Европейское исследование: БАДы, витамины, ГМО, биопродукты. Как сделать правильный шаг к здоровому долголетию

Аркадий Эйзлер

Европейское исследование: бады, витамины, ГМО, биопродукты. Как сделать правильный шаг к здоровому долголетию

Введение

Некоторое время тому назад, увлеченный любознательностью своих внуков, я оказался в американской Флориде, в городе сказок Диснейленде. Бесчисленные туристы, организованно дожидающиеся своей очереди доступа к развлечениям, и автомобильные стоянки размерами с футбольные поля стадионов, заполненные самоходными инвалидными колясками, неожиданно поразили меня. Строго выстроенные в ряды, они напоминали парад, на котором маршем мимо трибун руководства проходили колонны моторизированной морской пехоты. Я постарался представить то скопление инвалидов, которые, избрав эти коляски средством передвижения по причине своей ущемленности, покинули их и отправились на экскурсии. Но, к моему удивлению, инвалидов я почти не встречал. Что действительно бросалось в глаза, так это множество толстых, я бы сказал безразмерных, людей. Их количество было соизмеримо с числом увиденных мной на парковке самодвижущихся колясок. Трудно было найти другое подобное место, в котором одновременно собралось столько изуродованных обилием пищи людей, потерявших свою полноценную жизнеспособность, загнавших себя в тупик собственным беззаконием и необузданным удовлетворением своих потребностей в еде. Ответственность за собственное здоровье они просто-напросто переложили на плечи государственных органов опеки, вынужденных не только обеспечивать целую армию неуемных едоков средствами передвижения, уходом, медикаментами, но и развлекать их в лучших луна-парках мира. Однако государство само создает условия для возникновения таких аномальных явлений массового переедания, способствуя внедрению их в быт, ибо экономика стремится соответствовать потребностям рынка, который становится все более разнообразным в своих изощрениях удовлетворения населения, постоянно расширяя ассортимент продуктов.

Жертвы переедания, с трудом передвигающиеся без своих колясок, оставленных на парковках, непрерывно что-то жевали, запихивали в себя лакомства, которые пищевая индустрия Америки делает все более яркими и привлекательными. Новые цвета, запахи, вкусы, предлагаемые на каждом углу парка развлечений, открывали неизведанный мир потребностей и удовольствий.

Тогда я впервые и увидел новый для меня продукт в руках этих счастливых людей, с трудом умещающихся в специально выполненных для них средствах передвижения.

Вафельный конический стаканчик, словно мороженое…

Запахи гриля, пряностей и ванили…

Весь Диснейленд погружен в процесс поглощения гигантских зажаренных индеек.

Казалось, весь Диснейленд был погружен в процесс поглощения гигантских индеек. Огромная нога зажаренной индейки в вафельном коническом стаканчике, я не встречал такого продукта ни в Европе, ни в Нью-Йорке, ни в Северной Америке — ни в супермаркетах, ни у лоточников. Мне не удалось попробовать его и там, во Флориде, виной тому было резкое сопротивление сына, ибо количество калорий, содержащихся в этом лакомстве, превышало недельную потребность в них. Сей экзотический продукт симбиоза жареного мяса, вафель и ванили сразу пришел мне на ум, когда позднее я узнал, что уже подсаженный на наркотики Элвис Пресли, по воспоминаниям его кухарки, требовал от нее бургеры, в которых ветчина сочеталась с вареньем. Очевидно, такой контраст вкусовых ощущений вызывал новую реакцию раздражения, ибо вкус обычной пищи был пресен и уныл. А ведь так хотелось чего-то новенького — и это при том, что вес певца уже превысил все допустимые нормы появления на сцене.

Эта книга не является пособием для расширения ассортимента кулинарных виртуозов. Достижения техники и высокие технологии оснастили современную кухню таким арсеналом средств, что любой самый фантастический рецепт, возникающий в воображении лишь изысканных и избалованных гурманов, стал подвластен реализации на любом уровне приготовления лакомств, чему могли бы позавидовать самые одаренные алхимики прошлого. Настоящая работа посвящена влиянию питания на современный образ жизни человека, его биофизиологическим потребностям в пище, которая является носителем энергии не только для поддержания человеческой жизни и ее правильного функционирования, но и для продолжения рода человеческого. Стадии эволюции, через которые проходил человек разумный, не только меняли его образ жизни, но и оказывали огромное влияние на его анатомическое строение, подвергая изменению как внешний вид, так и внутренние органы, например, участвующие в переработке продуктов питания.

В жизни все меняется: как внешняя среда деформируется под воздействием деятельности человека, который приспосабливает ее для себя с целью получения максимума удобств и удовольствий, избавляясь от тяжелого труда, точно так же меняется сам человек и его потребности: например, делая пищу более удобной для потребления посредством перехода от сырой к термической обработке огнем. Это, в свою очередь, повлекло изменение конструкции челюстно-лицевого аппарата: вместо клыков и выдвинутой вперед челюсти появились прочно сидящие в деснах зубы, которым уже не было необходимости перемалывать твердую пищу и отделять ее от костей. Да и сам пищеварительный тракт изменился, сократившись до минимума. Процесс предварительной термической обработки и измельчения пищи уже не требовал таких огромных усилий челюстей с укрепленными в них зубами специальной конфигурации для предварительного перемалывания. Мало того, не требовалось такого большого количества желудочного сока для ее переработки, что уменьшило длину кишечника и привело даже к отмиранию его части — аппендикса.

Велика вероятность того, что в будущем мы вообще сможем отказаться от существующих процессов привнесения внешних энергетических продуктов в наш организм в пользу технологических концепций производства энергии, аналогичных производству хлорофилла в растениях. При этом полностью отпадет надобность в механической и химической переработке пищи зубами и посредством желудочного сока в кишечнике.

Поскольку исчезнет любой вид физического труда, который будет вытеснен сложными нанотехнологиями с управлением роботами, отпадет надобность в конечностях. А сам человеческий организм или то, что от него останется, с течением времени утратит свой двигательный аппарат и даже органы чувств вместе с соответствующими функциями, которыми наделила его природа и эволюция. Мало того, возникнут новые чувства, которые вместе с новыми ощущениями и рецепторами новых органов будут связывать модифицированного таким образом человека с внешним миром. Все это может отразиться на конфигурации и форме человеческого организма, его коммуникационных возможностях, которые будут развиваться с необычайной быстротой, трудной даже для прогнозирования и воображения не только обывателя, но и ученых-футурологов, специально занимающихся вопросами будущего. И возможно, что все мы в своем поступательном движении вперед дойдем до размеров пилюли, и ничто не удержит нас далее от того, чтобы раствориться в пучинах Мирового океана — уже на молекулярном или квантовом уровне.

Конечно, все это еще звучит как фантастика, но теоретические предпосылки и научно-технические разработки, предопределяющие подобные тенденции, все больше и больше становятся основополагающими, укладываясь в пути развития будущего человечества. Оно должно быть к этому подготовлено, принимая его как естественное устремление к гармонизации и оптимизации своего сосуществования с внешней средой, не разрушая ее, а используя оптимально для себя.

По мере приближения старости питание становится практически единственным составляющим счастья, удовлетворяющим наши потребности, модифицированные возрастом. Стремясь решить проблему максимального продления жизни, человечество неотвратимо будет приближаться к созданию детерминированной модели искусственного разума, что приведет к тому, что последний будет самостоятельно выбирать наиболее рациональный способ поступления питания и энергии в организм человека. Тем самым навсегда исчезнет ожирение и связанная с этим боязнь переедания.

☝Требуется пересмотр традиционных взглядов на наше питание. Это не только важнейший источник существования, но и основополагающий фактор получения удовольствия.

В свою очередь, все это приведет к экономии продуктов питания и достаточному обеспечению ими всего населения Земли. Одновременно будет выработан наиболее эффективный подход к выбору самих продуктов, жизненно необходимых для удовлетворения индивидуальных потребностей человеческой личности, для ее нормального функционирования. Первые такие попытки делаются уже сейчас, внедряясь в нашу повседневность, например, с помощью анализа крови, поддержания правильного энергетического баланса мышечной и клеточной структур тела и т. д.

Представляется, что определение нового статуса человека под воздействием окружающей среды вместе с оптимизацией процессов потребления пищи, получением продовольствия и улучшением его качества является настоятельным требованием времени.

Действительно, мы научились жить долго, и перед нами теперь стоит задача научиться жить качественно, получая от продленного пребывания на этой планете повышенный уровень удовольствий и комфорта, освобождаясь от всех напастей, свойственных старости, а также страданий и ущемленности, преждевременно ведущих к ней. Ибо какие это удовольствия и комфорт, если так ожидаемый пенсионный период беззаботного получения удовольствий по велению судьбы приходится провести прикованным к больничной койке, находясь во власти бездушных приборов и чужих рук, в ожидании смерти как избавления от страданий?

Окружающая среда, подстраиваясь под нас, потребителей, предлагает все больше продуктов питания и быстрой еды с такими добавками, влияние которых на организм еще не изучено.

Что происходит с людьми, с обществом? Почему оно постоянно переедает, становясь жертвой поистине новейшей эпидемии изобилия, которое приносит нам столько несчастий, намного превышая сиюминутные удовольствия от процесса поглощения пищи? Чтобы ответить на эти вопросы, есть смысл поставить здесь точку, передохнуть и отправиться вместе с читателем в путешествие к истокам всего живого на Земле. И это будет не «гимн еде», по емкому выражению Жванецкого, а суровый серпантин жизненных невзгод, к которым наш желудок не безучастен.

Глава 1

Историческая эволюция наших пищевых предпочтений

Происхождение Homo sapiens

Что думал Бог, посылая на еще не освоенную Землю десант в виде пыльцы, кванта или другого сгустка информации? Какую задачу он ставил, какой проект задумал реализовать, заселяя кусочек Вселенной существами, будущее которых отдавал в их собственные руки? Была ли включена в этот божественный план вероятность самоуничтожения человека или нашу цивилизацию ожидает какой-то другой сценарий? Общественность раздирают самые противоречивые чувства: с одной стороны, авантюризм и любопытство, желание распахнуть дверь в неведомое, с другой — некое оцепенение, фатальные настроения, даже пессимизм при взгляде в будущее. Это противоречивое воздействие времени находит свое отражение и в доминирующих направлениях науки и морали, в попытке найти возможности для выживания, иногда невольно ввергаясь в неосознанные авантюры. Поэтому уже сейчас, выбирая пути, ведущие к вечной жизни, вне зависимости от того, кем мы будем — роботами, управляемыми ловким чипом, или же молекулярно-биохимической субстанцией, — мы должны попытаться разобраться во многом. И прежде всего в самих себе.

В попытке понять, как развиваются человек и его культура, мы можем выявить недоразумения, возникшие в обществе в течение последних двадцати столетий. События прошедших миллионов лет показывают не только приведшие к современности пути, но и те, которые могут повести нас в будущее. Так, исследование прошлого становится основой для прогнозов: куда мы движемся? Хотя еще Фейербах говорил, что «путешествие в прошлое может быть в одинаковой степени захватывающим и неожиданным, словно удар ножа в сердце».

Стремясь поторопить время, мы промчимся по вехам истории со скоростью, предлагаемой профессором истории Иерусалимского университета Й. Н. Харари [1] (Y. N. Harari), согласно данным которого 13,5 млрд лет назад в результате Большого взрыва образовалась Вселенная, а вместе с ней возникли материя, энергия, пространство и время. И все эти явления описываются наукой, которая называется физикой. Из материи и энергии через 300 тыс. лет образовались сложные структуры, называемые атомами, которые соединялись в еще более комплексные конструкции — молекулы. Процессы и реакции образования атомов и молекул изучает химия. На одной из планет Вселенной по имени Земля 3,8 млрд лет назад специфические молекулы стали создавать еще более усложненные образования, называемые организмами, сопровождающие их процессы относятся к биологии. Размышляя о значении этой науки и ее будущем, Фрейд называл ее «страной неограниченных возможностей, в которой нас ожидает множество сюрпризов с удивительными объяснениями их происхождения».

Примерно 70 тыс. лет назад организмы, относящиеся к Homo sapiens, начали обретать общие формации, возникающие на основе определенных свойственных им признаков, называемых культурой, развитие которой изучает история. Упрощая смысл этого значения, идеолог консерватизма Э. Берк говорил: «История — это союз между умершими, живыми и еще не родившимися».

История человеческой культуры оказалась под огромным влиянием и воздействием трех больших революций:

1. Познавательная (когнитивная) революция, произошедшая около 70 тыс. лет назад, сдвинула с места историю человечества.

2. Сельскохозяйственная революция ускорила ее 12 тыс. лет назад.

3. Научная революция, начав свое шествие по нашей планете 500 лет назад, может означать конец этой истории и начало чего-то совсем нового.

Люди появились на Земле еще задолго до начала истории. По разным данным, возраст человечества колеблется от 2,5–4,5 млн лет, но, как предполагают некоторые антропологи, оно значительно старше: ему 7 или даже, по утверждению антрополога Ф. Тобиаса (F. Tobias) [2], 10–13 млн лет. Казалось бы, какая разница — на 4 миллиона больше или меньше, если согласно новейшим данным ученых, работающих с телескопом «Planck», наша Вселенная насчитывает возраст 13,82 млрд лет, что на 80 млн лет больше, чем предполагалось ранее.

Как известно, человек — самое любопытное из всех живущих на этой планете существ. Еще совсем малыши начинают терзать родителей вопросом: «Откуда я появился?» И дело не только в элементарном любопытстве и жажде познания. Изучение эволюции человека показало тесную взаимосвязь биологии и культуры. Именно поэтому в пасмурный, холодный день мы наденем на себя теплое пальто, не дожидаясь, пока соответствующий мутационный процесс вызовет рост шерсти на нашем теле.

Многие поколения наши предков не задавали вопросов и не ждали на них ответов, вели себя более чем скромно, ничем не проявляя себя, не выделяясь из многочисленного разнообразия животных, разделяя с ними общее жизненное пространство. Если мы совершим путешествие в наше прошлое на 2 млн лет назад и окажемся на прогулке, например, в Восточной Африке, то встретим там, вероятно, группы людей, которые внешне имеют с нами много общего. Возможно, мы увидим, как озабоченные матери укачивают на руках своих младенцев, дети играют в игры, подобные футболу, откуда-то доносится шум, напоминающий шлифовку камней, а в результате их трения возникает огонь. Мы замечаем молодого человека, увлеченного попыткой сделать какой-то инструмент, технику изготовления которого он подсмотрел у других двух людей, конфликтующих за удобное место около разгоревшегося костра. Затем обстановка накаляется и переходит в противоборство за главенство в группе с блеском обнаженных зубов и агрессивными криками. Находящийся поблизости старик удаляется от спорящих от греха подальше в лес, где на него нападает стая обезьян. Как видим, сюжет достаточно прост. Эти люди любят, спорят, растят свое потомство и изготовляют инструменты, мало чем отличаясь от шимпанзе.

Человек тогда не мог себе представить, что много лет спустя его потомки будут прогуливаться по Луне, расщеплять атом, открывать геном и писать книги о собственной истории. Предысторические люди были обычными животными, оказавшими влияние на свое окружение не больше, чем гориллы, стрекозы или медузы.

Биологи разделяют все живые существа на различные виды. Животные относятся к одному виду, когда они вступают между собой в сношения и производят потомство. Например, осел и лошадь имеют общего предка и многие общие признаки. Но для продолжения рода они не проявляют друг к другу никакого интереса. Можно, конечно, их спаривать насильственно, но рождающиеся в результате этого мулы не производят потомства. Это является признаком того, что они принадлежат к различным видам.

Иначе обстоит дело у бульдогов и кокер-спаниелей. Несмотря на резкое внешнее отличие, спариваются они охотно. Причем их потомство способно спариваться и с другими собаками, производя щенков. Таким образом, бульдоги и кокер-спаниели принадлежат к одному виду, а именно к собакам.

Виды с общим предком объединяются в роды. Например, львы, тигры, леопарды и ягуары являются различными видами рода Panthera. Биологи наделяют все живые существа латинскими названиями, состоящими из двух частей. Первая часть обозначает род, а вторая — вид. Так, лев имеет название Panthera Leo: вид львов из рода пантера. А мы, читатели, относим себя к Homo sapiens — вид sapiens (разумный) из рода Homo (человек).

Роды объединяются в семейства, например: кошачьи (львы, гепарды, домашние кошки), псовые (волки, лисы, шакалы) или хоботные (слоны, мамонты, мастодонты). Все принадлежащие к одному семейству особи имеют общего предка. Например, все кошки, от нежных домашних кошек до диких львов, имеют общего предка, жившего 25 млн лет назад.

Homo sapiens также принадлежит к определенному семейству. И этот факт являлся самой большой тайной истории, ибо создавалось впечатление, что он не имеет ничего общего с остальной частью животного мира. Однако это не так: нравится нам или нет, но мы принадлежим к очень большому и дикому семейству человекообразных обезьян. Наши ближайшие родственники — это гориллы и орангутанги, хотя ближе всего к нам стоят шимпанзе. Одна достопочтенная обезьяна женского рода 6 млн лет назад произвела на свет двух дочерей. Одна из них (история умалчивает какая) была праматерью всех шимпанзе, а вторая (очевидно, посимпатичнее) — нашей прапрапрабабушкой.

Однако sapiens скрывает еще более темную тайну. Было время, когда мы сосуществовали вместе с другими братьями и сестрами — также человекоподобными существами. Мы просто выбрали имя «человек» и присвоили его исключительно себе. На самом деле люди, Homo sapiens, принадлежащие к виду рода люди (Homo) из семейства гоминид в отряде приматов, появились около 2,5 млн лет назад из рода человекоподобных южных обезьян по имени Australopithecus. Около 2 млн лет назад ими овладела «охота к перемене мест», и они покинули свою родину в Восточной Африке и отправились в долгий путь через Северную Африку в Европу и Азию.

Впоследствии им дали латинские имена. Например, в Европе и Западной Азии развился человек Homo neanderthalensis, обладавший более крепкой мускулатурой, к тому же более выносливый, чем современный человек. Он был хорошо подготовлен для проживания в холодном климате Евразии. В то же время в Индонезии на острове Ява жил Homo soloensis, солойский человек, приспособленный к условиям тропиков. В той же Индонезии, на маленьком острове Flores, поселились люди Homo floresiensis, у которых было еще и другое имя — hobbits. Они были карликового роста, не более одного метра, и весили примерно 25 кг, однако смелости им было не занимать: они мастерски владели искусством метания копья и охотились на заселяющих остров карликовых слонов.

Далекая Азия была заселена Homo erectus, считавшимися самыми долгоживущими из видов человека и передвигавшимися посредством прямой походки, на которую они перешли 1,5 млн лет назад. В 2010 г. археологи наткнулись на окаменевшие останки костей пальцев еще одного вида нашего предка в Денисовой пещере в Сибири. Анализ генов находки показал, что речь шла о неизвестном науке виде человека, названном Homo denisova. Кто знает, сколько еще останков родственников наших предков скрывают другие пещеры и ущелья?

В то время как предки человека оседали и развивались в Европе и Азии, эволюция в Африке также не остановилась. Колыбель человечества рождала все новые и новые виды, среди которых Homo rudolfensis, по имени озера, у которого он был найден, Homo ergaster и, наконец, наш вид, который мы, со всей присущей нам скромностью, назвали Homo sapiens, «Человек разумный».

Некоторые из этих человекообразных видов были огромного роста, почти великаны, другие — карлики. Одни были кровожадными охотниками, другие — миролюбивыми вегетарианцами. Одни жили на отдаленных мелких островах, другие заселяли целые континенты. Однако всех их объединяла принадлежность к роду Homo, т. е. все они были людьми.

Очень долго существовало мнение, что все это многообразие видов было упорядочено в единый ряд, в котором они следовали друг за другом в определенной последовательности. За ergaster следовал erectus, за ним — neandertaler, после которого, наконец, появились мы. Однако представление о том, что только один вид людей заселял нашу планету, а все другие были просто промежуточными моделями современного человека, является неверным. В действительности в течение 2 млн лет, вплоть до последних 10 тыс. лет, на нашей планете проживало одновременно несколько видов человекообразных существ. А почему, собственно, нет? Сегодня существует много видов лисиц, медведей и рыб, которые живут рядом. Всего 100 тыс. лет назад существовало 6 различных видов людей. И если сегодня из всех этих видов остались одни мы, то Homo sapiens имел все основания забыть своих сестер и братьев, из чего следует несколько вопросов.

Извилины мозга: в чем их ценность

При всех существовавших отличиях различные виды людей имели нечто общее: прежде всего у них был необычайно большой мозг по сравнению с другими животными. Если у млекопитающих с весом тела в 60 кг объем мозга составлял в среднем 200 см3, то объем мозга Homo sapiens такого же веса был более солидным — 1200–1400 см3. Первые люди, которые жили 2,5 млн лет назад, обладали мозгом небольшого размера, но по сравнению, например, с леопардом, который весил столько же, их мыслительный аппарат был очень большим. В процессе развития эта разница становилась все значительнее. Оглядываясь назад, представляется весьма логичным, что эволюция способствовала непрерывному увеличению размеров мозга, поскольку чем больше мощность мозга, тем, очевидно, лучше. Почему же тогда во всем животном мире, населяющем нашу планету, только у Homo sapiens развился такой мощный аппарат мышления? Почему эволюция не наделила, например, кошек аналогичным мозгом, чтобы они могли вычислять интегралы?

Действительно, обладание огромным мозгом требует огромных энергетических затрат. Это очень большая нагрузка для человеческого тела — таскать на себе этот тяжелый череп — вместилище мозга, учитывая, что он пожирает огромное количество энергии.

Около 100 млрд нервных клеток мозга непрерывно обмениваются между собой биохимическими сигналами. Посредством 100 биллионов синапсов, связанных друг с другом, они образуют конструкцию, ни с чем не сравнимую по сложности. Число всех теоретически возможных контактов в нашем мозге больше, чем число атомов во всей Вселенной. У Homo sapiens мозг составляет только 2–3 % общего веса тела, но даже в состоянии покоя, лежа на диване, он потребляет 20 % всей энергии, необходимой для жизнедеятельности всего организма. А уж если мы читаем статью и пытаемся вникнуть в ее смысл, мозг «поедает» уже все 25 %. «Мозг требует непропорционально высоких затрат энергии, — объясняет Э. Мозер, руководитель отдела физики при Центре медицинской физики и биомедицины г. Вены. — Он включается не только в случае необходимости, а находится в состоянии постоянной готовности и не отдыхает никогда».

Уже в XIX в. итальянец А. Мокко продемонстрировал потребность мозга в «горючем»: он уложил человека на своеобразные весы, на одном конце которых находилась голова, на другом — ноги, и привел их в баланс. После того как Мокко попросил испытуемого решить математическую задачу, часть весов, на которых находилась голова, опустилась вниз: с целью обеспечения мыслительного процесса организм «накачал» в мозг больше крови и кислорода.

Несмотря на то что, по отношению ко всему организму, потребность в энергии мозга весьма значительна, эффективность его работы невероятно высока: он легко обходится 20–30 Вт, соответствующими мощности одной слабенькой лампочки. Конструкторы компьютеров могут ему позавидовать: самый высокомощный вычислительный прибор, легко «пожирая» 100 кВт в день, даже отдаленно не способен выполнить комплексную работу нейронов. «Чтобы обеспечить мозг энергией, достаточно лишь кусочка виноградного сахара, — объясняет ученый Сандкюллер. — Один лишь этот факт показывает, насколько биология сложнее, мощнее и эффективнее любой техники».

В мозге человека происходит интенсивный коммуникационный процесс: миллиарды нервных клеток постоянно обмениваются информацией. Так, известно, что нервные импульсы поступают в мозг по 2,5 млн нервных волокон, а 1,5 млн других участвуют в выводе переработанной мозгом информации. В секунду каждое такое нервное волокно передает в мозг до 300 импульсов, и даже если в него не поступает импульс, мозг все равно получает информацию о наличии, например, тишины или темноты. Если обозначить импульсы единицей, а их отсутствие нулем, то мощность мозга будет равна 2 500 000 х 300 bits в секунду, что соответствует с учетом разного рода потерь почти 100 МВ.

Задача мозга состоит в том, чтобы поток входящей мощности перевести в поток исходящей мощностью до 60 МВ/сек. Этот сигнал поступает к мышцам, железам, органам, выполняющим важные функции жизнедеятельности, — и это происходит почти мгновенно.

Для сравнения: мозг обезьяны потребляет только 8 % всей энергии организма. Наши предки заплатили очень высокую цену за свой большой мозг. Как государство, сокращая свои затраты на вооружение, инвестирует в образование, так и человек управляет своей энергией, переводя ее из мышечной массы (силовой составляющей) в развитие мозга. При этом спорно, что в саванне, например, такая стратегия выживания была разумной. Можно предположить, что Homo sapiens того времени теоретически мог дискутировать с шимпанзе, ставя его в тупик своими аргументами, но при этом шимпанзе без дискуссии мог разорвать человека на куски.

С сегодняшней точки зрения увеличение мозга было оптимальным условием выживания человека. Но как можно было избежать увеличения объема мозга за счет уменьшения массы мышц? Ученые считают, что решающую роль сыграло употребление мяса. «Без него приматы не могли бы эволюционировать в людей», — считает историк и эколог Дж. Райххольф (J. Reichholf). Причиной этому является потребность человеческого мозга в протеинах. По его словам, мясо начало входить в рацион наших ранних сородичей около 5 млн лет назад — в переходную эпоху их разделения на ветви, ведущие непосредственно к виду Homo sapiens и на его «обезьяних» родственников.

У человека, по отношению к общей массе тела, мозг почти втрое больше, чем у горилл или шимпанзе. Именно увеличение размеров мозга требовало дополнительных веществ, позволяющих поддерживать и развивать функции этого ощутимо объемного органа, в частности, протеинов и этерифицированных жирных кислот. Его быстрый рост сразу после рождения был необходим для дифференцирования процессов мышления и обучения, отличающих ранних людей от своих сородичей.

Вполне вероятно, что, если бы наши предки остались вегетарианцами, вряд ли они развились бы до Homo sapiens. Однако шимпанзе, например, тоже время от времени едят мясо. Ощущая острую потребность в протеинах, они становятся самыми настоящими бестиями: нападая на павианов или на своих же сородичей, они разрывают свою добычу с неистовой жадностью и яростью. Такое поведение — выражение острого недостатка протеинов, который не может компенсировать растительная пища.

Ко времени появления Homo sapiens мозг его предков непрерывно развивался. Но за исключением каменного ножа и заостренных копий это развитие принесло человеку относительно мало. С точки зрения эволюции развитие человеческого мозга так же парадоксально, как появление перьев у павлина или тяжелых рогов у оленя. Зачем все эти затраты?

Самые древние раскопки убеждают, что уже 2,5 млн лет назад человек применял приспособления и инструменты для облегчения своей жизнедеятельности. Причем они были выполнены людьми, имевшими прямую походку. Наши обезьяноподобные предки в течение миллионов лет развили скелет, который предусматривал передвижение на четырех ногах. Голова была относительно легкой и движений не затрудняла. Перенастройка на прямую походку выдвигала новые требования, так как конструкция скелета должна была удерживать уже значительно утяжеленный череп владельца. Стоя на двух ногах, нашим предкам было удобнее искать пищу или разглядывать врага в саванне. Платой за прямохождение стали боли в спине и закостенелая шея.

Женским особям пришлось сложнее вдвойне: прямая походка обуславливала более узкие бедра, а значит, и более узкий родовой канал, и это несмотря на то, что головы новорожденных все время увеличивались, подвергаясь опасности погибнуть при рождении или получить травму головы. Младенцы человека, появляясь на свет, когда их голова была еще относительно мала и достаточно мягка, имели больше шансов выжить, а роженицы производили больше потомства. По этой причине, согласно процессу селекции, дети рождались по возможности раньше.

А. Портман (А. Portmann) [3] считает, что человек, в отличие от млекопитающих, рождается слишком рано, поэтому в возрасте от года до трех лет ему необходимо дополнительное интенсивное приспособление к условиям окружающей действительности, в то время как животные уже с момента рождения способны инстинктивно ориентироваться в новой для них среде. Младенцы человека появляются на свет в виде «полуфабрикатов», когда жизненно важные системы еще не развились полностью. Напротив, например, жеребенок сразу после рождения стоит на собственных ногах, котята в возрасте нескольких недель уже начинают знакомиться с окружающим миром.

Младенцы после рождения абсолютно беспомощны и полностью зависят от родительской опеки. Это обстоятельство дает человеку время и возможность научиться необходимым навыкам для адаптации к неведомым для себя условиям, что сопряжено с определенными трудностями.

Так как люди появляются на свет на очень ранних стадиях индивидуального развития, то они формируются легче, чем другие живые существа. Большинство животных появляются из материнского чрева уже сформированными, как обожженные горшки из печи. Любая попытка изменить их не имеет успеха и ведет к разрушению. Потомство людей, напротив, словно расплавленное стекло: его можно с легкостью формовать, растягивать и закручивать. Поэтому мы можем из наших детей воспитывать христиан или буддистов, капиталистов или социалистов, солдат или пацифистов.

Наше тело менее приспособлено к окружающей среде, чем тело животного, имеющего шерсть, перья, чешую, клюв и другие мощные средства защиты, на фоне которых человек представляется беспомощным существом. Животное, в отличие от человека, реагирует на окружающую среду инстинктивно, в зависимости от возникающей чисто случайно жизненной ситуации, что и предопределяет его шанс к выживанию. Его организм устроен так, что органы и части тела взаимодействуют друг с другом определенным образом только посредством прирожденных инстинктов, реагируя на специфическое состояние окружающей среды.

Гегель так описывал человеческое существование: «Человек — это животное, но, будучи таковым и реализуя свои животные функции, он не остается в этой позиции как собственно животное. Наоборот, он осознает свое состояние, познает его, заявляет о нем, изучает его, как, например, процесс пищеварения, превращая его в самостоятельную науку. Именно поэтому человек в тот момент, когда он отбрасывает ограничения, отождествляющие его с животным, перестает им быть, и этот процесс понимания ассоциируется у него с мышлением» [4].

Именно изначальная неприспособленность человека к окружению предопределила необходимость его борьбы за существование, вынудив стать человеком разумным, созидающим. В противоположность характерным реакциям животных человек живет не только благодаря инстинктам, связывающим его с внешним миром, но и благодаря тому, что он осознает связи собственного тела с этим окружением. Феномен человека и состоит в том, что он может смотреть, наблюдать и анализировать себя как бы со стороны, четко представляя себя как объект наблюдения. Только человек осмысленно заботится о собственном существовании, имеет желания и стремления, для удовлетворения которых использует достижения технического и интеллектуального прогресса. Он рассматривает свою жизнь как часть исторического процесса, осознает движение времени, различает прошлое и настоящее, может мечтать о будущем. Постоянно оглядываясь назад, непрерывно осмысливая происходящее, человек ставит перед собой цели, определяет жизненные этапы и ориентиры на будущее.

Наверх к вершине пирамиды потребления

Несмотря на все свои преимущества перед животными, древние люди в течение 2 млн лет были незащищенными, слабыми существами. Между Индонезией и Испанским полуостровом проживало не менее 1 млн человек, которые, по большому счету, жили скорее плохо, чем хорошо. Они находились в постоянном страхе перед дикими животными и питались прежде всего растениями, насекомыми, мелкими животными и падалью, которую оставляли после себя крупные хищники. Каменные орудия они применяли в основном для того, чтобы добраться до внутренности костей, раздробить их и получить в качестве вознаграждения костный мозг.

Представим такую картину: львы настигают свою жертву и с остервенением пожирают добычу. За сценой разнузданного «обжорства» пристально наблюдают гиены и шакалы, стремящиеся заменить на поле пиршества наевшихся и осоловевших львов. Конечно, гиены и шакалы для людей не менее опасны, чем львы, и нашим предкам следует набраться терпения и ждать, пока «обжоры» не доедят остатки того, что еще можно употребить из отходов пищи царя зверей. И лишь тогда человек осторожно пробует выйти из своего укрытия, подкрадывается к костям и ищет куски, которые еще годятся в пищу. А это лишь кости и их содержимое.

Миллионы лет люди охотились за маленькими животными и съедали то, что они смогли поймать, при этом одновременно сами значились в меню больших диких животных. То есть еще до недавнего времени люди находились где-то в середине пирамиды естественного потребления питания. И только в ушедшие 100 тыс. лет, когда Homo sapiens вышел на сцену истории, человеку удалось подняться к высотам этой пирамиды. Данный подъем имел серьезные последствия. В то время как дикие животные, например львы и гиены, за миллионы лет хорошо приспособились к верхним уровням пирамиды, люди в противоположность им чувствовали себя случайными в новой роли.

Множество катастроф истории объясняется именно этим стремительным перемещением человека к пику пирамиды, начиная с массового взаимного уничтожения в войнах и заканчивая разрушением экологической системы планеты. Человечество не стая волков, которая по воле случая получила в свои руки танки и атомные бомбы. Человечество, по большей части, стадо овец, которое создало ядерное оружие. Но вооруженные овцы несравнимо опаснее, чем вооруженные волки.

Решающий шаг на пути к вершине пирамиды потребления продуктов питания — покорение огня.

Достоверно неизвестно, где и когда это произошло, но уже 300 тыс. лет назад огонь для многих предков людей вошел в повседневный обиход, став источником постоянного тепла и света, а также могущественным средством, отпугивающим львов и других хищников. В дальнейшем при помощи огня люди стали предпринимать первые широкомасштабные совместные операции, например такие, как целевое выжигание лесов для строительства жилища. Люди прочесывали выжженную местность и в золе находили обжаренные орехи. Вслед за собирателями на освобожденную от леса площадку выходили предки современных проектировщиков. Целенаправленно распределяя очаги возгорания, им удавалось превращать непроходимые джунгли в степи. В наводненных животными степях люди охотились, добывая пропитание. Но самое лучшее — на огне можно было готовить пищу.

Искусство термической обработки пищи привело человечество к расширению ассортимента продуктов, которые могла предоставить ему природа. Перед взором одуревшего от голода и онемевшего от восторга нашего предка открылся своеобразный огромный супермаркет с полками, наполненными разнообразными продовольственными товарами. В список основных продуктов питания отныне входили растения, которые в сыром виде до тех пор не употреблялись, например картофель, зерна пшеницы, ржи, овса, риса.

Огонь изменил не только химию производства продуктов питания, но и его биологию. Высокая температура убивала бактерии и паразитов, превращая фрукты, овощи, орехи в настоящие лакомства, легкие для пережевывания и переваривания. Если шимпанзе требовалось 5 часов в день, чтобы обеспечить себя сырой пищей, то человеку с его искусством варки пищи был необходим всего один час. При помощи огня люди могли питаться более разнообразно, в то же время они экономили время на приготовлении еды, а сам прием и усвоение пищи происходили с меньшими затратами. В результате уменьшались размеры зубов и длина кишечника. Некоторые ученые видят прямую связь между открытием варки, сокращением кишечного тракта и увеличением размеров мозга. Длинные клыки и большой мозг потребляли много энергии, поэтому для нормального функционирования невозможно было обеспечивать их энергией одновременно.

Приверженность исключительно к растительной пище обрекала вид на вымирание. Жившие в Южной Африке примерно 2–1,2 млн лет назад так называемые массивные австралопитеки — парантропы (Paranthropus robustus) обладали развитой жевательной мускулатурой и широкими, крепкими, покрытыми толстым слоем эмали коренными зубами для пережевывания растительной пищи, большими костными (сагиттальными) гребнями с прикрепленными к ним жевательными мышцами и слаборазвитыми резцами и клыками. Парантропы были крупными травоядными существами, жившими в густых зарослях по берегам рек и озер, что и привело их к вымиранию.

В отличие от австралопитеков, ранний Гомо эргастер (Homo ergaster) — человек работающий — употреблял пищу с высоким энергетическим индексом. В его рацион регулярно входило мясо, поскольку он научился более эффективно охотиться, применяя примитивные орудия. Все больше аргументов приводится и в пользу того, что он питался падалью, и это позволило ему успешно конкурировать с другими ее любителями. У Гомо эргастера полностью отсутствовал сагиттальный гребень, он обладал менее выступающими лицевыми костями, слабо развитыми челюстями, небольшими коренными зубами с более тонким слоем эмали, большими резцами.

Более северные территории обитания неандертальца (Homo neanderthalensis) определили модель питания этой вымершей расы: ежедневная его потребность в пище составляла порядка 4 тыс. килокалорий, что на 100–350 ккал больше, чем у предка современного человека — кроманьонца, обитавшего в тех же климатических условиях. Специальные химические исследования костной ткани показали, что Homo neanderthalensis регулярно употребляли мясо крупных наземных млекопитающих — мамонтов, зубров и т. п., а также мясо мелких животных, коренья и побеги растений.

Кроме тщательно обглоданных костей животных, на стоянках неандертальцев находят и обработанные таким же образом кости кроманьонцев. Конкурентная борьба этих двух рас завершилась в пользу последних, ставших прямыми предками Homo sapiens. В условиях скудной пищевой базы существенную роль сыграл тот факт, что кроманьонцы обладали большей подвижностью в силу строения скелета и меньшего веса и, как следствие, меньшей потребностью в энергии.

С открытием термической обработки пищи наши предки впервые попробовали теплую еду, что привело к революционным преобразованиям в истории развития человечества.

Традиция варить, запекать, жарить, тушить, парить пищу сформировала нашу культуру еды, которая совершенно не зависит от того, на каких новых приспособлениях (например, мультиварка) это происходит.

«Человек — единственное живое существо, готовящее пищу», — пишет Ц. Орген (C. Organ) из Гарвардского университета в журнале PNAS. Биологи установили, что человек изобрел способ приготовления еды уже 1,9 млн лет назад, чем существенно улучшил свои шансы на выживание и приспособление к внешней среде. Богатая калориями пища служила повышению репродуктивности. Увеличение потомства повышало шансы на сохранение вида. Ученые предполагают, что продолжительное по времени употребление только сырой пищи поставило бы под вопрос долговременное выживание Homo sapiens.

Когда именно наши предки начали варить, консервировать или приготавливать еду другими способами, окончательно не выяснено. «Мы знаем, что благодаря приготовлению пищи человек меньшую часть времени должен был проводить за трапезой. Кроме того, улучшился его индекс массы тела (body mass index — BMI)». Еда лучше усваивалась и откладывалась в организме в качестве резерва энергии. У этих людей появилось больше времени для неторопливого приема пищи.

Современный человек, к сожалению, утратил эту заведенную предками традицию. По словам Орген, за едой мы проводим в среднем 4,7 % активного времени. Нашим ближайшим сородичам — приматам — требуется его для приема пищи намного больше. Не открой наши предки способов приготовления еды на огне, мы тратили бы 48 %, т. е. половину активного времени, на процесс обгладывания и разжевывания.

В истории развития человека время от времени случались переломы и кризисы, в связи с чем эволюция протекала скачкообразно. Ученые пришли к выводу, что уже Homo erectus — человек прямоходящий — умел варить пищу. Этот вымерший вид рода Homo жил около 2 млн лет назад в Африке, Азии и Европе. Небольшие коренные зубы Homo erectus, как и умеренный объем его кишечника, подтверждают эту гипотезу. Найденные в провинции Чжоукоудянь в окрестностях Пекина обугленные кости, а также остатки жилищ с местами для загона скота в Terra Amata, вблизи Ниццы, указывают на то, что Homo erectus уже владел огнем.

Приготовление еды на огне постепенно превращалось в повседневную рутину. Наши предки успешно осваивали его разведение в любых местах и условиях, а прием пищи все более отчетливо принимал ритуально-социальный характер собрания членов клана, заложив тем самым начало культуры еды.

Совместные трапезы стали основным компонентом жизни людей. В свою очередь, этот прогрессивный эволюционный шаг не только повлек за собой уменьшение челюстного аппарата, но и послужил базой для развития и создания все новых и новых звуковых нюансов речи.

До того как первобытные люди начали собираться для трапезы у огня, они бродили по лесам и лугам и принимали пищу, если им удавалось добыть что-нибудь съедобное. В рацион ранних неандертальцев в теплое время года входили грибы, ягоды, фрукты, орехи, шишки, травы и другая растительная пища. Но вегетарианцами они не были: на месте их обитания на берегу озера Ascherslebener в районе северного Рейнланда исследователи нашли останки мамонтов, носорогов, диких ослов, северных оленей. Даже с точки зрения современного гурмана можно себе представить, какие изысканные блюда можно приготовить из такого качественного мяса.

Начиная с конца каменного века наши предки «накрывали стол» все более разнообразно, приготовление еды становилось все сложнее. Нам неизвестно, были приготовленные ими блюда пресными или же их вкус усиливался с помощью грибов, кореньев и трав. Наши предки не только жарили пищу на костре, но и варили. Они делали небольшие ямы в земле водонепроницаемыми, наливали в них воду и бросали туда раскаленные на огне камни до тех пор, пока вода не закипала. Возможно, в таких «котлах» были сварены первые супы.

Термическая обработка имела множество преимуществ: с одной стороны, питательные вещества лучше усваивались организмом, с другой — уничтожались всевозможные микробы и паразиты, впервые появилась возможность откладывать продукты про запас.

☝За счет высоких температур в продуктах происходит химическое изменение ее составных частей: свертываются белки, разжижаются жиры, освобождаются бесчисленные ароматические субстанции, поэтому о полезных свойствах можно забыть.

Так называемая реакция потемнения (побурения), известная под именем «реакция Майяра», стимулирует различные органы чувств: именно она лежит в основе оптических, вкусовых и ольфакторных (обонятельных) изменений, происходящих в процессе нагревания пищевого продукта. Хрустящая корочка хлеба, румяное жаркое или жареный кофе лишь некоторые аппетитные примеры этой реакции.

Применение огня не только повышает качество продуктов питания, но и позволяет расширить их ассортимент. Некоторые растительные продукты, несъедобные в сыром виде, пополнили меню наших предков в вареном или пареном состоянии.

Таким образом, термическая обработка пищи стала важным импульсом для очередного резкого скачка эволюции. И только значительно позднее, в середине каменного века, оседлость ранних людей на территории современной Европы привела к дальнейшему ее развитию. Основание долговременных поселений, разведение полезных растений, приручение животных, создание и хранение пищевых запасов на складах вытеснили охоту и собирательство на второй план. Типичным расположением таких поселений служили особенно плодородные лёссовые грунты, обнаруженные в разных местах Европы. Более значимое место в питании заняла вегетарианская пища. Важнейшими злаками того времени были пшеница однозернянка и двузернянка (эммер). Для лучшей сохранности зерно слегка обжаривалось, а затем размалывалось до отрубей или муки. Хлеб выпекался в расположенных в земле печах.

Огонь же образовал и первую пропасть между человеком и прочим животным миром. Сила животного обычно напрямую зависит от строения его тела, например от силы мышц, размаха крыльев, величины зубов. Однако, несмотря на то, что некоторые животные могут использовать воздушные или водяные потоки в своих целях, управлять ими они не в состоянии. Так, например, орел с помощью возникающего воздушного потока может подняться и унести добычу, приложив к этому силу, соответствующую размерам его крыльев, но контролировать этот поток воздуха птица не умеет. В свою очередь люди, покорив огонь, добились контроля над огромной, дикой и потенциально безграничной силой. Теперь они сами решают, когда и где разожгут костер. Человек приобрел над огнем власть, не зависящую от силы его мышц. Чтобы в течение нескольких часов воспламенить целый лес, хватит усилий одной женщины — трение камня о камень или дерева о дерево не требует много сил. Покорение огня было первым предвестником того неизвестного, что еще ожидало человечество.

Теория «гена обжорства»

Человек по своей натуре всеяден. То, что он может пользоваться различными ресурсами питания, является одним из успехов эволюционного развития. Знание эволюции пищевых привычек помогает лучше понять и разрешить многочисленные актуальные, в том числе и медицинские проблемы питания, имея в виду, что стремление к чревоугодию является одним из эволюционных феноменов нашего вида.

Так называемое здоровое питание раньше не являлось для человека проблемой. Тот, кто борется за выживание, озабочен исключительно доступностью источников пищи и ее вкусом. Путем проб и ошибок нашим предкам приходилось исключать из своего рациона ядовитую еду. В течение очень долгого эволюционного периода мы не нуждались ни в экспертах питания или апостолах диет, ни в таблицах калорий или контрольных весах. Однако в последнее время что-то пошло не так…

Эволюцию наших пищевых привычек можно разделить на четыре ступени: