Невеста поневоле

— А вы не местная, леди Валерия? — Стал задавать наводящие вопросы. Съежилась, прощупывает уже почву и готовит платформу для злодеяния.

— С чего вы так решили? — Строю из себя овечку, теперь и платья не милы, смотрю на них без интереса.

В мыслях только одно — надо сваливать.

— Одеты по — походному, охраны нет. Да и впервые вижу вас в столице.

— Я инкогнито, — выдаю. — У меня слишком много вассалов, и они затопчут тут весь город и прохода не дадут. Решила выйти из — под опеки. Как в легенде про короля, который выходил в массы притворяясь нищим.

— Как интересно! Совсем забыл спросить! А вы случайно не приглашены на бал его превосходительства герцога Нестора?

— Ну да, он меня очень ждет, — нагло лгу. — И спохватится, если не явлюсь. Кстати, вы не знаете графиню Селесту? Мы с ней разминулись. Меня и ее тридцать рыцарей нервировали.

— О! — Восклицает. — Вы знаете Селесту? Тогда беру свои слова обратно по поводу того, что вы неместная. Хочу пригласить вас в свой дом, буду рад, если отужинаете со мной.

Ага, и отзавтракаете. Заманивает. Уткнулась в очередную шмотку, делая заинтересованный вид.

Молчит в ожидании, похоже, дыхание затаил. Плохо дело. Надо бежать!

— Подождите здесь, сэр Клавдий, — говорю хрипло и перехожу в другую лавку.

Опешил, на лице недоумение. Но я — то знаю, что ему надо. Ну где мальчишка?!

— Филан?! — Кричу, как только ныряю в другой ряд.

Шмыгаю в третий, врываюсь в толпу. Ускоряюсь, перехожу практически на бег. Оглядываюсь, преследования нет. Только везде почему — то рыцари доспехами блестят! Вот я попала! В чужом городе и так облажаться! Учил меня папа, что нельзя демонстрировать свое благополучие в незнакомых местах. А если это человек Юджина? Все ж это по их мнению казенное, а я контрабандистка получается или воровка.

Спасительная цепкая лапка хватает меня в самый неожиданный момент. Чуть не взвизгнула. Мальчишка смотрит, мол куда.

— Филан, давай до гостиницы моей, э… Зеленая роза называется. Знаешь такую?!

— Конечно… Валерия, ты знаешь, что тебя преследуют?

Душа в пятки! Заметив мой страх, потянул за собой.

Выскочили с рынка, в улочку нырнули. Мальчонка ускоряется. Оглядывается.

— Бежим! — Вдруг командует.

Ощущаю, что позади действительно кто — то ускорился за нами! Мчусь за мальчишкой. Проскочили улицу, завернули в узкий проулок. Петляем. Становится все темнее и темнее.

— Долго еще до гостиницы? Вы вообще туда идем? — Спохватилась, когда вышли в безлюдный переулок.

Остановился Филан, посмотрел на меня скептически, недобро так…

Впереди три фигуры зловещие показались. Обернулась, позади тоже двое нарисовалось.

— Прости, Валерия, — прошептал мальчишка. — Я им задолжал. За сестру готов любого предать. Отдай им все, цела останешься.

Смотрю на него, как на врага народа. Вот сволочь мелкая. Прошмыгнул через мужиков. Лица из темени выплыли, словно пленка проявилась. Остервенелые, озлобленные, голодные морды. В руке у одного нож. Куда деваться? Стены сплошные по обе стороны этажа на два.

— Не кричи, — прохрипел один из них пропитым голосом. — Иначе порежем еще. Поняла, госпожа?

— И без лишних движений. У меня свиток магический, сожгу, только дернись, — раздалось позади.

— А хороша, — протянул сиплым голосом тот, что с ножом. — А точно без охраны, Фил?

— Я увел от преследователей, — ответил мальчик важно.

Лук сам возник у меня в руке. Первым же выстрелом пригвоздила руку с ножом. Истошный вопль поднялся, едва другие успели опомниться.

— Магичка! — Взревели разбойники и стали уносить ноги.

Усмехнулась злорадно.

— Гори, тварь! — Гаркнули позади. Развернулась и увидела, как в меня летит рулон бумаги! Инстинкт самосохранения заставил отшатнуться. Усыпило бдительность лишь то, что кидавшие стали убегать. А рулон не показался мне чем — то опасным. И зря…

Жар накрыл буквально через мгновение. Свиток превратился в шар, что быстро разросся перед самым падением. Словно бутылка с горючей смесью ударился о землю и стал распространяться. Огонь перекинулся на меня, будто живой. Ужас пронзил еще до ощущения какой — либо боли от ожогов.

Моя одежда вспыхнула, как солома! Вот теперь — то я взвыла! Забилась пытаясь потушить огонь, но он только раздувался. Жар!! Боль!! Все это сразу накрыло и превратилось в безумие. Я горю и больше ничего не соображаю. Падаю… Дикая боль на коже, в носовых пазухах и горле. Гарь пожирает изнутри. Задыхаюсь, не в состоянии больше кричать. Тело превратилось в одну сплошную боль.

Мощная лавина, появившаяся из неоткуда накрывает меня. Будто ванну воды вылили сверху. Удар такой, что бьюсь затылком о камень вымощенной улочки. Сознание мутнеет.

Ощущаю, что больше нет жара от огня. Лишь дикая, тупая и одновременно пульсирующая боль. Будто кожа дотлевает. Если конечно от нее что — то осталось. От волос то уж точно ничего…

* * *

Помню, как меня нашли стражники, отпугнув стервятников, что пытались забрать вещи. На украшения уже было плевать, но все порывы потревожить меня приносили боль. Вздутая кожа на пальце не дала снять кольцо, ощутила лезвие ножа, разбойник, видимо, решил отрезать мой палец. Но не успел. Вовремя прибыли представители власти. Шуму я наделала, все и сбежались.

Вдруг стало плевать на все это материальное. Еще бы. Я чуть заживо не сгорела. Лишь одна мысль не давала покоя. Теперь я некрасивая. Вижу это во взгляде старичка — лекаря. Закинули меня стражники в первую же больничку, увидели на мне украшения. Один потянулся снимать, второй его осек. Совестливый попался.

Пытались выяснить мою личность, а я говорить не могу. Горло обожгла. Больно даже дышать. А сквозь шок и пелену не оставляющих ощущений горения чувствовала, что мир вокруг обезумел.

Так и бросили у старика.

Страшное началось после. Что называется — лечением. Ладно мази, кое — как стерпела, дал мне травки дурманной, полегчало. А когда одежду вместе с кожей отдирать стал, вот тут — то я провалилась раз десять в беспамятство от дичайшей боли.

— Потерпи, деточка, — приговаривает старик, дергаясь погладить где — нибудь, а на мне живого места нет. — Как же ты жива осталась после такого, держись дитя, я за дворцовыми магами отправил, они облегчат твои страдания.

Реву, от слез щиплет кожу. Соленая капля, сползая, как ножом режет.

Мучаюсь, лежать больно. Тлеет мое тело, будто продолжает плавиться кожа. Счастье жалкой инвалидки приходит, когда очередной раз проваливаюсь в черную дыру. В голове бред, мысли в месиво превращаются, красные точки пульсируют. Не могу ни о чем больше думать кроме, как о боли. И она не отпускает. Мази приносят некоторое облегчение, но стоит пошевелиться и все начинает тлеть заново.

Меня посещают дурные мысли, что лучше бы я умерла и не страдала больше так.

Я не стесняюсь хрипеть от боли и звать маму, стараясь сильно рот не открывать. Ибо лицо стянуло…

Звала маму. А пришел Эрей Авель.

Он просто снял крышу и убрал стены дома, где я лежала, взял меня на руки и унес…

Ветер ласкает по нервам, играя на них, как на струнах. Всегда мечтала летать. Вижу город под собой, что стремительно уменьшается в размерах. Какая — то часть разрушена. С чего бы это?!

Могучие руки держат меня и совсем не приносят боли.

Солнце скользит лучами по белым волнам. Облака подо мной, будто белые сливки, что так и хочется лизнуть. Зеленый остров, висящий в небе, приближается стремительно. От порывов ветра протрезвела, освобождая мысли от боли и безумия. Разум очистился, посветлел. Он готов воспринимать как прежде.

Что такое счастье, мама? Это когда рада тому, что есть и больше ничего не надо, доченька. Нет, мама. Счастье — это когда от тебя… твоих предрассудков ничего не осталось, и ты прикасаешься к нему.

Сильные и заботливые руки опускают меня в золотой благоухающий омут. Почему — то я знаю, что это пыльца в чистом виде, приправленная всей необходимой магией. Пыльца людей — бабочек клана Эрей, что предназначена для подаяния своей королеве Клесане. Их последний сбор урожая.

Отдаленные голоса членов клана Эрей несут укор и полны отчаяния. Но Эрей без имени не слушает их, он делает свое дело, ни секунды не сомневаясь. Спасает меня, мою красоту и как следствие психику. Нельзя оставаться нормальной после тех ощущений. Я это знаю, жила в мире информационных технологий.

Мой разум отчищается от боли и ее следов, магия пыльцы затирает воспоминания об этом, размывает их, отдаляет. Она изгоняет все черное, что впитало мое тело и разум. Всего лишь страшный сон, что уже не вызывает резких эмоций и ассоциаций.

Я счастлива, потому что он рядом, смотрит на меня с такой заботой.

И меня совсем не смущает, что видел такой жалкой. Вдобавок, я еще и голая. Зато кожа на месте и волосы отросли. Так… стоп. Почему они золотые?!

Белую, нежную кожу пальцев ласкает травка, как приятно еще ощущать. Мне нужно вылезать отсюда, но он продолжает сидеть рядом. Все мое тело чешется, я хочу поскорее окунуться вон в тот водопад, что несется с небес прямо на лужайку и почему — то не растекается по ней.

— Эрей Валерия, — произнес Эрей без имени с такой мягкостью, что меня стало клонить в сон.

— Эрей Авель, спасибо тебе.

— Я Эрей без имени, — прошептал с неким укором и попытался сделать строгий вид. Ты мой хороший…

— Я нарекаю тебя этим именем, аминь, — произнесла и улыбнулась.

Улыбнулся в ответ.

— Тебе лучше, Эрей Валерия?

— А как я выгляжу? — Хмурюсь с улыбкой. Хочется кривляться и радоваться рядом с ним, как маленькой беззаботной девочке.

— Если я скажу, что красота — это всего лишь пыльца. Ты поймешь меня?

— Это я тебе говорила. Слова твоего брата — близнеца.

— Эрея Авеля?! — Гигант вскочил, тем вызвал мое беспокойство.

Сжалась вся в золотой воде, обхватив себя руками. А он обошел сзади и опустился ко мне. Прямо ухом к моей голове прислонился. Ощутила блаженство, когда почувствовала тепло его тела.

— Если он произнес наставление, Эрей Валерия, прошу, перескажи его мне, — простонал гигант. — Это высшая честь для меня. Я и не надеялся, что узнаю его последние слова. Эрей Валерия, молю…

Волнение захлестнуло мою настрадавшуюся грудь. Некий страх добрался до моей обновленной кожи. Если это всемогущее существо чувствует слабость… мой защитник, покровитель, любовь моя. Это может значить лишь одно — он допускает свою смерть. Его трепет перед чем — то неведомым тому явный свидетель.

Почему меня посещает именно эти мысли?! Я боюсь за него. Не хочу терять! Не допущу этого!

Вспомнила наставление Эрея Авеля, будто снова очутилась на Земле, на той поляне, ощущая всю ту боль предстоящей утраты.

— Красота — пыльца. Сложно создать, легко испортить. Но красота всего лишь пыльца, а Душа — крылья, летать можно и без пыльцы.

Произнесла и почувствовала, что каждое слово пропитано магией. И оно не может быть ложью, не может быть искажено или передано иной интонацией.

Дождь потревожил лужицу, в которой я лежу. Неспешные капли, одна, две, три… Гигант отошел, присев на траву. А я затаила дыхание и не стала смотреть, как сильный мужчина плачет.

Не спрашивала, что с ним, и почему он так реагирует на, казалось бы, истину, простые слова… и в чем тут печаль? Скорбь по погибшему брату? Мне тоже передалась его грусть. Хотела обнять, попыталась подняться вопреки своему смущению. Это показалось мне таким ничтожным по сравнению с тем, что мы с ним переживали. Но что — то держало и не давало вырваться из этого целебного раствора пыльцы. Или я настолько ослабела?!

До моего сознания, наконец, дошло, что мы оба оплакиваем Эрея Авеля…

Вскоре он поднялся, будто ничего и не произошло.

— Мне нужна одежда, — проговорила робко, чувствуя стыд за свои низменные потребности и предрассудки.

В глаза ему смотреть не могла. Боялась увидеть нечто иное. Другого Эрея без имени, другого владыку над людьми.

Он не ответил. Когда унесся куда — то, почувствовала обиду и отчаяние. Сумела подняться на обессилевших ногах, пройтись до края обрыва, посмотреть на белые облака и даже увидеть другие плавающие в небе островки. А еще я заметила дворец Мор! Он был довольно далеко и высоко. Но я вспомнила свой сон, где видела Алину. Ту гору и золотые струи. По ним и сориентировалась сейчас.

Мой синий человек — бабочка вернулся довольно неожиданно. Пришлось прикрываться и сдерживать визг возмущения. В его руках было нескончаемое количество бальных платьев. Он высыпал передо мною все это, опустив глаза, и унесся прочь.

На этот раз знала, что он вернется и пошла к водопаду, что лился из неоткуда. Впереди возникло озерко, дно которого оказалось прозрачным, и я увидела облака. Стоит ли плавать?! Подошла ближе к травянистому бережку, зачерпнула воды. Холодная, бодрящая, такая чистая… Хлебнула на свой страх и риск. Пить ведь хотелось жутко! Умылась, помочила ножки. Сил прибавилось.

Закончив гигиенические процедуры, я вернулась к платьям. Крови и иных следов насилия на шикарной одежде не обнаружила. С облегчением выдохнула.

Долго выбирать не стала. Все самое — самое. Но предпочла синее, да попышнее. Чтобы понравилось Эрею Авелю. Со шнуровкой на спине не справилась, без помощниц не обойтись. Но ничего не поделаешь, оставила, как есть. Только надела платье, как он появился из — за облаков.

Посмотрела на него с укором. Подглядывал, значит. Ответил снисходительным взглядом. Вижу, что отошел от депрессии, мой бедненький. Вид нормальный, или даже счастливый?

— Как я тебе? — Решила пококетничать, крутанулась разок, вылавливая его удивление и умиление.

— Человеческая красота, — выдал гигант и присел на траву. — А можешь еще так сделать?

Важный вид изобразил. Видимо, вспомнил, что владыка над человечками. Ну я сейчас не гордая.

— Вот так? — спрашиваю и кручусь еще, а затем еще и еще.

Смеюсь, начинаю скакать, подрыгивать, как малолетняя оторва. И он смеется! А я спотыкаюсь и падаю.

Но не успеваю коснуться земли. Его руки хватают меня мягко, буквально за сантиметр до касания с ней. Я даже успела ощутить травинки на голой спине, что так и не зашнуровала платьем.

Гигант берет меня на руки, как невесту. Вмиг вырастают его синие крылья. Взмах! И мы уже над островом! Дыхание перехватило! Ветер бьет в лицо и треплет мои длинные локоны. Второй взмах! Его неожиданно серьезный взгляд сосредоточен на мне. А у меня слезы из глаз выбивают потоки воздуха, как бы не хотела любоваться им, но поворачиваю голову в сторону и вижу, что клочок земли превратился в точечку!

Хочу визжать! Но его руки вселяют спокойствие, уверенность. Такая мощь! Она передавалась через его касания и дарила новые ощущения силы и некого таинства.

— А теперь я покажу тебе свой танец, Эрей Валерия, — пропел Эрей Авель и мы устремились сквозь облака!

Дух захватывает, когда проносимся над всем миром. Я мечтала об этом с той самой минуты, как прикоснулась к Эрею Авелю. Он обнимает меня, и мы летим туда, куда вздумается. Его мощные руки надежнее любых креплений и кресел безопасности.