Приключения Генри-Генриетты

Светлана Латова

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ГЕНРИ-ГЕНРИЕТТЫ

Глава 1

Денек выдался знойный. Солнце палило, природа изнывала от жары, а люди прятались по домам. Само собой разумеется, торговля шла плохо. Немногочисленные покупатели бродили по рынку, даже не глядя в сторону лавочки Ганса. Несколько раз в месяц он приезжал в город на рынок, всегда садился на одно и то же место и торговал. Клиентов никогда не было много, к тому же скромный мастер не умел торговаться и зачастую продавал хорошие вещи почти за бесценок. А между тем, сегодня ему во что бы то ни стало надо купить круп, муки и овощей, иначе семью кормить будет нечем.

«Кусок мяса бы прикупить», — мечтательно подумал Ганс, сглотнул слюну и принялся обмахиваться шляпой, разглядывая безделицы, которые привез на продажу: вот резная шкатулка, вот гребешки для волос, вот расчески и зеркальца с ручками диковинной формы, вот рамки для картин и много других вещиц. Он был хорошим мастером и провел много дней, трудясь не покладая рук, но все впустую, если он не сможет ничего продать. Как растить детей, если они едва сводят концы с концами?

От грустных мыслей его отвлек звонкий детский голосок:

— Папа, посмотри, как сверкает весь наш товар! Как будто сделан из золота, а не из дерева!

— Молодчина! Я и не знал, что можно так до блеска натереть эти шкатулки, — Ганс с улыбкой наблюдал, как детские ручонки заботливо протирают каждый деревянный цветок, каждый резной листик.

Неожиданно у прилавка появился один из постоянных клиентов Ганса — богатый и знатный вельможа, но, увидев его, мастер нисколько не обрадовался. Этот богатей был известен своей скупостью: он всегда старался доторговаться до самой маленькой цены, хотя денег в кошельке у него было больше, чем Ганс заработал за всю свою жизнь. Бедняков тому было совсем не жаль.

Этот вельможа уже присмотрел красивую резную рамку для картины.

— Я куплю эту рамку за два гроша, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

Ганс вздохнул и уже собирался отдать вельможе рамку, над которой работал несколько дней, но тут раздался звонкий детский голосок:

— Господин, эта рамка стоит два золотых! Посмотрите, какие резные цветы! А какие листья! А как переливается на солнце лак! Обойдите хоть весь рынок, другой такой рамки вы не найдете.

— Рамка за два золотых? Это же уму непостижимо! Послушай, Ганс, я дам за рамку десять грошей, хорошо?

— Отец, ты слышишь? Нашу рамку, которую мы с тобой делали столько времени, оценили всего в десять грошей! У этого знатного сеньора точно есть вкус, раз он обратил внимание на такую вещицу. Но мне думается, что эта картинная рама могла бы украсить даже покои короля, так она мне кажется хороша! Милостивый господин, продать рамку за десять грошей мы никак не можем. Одно только дерево обошлось нам почти в золотой! Дерево особенное, посмотрите, какой приятный цвет! А ведь еще лак и работа!

— Неужели ты свою работу оцениваешь в золотой? — удивился вельможа.

— Конечно, нет! Пол золотого — за работу отца, а пол золотого — за мою!

— Ладно, держи, — вельможа протянул мастеру два золотых. — Ну, и повезло тебе, Ганс, с сынишкой! — добавил он. — Как малого зовут?

Ганс только открыл рот и начал говорить, как его снова опередили:

— Генри! Меня зовут Генри!

— Рад познакомиться, Генри! — ухмыльнулся вельможа.

— И я рад. Приходите еще! — кивнул малец.

Покупатель ушел, а Ганс с изумлением переводил взгляд то на два золотых, то на свою малолетнюю дочь Генриетту. В своих штанишках, подшитой старой рубахе отца и кепке она и вправду была больше похожа на мальчишку, чем на девочку. Да и не брали с собой торговцы дочерей на рынок.

Наконец, мастер спрятал деньги в карман и погладил свою помощницу по голове.

— Ума не приложу, откуда у тебя такая хватка? Ну, главное денег заработали, с голоду не помрем. Домой поедем, устала, наверно?

— Нет, папа, что ты! Тут так интересно! У меня к тому же предчувствие, что нам сегодня еще повезет.

Ганс послушался дочери и не прогадал: никогда раньше он столько не зарабатывал. По дороге домой они купили не только круп и овощей, но и мяса и всяких сладостей. А своей любимой жене, Матильде, Ганс купил чудесное ожерелье, которое давно присмотрел в лавке украшений, но у него никогда не хватало денег.

— А тебе что подарить? — спросил мастер у дочки. — Проси все, что хочешь, ты сегодня мне очень помогла!

Генриетта на минуту задумалась, а потом радостно воскликнула:

— Давай, купим большую книгу со сказками. Я буду читать ее Клариссе.

Ганс, конечно, согласился. Ему было приятно, что Генриетта попросила не игрушку, а книжку, ведь она только научилась читать. Но еще больше его радовало то, как она любит свою младшую сестренку и как старается заботиться о ней.

Они заехали в книжную лавку и купили самую большую и красивую книгу со сказками, которую только нашли. Книга была очень дорогая, но Ганс, не раздумывая, потратил на покупку все оставшиеся деньги. Он очень любил своих дочерей, и ему хотелось хоть раз подарить им что-то действительно стоящее.

Домой они вернулись поздно.

За ужином Ганс рассказал Матильде про то, как маленькая Генриетта торговалась с вельможей и другими клиентами.

С тех пор Ганс уже никогда не ездил на рынок без Генриетты. Всю торговлю и разговоры с клиентами вела только она. А покупатели и другие торговцы только дивились, откуда у тихого мастера появился такой бойкий сын.

Глава 2

Ганс и Матильда нарадоваться не могли на своих дочерей.

Малышка Кларисса была такая хорошенькая, что все умилялись, когда видели ее: светлые, слегка вьющиеся волосы, белоснежная кожа, небесного цвета глаза и пухлые с ямочками щечки — в общем, вылитый ангелочек. Матильда души в ней не чаяла. Девочка росла очень доброй и большую часть времени проводила с матерью, помогая ей по дому. Кларисса восхищалась своей старшей сестрой, которая носила мужское платье, помогала отцу в мастерской и на рынке, а из города никогда не возвращалась без гостинцев для младшей сестренки.

Генриетта старалась заботиться о Клариссе, как могла. Она сама научила ее читать, и Кларисса по вечерам вслух читала большую книгу сказок всей семье.

Больше всего Клариссе нравилась сказка о Золушке. Как-то раз она даже сказала, что хочет быть похожей на нее, ведь та нашла свою любовь и счастье, потому что была доброй и трудолюбивой.

— Нет, — рассмеялась Генриетта. — Золушку смогла встретить принца только потому, что у нее была фея-крестная. А у тебя, глупышка, ее нет.

— Зато у меня есть ты, — ответила, улыбнувшись, Кларисса.

Так в радости и любви проходили дни, месяцы и годы.

Генриетта стала почти взрослой. Она прятала свои длинные темные волосы под шляпой и всегда появлялась на людях только в мужском платье. Иногда она подрисовывала себе маленькие усики и бородку, чтобы еще больше походить на мужчину. У нее было всего одно женское платье, но его она носила только дома.

— Что же мы натворили, — часто говорила Матильда своему мужу. — Как Генриетта найдет свое счастье? Как выдать замуж девицу, если все считают, что она парень?

— Так за кого ее выдавать-то? — пожимал плечами Ганс. — Достойных женихов во всей округе не найти.

— Достойных? А кого ей надо? Принца что ли?

— Да и не каждый принц достоин нашей девочки, — отвечал Ганс.

— Ну, это ты виноват, — качала головой Матильда. — Зачем обучил ее всему? Зачем брал с собой в город? И я-то не помешала!

— Не волнуйся, — утешал Ганс жену. — Генриетта не пропадет. Она найдет свое счастье, вот увидишь.

Матильда соглашалась, но через какое-то время снова начинала этот разговор. Она видела, как дочери ее соседок одна за другой выходили замуж, и ей так хотелось, чтобы Генриетта тоже нашла свою любовь. Она пыталась поговорить с дочерью, но Генриетта только смеялась и всячески успокаивала мать. Матильда просила мужа не брать дочь в город, но Генриетта каждый раз находила предлог, чтобы поехать с отцом. Да и, честно говоря, Ганс боялся ехать на рынок без дочери. Ее там знали, уважали и даже не пытались обмануть, ведь все понимали, что ничего не получится.

Генриетта говорила, что у нее и платьев-то нет, чтобы одеваться как девушка.

Тогда Матильда решила сама съездить с мужем в город и купить ей самое красивое платье, шляпку, заколочки и прочие женские штучки, чтобы нарядить ее как настоящую светскую даму. Матильда очень любила дочку и была крайне признательна за ее заботу и труд, но материнское сердце не могло вынести мысли о том, что Генриетта не сможет найти свое счастье из-за этого.

Ганс решил, что хуже от платья никому не станет, и в один прекрасный день они уехали в город вдвоем с женой.

Генриетта с Клариссой прождали родителей до поздней ночи, но те так и не вернулись. Не появились они и на следующий день и через неделю. Генриетта пыталась найти родителей, но те как в воду канули. Никто их не видел, никто не знал, где они.

Так девочки остались совсем одни.

Глава 3

Прошел месяц. Только Генриетта и Кларисса продолжали верить, что их родители вернутся. Все остальные считали, что тех уже нет на белом свете.

Однажды к ним приехала сестра отца, тетя Эн. Это была пожилая и очень властная женщина. Детей у нее не было, и она считала своим долгом позаботиться о дочерях пропавшего брата Ганса. Раньше она нечасто бывала у них дома, но сейчас решила временно тут поселиться. Тетя Эн рассудила так, что если в течение года Ганс и Матильда не появятся, она поможет девочкам правильно распорядиться имуществом. Она не была жадной до чужих денег и не собиралась обирать сестер, а, наоборот, боялась, как бы злые и завистливые люди не оставили девочек в нищете.

Тетя Эн занималась рукоделием. Она плела и вязала кружевные скатерти, салфетки, шали и даже сама ткала покрывала и ковры. Она пробовала и девочек научить всему, что умела сама. Скоро Кларисса так навострилась работать с пряжей и нитками, что даже тетушка Эн дивилась, глядя на ее кружева. А вот у Генриетты ничего не получалось. На самом деле она даже не очень старалась, ведь ей не нравилась такая работа.

Генриетта стала упрашивать тетушку позволить ей поехать на рынок и продать кружева Клариссы и некоторые из оставшихся работ отца.

— Ах ты, негодная девчонка! — вскричала тетя Эн. — Права была Матильда, когда пыталась отговорить Ганса брать тебя с собой на рынок. Сиди и занимайся рукоделием, а не то я тебя побью.

И тетушка замахнулась на племянницу, как будто и вправду хочет ее ударить. На Генриетту это не произвело никакого впечатления, зато Кларисса испугалась за сестру.

Она бросилась к тетушке и схватила ее за руку.

— Милая, дорогая тетушка, — залепетала она. — Пожалуйста, позвольте Генриетте поехать на рынок. У нее и, правда, хорошо получалось торговать. У нас уже почти закончились запасы и нужно ехать в город за едой, но денег нет совсем. А я, я наплету кружев и за сестру. Только не бейте ее.

— Ладно уж, — смирила тетя Эн свой гнев. Она очень любила Клариссу и не могла ей отказать. — Собирай все, что хочешь продать, — велела она Генриетте. — Завтра мы с тобой поедем в город.

Тетя Эн настояла на том, чтобы Генриетта надела женское платье, но ни одного порядочного наряда у девушки не оказалось. Тогда Кларисса одолжила сестре одно из своих платьев, которое той пришлось впору.

На следующий день рано утром тетушка и Генриетта приехали на рынок, где раньше Ганс продавал свои изделия. Никто не узнал в молоденькой девушке бойкого парня, не так давно торговавшего с отцом разными интересными вещицами.

Торговля шла плохо. Молоденькую девушку и пожилую тетку никто не хотел принимать всерьез. Генриетта старалась, как могла, но добилась только того, что ее бранили за плохое воспитание. То и дело ей говорили, что приличная девушка не должна себя так нагло вести.

— А приличная девушка должна умереть с голоду, только чтобы никто не подумал, будто она плохо воспитана? — возражала Генриетта.

В полдень девушка сказала тетке:

— Тетушка, я сделала так, как Вы просили. Сами видите, толку от такой торговли никакого, как мы ни стараемся. Позвольте мне показать, что я умею, в потом Вы решите, в каком платье мне ходить.

Тетя Эн вздохнула, но согласилась. Выбора-то у нее не оставалось, либо произойдет чудо, либо все они будут голодать.

Генриетта взяла сумку с мужской одеждой, которую захватила с собой в тайне от тетушки, и ускользнула с рынка. Недалеко был парк, где она нашла укромное место и быстро переоделась. Волосы она заплела в тугую косу и спрятала под шляпой. Припасенным угольком нарисовала себе тоненькие усики и бородку. Она взглянула на себя в зеркальце и ухмыльнулась.

— Генри вернулся, — тихонько прошептала она самой себе.

В таком виде Генриетта направилась на рынок. Она шла неторопливо, здороваясь со всеми знакомыми торговцами, пожимала руки, кланялась, рассказывала, что после исчезновения отца пришлось ненадолго уехать, а теперь она ищет свою тетку и кузину, которые должны были приехать сегодня. Она говорила, что давно не видела своих родственниц, но слышала, что они плетут чудесные кружева.

— Я сам не видел, но говорят, что кружево такое тонкое, почти как паутина. Если это действительно так, выкуплю у тетки всю партию, — говорила Генриетта, — а потом продам во дворец на королевские платья. Уж там-то заплатят раз в десять дороже, чем я куплю их тут.

Другие торговцы слушали и сразу смекнули, о какой тетке идет речь. Многие из них решили опередить Генри и бросились к тетке скупать ее кружево, даже не торгуясь. Кружево и вправду было тонкое и очень изящное.

Тетя Эн только удивлялась: почти целый день простояла она на рынке и продала всего несколько воротничков, а сейчас вдруг налетела целая толпа покупателей, которые вырывали товары друг у друга из рук. Меньше чем за полчаса она продала все кружева и покрывала. К тому моменту, как Генриетта дошла до тетки, на прилавке не осталось ничего.

— Здравствуйте, тетушка! — воскликнула она. — А где же все кружева? Неужели Вы все продали?

— Здравствуй … Генри, — добавила тетя Эн после небольшой паузы. Она поняла, что это Генриетта раззадорила остальных торговцев, чтобы они скупили весь товар. И, хотя раньше она была против всех этих переодеваний, сейчас решила подыграть своей племяннице. — Да, ничего не осталось. Все раскупили до твоего прихода.

— Ах, как жаль, но раз Вы уже закончили, поедемте ко мне домой. Без родителей там очень одиноко.

Тетушка, конечно, согласилась, и они уехали с рынка. Никто и не догадался, что невоспитанная девушка, торговавшая кружевами, и Генри- это один и тот же человек.

С тех пор тетя Эн перестала заставлять Генриетту плести кружева и разрешила ей делать все, что она пожелает. Девушка работала в мастерской отца, а несколько раз в месяц они с тетушкой ездили в город. Не считая того, что отца и матери больше не было рядом, жизнь в их доме начала принимать привычный оборот.

Глава 4

Как-то раз Генриетта с тетушкой приехали на рынок и сразу поняли, что-то случилось. Между прилавками то и дело сновали королевские слуги и стражники, а все вокруг что-то бурно обсуждали. До слуха несколько раз донеслось слово «дракон», но Генриетта всегда думала, что они бывают только в сказках, поэтому не придала значения услышанному.

Один из королевских слуг подошел к прилавку Генриетты.

— Что это у вас здесь? — высокомерным тоном поинтересовался он. — А, кружева нам не нужны. Сегодня мы закупаем только продукты.

Развернувшись, он уже собирался уйти, но Генриетта окликнула его.

— Господин, постойте! Я не могла не заметить, что сегодня все охвачены тревогой и повсюду снуют королевские слуги. Расскажите, пожалуйста, что случилось? Мне бы хотелось помочь, если смогу.

— Да чем же ты можешь помочь? — воскликнул слуга, но остановился. — Вчера на обоз, который вез продукты и разные товары во дворец, напал дракон. Спаслись только несколько охранников, все остальные погибли в огне. Весь груз остался там, у дракона, а через пару недель во дворце должен состояться бал, поэтому нужно закупить кучу всего, — слуга громко вздохнул.

— Господин, — сказала Генриетта, — я очень сочувствую и прошу принять от меня в дар этот прекрасный воротник. Пусть он хоть немного поднимет Вам настроение.

Слуга взял в руки воротник и залюбовался его узором. Он подумал, что такая вещица может украсить его форму балу или может снискать ему расположение кого-нибудь из знати, если он преподнесет воротник в качестве подарка. Но тогда к воротнику нужны такие же манжеты.

— Очень недурной воротник, — произнес слуга. Он не хотел слишком хвалить кружево, чтобы торговец не завысил на него цену. — А нет ли у вас манжет с таким же узором?

— Конечно, конечно, — тетушка Эн протянула манжеты. — Золотой, пожалуйста.

— Дороговато, ну да ладно.

Забрав кружева, слуга удалился.

— Ловко ты с подарком придумала, — похвалила тетушка Генриетту. — Во дворце такие штучки по одной не носят, взял воротник — покупай и манжеты.

— А еще он покажет наши кружева во дворце, и могу поспорить, скоро у нас будет куча знатных и богатых клиентов, — улыбнулась Генриетта.

Торговля шла неплохо, и, когда почти все уже было продано, Генриетта оставила тетушку за прилавком, а сама пошла поговорить с другими торговцами. Она всегда старалась быть в курсе последних событий.

На другом конце рынка она увидела большую толпу. Все обсуждали дракона.