе, где ее и подобрала "тетушка Сейша" — хозяйка дешевого борделя. Женщина пыталась найти родителей девочки, поняв, что перед нею не простолюдинка, и даже приезжала в Луань, но на тот момент мать девочки, графиня Барбара, окончательно сошла с ума, в один день потеряв и мужа, и детей. Не получив за девочку выкупа, о ней забыли. Для борделя она была слишком мала, а когда подросла, Сейша уже кормила червей, убитая одним из своих клиентов. Так она и осталась при кухарках в банде. Остальное, вы знаете.

— Бедный ребенок, — со вздохом произнесла владычица, — надеюсь, в том месте, куда она попала, ей будет лучше. Но это хорошие новости. Если избранная благородной крови, то наш план может осуществиться. Что вы о ней скажете? Как прошел обряд? Надеюсь, вы вели себя достойно и не перепугали девушку своими неуместными шутками?

— Ваше величество, не следует верить всему, что обо мне говорят придворные дамы, — укоризненно произнес Антео, глядя на мать честнейшими глазами. — Она умна, любопытна, бесстрашна и обладает чувством юмора, — улыбнулся принц, вспоминая, как Летта гладила снежного барса. — И мне ни за что не удалось бы надеть ей кольцо, если бы я не применил эмпатию.

— Вы ей не понравились? — удивилась владычица.

— Совершенно, — весело сообщил Антео. — Это не ваши фрейлины, которые готовы отдаться, лишь пальцами щелкни. Летта решила, что на меня лучше любоваться издали, а вот малыш Алмарик произвел на нее впечатление.

— Нужно проследить, чтобы с девушкой ничего не случилось, и приставить к ней охрану, — строго произнесла Елена. — Кто сейчас находится недалеко от избранной?

— Ромариз. Я пошлю ему сообщение.

— Это тот воин, который увел у вас десять лет назад девицу Руману?

— Если бы только ее! — беззлобно буркнул принц, в очередной раз, поражаясь памяти владычицы.

— Не боитесь, что Летта им серьезно увлечется?

— Надеюсь, на ней он обломает свои ровные зубки.

— Вы не должны так говорить. Это недостойно высокородного сая. Вам уже доложили, что среди тайши начались волнения? Ваше высочество, я не потерплю, если в моем государстве случится гражданская война! Даю три дня на поиски подстрекателей. И не забудьте навестить его величество.

С этими словами владычица покинула кабинет главы департамента безопасности.

Антео проводил мать, пообещав сходить к отцу, плюхнулся за стол, сгреб в сторону бумаги и, положив перед собой чистый лист, разделил его на несколько частей.

В стране правили сословия, объединяющие множество профессиональных классов. Сам он, как и его семья, принадлежал к высшей касте — ваниров. Чуть ниже на иерархической лестнице находилось сословие воинов, следом за ними шли люди творчества, служители всевозможных культов, учителя и духовники из касты манов, и только потом каста тайши — сословие рабочих и торговцев. Еще была самая низшая каста крестьян и рабов- иолаты, но о ней вспоминали крайне редко. До сих пор только мужчины воины и маны могли брать в жены женщин из каст более низкой ступени. Ваниры очень строго следили за чистотой своей крови и таких браков не допускали, а тайши не стремились к выбору, их устраивало текущее положение дел. До настоящего времени. И вот теперь кто-то вновь начал раскачивать лодку, пытаясь протащить через Собрание глав классов закон о неравных браках. Именно тогда, когда Владыки решились вывести страну из добровольной изоляции и заключить союз с людскими мирами.

— Пригласи ко мне всех свободных агентов, — приказал Антео адъютанту, и подумал, что сегодня на женскую половину он не попадет.

Летта

Стемнело, и на ночлег Борг велел остановиться на постоялом дворе большой деревни со смешным названием Курочки. Летта, еще не совсем оправившаяся от магического лечения, так устала трястись целый день в кибитке, что была рада любой кровати, лишь бы она не качалась и не подпрыгивала на кочках. А еще ей до зуда хотелось помыться. Вымыть голову и снять с себя это допотопное платье, которое висело на ней как на вешалке. И выпросить у Борга чистый комплект мужской одежды.

Тем временем, кибитка въехала за высокий частокол, раздались мужские голоса, замелькали факелы, кто-то подхватил под узды лошадей. Дик спрыгнул на землю, и Леттасо вздохом последовала за ним, но запуталась в платье и чуть не рухнула с телеги, проклиная про себя дурацкие обычаи этой страны, не позволяющие простолюдинкам носить брюки! На эту тему ее просветил Борг, который всю дорогу болтал без умолку, с удовольствием отвечая на все вопросы, заданные при помощи Дика и пантомимы. Хорошо, что друг был рядом и успел подхватить девушку на руки, да так и не опустил на землю, а, бережно прижав к груди, понес в сторону большого деревянного дома. Летта не возражала. Дик, несмотря на кажущуюся худобу, был мальчиком сильным, и легко нес ее бараний вес. Ехать на руках оказалось очень приятно, и она с любопытством оглядывалась по сторонам. Однако на крыльце Дик поставил ее на ноги, крепко ухватил за руку и первым вошел в полутемное помещение, Летта покорно последовала за ним.

Внутри все оказалось вполне сносно. Длинные крепкие деревянные столы, вдоль которых тянулись не менее добротно сделанные скамьи. На стенах и под потолком развешаны пучки ароматных трав и лампы, в которых горел желтый магический огонь, но запах пищи и людских тел все равно бил в нос непривычными резкими ароматами. Впрочем, тихонько вздохнула Летта, от нее сейчас тоже исходил не запах роз. Борг сказал, что ее слегка помыли после лечения, но этого "слегка" явно было недостаточно. В помещении было людно. В основном, как успела заметить девушка, за столами сидели мужчины в простой темной одежде. И еду разносили мужчины. Крепкие парни, которые, при необходимости, могли поработать и вышибалами. Пока друзья протискивались между столами, Летта несколько раз едва успела увернуться от жаждущих ее шлепнуть по попке, поэтому, когда они добрались до своих спутников, она тряслась от страха и негодования. Дик только вздыхал, было похоже, что ему это тоже не нравится, поэтому когда они добрались до стола он, подтолкнув девушку в самый темный угол, сел рядом и хмуро уставился на Борга всем своим видом выражая недовольство.

"Да уж, — тоскливо думала Летта, — если ко мне пристают, когда я выгляжу как Золушка до встречи с крестной, да еще в компании пятерых вооруженных мужчин, то где бы я оказалась, не будь рядом Дика?"

Два грозных подавальщика принесли большие подносы и, быстро выставив на стол тарелки и несколько кувшинов, удалились, смахнув квадратные монетки, которые выложил стопочкой Борг. Летта дернула Дика за руку и потерла ладошками щеки, словно умывалась.

— Сначала поешь, потом попрошу, чтобы тебе в комнату принесли воду, — понял ее друг.

— А одежду? — показала Летта, смирившись с невозможностью вымыть хотя бы руки.

— Одежду тебе даст магистр, когда приедем. У нее в поместье найдется что-нибудь из старых вещей. Вот и перешьешь, — с улыбкой "утешил" ее Борг, принимаясь за еду.

Летта совершенно сникла. Ушивать она не умела, и носить одежду с чужого плеча было унизительно. Аппетит пропал совершенно, и она просто тоскливо ковырялась в тарелке, выбирая маленькие кусочки мяса и размазывая ложкой недосоленную кашу, напоминавшую перловую, по деревянной миске. Она не заметила, как притих народ, и только когда один из воинов легонько толкнул ее в плечо, подняла глаза. К столу напротив подходили двое аристократов в совпровождении четыерых охранников. Богато одетая женщина и златоглазый мужчина. Айт с длинной косой, в черной бандане, одетый в кожаные штаны и кожаную куртку, покрытую множеством металлических заклепок, сразу напомнил Летте байкера. Такого очень хорошо вооруженного всевозможными колюще-режущими предметами байкера. Рядом присвистнул один из воинов, и девушка услышала, как он уважительно шепнул соседу: " Двурукий". Айт пододвинул женщине стул, быстро окинул посетителей внимательным взглядом золотистых глаз, стянул с плеч куртку, оставшись в черной рубашке, и, с улыбкой что-то говоря, сел напротив спутницы. Женщина слишком звонко рассмеялась. "Кокетничает", — с какой-то иррациональной злостью подумала Летта, моментально почувствовав и грязные волосы, и ободранные ногти, и свое затрапезное платье. Четверо сопровождавших пару воинов в одинаковой зелено-красной форме сели отдельно. К айту тут же подбежал хозяин заведения — толстый, румяный, лысый, типичный трактирщик, в сопровождении двух подавальщиков. Тотчас на столике появилась желтая скатерть, и со сказочной скоростью возникли серебряные тарелки, наполненные мясом и овощами. Айт щелкнул пальцами — трактирщик метнулся в погреб и приволок темную бутылку, на ходу вытирая ее от пыли.

— Прошу, многоуважаемый сай!

Сай легким движением руки отправил его восвояси и сам налил спутнице вина в серебряный кубок. Летта присмотрелась к айту, сравнивая его со своим "женихом". Живое подвижное смуглое лицо, на котором мерцали холодным белым золотом внимательные глаза. Он снял бандану — и Летта тотчас обозвала незнакомца "зебром". Абсолютно белые пряди чередовались с черными как смоль волосами. Он не был так красив, как Антео, скорее просто симпатичен, каждое его движение было лаконично и скупо, ничего лишнего. Даже не разбираясь в воинском искусстве, Летта поняла, что перед ней опытный воин.

Она скосилась на спутницу айта. Это была первая богатая женщина, которую попаданка встретила в этом мире, и Летте было интересно все. От розовых туфелек на маленьком каблучке до массивного безыскусногоколье — аметисты в обрамлении золота. Сама женщина не показалась Летте красивой. Миловидная, но не более того. Слегка полновата, холеная и уверенная в себе, около тридцати лет, с толстой русой косой, уложенной вокруг головы и украшенной шпильками с жемчугами. На женщине было надето длинное светлое платье, а поверх еще одно, более короткое, с разрезами на рукавах и вдоль бедер. Все в лиловых тонах. Она аккуратно брала пухлыми пальчиками, унизанными многочисленными кольцами, мясо с тарелки и деликатно откусывала по маленькому кусочку, запивая вином, которое услужливо подливал ей айт. Вилок в этом заведении не подавали. Ее спутник спокойно орудовал ножом, используя его и как вилку и по прямому назначению, и, похоже, дискомфорта от этого не испытывал. Постепенно народ перестал глазеть на благородных, и в помещении вновь повис тихий гул, который бывает, когда разговаривают враз множество людей. У Летты возникли вопросы, и она повернулась к Боргу, пытаясь задать их при помощи рук, кивков и Дика. В конце концов, паренек понял, что ее интересует.

— Да, это айт. Каста воинов.

— Угу, класс наемников, — буркнул Дик, с неприязнью глядя на айта.

Летта заинтересовано подняла на друга глаза, но парень уткнулся носом в чашку и замолчал. Зато Борг с удовольствием поделился знаниями.

— У айтов все очень сложно. Учитель как-то рассказывал, но я понял лишь половину. Все их общество делится на сословия, которые в свою очередь делятся на классы. Ваниры, воины, маны, тайши, иолаты.

— И выброски, — зло прошипел Дик.

— А это кто? Я о них никогда не слышал, — с интересом повернулся к нему ученик магистра Веррона.

— Еще бы ты о них слышал! Официально их не существует, о них запрещено даже думать, не говоря уж о том, чтобы их замечать и рассказывать людям. Они не относятся ни к одной из каст. Изгои, проклятые, смески, — и он угрюмо замолчал.

Летта ласково погладила друга по спине, всей душой жалея, что начала этот разговор. Она догадалась, что нелюбовь Дика к айтам не возникла просто так. А Борг тем временем продолжал:

— А еще у них странная религия. Как ты знаешь, у нас единобожие, мы все верим в Единую Мать, а они поклоняютсмногим богам и не верят в смерть. Когда приходит время уйти к прародительнице, айты возрождаются в новом теле. Соблюдая заповеди своих богов, они в следующей жизни могут родиться в более высоком сословии. Каждый айт должен пройти путь наверх, и только тогда его душа отправится в Гентару — место, где все равны и счастливы.

— А мой жених? — Летта поочередно указывая то на кольцо, то на себя и делая странные движения, с трудом смогла задать интересующий ее вопрос. Если так будет дальше продолжаться и Единая Мать над ней не сжалится, придется придумывать язык жестов.

— Твой жених из ваниров. Только у них такие насыщенные чистым золотом глаза и черные волосы. У воинов глаза намного светлее, у манов серебряные, у тайши — цвета жидкой меди. А вот у иолатов не бывает чистого цвета, но я их никогда не видел и не представляю, как это выглядит.

— Смешно. Один глаз серебряного, а второй голубого, или карий и медный. У них только цвета ваниров не бывает. А так — любое сочетание, — недовольным голосом сообщил Дик.

— Откуда ты это все знаешь? — подозрительно спросил Борг, прищурив глаза.

— Один странник рассказывал. Он бывал в Сан-Тании, — нехотя пояснил Дик, и Летта поняла — врет.

— Все маги из ваниров. Воины тоже обладают некоторыми магическими навыками, но, в основном, пользуются амулетами. Они иногда нанимаются телохранителями к знатным людям. Ага, цена их услуг сопастовима со стоимостью дома в столице, но все равно пользуются огромным спросом. Иметь такого телохранителя очень престижно. Что? На сколько лет? На год, не больше. У них какие-то собственные законы на этот счет. А это маркиза Варадея Гранч, в девичестве баронесса Кирик, жена начальника королевской канцелярии.