– Мне бы хотелось подарить тебе что-нибудь. Просто на память. – Он огляделся вокруг. – Но мне нечего дать тебе.

Надя задумалась на минутку, сидя на краю постели, полуодетая, в белом бюстгальтере, трусиках, чулках и шляпке. Она вспомнила о коряво нацарапанной записке Шеннон в кармане ее плаща.

– Не надо ни подарков, ни доказательств, – сказала она, повернулась к нему и слегка провела рукой по наполовину натянутым джинсам. Его член уже начал затвердевать. – Я действительно должна идти, прямо сейчас, – вздохнула она. – Я должна. Уф-фа!

Во вторник Шеннон Гаррет в полдень снова сидела в кафе «Валетта». Снова сеял дождик. Вода струйками бежала по оконным стеклам, оставляя зеркальные дорожки между папоротниками и кактусами в больших горшках. Щебетание, доносящееся из бара, делало кафе похожим на оранжерею с птицами.

Шеннон внимательно рассматривала бумажку на столе. Это был какой-то документ в двух экземплярах с накарябанными подписями, закатанный в пластик.

– Чек за парковку машины?! – воскликнула она. – Тоже мне доказательство!

– Два чека за парковку. – Надя Кей мечтательно улыбнулась. – Ты поверишь мне, когда я тебе все расскажу.

– Ну ладно… – пробормотала Шеннон, не слишком убежденная этим.

Ее прервал голос Кори.

– Вот мое доказательство, – произнесла она, швырнув на стол толстый конверт.

Шеннон открыла конверт, глянула в него и быстро, одним пальцем, пересчитала его содержимое. А потом с изумлением посмотрела на подругу:

– Кори, да тут не меньше пяти тысяч фунтов! Кори Блек посмотрела на них, преисполненная самодовольством.

– Что случилось? – спросила Шеннон.

Младшая из подруг неторопливо сняла кожаную куртку и повесила ее на спинку стула. Официант принял ее заказ на чашку кофе. Она поудобнее устроилась на стуле.

– О'кей, – произнесла она наконец. – Это было на следующий день после нашего обеда здесь на прошлой неделе. У меня были съемки в студии Перри. Итак, в прошлую среду…

Глава 3

– Так, хорошо, улыбочка! Теперь повернись. Замерла. А теперь посмотри на меня. Взгляд, сделай взгляд посексуальнее. Голову чуть влево… вот так… улыбнись! Еще раз, повернись другой стороной… ух, да ты просто конфетка!

Фотограф, работающий для каталогов, продолжал оглашать воздух нескончаемой чередой указаний. Кори Блек стояла спиной к белой стене, поворачиваясь то так, то этак к камере и постоянно улыбаясь. Свет софитов отражался в ее глазах.

– О'кей, пять минут до перерыва. Замечательно, малышка. В «Хоумстеде» будут довольны.

– Уф-фа! – Кори потянулась, чтобы дать расслабиться уставшим мышцам. Затем улыбнулась и одним плавным движением скользнула мимо софитов в соседнюю комнатку под номером 14. – Будь я дюйма на четыре выше, и я могла бы выходить на подиум. С росточком мне не слишком повезло.

– Да, но счета-то твои оплачивают журналы модной одежды, – заметил фотограф, которого звали Перри.

Кори пожала плечами:

– Да мне и самой хватает работы как фотографу. А моделью я работаю просто для удовольствия. Мне все больше заказывают портреты. Ненавижу делать детские портреты, но за них больше платят… Кстати, а ты чем пользуешься для съемок портретов?

Десятиминутное обсуждение различных марок фотокамер и пленок заняло весь перерыв. И только после очередной серии снимков Кори удалось выкроить минутку, чтобы поговорить с Сереной.

– Серена… – Кори видела, что Перри в эту минуту был занят осмотром аппаратуры. – Могу я тебя кое о чем спросить?

– Конечно, дорогуша, – улыбаясь ответила Серена.

Тут Кори вдруг подумала, что за суровым внешним видом Серены скрывается на удивление свойский, веселый характер. Она была элегантна, в лучшем смысле этого слова, и очень хорошо, даже слишком хорошо одета для скромной помощницы фотографа-профессионала, хотя это и было всего лишь ее мимолетным хобби.

– В чем дело? – спросила Серена.

Кори решила выложить все сразу, без обиняков:

– Я поспорила с одной из моих подружек, что сделаю это за деньги. Но деньги должны быть такие, чтоб она лопнула от зависти.

– Это, в смысле… – пробормотала Серена, глядя в спину Перри.

