Лесничая для чародея

— А что это может быть? — тихо спросила я.

Внутри сейчас разливалась холодная горечь, от того, что я тут, в тепле и уюте. А дядька Сатор неизвестно где и в каком состоянии. — Пока не знаю, — сказал Ализар, и я понял, что он не хочет сделать поспешный вывод. — Мои подчинённые ищут его, однако пока результата нет. Могу только предположить, что это туман-оборотни. Но с другой стороны…

Некоторое время он помолчал, словно подбирая нужные слова. Шерл поднял голову и внимательно посмотрел на хозяина круглыми глазищами. Потом положил лапу на его руку и вопросительно что-то мурлыкнул.

— С другой — я не чувствую туманных сил, — наконец-то сказал он и с грустной улыбкой посмотрел на Шерла

Я, затаив дыхание, наблюдала за ними. Возникло странное ощущение, что между Ализаром и его совокотом была какая-то неосязаемая связь. Безумно прочная, чародейски нерушимая.

— Но ты не переживай, — мягко произнёс Ализар, и я невольно вздрогнула, очнувшись от собственных мыслей. — Мы обязательно его найдём.

— Мы? — тихо переспросила я.

— Мы, — подтвердил он. — Разве даэ могут действовать в одиночку?

Глава 4. Совокот и вкусный ужин

Я хмуро посмотрела на него. Осторожно высвободилась из объятий. Ализар не препятствовал. Его выражение лица никак не изменилось, только глаза остались очень внимательными. Казалось, в любой момент он снова готов сгрести меня в охапку, наплевав на все правила приличия.

— Уважаемый дранг Талларэ, — начала я таким ледяным тоном, что сама искренне испугалась, однако остановиться была уже не в состоянии: — Я не в курсе, что должны делать даэ. Однако надеюсь, что вы будете столь любезны и поясните это. А заодно и причины, по которым сделали подобное предложение.

Частично я была… не права. Всё же Ализар не сделал ничего такого, чтобы так говорить. Обнимал и тискал? Да. Но при этом достаточно деликатно. И перенёс в дом. Не оставил в лесу. Я рвано выдохнула, опасаясь, что сейчас услышу далеко не приятные слова.

Однако чародей только покачал головой:

— Ты всё узнаешь. Но, может, сначала поужинаем?

На его губах появилась тень улыбки, и я поняла, что спорить бессмысленно.

В дверь неожиданно постучали. Я невольно вздрогнула, а Шерл недовольно заворчал.

— Да, войдите! — крикнул Ализар.

Дверь тут же распахнулась, и на пороге показалась миловидная седовласая женщина в бежевом платье с белым передником. Она внимательно посмотрела на нас, потом похлопала по бедру.

— Шерл, кушать! — произнесла приятным низким голосом.

Совокот довольно мявкнул и, подпрыгнув на постели, рванул к ней… прямо по мне и Ализару. Я невольно охнула, но чародей ободряюще похлопал меня по плечу.

— Привыкай, — сказал он. — Шерл Кушать — полное имя этого обормота, поэтому нам ничего не остаётся, как смириться.

— Хозяин в доме — совокот, — подтвердила женщина, проследив за выскользнувшим из спальни животным. — Чтобы не говорил наш дорогой Ализар.

В её голосе прозвучали почти материнская нежность и забота. Ализар неожиданно поднялся и направился к выходу. Почему-то мне напомнило это желание поскорее сбежать.

— Когда ужин, тётушка Жива? — с необычайно мягкими нотками уточнил он.

— Через двадцать минут подадут, — ответила она, задумчиво рассматривая меня с ног до головы. Точнее, те части, которые не были скрыты одеялом.

Ализар кивнул и вышел. Тётушка Жива тут же прикрыла дверь и подошла к шкафу.

— Вставай, моя хорошая. Надо тебе что-то подобрать, а то мои поварята почти всё сделали, поэтому задерживаться не стоит. Сегодня на ужин айляш. Как ты к нему относишься?

Обращение первоначально ввело в некий ступор. Однако сообразив, что она просто так обращается, не тая какого-то другого нехорошего умысла, я шумно выдохнула.

— Не так часто его пробовала, чтоб успеть отнестись плохо.

— Вот и чудно, — улыбнулась она и достала из шкафа льняной костюм тёмно-зелёного цвета. — Думаю, это подойдёт на первое время. А там Ализар даст денег, купим получше.

— А где моя одежда? — спросила я, несколько сбитая с толку услышанным.

— Прачке отдала, — отмахнулась тётушка Жива. — Простирнут — заберёшь. — И посмотрела на меня серыми глазами, в которых лучились смешинки. — Ну, давай, милая. А то совсем остынет. А холодный айляш — это, я тебе скажу, совсем не дело.

Пока я молча переваривала услышанное и одевалась, она только качала головой и приговаривала, что одни кожа да кости. И что надо будет кормить и кормить. Изначально мне, конечно, хотелось возмутиться, однако желудок болезненно сжался, намекая, что поесть он был бы совершенно не против.

Хорошо, костюм был с брюками. К платьям нет привычки, чувствую себя, как корова в седле.

Наконец, одевшись и заплетя волосы в косу, я отправилась вслед за тётушкой Живой. По пути в столовую она мне рассказывала, что здесь всегда рады гостям, а Ализар дранг Талларэ хороший хозяин и всегда внимателен ко всем, кто по какой-то причине останавливается у него в доме. Шерл — нахал и проказник, но так уж положено чародейскому зверю.

— Он к тебе сам запрыгнул на кровать, милая? — вдруг спросила она и посмотрела так, словно я сама могла затянуть такую огромную зверюгу против её воли.

— Конечно, сам, — сказала я чистую правду.

Тётушка Жива, кажется, о чём-то задумалась.

— Ну, надо же… — пробормотала она.

Пока мы шли, я успела заметить, что у Ализара было просторно и уютно. Дом двухэтажный, деревянные лестницы вели вниз. Стены отделаны деревом, что придавало ещё больше уюта и напоминало о родном лесе. В воздухе стоял аромат свежести и скошенной травы.

Кое-где висели рельефные мозаичные картины, похвастаться которыми могли даже далеко не все аристократы Чамрайна. Прямо посредине холла на первом этаже стоял фонтан. Разноцветные струи были в разные стороны и постоянно переливались, словно живая радуга.

Увидев это, я замерла от восхищения. Ну, чародеи! Чего только не надумают!

— Идём, милая, — проговорила тётушка Жива, легонечко подталкивая меня вперёд. — Ещё налюбуешься. Тут чудеса на каждом шагу. Да и, думаю, Ализар уже постарается тебе доставить удовольствие.

— Доставить что? — тихо переспросила я, чувствуя, что не вовремя вспомнила о преследовавших меня снах.

— Удовольствие, — как ни в чём не бывало ответила она, подходя к тёмной двери и толкая её. — Ну же, идём.

Я покорно кивнула и последовала за ней, не зная, что меня ожидает дальше и как себя вести.

Cтоловая оказалась светлой и просторной. В ней свободно могло разместиться десять человек. Однако за круглым столом, заставленным тарелками и пиалами сидел один Ализар. Он изучал какой-то свиток с зеленоватой чародейской печатью, от которой исходило слабое изумрудное сияние. Его брови были нахмурены, а в глазах читались обеспокоенность и что-то такое, от чего мне становилось не по себе.

Однако, учуяв божественный аромат мяса, запечёного в амритских травах, я, не дожидалась особого приглашения, села напротив чародея. Тётушка Жива ещё немного похлопотала возле нас, но потом, кажется, решив, что она тут больше не нужна, оставила нас наедине.

Ещё некоторое время мы молчали. Я не решалась заговорить первой, а Ализар не мог оторваться от свитка. Но потом всё же шумно вздохнул, свернул его и отложил в сторону.

— Прошу извинить меня, — глухо проговорил он, снимая крышку с кастрюльки. — Королевская служба не терпит промедления.

Чудесный аромат айляша заставил желудок сжаться, а рот наполниться слюной. К ширу всё! Сначала еда, а потом уже всё остальное! К тому же на сытый желудок куда лучше воспринимать любую информацию. Пусть даже Ализар скажет, что… Да чтобы не сказал! Всё потом.

Айляш — удивительно вкусное и сытное блюдо. Изюминка амритской кухни. Поговаривают, что его придумали наши пастухи, которые ночевали в Туманных горах. Чтобы не замёрзнуть, сохранять бодрость и не чувствовать голод долгое время. И только потом это блюдо наши хозяйки превратили в настоящий шедевр кулинарного искусства. Ингредиенты были достаточно просты: лук обжаривался до золотистого цвета, потом добавляли мясо и долго тушили так, что подлива приобретала консистенцию соуса. Добавляли картофель, кукурузу и сладкий перец. Когда все это было на грани готовности, сыпали щепотку или две горных амритских трав, придававших блюду неповторимый привкус, которого не могли добиться повара за границами Амрита, Королевства Семи.

К айляшу тётушка Жива подала чудесные сырные лепёшки с маслом. Я старалась не смотреть на это всё голодными глазами и сдерживаться, однако получалось из ряда вон плохо.

Это действительно было потрясающе вкусно.

Ализар только косился на меня и улыбался уголками губ. Однако ничего не говорил. И тоже наслаждался едой. После того, как ужин был съеден, и чародей подлил мне какого-то золотистого хмельного напитка, я всё же осмелела и спросила:

— Так я получу ответы?

— Какие именно? — невозмутимо уточнил Ализар, делая вид, что до этого мы ни о чём не говорили, и он понятия не имеет, что мне нужно.

На некоторое время в столовой воцарилась тишина. Я чувствовала, что начинаю раздражаться. Говорить одно и то же — нужна огромная выдержка. Однако не стоило срываться и вести себя, словно деревенщина. Поэтому сделав глубокий вдох, приказала себе сохранять самообладание.

— Почему вы предложили стать вашим даэ?

Дверь в столовую неожиданно распахнулась. Да с таким грохотом, что мы оба невольно вздрогнули. В столовой, чеканя шаг и гневно сверкая тёмными глазами, появился Хиллар дранг Аэму. Выглядел он как-то не очень хорошо. Разозлённый, немного потрёпанный и хмурый.

Он посмотрел на нас обоих, потом хмыкнул. Взял стул и поставил возле стола. Уселся и шумно выдохнул:

— Ширы забери весь этот королевский сеймат! Каждый раз, когда вносится дельное предложение Нижним кругом советников, обязательно находится дрянь из Верхнего, которая всё знает.

При произнесении последних слов он скривился так, будто попробовал туман-оборотня на вкус.

Я навострила уши. Сеймат — королевский совет. Верхний круг советников в основном состоял из чародеев и аристократии, которым не было особого дела до простых граждан. Верхний круг всегда назначался Кейраном II. Нижний круг — представители торговцев, ремесленников и слабые чародеи, которых избирал народ каждый год. Противостояние между ними всегда было острым, словно лезвие артефактного ножа. Однако именно оно не давало одним почивать на лаврах, а другим сидеть сложа руки.

— Что на этот раз, Хиллар? — поинтересовался Ализар, глядя, как дранг Аэму взял лепешку и принялся её жевать.

Кажется, находясь вне чужих глаз, даже королевские чародеи могли себе позволить более простое поведение.

— Туман-оборотни, — сообщил он.

Я насторожилась. Даже отставила в сторону стакан. Однако Ализар с самым невозмутимым видом наполнил его напитком ещё раз.

— Хорошо восстанавливает силы, — невозмутимо сказал он. — Пей.

Почему-то захотелось поспорить и возмутиться, однако я благоразумно промолчала. Ничего плохого Ализар не сделал. А чем раньше я приду в себя, тем лучше. Нужно же подумать, где теперь жить и как добывать пропитание. И обязательно посмотреть на наш дом. Точнее, на то, что от него осталось.

Дранг Аэму тем временем расправился с лепёшкой и потянулся за второй.

— Этот Гиант, сыночек, мальчик золотой, решил, что может ставить нам палки в колёса. Подверг сомнению доклад нашей поисковой группы, приблизившейся вплотную к гнёздам.

— Каким образом? — нахмурился Ализар.

Тот пожал плечами:

— Говорит, что следует ещё раз проверить. Туман-оборотень, появившийся в Чамрайне — всего лишь плод чьих-то чар. Он даже предоставил отчёт, однако я так и не сумел до него добраться.

Гиант? Интересно, кто это такой? Королевских чародеев на самом деле не так уж и много. Если два десятка, чуть больше, наберётся, будет хорошо. Ведь у каждого такая сила, что мало не покажется. Однако имени «Гиант» я никогда не слышала.

Ализар что-то фыркнул. Получилось что-то среднее между «широв сын» и просто «шир проклятый». Кажется, с дранг Аэму они понимали друг друга прекрасно. И моё присутствие их ни капли не смущало.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. В столовой повисла какая-то напряжённая тишина.

— Что будем делать? — наконец-то спросил Ализар.

Дранг Аэму тяжело вздохнул, а потом резко перевёл на меня взгляд. И тут же словно перехватило дыхание. Мощь чародея ощущалась буквально кожей. И сила была такая, что, казалось, сомнёт, сплющит — ничего не оставит на месте.

Я сделала глубокий вдох и вернула ему прямой взгляд. Даже если прощупывает и проверяет… пусть проверяет. Робеть на собираюсь.

Уголки губ Аэму изогнулись в улыбке.

— Тебе повезло, Ализар, — произнёс он. — Эта женщина не боится чародеев.

«Боится, — подумала я. — На самом деле боится. И не только чародеев. Только вот не собирается это показывать».

Ализар чуть нахмурился:

— Хиллар, не смущай её.

Аэму только фыркнул:

— Да её смутишь. Вон как смотрит.

— Вообще-то обсуждать меня в моём же присутствии не очень вежливо, — всё же произнесла я, отмерев и вновь обретя способность говорить.

— Напротив, — неожиданно развеселился он. — Обсуждать за спиной — нехорошо. Гадости надо говорить в лицо!

— Хиллар!

Дранг Аэму поднял руки в шутливом жесте. Мол, так и быть, сдаюсь. Хотя в то же время я чувствовала, что сдаваться он совершенно не собирался.

— Прошу простить некультурных королевских чародеев, — неожиданно важно проговорил он. — Но на несколько минут я отлучусь с уважаемым дранг Талларэ на пару слов. Нижайше прошу простить.

Я криво улыбнулась, а Ализар закатил глаза. Кажется, серьёзно собеседника он не воспринимал. Лишь шепнул мне:

— Я сейчас.

Оба чародея тут же вышли, а я осталась в одиночестве, переваривать услышанное. Впрочем, понимала всё равно мало — ведь почти ничего не знаю. А в тайны королевских чародеев меня явно посвящать не собираются.

Я встала со стула и подошла к окну.

Вечерело. Листья акаций касались зеленоватого стекла. Солнце садилось за горизонт, стрекотали неугомонные птицы. Неожиданно почувствовалось, насколько я тут чужая. Всё неправильно. Я не должна тут вообще находиться. Мой дом — лес. И речка, где живут ши. И мельница, на которой хозяйничает Слепой Дого.

Почему-то стало холодно, хотя ветерок был слабеньким и едва шевелил занавески. Я обхватила себя руками за плечи. Сделала шумный вдох и прикрыла глаза.

— Тебе нехорошо? — вдруг совсем рядом шепнул Ализар, и я вздрогнула.