На пороге стоял старик, держа в руках охапку дров. Из-за поленьев выплыл его голос:
— Увидел, что из трубы дым идет, подумал, дрова, наверное, понадобятся…
Она посторонилась. Он вошел и, не глядя в ее сторону, аккуратно положил полешки у очага.
Она глянула за порог, взяла чемоданчик и внесла в дом. Потом закрыла дверь.
Он сидел за обеденным столом.
Она помешала стоящий на плите суп.
— Ростбиф в духовке? — спросил он тихо.
Она открыла дверцу. Запах выплыл и окутал его. Он сидел, закрыв глаза, и принюхивался.
— А это еще что такое? Жжешь что-нибудь? — спросил он через минуту.
Она выждала какое-то время и произнесла, не поворачиваясь:
— «Нейшнл Джиогрэфик».
Он медленно кивнул, не произнеся ни слова.
Потом еда оказалась на столе — ароматная, пышущая жаром, и внезапно, после того как старуха опустилась на стул, наступило мгновение полной тишины. Она покачала головой. Посмотрела на него. И еще раз покачала головой.
— Ты не хочешь попросить благословения? — спросила она.
— Лучше ты начни.
Они сидели в теплой комнате у яркого огня, склонив головы и закрыв глаза. Она улыбнулась:
— Возблагодарим Господа…