Помоги проекту - поделись книгой:
— Если говорить правду, — начал он, — я боюсь трогать такой сложный механизм, как у Лайера. Ведь я всего лишь модель 255-С.
— Ох… Убирайся! — огрызнулся обескураженный Ред.
Когда Док выкатился из комнаты, Ред постарался сосредоточиться на чем-либо более приятном. Но ничто не приходило ему в голову. Кроме Эллен. Может быть, она хотела сказать ему, что возвращает обручальное кольцо?
Зазвонил видеофон: видимо, Синнер, уходя, соединил его напрямую. На экране возник худой, черноволосый, рассерженный человек.
— Эй, послушайте! — заорал он. — Я не люблю, когда со мной разговаривают подобным тоном! Вы хотите потерять наш заказ?
Ред узнал агента по рекламе, который обычно заполнял обложку журнала объявлениями своих клиентов. По-видимому, агент столкнулся с Эддером. Ред собрался с силами и повел разговор с обстоятельностью копра, вбивающего сваю…
— О-ох… — вздохнул он через пятнадцать минут, выключая видеофон после мастерски проведенного объяснения. — Это зашло слишком далеко. Синнер!
Когда робот вошел, Ред приказал ему временно поменяться обязанностями с Эддером. Затем он подумал о том, что хорошо бы смыться на обед, но было еще слишком рано. Как там с Торпом? Он позвонил Лайеру.
— Торп только что ушел, — доложил тот. — Погрустнел, но явно стал мудрее.
— Ну, это штамп, — невольно заметил Ред.
— Более точного определения вы не найдете, — уверил его Лайер.
Когда Торп ввалился в кабинет, Ред вынужден был согласиться с Лайером.
— Я должен признаться, что и сам не понимал, как низко пал, — с трудом произнес он. — Мне, конечно, не следовало винить вас.
— Что вы хотите этим сказать? — спросил Ред.
— Я никогда не думал, что так точно соответствую шаблону, пока ваш робот не объяснил мне, какими правилами руководствуется он, редактируя для вас журнал.
— Как так «редактируя»?
— Он совершенно четко сказал мне, какие сюжеты выбрасывает, а какие оставляет. Да их можно сосчитать на пальцах одной руки. Я знал, что ваш скучнейший журнал стереотипен, но вдруг обнаружить, что я, Александр Дж. Торп, ничуть не лучше робота, который изо дня в день по единому стандарту высасывает из…
— Погодите минуту!
Торп не обратил на этот возглас ни малейшего внимания. Лицо писателя с него уже сошел румянец гнева — сразу обмякло. Он поник, как десятилетний мальчик, чью собаку раздавил автомобиль.
— К сожалению, это правда, — продолжал он. Жестом, полным отчаяния, он бросил свой экземпляр журнала на стол. — Господи! Возьмите хотя бы иллюстрации… Ведь все герои похожи на вас! Вы словно близнецы! Сначала я не поверил этому, но потом…
— Послушайте! — закричал Ред. — У меня своих неприятностей хватает!
Торп вынул носовой платок и звучно высморкался.
— Я знал, что вы не поймете. Художник должен оберегать собственную духовную целостность. Он превращается в тупого коммерсанта, подобного вам, как только начинает проституировать свое артистическое…
— Одну секунду, — уже покорно попросил Ред.
Он залез в нижний ящик стола и вытащил два стакана. Торп наблюдал за ним печально, но одобрительно.
Стаканы были наполнены.
— Ну, а теперь, — предложил Ред, — расскажите мне все о духовной целостности художника…
Некоторое время спустя Эддер, стоявший начеку возле приемной, открыл дверь, чтобы выяснить, почему никто не отвечает на его звонок.
Торп оживленно критиковал Шекспира; он уже процитировал удручающе длинные отрывки из Джона Рескина, воинственно и резко атаковал Сезанна и других французских художников и продекламировал современные подражания Т.С.Эллиоту. Вое это звучало очень впечатляюще, особенно потому, что Ред и не пытался вникнуть в смысл рассуждении Торпа. Его жужжащий голос успокаивал и усыплял.
— Вас вызывают по видеофону, — проскрежетал Эддер.
Редактор вздрогнул и повернулся к экрану. Торп продолжал прожевывать фразы, которые почти не имели семантической ценности. Перед Редом возникло лицо Эллен.
— Наконец-то вы соблаговолили ответить! — начала она вместо приветствия.
— К-конечно, — слегка струхнул Ред. — Почему бы мне не ответить?
— Я совсем не собиралась ждать, но ваш робот со страшным скрипом выдал мне целый прейскурант. Кажется, он думает, что я
— Ну что ты, конечно, нет… Совсем наоборот, потому что… О-о, что я болтаю? Нет, я хочу сказать…
— Вы не очень-то охотно ответили на мой звонок!
— Видишь ли, тут кое-что произошло, — не совсем убедительно произнес Ред.
— Да, — подозрительно заметила Эллен, — я, кажется, вижу, что кое-что происходит и сейчас.
Ред поспешно отодвинул стакан из поля зрения объектива и попросил Торпа на минутку попридержать язык.
— Вильям Моран! Вы пьяны? Среди бела дня?
— Конечно, нет! Эддер, скажи ей, что я не пьян!
— Ред не пьян, — скрипучим голосом объявил Эддер.
Эллен вздрогнула.
— А это кто?
— Один из моих авторов, дорогая! (Торп сжал виски обеими руками и устремил безнадежный взор к потолку).
— Ты, надеюсь, не подумала, что здесь какая-нибудь девушка? Ты же знаешь, что я бы и смотреть не стал на другую женщину!
— Если это случится, можете считать себя покойником, — ядовито произнесла Эллен. — Ну, вот что… Пусть я окончательно лишилась рассудка, но я еще раз даю вам возможность объясниться со мной.
— Бесполезно, — пробормотал Торп, — даже если вы продадите душу…
— Замолчите же! — прошипел Ред.
— Не смейте шептаться с кем-то, когда с вами говорю я! — приказала Эллен. — Итак, вы должны встретить меня перед завтраком, и я выслушаю ваши извинения.
— Конечно, ссылка на меня вам мало поможет, — просопел Торп. — Я это допускаю…
— Не больно меня интересуют ваши допущения, — огрызнулся Ред. — Ну, конечно, дорогая… Где же мы встретимся?
— Я все же хочу заметить… — начал Торп.
— Вам сказано, убирайтесь вон! — страшным голосом заскрежетал Эддер.
Писатель побледнел, выронил пустой стакан и удалился. Эддер последовал за ним, в то время как редактор записывал место встречи с Эллен. Ему хотелось продолжить разговор с ней, но она тотчас отключилась, видимо, только для того, чтобы помучить его неизвестностью.
Ред, обнаружив, что он один, вызвал робота.
— Я принес вам аннотации, — сказал Эддер.
— Ладно, давай их сюда. У меня есть еще полчаса свободного времени.
Когда дверь за роботом закрылась, Ред взял верхний листок — первую аннотацию нового секретаря.
«Не попадайтесь в ловушку, подобно юному доктору Джиму Уоткинсу, застрявшему в глубоких ледяных пещерах Плутона. Но чтобы раскрыть загадку прелестной брюнетки с Земли, затерявшейся во льдах, чтобы узнать об ужасной опасности, грозившей трем планетам, чтобы дать читателям „Чрезвычайных происшествий“ сорок страниц острых переживаний и приключений, купите эту рукопись! Немыслимо продолжать выпуск журнала и пройти мимо этого захватывающего произведения!»
Страница выпала из ослабевших пальцев Реда.
— Что я наделал? — прошептал он. —
У Эддера был теперь другой круг обязанностей, но он остался роботом, созданным для рекламы. Дрожащей рукой Ред взял следующую страницу.
«Это лучшее произведение из всех, когда-либо поступавших в редакцию с того момента, когда автор этих строк начал аннотировать рукописи. В раскаленной пустыне беглец, уносящий с собой ужасный секрет, пытается скрыться от шайки самых жестоких убийц, когда-либо существовавших. И внезапно, подобно миражу — прелестная брюнетка, возникшая ниоткуда, ключ к древнему языку и множество других не менее изумительных приключений. Вы будете сумасшедшим, Ред, если не обратите внимание на эту рукопись!»
— Я уже сумасшедший! — завопил Ред. — Одно то, что я не разбил вдребезги эту проклятую машину, свидетельствует о полном кретинизме! Неужели я сам должен теперь читать эту чушь?
Тут Реду пришло в голову, что его поведение несколько странно для нормального человека. Ему следовало хотя бы видеть перед собой робота, ибо какой смысл говорить с самим собой?
Он отбросил аннотации, выхватил из пачки самую последнюю, чтобы для очистки совести просмотреть и ее.
«Почему молодой Эдди Мак-Гиннити покончил самоубийством? Кто была таинственная брюнетка на фотографии, стоявшей на его столе? Должен ли д-р Клеффер верить записке, полной отчаяния и безнадежной любви? Что мог Эдди предложить девушке, привыкшей к роскоши…»
— Ну нет, к чертям собачьим! — простонал Ред. — Какой идиот приказал ему делать эти аннотации?.. Ах да, кажется, я сам…
Невидящими глазами Ред уставился на стопку бумаг.
— Что я, собственно, делаю? — вновь вернулся он к своим мыслям. — До каких пор я позволю ей играть со мной?
Ответ казался простым. На него свалились столько неприятностей сразу, что он уже не мог с ними справиться. Надо было устранить хотя бы часть из них.
«Начну с того, что не пойду на свидание с Эллен, — твердо решил он. Если мы встретимся, я снова размякну, и все будет как прежде. После всех этих сцен я не могу работать, голова у меня разламывается».
Он заставил себя заняться подготовкой очередного номера журнала. Ему казалось, что твердое решение, принятое им, сразу улучшит его настроение. Этого, правда, не произошло, но он укрепился в своем намерении не отступать.
Именно поэтому, когда во второй половине дня в его кабинет вторглась Эллен, он был просто потрясен.
— Ну, уж теперь вам придется все выслушать! — многообещающе начала она, появившись в его святая святых, несмотря на протестующий скрип Эддера. — Я не намерена терпеть издевательства, даже если мы видимся в последний раз!
— Уддер! Проводите эту даму! — крикнул Ред, хотя его решимость несколько поколебалась при виде разъяренной Эллен.
Он судорожно схватил первую попавшуюся под руку иллюстрацию Арти и сделал вид, что внимательно рассматривает самого себя в космическом скафандре в момент борьбы с каким-то сплющенным пучеглазым чудовищем. Он старался не прислушиваться к возне в комнате и к визгам протестующей Эллен.
Раздался крик боли — и вся его решимость лопнула, как мыльный пузырь. Он вскочил и увидел Эллен, сидящую на полу с выражением крайнего удивления на лице.
— Эддер!
Ред выбежал из-за своего стола.
— Ты, чугунный идиот! Я же сказал «проводить», а не «выпроводить»!
— Прошу прощения, — извинился Эддер. — Возможно, мне и впрямь нужно перемотать обмотку, как считает Док. Разрешите, я помогу вам, мисс?
— Не трогай меня своими осминожьими клешнями! — взвизгнула Эллен.
Она одернула юбку, без чьей-либо помощи поднялась на ноги и, с равной ненавистью глядя на обоих, осторожно ощупала ушибы.
— Я страшно огорчен… — начал было Ред.
— А я нет! — огрызнулась его возлюбленная, бросив на него такой взгляд, что по комнате рассыпались синие искры. — Теперь я знаю, что вы за скотина! Я ухожу, прежде чем вы натравите на меня еще кого-нибудь из ваших страшилищ.
Эллен вихрем выбежала из кабинета, каблучки ее простучали в холле.
Ред бросился за ней. Он слышал, как скрипнули металлические сочленения Эддера: тот включил скорость и бросился вслед за редактором.
— Эллен! Подожди! — закричал Ред.
Дверь лифта отворилась, из кабины выкатился Синнер. Эллен с размаху налетела на него, однако Синнер был снабжен предохранительным устройством. Он выбросил вперед все четыре руки и поймал ее прежде, чем они столкнулись.
— Держи ее, Синнер! — заорал Ред.
Они с Эддером, у которого при этом заскрежетали тормоза, подскочили к Эллен. Она перестала сопротивляться.
— Отпусти ее, — сказал Ред. — Ну, а теперь, моя милая, постойте спокойно и выслушайте все, что я хочу вам сказать!
— Вы… вы похититель! — выкрикнула Эллен. — Вы не имеете права задерживать меня против моей воли! Еще существуют законы!
— Я хочу, чтобы ты поняла и мою точку зрения…
— Я уже знаю вашу точку зрения! Вы избили меня до полусмерти, теперь держите в своем притоне и после всего этого еще хотите, чтобы я слушала ваши бредни!
Ред едва открыл рот, чтобы возразить, однако тут же изящная, но достаточно тяжелая дамская сумочка, пущенная меткой рукой, заставила его отказаться от этого намерения. Он отшатнулся. Эллен воспользовалась моментом, чтобы нырнуть в лифт. Двери кабины захлопнулись прежде, чем Ред смог раздвинуть онемевшие губы и отдать внятное распоряжение.
Он знал, что робот-лифтер не остановит машину между этажами, и бросился вниз по лестнице, перескакивая через четыре ступеньки. На площадке у него уже дрожали колени. Но этажом ниже ему удалось подскочить к дверям лифта раньше, чем Эллен вышла из него.
Она заметила его приближение, нырнула назад в кабину, и дверь вновь захлопнулась перед его носом. Индикатор полз вниз, к помещению, где царствовал Лайер.
Поделиться книгой: