Королева долги всматривалась в нее. В памяти почему-то всплывали давно забытые лица, сцены прошлого.

«Что-то есть в этой девушке особенное, но что?» — размышляла королева, затем опомнившись, она накрыла руку Брианны своей тонкой прозрачной рукой.

— Добро пожаловать, Брианна. — Айслин замолчала, ласково улыбнулась. — Скажи мне, дитя, как повстречались вы с моим сыном? Ты его сразу полюбила?

Вопросы, заданные мягким, задушевным тоном, удивили Брианну. Она ждала, что от нее потребуют рассказать о своем происхождении, возможно даже, о размере приданого. Она знала, что это главное в браках знатных людей. И вдруг такие пылкие, женские расспросы. Она улыбнулась, хотела ответить, но тут мужская рука властно легла ей на плечо.

— Нет нужды тебе утомляться разговорами о прошлом, мама, — сказал Эйдан. — Кроме того, если правду сказать, во время нашей первой встречи я так сильно напугал Брианну, что она лишилась чувств.

Брианна рассмеялась при виде удивленного лица королевы.

— Да, моя госпожа. Эйдан говорит правду, но в обморок я упала не только из-за него. На меня напали разбойники. И Эйдан налетел на них как вихрь. Напугал их до смерти, и меня заодно.

Она оглянулась на Эйдана, накрыла его руку своей.

— А что до вашего вопроса о том, влюбилась ли я в него с первого взгляда, должна вам честно ответить, что нет. Однако я быстро научилась уважать и верить ему. Каждая минута лишь увеличивает мою привязанность к нему, но нет, я не люблю вашего сына.

— У этой молодой женщины есть голова на плечах, — весело улыбнулась королева. — Мне это нравится. Если бы ты привел ко мне одну из этих хихикающих восторженных девиц, — она погрозила сыну, — не знаю, что бы я сделала. Но вижу, совет матери тебе не понадобился. Ты сделал хороший выбор.

— Да, мама, — согласился Эйдан. Его глубокий звучный голос раздался из-за спины Брианны. — Получается, что так.

Его голос ласкал слух Брианны. От него у нее по спине побежали мурашки удовольствия. Показалось ей или на самом деле в ответе Эйдана прозвучало искреннее признание? Губы ее изогнулись в невольной нежной улыбке.

Королева заметила эту улыбку, и глаза ее радостно засияли. Она вглядывалась в лицо Брианны, и что-то знакомое вновь почудилось в юном лице девушки. На кого же она похожа? Задумчивые морщинки набежали на ее красивый лоб.

— Кто твоя мать, дитя? — Айслин ласково, но крепко взяла Брианну за подбородок. Бережно повернув лицо девушки, она изучала ее профиль. — Ты кажешься мне знакомой. Может быть, я знаю твоих родителей?

«Вот и настала пора, — подумала Брианна с внезапной тревогой. — Я ведь не могу лгать ей!»

Она покачала головой:

— Нет, моя госпожа. Я…

— Ты никогда не встречала родителей Брианны, мама, — тут же вмешался Эйдан. — Когда я отказался от права на трон, я отбросил и необходимость жениться на даме королевской крови. Брианна из простого рода.

— Вот как?

Рука королевы упала. Подняв одну бровь, она задумалась. Неужели это возможно? Неужто наконец сбылось предсказание старого Оленуса? Неужели эта девушка и есть та самая, обещанная в пророчестве? Значит, Морлоху не удалось помешать святому человеку. Святая Матерь, как же долго ждала этого Айслин!

Королева улыбнулась:

— Из простого рода? Возможно. А возможно и нет. Думаю, ты ошибаешься насчет ее происхождения.

— А я думаю, что ты чересчур стараешься сделать из нее достойную меня жену, — откликнулся Эйдан. — Право, в этом нет нужды. Мне довольно Брианны. — Мне тоже. — Королева заговорщически подмигнула девушке. — Так что давайте поговорим о вещах более важных. Когда назначена свадьба? Рука Эйдана крепче сжала плечо Брианны.

— Нет нужды затевать пышное празднество, зная настроение людей. Я не собираюсь задерживаться в Анакреоне. Меня устраивает завтрашний день.

— Да? Но меня это не устраивает! Королева-мать села повыше на постели и заговорила повелительным тоном:

— Свадьбу мы делаем не для людей. Брианна заслуживает достойной церемонии, и она ее получит. Мое свадебное платье вполне ей подойдет. Его надо лишь немножко переделать. Однако вместе с прочими приготовлениями это займет по меньшей мере неделю. И уж конечно, ты можешь подождать.

Эйдан испустил мучительный стон.

— Клянусь тебе, мама, не могу. Я никогда не вернулся бы в Анакреон, если бы не мое обещание. Даже сейчас меня тянет в дорогу. Несмотря на всю мою любовь и уважение к тебе, остаться я не могу. Не хочу выглядеть непочтительным, но…

«Оленус еще в монастыре. Он сможет приехать только через три дня, — думала королева. — Нельзя дать им уехать, не встретившись с ним. Нельзя упустить этот момент. Благополучие Анакреона, сердца и души людей находятся теперь в их руках».

— Неделя, Эйдан. — В глазах Айслин сверкнула королевская непреклонность. — Мне необходима одна неделя. Все разъяснится в свое время, но ты должен повиноваться мне, как матери и как королеве. Твоя свадьба с Брианной состоится через семь дней… и ни минутой раньше!

Глава 4

«Ну и запутался же ты! И всех нас запутал!»

Старательно чистивший коня Эйдан приостановился, вопросительно поднял черную бровь:

«Что ты сказал, Люцифер?»

Огромный боевой конь беспокойно переступал копытами и размахивал хвостом.

«Маленькая женщина, — раздраженно проворчал он. — Та, которая собирается тебя оседлать. Что нам с ней делать?»

Его хозяин пожал плечами и снова энергично принялся за дело. С каждым его движением от черной шкуры Люцифера поднимались облака пыли. Взлетавшие пылинки золотились в солнечном свете, лившемся в окно конюшни.

«Ничего не изменилось, — пробормотал Эйдан. — Мы скоро уедем отсюда. Это всего лишь краткая задержка…»

«Краткая задержка? Да знаешь ли ты, сколько можно проскакать за семь дней? Краткая задержка. Ты поглупел, как жеребенок. А может, твои чресла уже взяли верх над разумом? — Люцифер раздул ноздри, с отвращением фыркнул. — А после свадьбы? Что тогда? Ты собираешься застрять в этой шикарной конюшне? Наплодить табун во благо королевства? Или, может быть, ты думаешь, что никто уже не метит копытом тебе в лицо?»

«Я ничего не думаю! — рявкнул Эйдан. Он бросил щетку для чистки лошадей в ящик и взял мягкую тряпку для полировки шкуры, которой и стал натирать круп своего коня далеко не ласково. — У меня не было выбора, принимать или нет предложение Брианны… Или ты предпочел бы стать собственностью моего брата? Вместе с моим же мечом. У меня не было выбора: я должен был подчиниться требованию матери. А она настаивала, чтобы свадьба состоялась через семь дней. Но это последняя уступка, на которую я иду. Как только часы на башне замка пробьют полночь седьмого дня…»

«А эта женщина? Брианна. Что тогда будет с ней?»

«Она-то уж точно не поедет с нами, если тебя интересует именно это. Я уже говорил тебе раньше, ничего не изменилось!»

«В этом, мой друг, ты ошибаешься. Я чувствую, что что-то изменилось. С той минуты, как маленькая женщина накинула на тебя уздечку, в воздухе носится что-то злое, опасное. Знаешь, когда приближается стая волков…»

Эйдан приостановился:

«Что ты хочешь сказать?»

«Она в смертельной опасности».

«Кто ей угрожает? Драган?»

«Да, он. И еще кто-то… но это не волки, это страшнее. Так что держи ухо востро».

Уши Люцифера дернулись. Годы постоянных опасностей приучили Эйдана мгновенно собираться, быть готовым отразить любое нападение. Рука его скользнула в сапог за кинжалом.

«Что там такое, Люцифер? Что происходит?»

Конь снова фыркнул.

«Ну вот. А я о чем говорил. Сейчас ты радостно заржешь и забьешь копытом, — отозвался он, приподнимая верхнюю губу. — Скачет твоя лошадка».

Эйдан прищурившись глянул на него и сунул кинжал в сапог. Спустя мгновение шорох длинных юбок по утоптанному проходу конюшни оповестил о приближении Брианны. Она шла медленно, нерешительно, пытаясь разглядеть его в полумраке конюшни.

На ней все еще было то переливающееся синее платье, она лишь слегка приподняла юбку, чтобы уберечь ее от грязи. Эйдан улыбнулся. Брианна не позволит, чтобы дорогое платье стало препятствием на пути к намеченной цели. Хотя, несомненно, эта черта не понравится придворным, но у него она вызывала только восхищение. Он восхищался смелостью этой девочки так же сильно, как и ее внешностью.

«Поберегись, друг мой, — ехидно прервал его размышления Люцифер. — Твои чресла встрепенулись». «Хватит, Люцифер», — прорычал Эйдан, выходя из стойла.

Внезапное движение привлекло внимание Брианны. Она вздрогнула, но тут же облегченно улыбнулась:

— А, вот вы где, милорд. Вы во всем черном… Вас совсем не видно в полутьме.

— Так и задумано, девочка, — говорил он, подходя к ней. — Это дает преимущество перед врагом.

— А перед друзьями? — лукаво улыбнулась она.

— У меня нет друзей.

— Ни одного, милорд? Совсем никого? Эйдан нахмурился.

— Что ты пытаешься доказать? Я устал от этой игры. Она только заставляет вспомнить о жестокой реальности.

Лицо Брианны помрачнело.

— Прошу прощения. Я не хотела ранить вас еще больше. Я думала… может, вы назовете своим другом меня. — Она опустила глаза. — Я надеялась…

Его тонкий сильный палец приподнял ей подбородок, вынуждая посмотреть в лицо. В янтарном глазу светилась теплая усмешка.

— Если тебе хочется быть моим другом, да будет так. Но честно говоря, я не могу понять, зачем тебе моя дружба. Я ничего не стою.

Она гордо вскинула голову.

— Тогда я буду доказывать вам, чего вы стоите на самом деле. Пока вы сами не поймете и не примите этого.

— Девочка, — предостерегающе пророкотал Эйдан, — это безнадежное занятие. Этому твоему желанию не суждено…

— Я искала вас, чтобы попросить об услуге, — прервала его Брианна. — Мне хочется навестить свою семью и взять свои вещи. Сегодня утром все произошло так быстро…

Эйдан с трудом отвел взгляд от ее милого лица.

— А, да, конечно, твои вещи… Я пошлю за ними слугу.

— Нет, — возразила она, снова улыбнувшись. — Мне нужно поговорить с матерью, успокоить ее, сказать, что со мной все в порядке. Я должна поехать сама.

— Как тебе угодно. Но сегодня уже поздно для такого путешествия. Завтра утром тебя проводит стражник…

— А ты не можешь поехать со мной, Эйдан? — Эта простодушная просьба была произнесена так мягко» а глаза смотрели так робко, с такой надеждой…

У Эйдана сердце перевернулось в груди. Святые угодники! Как легко этой девчонке удавалось взволновать его своим нежным голоском и очаровательными голубыми глазами! Люцифер был прав. Он, несомненно, запутался и запутал всех.

Он судорожно вздохнул и стал сосредоточенно разглядывать узор паутины между балками потолка. Одинокая муха попалась в ее шелковистую, тонкую сеть и теперь билась в липких нитях, стремясь освободиться. Действия насекомого живо напомнили ему собственное тщетное сопротивление обаянию Брианны. Это вдруг привело его в ярость.

— Поехать с тобой? Чего ради? — прорычал он. — Разве только чтобы взбудоражить всютвого деревню? Напугать их как следует?

— Чтобы успокоить их, что я в безопасности, а. вы не чудовище, как привыкли они думать.

Он встретился с ее вызывающим взглядом. Насмешливая улыбка скривила его губы. Он с сарказмом произнес:

— Наконец-то я вижу тебя в истинном свете, девочка… Ты — спасительница униженных и обездоленных. Ты что, поставила себе цель заняться спасением моей души?

Его покровительственно-иронический тон заставил Брианну бросить на него уничтожающий взгляд. Она распрямила тонкие плечи. Сжатые в кулачки руки уперлись в бока.

— А что, если и взялась? Кто-то же должен это сделать. Вы до сих пор только портили себе жизнь. Эйдан резко рассмеялся:

— А почему ты решила, что меня волнует мнение обо мне других? Или что я хочу, чтобы какая-то девчушка стала бороться за справедливость ко мне? — Лицо его стало строгим и непроницаемым. — Я благодарю тебя за заботу, но не нуждаюсь в твоей помощи. Я доволен своей…

Брианна с досадой вздохнула.

— А я ни капли не верю этому. Но сейчас это не имеет значения. Я все равно хочу, чтобы вы сопровождали меня в деревню. Вам подобает как моему жениху встретиться с моей семьей. Неужели вы унизите меня, отказавшись от этого долга?

— Долга? — Эйдан с трудом сдерживал раздражение. — Позвольте мне объяснить вам одну вещь, леди. Я никому ничего не должен. Если делаю что-то, то потому, что сам так решил. И уж конечно, я ничего не должен вашей семье…

«Не пускай пар из ноздрей, друг мой. Девочка спасла тебе жизнь. Ты должен оказать ей эту услугу».

Изумленный, Эйдан круто обернулся:

— После всех своих возражений и протестов ты ее защищаешь? Люцифер, ты на чьей стороне на самом деле?

«Разумеется, на твоей. Но что справедливо, то справедливо».

Зашуршав платьем и нижними юбками, Брианна подошла к стойлу и заглянула внутрь.

— С кем вы разговариваете? — В голосе ее зазвучали тревожные нотки. — Не со своим же конем? Он повернулся к ней лицом, взгляд его посуровел.

— А если и так? Разве ты не слышала, как я предупреждал своего брата, что обладаю такой Силой, которую он и вообразить себе не может? Ну что, пугает тебя моя способность разговаривать с Люцифером?

Она попятилась.

— Н-не знаю. Я не могла представить себе… Эйдан схватил ее за руки и притянул к себе. Ярость сверкала в незавязанном глазу, готовая выплеснуться наружу.

— Не могла представить себе чего? Что я на самом деле обладаю сверхъестественными способностями? А я-то думал, что ты догадалась об этом после первой нашей встречи, когда я чуть не заворожил тебя! Он слегка тряхнул ее.

— Лучше тебе сейчас посмотреть правде в глаза. Раз и навсегда. Я проклят. Мне не на что надеяться. И ничто, ничто этого не изменит!

— Нет. — Брианна замотала головой и крепко зажмурилась, чтобы не дать пролиться набежавшим слезам. — Я в это не верю. И тебе не позволю верить в такое!

Она сглотнула слезы и с упрямым вызовом вздернула подбородок.