– Ну трахнуться, – пояснила Кори. – Ну, знаешь, перепихнуться, переспать, провести ночь, в конце концов. Трах-ну…

Серена прыснула в кулак:

– Возможностей полно, дорогуша! Сейчас девочки-паиньки в моде.

– Благовоспитанные длинноногие девочки с дипломами частных школ? – удивилась Кори. – Хоть убей, не пойму, зачем им это. Но тогда, значит, у меня ничего не выйдет, я ведь чужая в этих кругах.

– Тебе это нужно для карьеры или на одну ночь? – деликатно поинтересовалась длинноногая блондинка.

– Втооое.

– М-м… и как скоро ты намерена приступить к делу? Кори задумалась – ленч с подругами будет во вторник.

– Как насчет ближайшего уик-энда?

– Ну, дорогуша, я не знаю, это слишком скоро. В последнюю минуту трудно что-то организовать. Знаешь, давай сделаем так: ты оставь свой автоответчик включенным, а я посмотрю, можно ли будет достать приглашение на какой-нибудь вечер.

Через пару дней, в пятницу, Кори, вернувшись домой, включила автоответчик и услышала долгожданное сообщение: «Кори, дорогуша! Я нашла объект, с которым ты просто обязана познакомиться. Он пробудет в городе всего несколько дней. Приходи в «Кальино» в суббот) вечером. Сама я, наверное, не смогу задержаться надолго но познакомить тебя с ним успею. Да, чуть не забыла Надеюсь, ты не обидишься, но я могла бы одолжить тебе одно из моих вечерних платьев». Би-и-и-п!

***

Кори чуть задержалась на верхней площадке белоснежной мраморной лестницы, ведущей вниз, в главный зал ресторана «Кальино».

Ее ноги украшали любимые армейские ботинки на шнуровке и рваные черные чулки. Кори надела видавшую виды юбку, сшитую из полосок черных грубых кружев, которую удерживал на талии широкий кожаный пояс с выразительной надписью на пряжке – СУКА. Черное бюстье и короткая кожаная куртка, густо усеянная заклепками, довершали ансамбль.

Кори решила не надевать много украшений. Поэтому на шее у нее висел только один кулон – в виде человеческого черепа. Волосы она оставила распущенными, а глаза для пущей выразительности густо подвела черным карандашом.

Опершись рукой в черной перчатке без пальцев на мраморные перила с золотой инкрустацией, Кори оглядела зал в поисках Серены. Уровень шума над сотней густонаселенных столиков при ее появлении заметно снизился.

– Кори! – раздался голос, переходящий в нервный свист. – Ну, дорогуша!

Кори приветственно помахала рукой и спустилась вниз по всем четырнадцати мраморным ступенькам лестницы. Гул голосов снова заполнил зал. Кори поспешила к Серене, ловко лавируя между забитыми людьми столиками и ошалевшими, но очень исполнительными официантами. Она внимательно осмотрела подругу. Сама Серена была одета в элегантный розовый костюм.

– И о чем ты только думала? – набросилась она на Кори.

– А что? Мне так нравится. – Кори была невозмутима. – Ну и где же он?

– Заявиться сюда в таком виде и выставить меня на посмешище – да я больше с тобой разговаривать не буду, Кори Блек! – Серена круто развернулась и элегантной походкой направилась к столику в глубине зала. Кори последовала за ней.

Усаживаясь за столик, Кори пыталась убедить себя, что она вовсе не волнуется. Но, взглянув на дорогущие блюда и вина и на автора заказа, она поняла, что не сможет проглотить и кусочка из-за охватившего ее волнения и разочарования. Перед ней сидел широкоплечий седовласый американец в темном элегантном костюме. Его манжеты украшали тяжелые серебряные запонки. На первый взгляд ему было лет шестьдесят. «Ну и ну!» – подумала Кори.

– Мы ненадолго отлучимся, – прощебетала Серена. – Верно ведь, дорогуша?

– Он же старик, да еще и американец! – возмутилась Кори. Разговор происходил в дамской комнате, выдержанной в темных тонах и увешанной зеркалами. – Я думала, ты мне подыщешь арабского шейха или кого-нибудь в этом роде.

Ты не читаешь «Инвесторе кроникл». – Серена невозмутимо подкрашивала губы, стараясь избежать взгляда Кори. – Милочка, по-настоящему богатый человек не потерпел бы, чтобы его использовали на одну ночь… Его зовут Уильям Кэрил Дженсон. Он из Калифорнии. Его компания вкладывает большие деньги в аэрокосмические технологии. Для тебя он достаточно богат. Я имею в виду, что ты можешь вернуться домой с четырьмя сотнями фунтов в кармане.

Кори захлопала ресницами:

– А может, ты сама…

– Милочка, я за четыреста фунтов в постель не лягу. Ну ладно, мне пора. Рони звонил. Я лечу с ним в Бахрейн сегодня вечером – срочное приглашение. – Она проверила свою сумочку из крокодиловой кожи. – Так, паспорт здесь. Ну, я побежала. Привет Уильяму.

– Конечно, – мрачно пробормотала Кори после ухода подруги. – Так я и скажу: эта заносчивая сучка шлет тебе приветы. Я, конечно, могу просто слинять отсюда. В общем-то мне незачем даже возвращаться к столу. А Шеннон пусть подавится моим проигрышем. Да, очень обидно, выглядит-то он ничего себе.

Кори по-прежнему пребывала в нерешительности, выходя из дамской комнаты, но тут она вспомнила, что оставила свою кожаную куртку, приведшую в такой ужас Серену, на спинке стула, и поняла, что вернуться ей все-таки придется.

Кори пошла обратно, протискиваясь между столиками. Американец сидел за столом один, небрежно положив руку на спинку соседнего стула. «Он завладевает всем вокруг себя», – подумала Кори, пытаясь как-то определить чувство, которое он в ней вызывал. Костюм от «Шепард и Андерсон», шелковый галстук, идеальный маникюр – все атрибуты богатого человека. И в то же время грубоватые, словно высеченные из камня черты лица и седые волосы… Впервые Кори посмотрела на него внимательно, не отводя взгляда. «Эта заносчивая сучка велела передать вам привет».

У него были совершенно белые волосы, которые непокорными прядями спадали на его изрезанный глубокими морщинами лоб. Еще больше морщинок появлялось вокруг глаз, когда он смеялся. Наконец новый знакомый Кори нагнулся вперед и взял ее за руку.

– Вы здесь нечто новенькое, мисс, давайте я вам подам вашу куртку.

«Я должна это сделать», – подумала Кори. Невольно она напряглась. Во рту все пересохло. Ее охватило чувство страха, и в то же время предвкушение чего-то необычного, захватывающего приятно щекотало нервы.

Она взяла в руку вилку и с опаской ткнула ею в нечто под названием «дары моря», лежащее у нее на тарелке.

– Я не собираюсь тут рассиживаться и слушать скучные истории про аэрокосмонавтику. У меня полно друзей-инженеров, которые могут наговорить мне кучу подобной чепухи. Нуднейшее занятие!

Его светлые, глубоко посаженные глаза весело поблескивали из-под густых бровей, когда он спросил, о чем они в таком случае будут разговаривать.

Тут Кори вдруг подумала, что этот человек и его дорогой костюм – вещи просто несовместимые. Он принадлежал к тому типу бизнесменов, которые проводят свои уик-энды занимаясь альпинизмом. И она почему-то подумала, что, карабкаясь на очередную гору, он наверняка оставлял далеко позади себя многих, гораздо моложе его. А может, он заядлый рыбак или охотник. В общем, явно подолгу бывал на природе и поддерживал хорошую физическую форму.

– Мне всегда хотелось узнать, – Кори еще раз окинула взглядом огромный зал ресторана, заполненный шикарно одетыми людьми, – каково это – быть богатым?

– Поехали со мной, узнаешь, – ответил бизнесмен.

Естественно, за рулем был не он. Кори подошла вместе с ним к задней дверце длиннющего лимузина. Стоя на тротуаре в центре Лондона и наблюдая, как закат постепенно переходит в ночь, она сознавала, что у нее еще есть шанс отказаться от этой сумасбродной идеи. Но выбор был сделан, и Кори села в машину.

Кори не могла вспомнить, когда еще она так сильно волновалась. Она едва сознавала, как вышла из машины и поднялась на лифте в его апартаменты на последнем этаже небоскреба. Окружавшая ее роскошь подавляла своим размахом. Кори бродила по комнатам с широко раскрытыми глазами.

– Нажми эту кнопку, – велел хозяин квартиры.

Кори послушно выполнила приказ. Гигантские портьеры, достававшие до пола, автоматически раздвинулись, и Кори не смогла удержать восхищенного возгласа. Окно в спальне занимало всю стену. Она осторожно подошла к стеклу и посмотрела вниз. С высоты двадцати шести этажей Лондон выглядел морем огней, ярко горящих в ночи.

– Я купил это милое местечко для моей второй жены, – раздался его голос над ее ухом. – Впечатляет, хотя все эти виды и красоты не по моей части.

Внизу Докленд был окутан мраком. На Тауэрском мосту мерцали огни, а ночное небо освещалось ритмичными красно-зелеными вспышками огней самолета, направлявшегося в сторону аэропорта Хитроу.

– Итак… – Кори повернулась лицом к американцу. – Что я должна делать?

Казалось, вся эта ситуация его забавляет. Без пиджака и галстука было видно, насколько широки его грудь и плечи для мужчины его возраста. Ночник слабо освещал комнату, и его лицо оставалось в тени.

– Я думал, ты сама знаешь, ведь это твоя работа, – произнес он.

– Да, конечно, – промолвила Кори. И после минутного размышления, расстегнув свою куртку, бросила ее на пол. – Все правильно.

– Ты ведь не проститутка, – процедил он сквозь зубы.

Кори открыла было рот, чтобы возразить ему, но потом передумала и лишь пожала плечами.

– Ну, нет, – в конце концов ответила она.

– Ты даже не одна из этих богатых и бесцеремонных подружек Серены. – Его калифорнийский акцент стал заметно сильнее.

– Нет.

Тут Кори вдруг осознала, что под напускной грубостью она просто пыталась скрыть свое сожаление. Всю дорогу она ехала с этим человеком, плотно прижавшись к нему. И теплота его тела, аромат дорогого одеколона, смешанный с запахом его кожи, показались ей на удивление привлекательными. При других обстоятельствах…

– Я поспорила с одной подружкой, что сделаю это за деньги. Ну и что с того? – спросила Кори с вызовом.

– Да то, что это доказывает, насколько ты еще молода и глупа, и то, что я напрасно трачу свое время. – В его голосе появилась жесткость. – Или же здесь кроется что-то другое. – Он сделал паузу. – Может, ты просто маленькая испорченная девчонка?

В спальне было очень жарко. «Здесь же должен быть кондиционер», – подумала Кори с отчаянием. Она почувствовала, как непонятное тепло все сильнее разливается внизу живота. Кори осмотрела комнату. Просторная кровать, бар, безмолвный телевизор и огромное окно, сквозь которое можно было увидеть весь город. Тишина заполнила комнату. И вдруг ей показалось, что, кроме этой комнаты и их двоих, в целом мире больше ничего не существует.

Кори резко повернулась и посмотрела прямо в глаза седовласому американцу.

– Значит, я испорченная девчонка? И что же случается с такими девочками, как я?

– А вот что.

Он оказался рядом с ней, прежде чем она смогла двинуться с места. Кори лишь успела заметить ворот его безукоризненно белой рубашки и почувствовать запах дорогого одеколона, когда он схватил ее за руки и больно заломил их за спину.

Уильям был силен, но возраст все же сказывался, Кори могла легко вырваться.

Он вдруг резко дернул ее за запястья. Потеряв равновесие, Кори покачнулась и упала на колени. И тут он стал тянуть ее за заломленные руки, вынуждая тем самым все больше и больше наклоняться вперед. Спутавшиеся волосы мешали ей смотреть, но она все же увидела свое отражение в огромном окне на фоне темного неба. Худенькая девушка в поношенной юбке и армейских ботинках стоит на коленях, склонившись всем телом вперед, а позади нее возвышается крепкий немолодой мужчина в белой рубашке и элегантных брюках.

Уильям подтянул повыше ее запястья.

– Ну, малышка, ты сейчас узнаешь, что случается с испорченными избалованными девочками!

Он заставил Кори пригнуться до пола. И когда он двинулся вперед, ей ничего не оставалось, как ползти за ним на коленях. Он притащил ее к мягкому креслу и уселся в него. А потом одним рывком перекинул Кори через свои колени. Она оказалась в беспомощном положении: ее голова болталась, едва не касаясь пола, волосы лезли в глаза, а ноги лишились опоры. Кори пыталась сопротивляться. Она извивалась и брыкалась, пытаясь вырваться из рук американца, но все было напрасно.

И вдруг Кори почувствовала, как он начал осторожно поглаживать ее по пояснице, спускаясь все ниже и ниже. Она замерла от неожиданности. Его пальцы мягко перебирали складки юбки. И вдруг резким движением он задрал ее до самых плеч Кори. Она дернулась, пытаясь вырваться.

Неожиданно она почувствовала, как настойчивые пальцы стягивают с нее чулки и трусики, и воздух в комнате вдруг показался ей очень холодным. Уильям убрал руку. Лежа у него на коленях, Кори слышала, как учащается его дыхание.