Помоги проекту - поделись книгой:
– Ну, хорошо, – согласилась Ксюша и тяжело вздохнула.
Андрей удалился в свою комнату и через несколько минут вернулся с радостной новостью:
– Мама разрешила!
– Ура! Ура! Ура! – закричали дети и кинулись обнимать старшего брата.
– Вот видите! А вы хотели схитрить!
Андрею, напротив, сегодня не хотелось прикасаться к компьютеру.
«Надоела ты мне в последнее время, железяка! – мысленно пошутил Неверов и, плюхнувшись на диван, вернулся к своей сегодняшней основной теме: – Ну, вот и я пополнил мировую историю объяснений в любви. Как-то всё вышло нелепо, скомкано, словом, по-дурацки. Хотя, наверное, у всех так оно и получается. Это только в романах, поэмах, кино, театре звучит красиво, складно, иногда многословно. А в жизни вот так: ни бе, ни ме! Не, ну а с другой стороны, мне что, становиться под балкон с гитарой и петь серенады? После такого объяснения точно в психушку упекут».
Глава 2
Светка Луна (ну, а какое ещё прозвище могло получиться от фамилии Лунько?) в свою очередь по уши была влюблена в Неверова, но признаться в этом до конца боялась даже себе. Ей казалось, что Андрей, узнав о её чувствах, станет её презирать. Почему она так решила, Светка объяснить не могла.
Главным консультантом в её сердечных делах была десятиклассница Ирина Бахтура. В школе она считалась докой во взаимоотношениях мальчиков и девочек. К ней обращались за советом все девчонки, даже из одиннадцатого класса. А всё из-за того, что Ирка вела себя слишком уж независимо и добилась того, что учителя перестали ей делать замечания по поводу отсутствия у неё школьной формы. Воспитывала её бабушка. Та однажды пришла в учительскую и закатила такой скандал, что у всех сразу пропало желание заставлять ученицу Бахтуру ходить на занятия в форме.
Впрочем, то, во что одевались девчонки, и формой-то сложно назвать, скорее это был определённый стиль, поскольку блузки, как и юбки, были разного цвета, некоторые девчонки вместо юбок носили брюки. Словом, форма была условной, ученицы просто должны были иметь деловой вид. Но на Ирке перестали замечать даже джинсы. Правда, биологичка Дарья Матвеевна тоже не лыком шита, заметив однажды на Бахтуре слишком вызывающий вырез на блузке, удалила её из класса и потребовала пойти домой переодеться. С тех пор Ирина не рисковала и приходила в школу в более скромных одеждах.
– Даже не знаю, что мне делать, Ир! – хлюпала Светка. – Андрей вчера признался ей в любви.
– А ты откуда знаешь? – усмехнулась Ирина.
– Настя сама мне рассказала, – шмыгая носом, ответила девушка. – Она на седьмом небе от счастья.
– О! Седьмое небо – это высоко! – рассмеялась Ирина. – Ох и больно ей оттуда будет падать!
– Тебе смешно, – утирая кулаками слёзы, продолжила Светлана, – а у меня всё рушится. Ты же мне сама сказала, чтобы я показывала ему своё равнодушие. Вот и допоказывалась, он влюбился в эту тихоню. Я ненавижу её, что мне теперь делать? – Светка сжала кулаки и скрипнула зубами.
– Без паники, Свет, – Ирина подошла к девушке, села рядом с ней на диван и обняла её.
– Ты понимаешь, Ир, – шмыгая носом, продолжала Светка, – она сейчас вылечится, придёт в школу, и всё!
– Что «всё»? – Ирина выпятила нижнюю губу. – Ну, что «всё»?
– Задружат, и всё! Потом их, как говорится, водой не разольёшь! Ты разве не понимаешь?
– Не задружат! – Ирина погладила подругу по голове.
– Ты уверена? – Светка округлила глаза. – Почему ты так говоришь? Ты что-то знаешь и недоговариваешь?
– Знаю-знаю! – рассмеялась Ирина. – Я многое что знаю… Только давай договоримся: прекрати нюни распускать, у меня есть план. Но сначала расскажи мне всё подробно.
– В каком смысле? – утирая нос, спросила Лунько.
– В прямом! Когда ты была у Насти, когда к ней приходил твой этот… как его?
– Неверов! – подсказала Светлана. – Неверов Андрей.
– …да, что она тебе говорила, правду ли говорила или нет, может, насочиняла и так далее.
– То, что это правда, сто процентов. Ты бы видела её! Глазки закатывает, ручки заламывает, – Светка изобразила соперницу, – театралка чёртова.
– Почему театралка? – удивилась Ирина.
– В театральное училище она поступает, бредит театром.
– Так-так-так! – Ирина задумалась, а потом вдруг выпалила: – Вот на этом мы и сыграем!
– На чём? – Светка Луна вытаращила глаза. – На чём сыграем?
– На театре, – потирая руки, ответила Ирина. – Говоришь, театр обожает? Это хорошо, очень хорошо! Давай мне подробности.
Света подошла к зеркалу, вытерла слёзы, поправила чёлку и, разместившись поудобнее в кресле, приступила к рассказу. Ира внимательно слушала и изредка, кое-что уточняя, задавала вопросы. Когда Лунько закончила свой рассказ, Ирина ещё несколько минут молчала, затем рассказала о своём плане:
– Значит, говоришь, Настя не ответила ему ни «да», ни «нет»? Решила подумать?
– Так она сказала, – подтвердила Светлана.
– Не обманывает? – спросила Ирина.
– Я думаю, что нет, – ответила Светка. – Она такая, понимаешь, как тебе сказать, такая… как бы овечка.
– Вот тебе и овечка, – ухмыльнулась Ирина, – а парня из-под носа увела. Вот таких овечек и нужно опасаться.
– Я вообще не пойму, что он в ней нашёл! – вскочила из кресла Светлана. – Ни кожи ни рожи! Её все девчонки в нашем классе, да в каком классе, во всей школе, называют белой вороной…
– Сиди-сиди, – замахала руками доморощенный «психотерапевт», – любовь зла… Слышала поговорку?
Светка снова уселась в кресло и внимательно стала слушать старшую подругу.
– Значит, так, – продолжила Ирина, – я напишу текст, дам тебе видеооператора (есть тут смышлёный парнишка, бегает за мной), пойдёшь к Насте и скажешь, что один знаменитый режиссёр ищет актрису на роль пятнадцати-шестнадцатилетней девушки. Типа собирает видеофайлы, а потом будет приглашать на собеседование.
– А зачем? – Светка раскрыла рот.
– Ой, Светка-Светка, – рассмеялась Бахтура, – какая ты ещё наивная.
Лунько надула губы и нахмурилась:
– Ничего не объяснит, и сразу «наивная-наивная»…
– Ты ещё обидься на меня, – махнула рукой Ирина. Слушай внимательно. Мы составим текст, твоя Настя должна будет прочесть его на видеокамеру. Потом мы из этого текста удалим начало и конец, останется только то, что мы покажем Андрею.
– Ничего не понимаю, – замотала головой Светлана.
– А что тут понимать? – несколько раздражённо произнесла Ирина. – Сделаем видео для Андрея, на котором твоя Настя…
– А режиссёр тут при чём? – перебила Светлана.
– Да никакого режиссёра нет, – вскрикнула Ирина и подняла руки вверх, – это просто ход такой. Мы записываем под видом текста из какого-то спектакля или кино, в этом тексте будут слова типа «я тебя не люблю, ты не в моём вкусе» и так далее…
– Ты думаешь, Настя согласится такое записать? – Луна всё ещё никак не могла до конца понять коварный замысел подруги.
– Ну, так она же не Андрею будет записывать, а мифическому режиссёру. А мы потом оттуда лишнее уберём и отредактированную запись покажем Неверову. Получится так, что она вроде бы для него написала видеописьмо. Ясно?
– Ой! – Светлана зажмурилась. – Страшно!
– А чего тут страшного? – снова рассмеялась Бахтура.
– А вдруг это вскроется, – прошептала Светка. – Андрей же возненавидит меня.
– Ничего не вскроется, – заверила Ирина, – нужно просто всё тщательно продумать. Но я беру это на себя. Так, значит, прошу меня полчаса не тревожить. Сиди здесь и жди, я подготовлю текст.
Бахтура удалилась в другую комнату, Светлана взяла с полки первую попавшуюся книгу и принялась читать, не вникая в содержание, – в голове вертелись мысли о предстоящей «операции».
«Ирка что-то мудрит совсем уж непонятное. Может, не стоит связываться? Стыдно как-то. Настя мне доверяет, всё рассказывает, делится, а я… Нехорошо всё это. Всё-таки нужно отказаться от этих интриг… А с другой стороны, я ведь люблю Андрея! Как же мне без него? Если сейчас ничего не предпринять, всё рухнет. Настя ответит Андрюхе согласием, они любят друг друга по-настоящему. Попробуй потом уведи его от этой артистки. Но она ведь ничего тебе плохого не сделала. Ты же видела, как она себя ведёт. Во всяком случае, я никогда не замечала, чтобы она заигрывала с Неверовым. Он сам втюрился в неё. Она здесь ни при чём. Мы сейчас разрушим их любовь, а где гарантия, что Андрей захочет стать моим парнем? Хотя Ирка говорит, что есть тысячи способов… Да ну её! Вечно она со своими рецептами. Нет, точно, наверное, стоит всё-таки отказаться от этой затеи. Стыдно как! Никогда не думала, что вот так буду бегать за парнем, да ещё интриги плести. Но я же люблю его! Люблю…»
Последнее слово Светка то ли выкрикнула вслух, то ли оно так отчётливо было передано её мимикой, что Ирина, войдя в комнату, удивлённо спросила:
– Что с тобой?
– Всё нормально, – буркнула Светка и покраснела.
– На, вот текст для режиссёра, – язвительно сказала Ирина, – пусть прочитает на камеру…
– Ничего себе, – хмыкнула Луна, – здесь и графиня, и король!
– Всё правильно! – ответила Ирина. – Ей даже в голову не придёт, что часть этой записи предназначена для её Андрея. Теперь поняла?
– Да! – закивала Светка. – Круто. Очень круто ты придумала.
– Учись! – Ирина подняла над головой руку и затем, постучав указательным пальцем себя по голове, добавила: – Мозг!
– А этот, как его, видеооператор?
– Я уже позвонила, скоро будет.
– Так мы сегодня должны это сделать? – испуганно спросила Светка.
– А когда? Твои предложения. Хочешь время упустить?
– Нет-нет, – тяжело вздохнув, произнесла Светка. – Просто волнуюсь.
– Ты не волнуйся, а звони Насте…
– Зачем? – вздрогнула Лунько.
– Свет, ты меня убиваешь. Ну как это зачем? Ты без звонка хочешь ехать, что ли? А вдруг её дома не будет или…
– Так она же болеет, – возразила Светлана. – Куда она денется?
– Куда угодно! – усмехнулась Ирина. – К врачу или к бабушке уедет за малиновым вареньем. Позвонить нужно обязательно. Тем более заинтересовать её, чтобы она сама пригласила тебя. Слушай внимательно: сейчас звонишь и сразу о съёмках ничего не говори. Так поболтай о чём угодно, трали-вали, а потом, как бы невзначай, скажи, что якобы тебе предложили поучаствовать в кастинге, но у тебя, дескать, нет никакого желания. А дальше скажешь, что хотела ей предложить, но у неё болезнь и всё такое. Поняла?
– Угу! – ответила Светка.
– Если она скажет, что готова записать, скажи, что уже не успеешь, мол, завтра последний день, нужно сдать и так далее. Как раз заодно и проверим, действительно ли она бредит театром или просто придумала себе историю. В общем, звони. Только поставь на громкую, чтобы я слышала, что она будет говорить. В случае чего подскажу.
Светлана откашлялась и дрожащим пальцем набрала номер подруги. Через несколько гудков раздался голос Насти:
– Светик, привет! Ой, я так рада, что ты позвонила. Сегодня у меня какой-то прямо день тишины. Как ты?
– Да всё нормально, – ответила Лунько. – Уроков много задали, пока всё сделала, смотрю – уже вечер.
– Что там новенького в школе?
– Всё по-старому, – уклончиво ответила Светлана.
– Я так соскучилась, – вздохнула Настя.
– Пока есть возможность, отдыхай.
– Надоело! Как там Андрей?
Светлана аж подскочила в кресле. Но Ирина замахала на неё руками и, отвернувшись к стене, зашипела: «Не вздумай виду подать!» Но Светка и сама вовремя сообразила и, видимо, невероятным усилием заставив себя улыбнуться, ответила:
– Всё хорошо! Ходит грустный, скучает.
– Передавай ему привет!
– Обязательно…
«Спроси у неё, – шёпотом, посоветовала Ирина, – нет ли знакомых, кто хотел бы поучаствовать в конкурсе!»
– Слушай, – кивнув, начала Светлана, – Насть, у тебя, случайно, нет никого знакомых, кто хотел бы поучаствовать в одном театральном конкурсе?
– Что за конкурс? – даже по голосу было понятно, что Настя вся напряглась.
– Мне предложили сделать видеозапись, но ты же знаешь, это не моё…
– А подробнее можно? – заинтересованно спросила Настя.
Ирина показала подруге большой палец, мол, всё отлично, всё идёт по плану!
– Какой-то известный режиссёр раздал текст из пьесы и попросил претендентов записать видео. Ну, чтобы не устраивать лишних просмотров. У него такой метод. А потом выберет несколько человек и уже пригласит на собеседование. Там нужны девушки для спектакля от пятнадцати до восемнадцати лет…
– И ты отказалась? – удивлённо спросила Настя.
Поделиться книгой: