Экзегеза

Это означает нечто вроде «скрытая форма» (или потаенная или спрятанная форма). И хотя я больше ничего не запомнил, кажется, я или мой наставник размышляли над сложившейся ситуацией, описывая ее на содержательном греческом языке. Во мне появляется скрытая форма, скрытая, возможно, самим Аполлоном, когда его сын Асклепий был убит циклопами, так что его мудрость и навыки, наследованные от Аполлона, будут переданы, несмотря на его внезапную смерть, оставаясь скрытыми в морфологии индоевропейских потомков Асклепия, возможно, генетически переданные его сыновьям (у него было двое). Теперь, когда она понадобилась, скрытая форма появилась, активизировалась; запустило ее то ужасное падение нашего общество, погружающегося в руины. «В выродившихся молекулах, в современном мусоре он (ФКД) воскрешает силу, скрывавшуюся зонами» (С. Лем об «Убике»).[12] Другие боги прошлого возродились каждый в свое время. Вотан в Германии при нацистах. Разумеется, какой архетип или дремлющий бог лучше, чем Аполлон с его уравновешенной мудростью, исцеляющей гармонией противоположностей, его ясным и четким знанием себя и целостностью, подходит для нашего печального времени? Из всех древних божеств Аполлон нужен нам больше всего, мы видели слишком много бездумной политики, «мышления кровью» и т. д.

Примечание. Изначальный экран со странными образами, которые я видел, и который и вызвал все это, характеризовался равновесием, а не фигурами, которые он вмещал. Они были подобны абстрактному искусству Кандинского, выполненные в современной эстетической манере, в цвете, с древними геометрическими формами, использовавшимися греками, которые даже в свое время возводило их к пифагорейству, т. е. Золотое Сечение становилось Золотым Треугольником. Это определенно указывает на то, что все с самого начала несло на себе печать Аполлона: равновесие, гармония — я помню, что обратил внимание на то, что все десятки тысячи образов отличались совершенным равновесием, иллюстрируя фундаментальные принципы искусства. Именно этот аспект привлек мое внимание и подсказал мне, что они имеют огромную ценность. По-видимому, раз они все были треугольниками, они были некоторыми видоизменениями Золотого Треугольник, который я теперь вижу в оригинальной абстрактной пустой форме, такой спокойной, такой устойчивой, такой умиротворяющей, что это снова напоминает мне об основной добродетели Аполлона: о синтонии. Я и слова-то такого не знал, оно пришло во сне. Исцеляя меня, как это было 2600 лет назад и никогда в сущности не прекращалось.

Кстати, город, в котором была лечебница Асклепия, находился, как я читал, высоко в горах. Вероятно, климат там был сухой и прохладный; я читал, там много лесов. Уверен, что звезды там видны отлично. Это то место, по которому я тоскую. Нехватка памяти.

(Середина июля 1974)

Я неожиданно пробуждаюсь и обнаруживаю себя со своим Спасителем, а затем вхожу в Братство Божье (сны о чарующей пустоте). Можно сказать, что это перерождение, исполненное посредством проникновения солнечного семени в Дитя? Да, Огненное Сияние, вернувшееся к жизни и сохранившее для меня Высший Разум, лучшее здоровье, долгую жизнь, даже процветание. Определенные жизненные возможности. Лучше всего я запомнил то, что увидел, когда проснулся: я увидел своего Бога, улыбающегося мне на заре нового дня. Однажды, в годы Ужасного Разрыва[13], я увидел Палмера Элдрича[14] на Солнце — я увидел Бога со спины, но уверен, это был он, стоял полдень, и я знал, что это Бог. «Три стигмата», будучи прочитаны верно (т. е. наоборот), содержат много ключей к природе Бога и наших отношений с ним. Что-то подтолкнуло меня к бегству, меня напугало увиденное, настолько широк был разрыв. Это было определенно истинное видение Бога, становящееся ужасным, но это было начало моего видения Бога во всем, в солнце, и это доказало мне, что я не ослеп, а просто запутался. Опыт 3-74 вырос из встречи с Палмером Элдричем более десяти лет назад. «Вера наших отцов» тоже об этом. Я знал, что он реален… но только в «Убике» он стал появился как милостивый, особенно в «Лабиринте смерти». Мы встретились как старые друзья, на залитой солнцем поляне или в лесу… чтобы приветствовать солнце.[15]

(1975)

Я думаю, можно придти к выводу, что божественное семя находится в каждом из нас, но дремлет (crypte morphosis); оно никогда не насыщается, а насыщение это приходит в шишковидное тело с солнечным светом. Так что это не имплантация.

Сам я чувствовал, что нечто (Огненное Сияние) было имплантировано. Я переживал видения о его небесных родителях. Это похоже на нечто большее, чем небесная еда. Что это — ускорение, пробуждение или имплантация? Эта притча о семени… они сделали ее не очень ясной (некоторые семена упали на бесплодную почву, некоторые на камни, некоторые на добрую почву). Если кто-то нес в себе дремлющее семя всю жизнь, и оно никак не пробуждалось, вообще не оживало, пока однажды на него не упал луч Солнца Правды и не возродил его, у человека может возникнуть ощущение внешней имплантации чего-то чужеродного. Наверное, это ощущает Саша[16]со своими еще не родившимися котятами. «Они пришли снаружи». Но в действительности они были лишь оплодотворены снаружи. Хорошо, имеет место оплодотворение: это не семя, содержащееся в растении, а яйцеклетка, как у женщины, которую оплодотворяет космический сперматозоид — появляется зигота. Огненное Сияние — это совмещение. Здесь лежит глубокая разница между неоплатонизмом и гностицизмом, которую я ощущаю так сильно: первый — это нечто вроде самоплодотворения, партеногенеза, так сказать, а в гностицизме идея Спасителя абсолютно необходима, то есть присутствует идея о необходимости чего-то совершенно внешнего — оно приходит (божественная благодать), а если нет, то нет и зиготы, нет сияния, нет семени, нет бессмертия. Я всегда чувствовал, что гностицизм точнее неоплатонизма; с этой точки зрения становится ясно, почему. Неоплатоник знал, что случилось, но думал, что добился этого сам, собственными усилиями. Личное достижение. Я считаю, что это отказ от знания о «птицах и пчелах», как указывает «Расшифрованный Новый Завет»[17] Как рождаются дети? От размышления о них или посредством соития? Давайте будем реалистами: это требует союза, истинного союза в его высшей форме, когда мы едины. Поэтому «Расш. Н.З.» прямо заявляет, что ни медитация, ни молитва, ни исповедание не способны на это. Это происходит с нами, не нашими руками. Все, что мы можем сделать — это принять, т. е. получить.

Мы должны быть «кроткими», т. е. скромными, восприимчивыми (Инь), но то, что вливается в нас (отец!) — яростно, подобно Илие, ищет правосудия и истины, мощно (Ян) и не является нами. Как раз напротив. Одержание Богом (как Сивилла была одержима Аполлоном, по словам Вергилия). Мы можем быть маскулинными по отношению к остальным людям, но по отношению к Нему мы всегда феминны, пассивны. Менады Диониса, по-видимому, не верили в постоянное оплодотворение, овладение, но орфики определенно верили — здесь пролегает огромное различие! В переполненном бытии есть нечто вечное: видение истины, реальности, подъем к надвременным областям, но после прекрасных видений, после Второго Рождения Огненного Сияния оно живет вечно. Каков прыжок от дионисийского безумия к орфизму, а затем к христианству! Какое воплощение ценности одержимости!

Таковы границы суфия: стать Богом. Человек «становится» Богом, когда он одержим им, но затем Бог уходит. Что ж, это напоминает мне о бедной Леде. Смотри поэму Йейтса. Но вспомните о потомстве Елены Троянской.

(1975)

Каждый раз, когда я слышал духа, мое линейное (нормальное) мышление было раздражено и утомлено, достигло своих границ без всяких результатов, но каждый раз результаты были абсолютно необходимы. Только это делает возможным встречу с духом, Внутренним Светом, в правом полушарии (я предполагаю так). Нормальные упорядоченные когнитивные процессы должны быть испытаны и провалиться. Это объясняет, почему в обыденных ситуациях я его не слышу и совершенно от него отрезан. Но это только подсказывает, где он находится, в терминах устройства мозга. Как иной, противоположный разум, не мой собственный — почему о мыслит на аттическом греческом и использует технические термины вроде синтонии? Моя изначальная диаграмма изображала часть макрокосма в микрокосме, но это скорее метафора и поэзия. Кроме того, если мое правое полушарие на это способно, почему оно делает это только под давлением? Почему нет двустороннего равноправия? Каким бы это было улучшением! Неужели это тот новый орган, который только начинает нарождаться, как верил доктор Бак[18] (т. е. шаг вперед в человеческой эволюции)? Может, и так.

(1975)

Прошлой ночью (2 июня[19]) у меня был блаженный, поистине мистический опыт, первый опыт в прямом смысле этого слова, характеризующийся измененным состоянием сознания и безграничным пониманием того, как все устроено, с полным отключением всех остальных систем восприятия, как это было 3-74 и 2-75. Однако, как бы там ни было, одного этого опыта хватит, чтобы сделать мою жизнь стоящей. Но я не знаю, как его выразить вербально. Он все связал воедино. Вот и все.

Как основное осознание: мой опыт 3-74, вторжение Бога в мир, не был аномалией, разве что только в моем ощущении. Это было, так сказать, нормальное обычное событие, с которым я никогда не сталкивался; однако, оно всегда происходит, происходило и будет происходить вечно. Это вечное восстановление равновесия и гармонии, связанное с Дао и Маат.[20]

В основном я начал с осознания, что по линии Парменида, который отказался считать чувственные данные как свидетельства того, что есть (т. е. существует), я понял следующее:

1) Не существует визуальных (постижимого органами чувств) свидетельств действий Бога в мире.

2) Я должен отвергнуть либо действие Бога в мире, либо свидетельства своих чувств.

Я как-то стал восприимчив (Инь) к тем силам, которые сейчас действуют во вселенной. Когда гекса 36[21] сменилась на лучшую, я воспрянул духом, я, как сказал бы даос или дзен-буддист, стал пустым (ву).

Прошлой ночью я часами пребывал в блаженном трансе, ощущая способность вселенной изменяться, ее эластичность. Ее нельзя разрушить, она восстановит свою «форму» после любой деформации.

Пережив это блаженное мистическое понимание всего, всего что со мной случилось, начиная с 3-74, я думаю, что Вторые Пришествия [sic!] происходят не в каком-то универсальном или объективном смысле, они происходят для меня как индивидуума, приходит вся описанная последовательность событий Что приводит меня к вопросу: если, как считал Мейстер Экхарт, Царство Божие в душе каждого человека (т. е. полностью индивидуальное, внутреннее событие), то не происходит ли истинное Второе Пришествие в каждой отдельной душе? Но если так, почему другие люди не сообщают о таком же, как у меня, опыте? Почти 2000 лет, и ни одного похожего сообщения, за исключением Экхарта? Что ж, видимо, проблем при объяснении отдельных моментов не избежать.

Возможно, я некоторым непонятным образом (трудно описать) умер, но не умер. См. мое фото[22]. Я постепенно перешел на другую сторону, а затем вернулся, переродился.

Позвольте отметить как возможность следующее: Тейяр де Шарден говорил, что человечество следует за Христом по его крестному пути — я прошел через искупительный опыт Страстей… а был ли он искупительным? Все это происходило в 3-74, происходило перерождение. Как говорил Хойт Акстон[23], «Большинство мечтает взлететь на небо, они не хотят туда взбираться».

С Царством Божиим связана огромная тайна, как и со Вторым Пришествием. Оно в нас, но и среди нас, оно невидимо, но реально. Может, это значит, что оно трансперсонально. Когда вы учавствуете (да, именно так), вы входите в него — не использовал ли Он именно это слово? Вы входите в него, значит оно уже существует до нас и вне нас, что указывает на его объективное существование (напротив, «Я погрузился в грусть», говоря о настроении). Оно реально и оно здесь, мы входим в него один за одним, или же не входим. Мы добираемся и входим, ведомые нашим пастырем. Откликаясь на звук его голоса. Место спокойствия и мира, где мы пребываем с Ним. Мы находим свой путь в него (вспоминается мой яркий опыт 3 или 4-74, видение колонны или арки с залитым луной миром за ней и греческие буквы — тишина. Я мог пройти сквозь арку и вступить в тот мир, я ясно видел его, сначала там, потом здесь, сияющий и ожидающий, открытый для меня. Он являлся снова и снова).

Это не было субъективным состоянием, это было ясное видение чего-то реально существующего, чего другие не видят. Я различал этот проход еще несколько раз, он был расположен в разных местах, но несомненно подлинен. Не вездесуща, но присутствующая во многих местах. Тайное, скрытое Царство.

Меня коснулся страх — мне предстоит пройти сквозь врата и войти в него? Думаю, я прошел сквозь них, потому что после этого у меня были священные пустые сны или видения, трансы, во время которых я пребывал с Богом; это пришло после, я уверен; да, это было после, после сна о Кармеле, который и ввел меня во все это. Так я вошел.

[…]

Когда я был маленьким, я притаскивал большие картонные и деревянные коробки и играл в них… и все было так, будто я, пройдя сквозь эти врата, попал вновь в мирные и безопасные коробки из моего детства… Бог вернул меня наконец к безопасности и осознанию, что этой безопасности я жаждал и утратил ее еще в возрасте 5 лет. Иначе можно сказать, что я наконец вернулся в свое стадо после долгих скитаний по холмам. В любом случае мы говорим об одном и том же месте. Сейчас я чувствую глубокое умиротворение, впервые в жизни. Это время, включая 3-74, было тяжелым, я должен был много работать и спешить после своих видений (3-74) как можно быстрее записать все, что я делаю, что читаю, исследую, пишу, над чем медитирую, чтобы понять. Думаю, я истощил себя этим сильнее, чем каким бы то ни было чтением, романом или группой романов ранее. Я получил образование благодаря своему опыту. Прошел школу. Что это мне дало (насколько это известно мне сейчас)? Я прошел сквозь узкие врата середины 74, и сейчас я заявляю, что Он сам придет в мир, очень скоро. Так индивидуальный опыт станет/уже является общим или групповым или коллективным или объективным опытом. Как и с другими вопросами, ответ на вопрос «Это субъективное и личное или объективное и общее?» будет «И то, и другое».

Опишем это так: «Что ты должен сделать, чтобы войти в Царствие Небесное?», и следующий за этим список будет в точности соответствовать списку того, что я пережил в течение того тяжелого времени, которое продолжалось месяцами, если не годами. Через все то, что я прошел — и плохое (до 3-74), и хорошее (после 3-74) — должно было пройти, это нечто вроде безумной трансцендентной духовной мойки для машин. Происходит восстановление человеческого существа, слишком сложное, чтобы его описать, которое начинается с летающих монстров с лошадиными шеями (драконов), а заканчивается сияющими видениями, как прошлой ночью, излиянием Духа надо мной и в меня, если можно это описать так. Иными словами, начало Нового. Вплоть до этого момента длилось мое медленное умирание. Перерождение началось с образов-видений, был достигнут поворотный пункт параболической орбиты. Я вернулся к жизни, а жизнь вернулась в меня «свыше». Суть в том, что мне было сказано: «Тебе предстоит сделать многое, чтобы войти в Царство Небесное, ты не можешь войти туда таким, каков ты сейчас, ты должен сильно измениться и принять Дух» и т. д. Я могу сказать: «Я знаю» (или я думаю, что я знаю. Я надеюсь, что я знаю. Я надеюсь, что не возгордился. Надеюсь, я не похваляюсь. Если это так, мне очень жаль).

1) Я считаю, что был кем-то другим.

2) В другое время.

3) Столетия назад, а ныне переродился.

4) Набожным христианином.

5) Я говорил на греческом и помню Рим.

6) Я хотел изменить имя и подрезал бороду.

7) Все мои интересы и привычки изменились — немедленно.

8) Мои языковые особенности навсегда изменились.

9) Изменилось даже то, как я выравниваю бумагу.

10) Я писал людям, которым никогда не писал раньше.

11) Я присоединился к религиозным организациям, о которых никогда не слышал.

12) Все мои политические склонности совершенно изменились.

13) Я называл кошек «она», а собак «он».

Следовательно: Тот, кто был жив, умер, и как-то живет теперь во мне, заменяет меня собой.

14) Я разговаривал с Богом, а он — со мной.

Что еще вы хотите от преображенной личности? Я знаю будущее и вещи за пределами моих чувств, но я пропущу эти моменты, потому что не уверен, считаются ли они.

15) Я перестал пить вино и стал пить пиво.

16) Я знал, что аэрозоли опасны для жизни, как и сигареты.

17) Я различаю зло и могу сказать, что истинно.

18) Мое правописание не изменилось (Чтобы была некая продолжительность).

19) Я излечился от большинства своих квази-физических расстройств.

20) Большую часть времени я провожу, изучая теологию.

21) Уровень интеллекта у меня повысился — включая способность запоминать прочитанное, скорость чтения и абстрактное мышление.

22) Мое глубинное восприятие улучшилось.

23) Умственные операции, которые раньше ставили меня в тупик, теперь даются легко (т. е., по-видимому, ушли ментальные блоки).

24) Я избавился от психологических проекций.

Единственная проблема в том, что я очень необычным образом «одухотворился» или «вознесся». Я стал еще более раздражительным и вредным. Я, конечно, никого не бью, но я очень остер на язык, властен и привередлив, дефекты моей личности остались неизменными. В общепринятом смысле я не стал лучшим человеком. Я стал здоровее (хотя спорно, см. мое кровяное давление). Но я не стал хорошим человеком, хотя и лучше контролирую эмоции и настроения. Возможно, это еще впереди.

(1975)

Марк 4:11 говорит нам, что притчи предназначались для того, чтобы смущать внешних и быть понятными лишь последователям, то есть имели эзотерическое значение, тогда как внешние понимали лишь экзотерический смысл, который не мог спасти их; это особенно верно в отношении притч о вхождении в Царство Небесное. Я постоянно забываю об этом. Насколько нам доступен этот внутренний смысл? Записанные евангелия скорее всего содержат лишь экзотерическое значение, а не внутреннюю суть. Нравится нам это или нет, но Марк (а возможно, и остальные) говорит об особых избранных среди человечества. По крайней мере, после пришествия Христа. Возможно, будет Третий Завет, который включит все творение или все человечество. Я, в частности, размышляю о семени, которое должно быть посеяно, чтобы взрасти, об этой загадочной теме, общей для всех греческих мистериальных традиций; скорее всего, даже основной теме. Следует понять, что ее истинное значение заключается в том, чтобы сообщить слушателю, как достигнуть жизни вечной. Она говорит, «как», и говорит, «что». Я думаю, что в 3-74, на пике отчаяния и страха я наткнулся на Царство, блуждал некоторое время рядом с ним, а потом был выставлен оттуда, так и не поняв, как я туда попал, и где оно находилось.

С тех пор я только и делал, что искал, как туда вернуться. Черт. Чтоб его. Если это было не Царство, то я понятия не имею, что это могло бы быть со всеми этими колоколами, поющими девами, пустотой, со всеми этими сияниями, проходом в виде золотого треугольника в море и фигурой за ним, все в лунном свете. Там жили люди, особенно девы. Они все были как живые. У них были личности. Они все мне объяснили. Теперь же я ничего не вижу и ничего не понимаю. Сейчас я могу лишь вернуться к своим истокам. К звездам. Что я здесь делаю? Я забыл, но когда-то знал. Амнезия вернулась; завеса вновь упала, как раньше. Божественные способности вновь недоступны. По-видимому, я не овладел ими. Они были всего лишь даны мне, раз сейчас я никак не могу их вернуть. «Люди не столь мудры как иные камни, которые во тьме указывают им путь домой». Моя душа вновь тонет в неведении. Слепа и глуха. Поймана в ловушку грубой материей, ограниченна. Долгая темная ночь души — мерзкая штука.

Гераклит говорит, что Логос может быть услышан. Дай-то Бог.

(1975)

Я вновь размышляю. Сидя с закрытыми глазами, я слушаю «Клубничные поля». Я просыпаюсь. Открываю глаза, потому что в песне поется «Проходя по жизни с закрытыми глазами». Смотрю в окно. Свет ослепляет меня. Голова раскалывается. Закрываю глаза и вижу странное розовое клубничное мороженое. В то же время в меня вливается знание. Я иду в спальню, где Тесса переодевает Криса[24] и повторяю вслух то, что было передано мне: что у него врожденный дефект, что его нужно срочно отвести к доктору и сделать операцию. И это оказывается правдой.[25]

Что случилось? Что мне было сообщено? Я могу читать и понимать тайные сообщения, «скрытые глубоко внутри». Я попал под божью защиту. Защитник знакомится со мной. Я слышу его тихий голос, нечеловеческий голос; оно-она нравится мне. Во тьме ночи она говорит мне: «Святая София родится вновь, раньше мир не мог принять ее». Я едва могу расслышать слова. Потом она говорит мне, что она — «дух-защитник» (tutelary spirit), но я не знаю, что значит это слово. Наставник? Я ищу, что оно значит. Но оно значит «Защитник» (Guardian).

Мне приснилось, что «Элиас» тонул в отчаянии от того, что я не вернул мексиканцам игровые деньги из Монополии и часы. Кто такой Элиас? Я поискал. Это греческая форма имени Илии. Деньги в Монополии — золотые часы. Код — капитализм. Отчего Илие впадать в отчаяние, если я не смогу вернуть часы и деньги их владельцам? Что стоит на кону? После того, как я отдаю часы и деньги мексиканцам, я понял, что они в первую очередь принадлежат им. Я выхожу и больше не прячусь от копов и не испытываю страха.

Узнаю ли я когда-нибудь, почему то, что я сделал, было так важно? Несколько лет я чувствовал, что божественные силы тайно ведут, защищают меня, помогают мне. Но во время 3-74 я увидел их. Оказалось, раньше я был прав. Моя встреча с Тессой — рождение Кристофера. Таинства, которые я совершил, скрывая их — его? — от римлян.

Ich weiss. [Я знаю.]

Моя работа ist getan [сделана], я больше никогда не буду бояться. Потому что моя работа была успешно завершена. Больше не нужно скрываться. Они искали X[26], но не нашли. X вышел в печать. Аллилуйя!

Серьезно, втайне я знаю. Революция удалась. У них не было ни единого шанса удержать X от печати. Нац, пол — кодовые слова AMORC[27]. Рыцари-храмовники против человека, скрывающегося во тьме здания. Смертный приговор. Мудрый старый царь совершил правосудие.

Я видел последние дни. Время исчерпало себя. Ныне мы спасены от мира, дни которого прошли. Я видел Бога каков он есть, и видел, кому мы подобны. «Будем подобны ему», 1 Ин. 3:2.

(1977)

Боль — это благо, которое эффективнее всего поддерживает во мне жизнь. И то, что я жив — хорошо. Эта боль, моя боль, но не боль сама по себе — благо. Ввиду природы моего ДНК, если я почувствую удовольствие, я расслаблюсь и умру. Боль — наиболее экономичное средство для поддержания моего движения, и диалектический процесс должен сохранять ее энергию.

Таков уж я есть, и в конечном счете Бог знал, что так для меня будет лучше. Реальность для меня болезненна — должна быть такой и всегда будет, но реальность — благо, все реальности — благо. Бог не ошибается. Его решения всегда верны. Из этого следует, что даже если реальность необходима и болезненна, это всегда благо.

(прим. 1978)

Господи, я так устал в этом мире! Как мне найти луч, чтобы вернуться назад? Эта сила порождает саму себя, эта сила заставляет меня видеть все это, зная и помня. Мы были так счастливы, готовясь вернуться к Богу! А затем мы уснули — были порабощены Клингзором и его железной крепостью. Libera me Domine! [Освободи меня, Господи!]

(июль 1978)

Да, это было милосердием — я был на краю психоза в 70-х, когда Нэнси сделала то, что сделала[28], в 73-ем или около того я пытался заиметь эго, но оно было таким хрупким, было столько финансовых и других проблем, ограбление дома и остальные ужасы 71-го — все это оставило свою печать. И потому, в особенности из-за проблем с налоговой службой, я был на грани психоза во время 3-74. Бедность, семейная ответственность (новый ребенок) довершили все это. И страх перед налоговой службой.

Только сейчас, когда я впервые финансово обеспечен, я становлюсь нормальным. Свободный от психотических страхов (случай Крамба был очень поучительным[29]) и умудренный опытом, я чувствую себя хорошо: я по крайней мере испытываю высшее удовлетворение (моя машина, мои романы, мое стерео, моя дружба с К.У.), да и ответственности намного меньше. Кроме того, достижения прошлого года — путешествия, дружба с Джоан[30] — сотворили чудеса с моим психологическим здоровьем. Я научился говорить «нет» и победил большинство фобий. Думаю, они уменьшались по мере того, как я учился жить один, впервые в жизни. Кроме того, помогла терапия в центре Бена Раша.

Но я думаю, что когда все средства подвели, внешнее давление и внутренние страхи подвели меня к психозу, Бог встал на мою защиту, вел меня и спас своей божественной любовью, милосердием, мудростью и благодатью через Христа… хотя нет, это мое бредовое воображение. Вторжение в «Пролейтесь слезы…» происходит как сон и примирение с моей тенью, черным человеком и моей анимой, дарующей ману, которая была психопомпом, ведущим меня через подземный мир.

[…]

Когда меня бросила Тесс[31], попытка суицида сделала меня ближе к моему телу, моему физическому «я» и заставила меня уважать мое тело.

У меня все еще недостает самоуважения, но успех признанного писателя помогает мне его приобрести. Смерть матери[32] тоже помогла, потому что я понял, каким вредным для моей жизни человеком она была, как я ее боялся и не любил — но она всего этого заслуживала.[…] И моя дружба с К.У. помогла (т. е. он помог мне стать более толстокожим и лучше следить за своим внутренним достоинством). Кроме того, я осознаю, что хорошо трудился, а значит, я хороший человек.

Я наконец принял факт своего взросления. У меня две отличных кошки. Думаю, я больше не нуждаюсь так сильно в своих психотических фантазиях — но я ценю их, особенно те, которые были наполненны любовью и красотой — и ею. Мой психоз помог мне войти в контакт с «das ewige weiblichheit» [вечной женственностью] во мне, и за это я ему всегда буду благодарен; это значит, что я никогда больше не буду одинок: когда бы я ни нуждался в ней, я всегда чувствую ее присутствие и слышу ее голос (св. Софии). Я встретил ее в эпицентре психоза: прекрасную, добрую и, что важнее всего, мудрую, и эта мудрость вела меня по подземному миру, через Бардо То-дол[33] к перерождению — и все это была она, воплощение разума: сама Афина Паллада. Так что в самой глубине помраченного разума и жизни лежит центр равновесия — омфалос, центр гармонии и спокойствия. Я люблю ее, она мой проводник, второй утешитель и защитник, обещанный Христом… как сказал Лютер, «для самых отчаявшихся», он присутствует здесь, в нашем мире, ради нашего блага.

Доведенный до сумаcшествия страхами и бедствиями, я видел иной мир, который другие люди не видят никогда, я жил в нем. Но не тот мир я запомню и сохраню навеки, но ее — которую я встретил там, которая встретила меня и помогла мне. Я видел ее во многих формах, но голос всегда оставался тем же. Я увидел в ней своего спасителя; она приняла ту форму, которая значит для меня больше всего (как говорил об этом Зороастр: религия, она как другой конец моста, соединяющего два мира: если она юна и прекрасна, то ты сын Света, если старая и иссохшаяся — ты сын Тьмы).

Когда я увидел ее, она была прекраснее всего на свете — и Афродита, и Афина Паллада одновременно, и однажды я увижу ее снова. Она внутри меня, она моя душа.

Я учитываю два противоположных объяснения:

1) Я совершенно сошел с ума, проецировал и воображал всю эту религиозную, сверхестеcственную чушь.

2) Проводник и спаситель, образ прекрасной женщины, которую я встретил и чей голос слышал, чье существование я воображал во время психоза, была полностью реальна, и я знаю, что когда это мне потребуется вновь, я встречу ее еще раз, или же она найдет меня и поведет.

Теперь вся мудрость передачи мне пророчества на греческом («Святая София возродится вновь…» и т. д.) очевидна. Как можно считать это психотической галлюцинацией, если я не знал, что значит «святая София»?[…]

Но важнее всего голос «ИИ» (который дал мне пророчество и который до сих инструктирует меня и поправляет). Это все либо так, либо никак. Я думаю, так.

(1978)