Помоги проекту - поделись книгой:
– Сегодня тралить внешний рейд, ночью вывести усиленную дежурную группу, чтобы японцы не посмели сунуться сюда опять со своими «сюрпризами», а завтра все-таки выйдем в море с четырьмя броненосцами и четырьмя крейсерами. Ну и миноносцами Первого отряда.
– Куда?
– Василий Васильевич, а вы не японский шпион? – улыбнулся командующий.
Но округлившиеся глаза Верещагина показали, что шутка «из будущего» адекватно воспринята не была.
– К Эллиоту, – поспешил Макаров убедить своего доброго знакомого в том, что полностью ему доверяет. – Очень привлекательное место для Того, чтобы устроить там маневренную базу. Пока еще они вряд ли успели приступить к ее оборудованию, но мы постараемся приготовить нашим узкоглазым друзьям парочку-другую сюрпризов.
– Не буду спрашивать каких, чтобы вы опять не заподозрили во мне японского шпиона. – Художник, кажется, оказался способным учеником в плане восприятия чувства юмора двадцать первого века. – Пойду, пожалуй, перекушу, а то сегодня пока еще и не завтракал практически.
– Я тоже. Не возражаете, если я приглашу вас на завтрак к себе в салон?
– С благодарностью принимаю приглашение.
Завтрак. Общение с начальником «земноводного» отдела штаба полковником Агапеевым на предмет взаимодействия с береговыми батареями и возможности передачи десантных пушек Барановского крепости. Обед. Беседа с начальником Первого отряда миноносцев каперангом Матусевичем. Общение с командиром «Амура» Ивановым. И так далее…
К концу дня Степан чувствовал себя выжатым как лимон и с трудом представлял, как реальный Макаров мог выдерживать такое адское напряжение на протяжении целого месяца своего нахождения в Порт-Артуре…
Глава 2 Придется соответствовать…
Когда капитан третьего ранга Николай Степанович Марков назвал своего сына Осипом, он думал о внуке. Имя которому уже тоже было выбрано. За двадцать один год до рождения. Молодой офицер до жути хотел, чтобы в далеком будущем появился адмирал Степан Осипович Марков – почти полный тезка его кумира.
Характер у Николая Степановича был тот еще, да и педагогический дар тоже присутствовал, так что Осип, когда пришло время, без всякого принуждения поступил в военно-морское училище, а родившегося сына назвал Степаном.
Жизнь морского офицера весьма недлительна на берегу, так что воспитанием Степана занимался в основном давно вышедший в отставку, но не утративший бодрости дед. Со всеми вытекающими последствиями.
Но, конечно, причуда Маркова-старшего здорово осложняла жизнь его внука с самого момента поступления во «Фрунзенку»: уже в приемной комиссии училища, глядя на имя-отчество абитуриента, усмехались и слегка подкалывали. А дальше – хуже: мало того что с самого первого курса приклеилась кличка «Адмирал», так еще и при каждой выволочке, которых за пять лет не миновать ни одному нормальному курсанту, Степану тыкали в глаза его инициалами и вспоминали при этом великого русского флотоводца.
Ничего особо не изменилось и после выхода в офицерское звание – и у лейтенанта, и у капитана первого ранга, и даже у адмирала всегда найдется начальство, которое не преминет подъелдыкнуть не угодившего ему по каким-то причинам подчиненного еще и по поводу сравнения его с известным полным тезкой.
Ничего. Хоть и не раз чертыхался Степан по поводу не очень удачной фантазии покойного уже деда, но служил исправно. После горбачевской «оттепели», когда в стране стали в одностороннем порядке переплавлять боевые корабли на иголки, умудрился остаться в плавсоставе. Правда, пришлось перебраться из Балтийска во Владивосток. Ну что же – Тихий так Тихий… Там и встретил новый век. А к две тысячи десятому году дослужился и до контр-адмирала.
И, как это ни смешно, только через «Одноклассников» Степан узнал, что его сосед по парте Валерка Ковалевский тоже проживает во Владивостоке. Есть ли повод не встретиться?! Встретились. Знатно встретились – печени обоих, если бы имели память, вспоминали бы тот вечер исключительно матерно…
В принципе, Степан был с алкоголем «на вы»: то есть никакого особого пристрастия к этанолу не испытывал, употреблял, конечно, но весьма умеренно и по случаю. Случались, конечно, «неизбежные для моряка случайности», но крайне, крайне редко.
А вот с Валеркой разойтись парой рюмок не получалось. И ведь тот тоже был отнюдь не алкаш – кандидат наук, физик… Но была у них со школьных времен тема… В общем, «подсадил» в свое время Степан соседа по парте на то же самое, на что его самого подсадил дед, – на Русско-японскую войну на море.
После первой же встречи состоялся не совсем приятный разговор с женой:
– Степа, я все понимаю, школьные друзья и все такое, но видеть тебя в таком состоянии не хочу.
– Том, ну что ты, в самом деле? Я на бровях, что ли, пришел? Ну да, выпили…
– Еще не хватало, чтобы на бровях. Я тебя и таким, как сейчас, никогда не видела, и, повторяю, видеть не хочу…
В общем, была заключена «конвенция»: Марков подобным образом встречается с другом раз в месяц, но остается ночевать у него.
Сегодня как раз был «конвенционный день». Подготовились к нему одноклассники как следует. Ну, не в плане, чтобы «до поросячьего визга» или «синих соплей» – что такое две пол-литры качественного хлебного вина под хорошую закуску для двух здоровых мужиков? А на предмет закуски Ковалевский был асом. Мнение, что холостяки питаются всухомятку, в большинстве случаев – миф. Это как раз некоторые из «женатиков» способны сдохнуть от голода рядом с полным холодильником. Валерка же являлся холостяком «активным», то есть прекрасного пола отнюдь не чурался, а его кулинарный талант был серьезным козырем при попытке обаять очередную даму.
На этот раз основным блюдом была паэлья с трепангами, кальмарами и гребешками, да и холодные закуски соответствовали.
Разговор «за жизнь» неумолимо свернул на постоянную тему их вечного спора, на Русско-Японскую войну на море. Степан придерживался мнения, что к неутешительному для России итогу привела цепь роковых случайностей, а его друг – классической версии о том, что все и так было предопределено политикой и экономикой того времени.
– А «Хатсусе» с «Ясимой» невезуха? А то, что «Кассуга» «Иосино» в борт тараном приласкал?..
– С гибелью Макарова несравнимо. И минус «Петропавловск» до кучи. Да и «Богатырь» на камнях… Вспомни: японцы просто чемпионы по навигационным авариям, но именно за эту войну – ни разу. Только до или после. А когда еще русский крупный корабль, кроме именно этой войны, вылезал на рифы? А тут и «Богатырь», и «Громобой», и «Изумруд»…
– «Рюрик»-два, – не полез за словом в карман Ковалевский.
– Да и пес с ним – это было некритично. А тот лакишот, когда убило Витгефта и вывело из строя «Цесаревича»? Сражение было уже почти выиграно…
И далее в том же ключе.
– …Ведь не погибни тогда Макаров, – вторая бутылка уже подходила к концу, – все сложилось бы иначе. Все!! Все!!!
– Ага! И «Хатсусе» с «Ясимой» тоже не подорвались бы.
– Ну нет, хоть один подорвался бы обязательно – регулярно ползать в ближайших окрестностях Артура по практически одному и тому же маршруту, обстреливать крепость и не быть за это наказанными – фантастика.
– Кстати, о фантастике: а не хочешь «порулить» за Макарова?
– Валер, я в эти компьютерные стрелялки не играю.
– А я про реал. Хочешь стать реальным Макаровым, например, за пару часов до подрыва «Петропавловска»?
– Ковалевский, у тебя что, в туалете заначка какая-то спрятана? Наравне ведь пили…
– Прекратите ваши грязные инсинуации! Я серьезно.
– Вот сейчас все брошу и начну верить!
– Степка, я повторяю: серьезно! Ну ты же знаешь, что я не самый фиговый физик. В общем, придумал я одну штуковину, с помощью которой можно сканировать сознание человека и перекладывать его во времени на кого-то другого.
– Да? Я что-то пропустил? Ты получил нобелевку, а я не в курсах?
– Какая, к едреням, нобелевка? В науке аргументом является только воспроизводимый эксперимент. А «оттуда» еще никто не возвращался… И не вернется.
– Ну, раз мы родились и продолжаем жить, вероятно, что ты ошибаешься.
– Ничего подобного, просто пойдет параллельная ветка в истории – нас не заденет.
– Да ерунда все это. Не верю.
– Тогда ничем не рискуешь. Попробуем?
– Нетушки! Бред, конечно, но вдруг ты не ошибаешься. Мне и здесь хорошо. Нафиг-нафиг в начало двадцатого. Да еще на войну. Да и вообще – ни телевизора, ни Интернета…
– Во дурак! Я же объясняю – ты так здесь и останешься. «Туда» отправится только матрица твоего сознания.
– Да? И как мы узнаем о результатах?
– Пока никак. – Валерий наполнял очередными порциями водки пару рюмок. – Но в перспективе надеюсь придумать, как отслеживать параллельные исторические ветки. Ну что? За эксперимент?
– А и хрен с тобой – давай! – Марков уже прилично захмелел, а другу доверял полностью. – Обещаешь, что я в порядке останусь?
Рюмки звякнули одна о другую, и очередная порция алкоголя заструилась по пищеводам.
– Нет, блин! Я тебя потом болгаркой на куски разделаю и в лесу закопаю!
– Ладно, тащи свою похерень. Только сначала руки помой! – Степану вспомнился классический уже сюжет из «Операции «С Новым годом!».
– Не беспокойтесь, у меня все стерильно! – Ковалевский немедля процитировал фразу из не менее известного фильма того же режиссера. – А дело не пятиминутное – я тебе шлемчик надену, когда ты баиньки пойдешь. Лады?
– Не вопрос. Нас с «баиньки» разделяют всего-то двести граммов.
Через час, когда Степан укладывался в кровать, Ковалевский принес нечто, напоминающее мотоциклетный шлем.
– А где провода?
– Чай, в двадцать первом веке живем. Где провода у твоего мобильника? В общем, надевай и спи спокойно, дорогой товарищ. А мне еще у компа повозиться надо, чтобы ты попал куда надо и когда надо.
– Шиза какая-то! Мы ведь так и не узнаем, получилось или нет.
– Не будь таким пессимистом и верь в талант своего друга, – усмехнулся Валерий. – Глядишь, через пару лет еще посмотрим киношку о том, что ты наворочаешь в прошлом. Спи давай!
Несмотря на нестандартность ситуации, уснул Марков довольно быстро, ну а о его пробуждении уже сказано…
– И что теперь, Степан Осипович?
– Теперь, Степан Осипович, придется как-то соответствовать реальному Степану Осиповичу. – Несмотря на тяжелый день, командующему категорически не хотелось спать.
Проблемы рисовались одна за другой, и их необходимо решать. А как?
Это «там» легко рассуждалось о том, как хорошо быть «богатым, но здоровым». Ага! Оставшиеся целыми «Петропавловск» и «Победа» могут сильно поуменьшить наглость Того, и он запросто не решится фланировать своими броненосцами возле крепости столь нахально, как это случилось в реале. Заминировать все привлекательные места очень хочется, но только в наличии имеется весьма ограниченный запас мин заграждения. Пушек не хватает. Снаряды тоже не бесконечные. Писать в Главный Морской Штаб: «Дай! Дай!! Дай!!!» практически бесполезно.
Отряд Вирениуса возвращается на Балтику, и его уже не развернуть обратно. А ведь сколько головной боли японцам могли доставить действующие в океане броненосец и крейсера! Ведь для поисков такого отряда японскому флоту пришлось бы выделить как минимум новый броненосец, броненосный крейсер и пару бронепалубных. И далеко не факт, что им удалось бы найти Вирениуса. Который к тому же со временем вполне мог «просочиться» во Владивосток. Но что уж теперь мечтать о несбыточном…
Глава 3 Первый блин не всегда комом
Чтобы представить себе «пятьдесят оттенков серого», достаточно было посмотреть сейчас на Желтое море. И небо над ним.
Утро выдалось на редкость хмурым. Эскадра уже привычными темпами выбралась на внешний рейд за одну высокую воду.
Пошли.
«Новик», как обычно, убежал вперед, броненосцы и крейсера без происшествий вышли на «чистую» воду.
– Передайте мое удовольствие лейтенанту Иванову за работу его тралящего каравана, – благодушно распорядился Макаров.
– Есть, ваше превосходительство!
– Константин Федорович, – обернулся адмирал к своему флагманскому минеру.
– Да, Степан Осипович, – немедленно подошел капитан второго ранга Шульц.
– Считаю, что мины заграждения на броненосцах и крейсерах совершенно не нужны. По возращении озаботьтесь, пожалуйста, чтобы их сдали в порт со всех кораблей первого ранга. Считаю, что на судах они не только бесполезны, но еще и создают дополнительную опасность при возможном подрыве на мине или минной же атаке. А применение мы им найдем – того, что находится на борту «Амура» и в порту, явно недостаточно для заграждений, которые я планирую.
– Есть! – Флагмин был слегка удивлен, но возражать не стал.
– Константин Федорович, – добавил проблем Шульцу командующий, – если у вас имеются контраргументы – обязательно выскажетесь. Но не сейчас. Подумайте.
«Петропавловск» рассекал форштевнем волны, «Полтава» следовала в его кильватере, чуть поотстав шли «Пересвет» под флагом контр-адмирала князя Ухтомского и «Победа». Правее держались крейсера: «Баян», «Аскольд» и «Диана». Слева – миноносцы Первого отряда.
– Броненосцам: «Поворот все вдруг на восемь румбов влево». – Макаров не стал зря тратить время и уголь, поход и тренировка в маневрировании вполне себе могли быть «два в одном».
– Все ответили «Ясно вижу»! – гаркнул сигнальщик через двадцать секунд.
– Исполнять!
Броненосцы достаточно дружно стали разворачиваться в указанном направлении и минуты через две уже шли строем фронта. «Пересвет», правда, в начале поворота слишком лихо взял влево и нацелился было на курс «Победы», но Бойсман достаточно быстро сориентировался, и броненосец нормально вписался в общий строй.
Через двадцать минут снова дружно повернулись и пошли строем кильватера. На этот раз получилось еще менее гладко. Потребовалось приличное количество времени, чтобы корабли смогли выровняться в линию.
– Да уж, господа, – мрачно выдохнул Макаров. – Учиться нам еще и учиться… А ведь в линии всего четыре броненосца.
– Ваше превосходительство! – взлетел на мостик лейтенант Шереметьев.
– Что такое?
– С «Новика» передают, что наблюдают на норде множество дымов. Курсом к нам.
Тааак! Ну и что это значит?
Того решил вернуться к Артуру?
Японцы решили высаживать десант у Квантуна раньше?
Идут очередные брандеры?..
– Радируйте Шульцу, чтобы приблизился сколько возможно и выяснил состав вражеского (а Макаров-Марков не сомневался, что отряд именно вражеский) отряда. Эскадре пока курс не менять.
Особого риска не было – броненосцы артурской эскадры не настолько далеко оторвались от родного порта, а превосходство в эскадренной скорости у Того имелось минимальное – пара узлов.
Сам же «Новик» вообще почти не рисковал – один из самых быстроходных, если не самый быстроходный крейсер в мире, вполне мог себе позволить приблизиться к любому противнику на расстояние, с которого его, во-первых, было не поразить, а во-вторых, с этой дистанции можно было выяснить все. Состав вражеской эскадры, во всяком случае – без проблем.
Поделиться книгой: