Досье Госпожи (ЛП)

Госпожа двигалась медленно... описывая круги вокруг груди Шеридан кончиками пальцев, прежде чем вернуться к ее соску и снова к груди. Пощипывания превратились в нежное массирование и снова сменилось пощипыванием. Вскоре грудь Шеридан вздымалась в быстром темпе и ее соски превратились из бледно-розовых в красные.

- Тебе это нравится, Маленькая Мисс?

- Очень... вы действительно знаете, что делаете.

- У меня дар дарить женщинам оргазмы. Я себе в день дарю, по крайней мере, один оргазм.

Шеридан снова захохотала и еще сильнее покраснела. Хорошо. Румянец на коже был одним из признаков возбуждения женщины. Но чтобы довести Шеридан до оргазма одной стимуляции ее тела будет недостаточно. Госпоже необходимо проникнуть в ее разум.

- Знаешь, Маленькая Мисс, это не единственная моя работа, - сказала Госпожа и пробежалась пальцами по ключице Шеридан, давая ее груди время отдохнуть от внимания. - Я еще и писатель.

- Правда?

- Да. Я пишу эротику. Люблю хорошую сексуальную историю. Читать их, писать их, слушать их.

- Я тоже. Я узнала все о сексе из любовных романов, что читала моя мама. Думаю поэтому, когда ко мне в первый раз пришел Рекс, я воспользовалась шансом. Я не могла дождаться, чтобы попробовать все эти вещи, о которых читала.

- Можно сравнить реальный секс с выдуманной версией?

Шеридан вздохнула.

- Он был определенно другим. Это произошло в папином кабинете. В книгах они всегда в постели... или в карете, а не склонившиеся над креслом или плашмя на столе.

- Никогда не трахалась в карете. Нужно добавить этот пункт в список предсмертных желаний. Продолжай.

- Было больнее, чем я думала. В книгах всегда быстрый укол боли, и затем наслаждение.

- Ну, это такой писательский прием драматизировать простой и естественный акт. Но слишком много боли и драмы превращает историю в страшилку.

Шеридан захихикала и приподняла бедра. Еще один хороший знак. Казалось, она не могла перестать двигать нижней частью тела. Значит, она чувствовала что-то в правильном месте.

- Это не страшилка. Определенно. Просто все горело внутри. Я была влажной и возбужденной, но не готовой. Не совсем. В следующий раз было намного лучше.

- Можешь вспомнить лучший раз с ним? Лучший секс? Лучший оргазм?

- Да. Как будто это было вчера.

- Расскажи мне о нем. Я начну прикасаться к твоему клитору, а в это время ты будешь рассказывать о лучшем сексе в твоей жизни. И не спорь со мной.

- Не буду. - Она покачала головой и быстро и глубоко вдохнула. - Мне было восемнадцать, только что исполнилось восемнадцать... вскоре переезжала из Чикаго в Нью-Йорк. Я снялась в рекламе, и у меня появился агент. Мои мечты сбывались. Но...

- Но ты должна была оставить Рекса.

- Именно. Я не хотела, чтобы он знал, что происходит. Если бы он попытался меня отговорить, думаю, ему бы удалось. Поэтому я знала, что это будет наш последний раз, по крайней мере, на последние несколько месяцев. Однажды вечером я приехала в его дом. Он не ждал меня. Я улетала следующим утром, но не сказала ему этого.

- Что он сделал?

- Он открыл дверь и увидел, кто стоял на крыльце. Он затащил меня внутрь и, не говоря ни слова поцеловал меня.

- Очень мило.

- Мне нравилось, как он делал это. Каждый раз, когда я появлялась у него на пороге, я боялась разозлить его. Может, у него были гости или что-то другое, где было не желательно мое присутствие. Я даже не была его любовницей. Я была его порочным секретом. Но каждый раз, когда я приезжала к нему... да, все было именно так.

- А потом?

- А потом он был на мне... прямо в фойе. На мне была клетчатая юбка...

- Как у очень хорошей католической школьницы.

- Точнее епископальной.

- Не убивай мой женский стояк. Я притворюсь, что он был католиком. Продолжай. Он был на тебе как?

- Руками. Губами. Он любил кусать, когда целовался. Мои губы, язык, шею и уши. Он забрался под юбку и запустил руку под трусики.

- Ты была в трусиках рядом с ним? Такая трата времени.

- Только потому, что я любила, как он рычал от недовольства, когда снимал их с меня.

- Мне нравится твой подход. И я собираюсь прикоснуться к твоему клитору и киске. Продолжай.

Шеридан напряглась, но продолжила рассказывать.

- Итак... клетчатая юбка, - сказала Шеридан и вдохнула, когда Госпожа нежно прижалась подушечкой пальца к ее клитору. Все ее тело напряглось, но Госпожа ничего не сделала и не сказала, только ждала. Шеридан продолжила. - В фойе был стол, шикарный стол. Его домработница всегда держала на нем свежие цветы.

- Как мило. - Госпожа нежно разминала клитор Шеридан одним пальцем. Внимание, которое уделила Госпожа грудям Шеридан послало поток крови в нужном направлении. Губки Шеридан начали открываться и ее клитор немного набух.

- Эти несчастные цветы никогда не узнают, что их разбило. Все, что было на столе, полетело на пол, когда Рекс нагнул меня над ним.

- Вот дьявол, - сказала Госпожа и немного увеличила давление на клитор Шеридан, увеличила скорость движений.

- Да.

- Расскажи о своих ощущениях. Расскажи детали. А пока ты говоришь, попытайся вспомнить все чувства, который он возбуждал в тебе...- Госпожа провела одним пальцем вверх и вниз по лепесткам Шеридан. - Пока ты вспоминаешь, представь, как становишься влажнее и влажнее, думай о потоках крови, устремляющихся к твоим губкам и открытой киске...

Шеридан медленно вдохнула и кивнула.

- Да, Госпожа.

- А теперь продолжай рассказ. Я хочу войти в тебя.

Госпожа заметила, как тонкие пальчики Шеридан вонзились в шелковую подушку. Но она не возразила.

- Рекс нагнул меня над этим столом в фойе. Я помню прохладное скользкое дерево под правой щекой. Я вцепилась в бока стола, и он стянул трусики вниз по ногам.

Снова и снова, Госпожа скользила пальцем по лепесткам Шеридан и чувствовала, как они увлажняются и распаляются от прикосновений.

- И как только трусики были сняты, он раздвинул мои ноги. Практически растолкнул их.

- Извращенный мужчина. Должно быть, ты любила это.

- Боже, да. Хотя, я боялась. Все произошло так быстро, и Рекс был большим. Он мог причинить боль, если входил слишком быстро.

- Думаю многим мужчинам нужно набить татуировку "прелюдия" на своих членах. Как стикер, только постоянный.

Шеридан улыбнулась и приподняла бедра на несколько дюймов вверх. Извивания. Еще один хороший знак.

- Точно. Но в этот раз Рексу удалось достаточно себя сдерживать. Он опустился на колени и уткнулся в меня лицом.

- Этому мужчине воздастся по заслугам его. Продолжай.

Госпожа раскрыла губки Шеридан. Девушка сочилась влагой. Не спеша, Госпожа массировала наружные лепестки, чтобы еще больше крови прилило к ее клитору.

- Он атаковал меня своим языком, всюду проникал им. Странно было чувствовать его под таким углом. Обычно, когда он опускался вниз, я лежала на спине, а не на животе, распластавшись по столу. Но «странно» в хорошем смысле, под хорошим углом. Я стала настолько влажной, что могла слышать, как он проникает в меня пальцами.

- Сколько пальцев?

- Три или четыре. Не могу вспомнить. Не могу точно сказать. Они просто проскользнули в меня, к этому времени я была очень мокрой. Он так глубоко проник. Он нашел компромисс... использовал пальцы минуту или две... затем возвращался к оральному сексу, Рекс любил вылизывать меня. Он раскрыл меня очень широко и просто погрузился в меня лицом.

- Если он любит оральный секс, может он не так уж и плох.

- Нет... совсем, нет. И иногда он даже был хорошим.

- Когда трахал тебя?

- Именно. Да, итак, он трахал меня пальцами, пока у меня не стало течь по ногам.

- Ты течешь для меня, - улыбаясь, сказала Госпожа. Она все еще не проникла в Шеридан, оттягивая момент, как можно дольше.

- Я не могу вспомнить, когда в последний раз была так возбуждена.

- У меня свой подход к киске. Продолжай историю.

- Когда я буквально истекала, он встал и расстегнул ремень.

- Люблю этот звук.

Шеридан промурлыкала в знак согласия.

- Он и в этом был хорош... расстегивая ремень одной рукой, пока другая доставала член...

Госпожа прикусила губу, чтобы сдержать смех. У Любимицы Америки был восхитительно грязный ротик, когда она возбуждена.

- Я изнывала... - сказала Шеридан и переместила руки на свою грудь и начала ласкать соски. - Я хотела его внутри чертовски сильно. Не важно, как быстро он двигался, это было недостаточно быстро. Думаю, я начала умолять. Вслух, может быть. Помню, сказала "пожалуйста".

- Он удовлетворил просьбу?

- О, да, удовлетворил. Жестко удовлетворил, - ответила Шеридан, так мило хохоча, будто была в состоянии алкогольного опьянения. - Он вонзился в меня одним движением. На следующее утро на бедрах были синяки от того, как жестко он вошел. Я часто ходила в ванную, чтобы посмотреть на них. Он господствовал надо мной этим погружением.

Он владел мной... Госпожа заклеймила Шеридан званием «сабмиссив». Но тремя этими словами она сама себя такой признала.

- В противоположном конце фойе стояло зеркало. Я помню, как повернула голову, и смотрела, как он трахает меня.

- Я люблю так делать. Мужчины думают, что это они визуалы, но кому нужно интернет порно, когда у тебя есть зеркало в изножье кровати?

- Думаю, и мне нужно такое поставить. Боже, было удивительно наблюдать за ним. Я никогда этого не делала прежде... смотрела, пока он трахает меня. Он практически слетел с катушек. Он даже не держал меня, только край стола. Он просто... - Шеридан замолчала, чтобы вдохнуть и развести бедра еще шире. «Хорошо», - подумала Госпожа. Шеридан была близка к утрате контроля от ожидания проникновения. - Он просто вдалбливался в меня. Это было грубо. Я слышала, как скрипели ножки стола по полу. И он рычал и задыхался, будто ему было почти больно. Вы бы видели его... я видела его. Я все еще вижу его.

Госпожа позволила Шеридан остановиться. Чтобы девушка без сомнения потерялась в самом эротичном воспоминании ее жизни, воспоминании о мужчине, поглощенном похотью к ней, что он едва не съел ее живьем в прихожей собственного дома, даже не побеспокоившись сказать "привет".

- Что еще ты видишь? - спросила Госпожа, раскрыла Шеридан шире и погладила малые губы. Девушка блестела от желания и страстных воспоминаний.

- Он схватил меня за затылок и прижал к столу. К этому моменту он вколачивался в меня на всю длину. Я не знаю... словно он понимал, что это наша последняя ночь, хотя я не говорила ему.

- Ты тогда кончила?

Шеридан покачала головой.

- Нет. Он кончил первый. Громко. Обычно он был тих во время секса, очень напряжен. Но в этот раз он просто рычал. Обычно я не чувствовала, когда он кончал, но в ту ночь ощутила. Когда он вышел, его сперма стекала по моим ногам и капала на пол.

- Думаю, у него понимающая горничная.

- Он оставил меня лежать на столе, пока застегивал брюки. Затем он схватил меня и поднял. Я рассмеялась. Сумасшествие... Словно в Унесенных Ветром, он нес меня вверх по ступенькам. Я сказала ему, что могу ходить.

- Ты выглядишь так, будто весишь девяносто пять фунтов. Позволь мужчинам носить тебя на руках.

- Позволила и мне это понравилось. Я любила, когда он бросал меня на кровать. И я любила, когда он брал свой ремень и стегал меня по бедрам.

- Ох... мазохисткие наклонности. Я могу с этим работать.

- Надеюсь, Госпожа, - сказала Шеридан, ее голос понизился на октаву. - Он не часто бил меня. Не хотел, чтобы видели следы.

- Профессиональный риск в моем мире. В нашем мире, - исправилась Госпожа. Чем скорее Шеридан примет свою извращенную сторону, тем быстрее она снова начнет наслаждаться сексом.

- Именно. Но тогда мне было восемнадцать, и та ночь была сумасшедшей. Он выпорол меня от задницы до лодыжек...

- Я внесу это в свой список текущих дел.

- И затем он привязал меня к кровати. Он снова был твердым. Он забрался на меня... я любила смотреть на него. Не знаю почему, но он всегда был в костюме во время секса. Никогда не раздевался. Он снял пиджак, закатал рукава рубашки, и на этом все. Он оставался в жилете или галстуке... хотя мне это нравилось. Быть обнаженной с ним, полностью одетым в деловые сексуальные костюмы, было так грязно. Может поэтому он не раздевался.

Госпожа молчала. У мужчины глубоко за тридцать была интрижка с прекрасной девочкой-подростком? Она прекрасно знала, почему он не раздевался во время секса. Любовник Шеридан не хотел, чтобы она видела его стареющее тело. Но Госпожа не сказала об этом Шер.

- Что он сделал потом?

- Он снова трахнул меня. Не так жестко на этот раз. Медленнее... намного медленнее. Вторые разы всегда медленнее. И он, наконец, поцеловал меня. И, пока целовал, начал растирать клитор. Это было моим любимым моментом... когда он прикасался к клитору, пока был внутри меня. Я жестко кончала каждый раз, когда он так делал.

- Вот так?

Госпожа повернула ладонь и глубоко ввела три пальца в тело Шеридан, пока второй ладонью осторожно ласкала клитор. От первого проникновения Шеридан ахнула и изогнулась на подушках.