Помоги проекту - поделись книгой:
- Помоги мне!- Я взмолилась, чувствуя, как вокруг шеи ползёт и чуть ли не разрывает горло, нечто жуткое и противное. Я вцепилась в эту дрянь ногтями руки, что была свободна и на моё счастье, тварь отступила, а я, не без усилий, выдернув ноги из трясины, пустилась в бегство. Но как только болото кончилось, я перешла на ходьбу. Ноги страшно болели и посинели. На месте прикосновений щупалец, оставалось тысячи маленьких, кровоточащих дырочек.
- Я… я жива! Где ты?!- Стало очень больно ходить и шевелить повреждённой рукой и шеей. Сердце билось бешено, будто боясь оставаться в умирающем теле.
- Я здесь, я рядом.
- Где?- Я смотрела по сторонам, но видела лишь жуткий пейзаж тёмного леса и сгущающуюся непогоду на небе. Тоска от отсутствия смысла жить, но невероятному рвению выжить. Единственное, что двигало мной, это невероятный ужас перед смертью и стремление выжить несмотря ни на что.
Ещё минут пятнадцать, еле передвигала ногами. В какой-то момент, я заметила, что все повреждённые колючками места, начали опухать с бледно синим оттенком, что вызвало не то что панику, безумие. Я просто смотрела на свои ноги и не хотела в это верить, но жажда жизни оказалась сильнее чего бы то ни было и я через боль встала и продолжила путь. Через ещё несколько минут, я набрела на здание, похожее то ли на амбар, то ли на большой гараж. В двери что-то мелькнуло, и я почувствовала, что оно рядом.
- Каррр. - Я опять испуганно обернулась на звук и увидела сидячую на ближайшем дереве, ворону. Она почему-то сильно пугала меня. Просто поддавшись судьбе, я быстро, как только могла, пошла к зданию.
Наконец закапал дождь, но я уже укрылась под крышей, оказывается совершенно пустого и почему-то сырого изнутри, здания. Пахло плесенью и сыростью, но помимо этих, обычных запахов, был какой-то очень неприятный запах, исходящий из ран. Просто тихо сижу в углу и прижимаю, уже онемевшие колени, не знаю сколько времени. На улице ливень и от худой крыши, дождь частично попадал и внутрь.
- Ты нашла меня!- В проёме двери показалась тень маленькой девочка.- Ты смогла. Поздравляю.- Девочка подошла ближе и я смогла разглядеть её. Смутно знакомые черты лица и чёрное платье, похожее на моё, но детское. Длинные, чёрные волосы, прилипали к плечам и спине. Чёрные, глубокие глаза смеялись, будто от счастья, а тонкие, изящные и практически полностью белые губы, были изогнуты в довольной улыбке.
- Я…- Что-то в горле дёрнулось и я закашлялась.- Я буду жить?- Меня начало дёргать и я посмотрела на себя. На моём теле начали надуваться большие, белые пузыри, будто изнутри что-то рвалось наружу. Я почувствовала как безумие и страх, начало загораживать мутная плёнка, из-за которой мне стало трудно воспринимать реальность. Я уже полумёртвая.
- Да. Ты будешь жить, но сейчас ты умрёшь.- Как только она это сказала, из моего, уже неподвижно прижатого к углу, тела, начали выползать те самые насекомые, выбираясь из дыр, что проделали щупальца и разрывая тонкую кожу пузырей.
- Не хочу…- Только и смогла сказать я, перед тем, как моё сознание полностью угасло.
Я очнулась, лежащая на асфальте и на меня, не щадя, капал дождь. Ощущалась боль в правом колене и острое жжение в щеке. Повсюду лежали осколки стекла.
Стою на коленях с согнутой спиной, моё лицо практически касается мокрого от слёз неба и крови, асфальта. Глаза закрыты и хочется рыдать и орать во весь голос от боли и горя, но я просто стою на коленях. Без мыслей, без криков, без слёз, без чувств. Рядом со мной два разбитых вдребезги автомобиля и осколки стекла. Никого рядом нет.
- Я здесь.- Обернувшись на звук, который доносился из-за спины, я увидела девочку. Всего пару мгновений хватило на то, чтобы я поняла, что это я. После этого, я снова отвернулась от неё, смотря в разливающуюся по асфальту кровь.
- Чего ты хочешь?- Спокойно спросила я.
- Ты. А чего бы хотела ты?- Девочка подошла ко мне ближе. Я оставалась в таком же положении, так что другая я была точно позади меня.
- Я хочу жить… хочу, чтобы ты оставила меня в покое. Это ведь ты… Та не родившаяся Эрайна.
- Ах. Да! Ты же дала мне имя. Я его приняла.- Я не чувствовала страха по отношению к маленькой себе и вообще мной не овладевали какие-то конкретные чувства.- Я тоже хочу дать тебе имя.
- Мне? Но я ведь… В отличии от тебя, я жива и оно у меня…
- Заткнись!- Девочка резко схватила меня за волосы и дёрнула, на что я схватила её за руки.
- Но я…
- Ты! Это ты тут мёртвая! Это ты живёшь как труп! - Её голос вдруг изменился на холодный, проникающий в самые закоулки души, царапая каждым словом как иголкой по стеклу.- Ты ничего не понимаешь! Ты тварь! Ты ничего не можешь и не хочешь! Ты просто ходячий кусок мяса, перерабатывающий отходы этого бренного и жестокого мира! И ты как и все- сдохнешь!
- Я… я не хочу умирать…- Хватка ослабла и я отпустила её маленькие ручонки.
- Все не хотят…- Голос стал прежним, но с нотками грусти и лёгкой досады.- Знаешь, а мы с тобой неплохо поиграли. Ну? Какого это, когда тебя заживо сжигают? А ведь мне было больно тогда, при кремации, хоть я и была мертва…
- Так это всё…
- Да. Это всё была я. Мои чувства. Моя боль. Мой ужас… но ведь мы едины сестрёнка.- Под конец, голос повеселел.- У тебя остался один день. Постарайся.
Я снова проснулась в холодном поту, сжимая простыню, что есть сил, но в этот раз не визжа как резаная свинья.
В палату зашла медсестра:
- К тебе папа пришёл.- Рослая и не в меру упитанная женщина, лет сорока, с завязанными в непонятную и даже слегка забавную причёску.
Вслед за медсестрой, зашёл папа. После аварии, что произошла как раз по пути сюда, папа вытащил меня из машины и попытался спасти водителя машины, что врезалась в нас, но бедолага скончался от потери крови до приезда скорой. Мама скончалась на месте, но меня это ничуть не тронуло, нежели два сломанных ребра и пробитая голова, папы. Мои царапины меня мало волновали. Теперь, навсегда уродовавший моё лицо, шрам, так же не вызывал каких либо эмоций. Подруга, которая примчалась в первый же день после аварии, сначала просто не верила, что это седое, на вид полумёртвое и слегка подгнившее существо, её лучшая подруга - Вика. После началась истерика и она, после сдержанных нотаций и криков, оставила меня наедине с ужасом. Каждую ночь, этих двух, просто адских недель, когда каждый сон превращался в парад ужаса и боли. Всё это казалось и было безумием, которое способен пережить только самый стойкий, выносливый и закалённый разум. Каждый раз, я пыталась не спать. Делала всё, для того, чтобы не свалиться с ног в беспамятство. Испробовала самые действенные и проверенные способы. Ничего не помогло. Мне хотелось спать круглые сутки и даже когда я спала, это не давало мне отдых, а наоборот изматывало меня до обезвоживания. Я практически перестала есть, пить, чем-то заниматься и лишь иногда, но по многу, писала в свой дневник, то, что видела в кошмарах.
- Здравствуй Вик.- Папа сел рядом. Я привстала на локтях и попыталась сесть на кровати так, чтобы мне было удобней.
- Как ты?- Вопрос был риторическим.
- Не долго. Больной пора на утреннюю процедуру.- Медсестра, до того, так и стоящая в проеме двери, наконец ушла.
- Хорошо. Мы недолго.- Сказал папа ей в след.
- Я тут тебе яблок принёс… и йогурта. Будешь йогурт?- Непонятная атмосфера. Неловкая и одновременно раздражающая, будто это было уже тысячу раз, но всё повторяется как в первый.
На вопрос отца, я отрицательно покачала головой.
- Ладно. Я чего зашёл то. Мне ещё нужно будет полежать здесь, а тебя сегодня должны выписать, поэтому мне придётся отвезти тебя к бабушке. Поживёшь у неё до тех пор, пока меня не выпишут. Меня конечно могут отпустить на какой-то срок, чтобы я довёз тебя, но мы не сможем видеться где-то месяц, возможно больше.
Я просто дослушала его и качнула головой в знак согласия. Эта поездка была мне на руку, так как мне срочно нужно было на кладбище.
Снег давно весь растаял, но за окном уже не так ярко светит солнце, и всё небо заволокло серой дымкой, вызывающей у жителей чувство тоски и уныния. Дождя не было, и тучи не собирались в огромные массы клубившейся в небе воды, но и не было безоблачного, яркого, весеннего денька.
Молча сидя, по привычке на заднем сидении, я смотрела на небо и мысли о последнем кошмаре, что приснился, не давали мне покоя. Я уже почти утратила всякий интерес к жизни и вообще к такому существованию на этой земле, но что-то не давало мне сдаться, опустить руки и просто сойти с ума. Эта тоненькая нить, что была между сознанием и безумием, будто готовая порваться в любую секунду, но держится. Из головы не выходили её слова. Возможно, я больше никогда не увижу светлый и тихий денёк жаркого лета. Яркие лучи щедрого солнца, больше не будут ласкать мою бледную кожу, я перестану просто жить. Я верила в это, в её слова и поэтому, именно из-за этого, ещё не угасшего чувства, стремления жить, я ехала к ней.
- Ты уверена, что сможешь вызвать такси?- Отец очень удивился, когда я изъявила желание посетить то кладбище, написав это на листе.
Я утвердительно качнула головой.
- Ну хорошо… я дам тебе свой телефон. Он в куртке, что рядом с тобой лежит. Я как приеду, куплю новый. Тебе точно больше ничего не надо?- Получив отрицательный ответ, папа вздохнул.- Не забудь лист с адресом и не долго.
Вот я снова здесь, но глаза, что смотрят на эти могилы, уже совершенно другие. В душе зародилось непонятное чувство, которое так и просится наружу. Жалость, сострадание и…
Я подошла к камню с нацарапанном мною именем. Будто прошла целая вечность, да, сестрёнка? Мне вдруг сильно захотелось плакать. Упасть на колени и зарыдать рядом с обычным камнем, под которым похоронена моя родная сестра - близнец. Чувство, будто это часть меня сейчас лежит под землёй, на которой я сейчас стою.
Зарыдать я никак сейчас не могла, но кое-что я всё-таки могу и просто обязана сделать.
Упала на колени в сырую землю перед, названной мною, могилой. Хотелось многое сказать. Но я не могла и поэтому просто согнулась, что мой лоб лежал на камне, и про себя начала молиться. Пускай, я не знаю никаких молитв, но… господь, прошу. Не оставь душу безгрешную, что покоится в этой могиле, во мраке безумия и ужаса. Избавь её от страданий и дай ей жизнь… жизнь в том мире, который она создала для себя… аминь.
Я перекрестилась трижды, но и не думала вставать. Мои седые волосы лежали на камне и свешивались с него как занавески прямо в грязь, в которой я сейчас была вся измазана, но мне было абсолютно всё равно. Я молилась. Любой, кто бы увидел меня сейчас, подумал бы, что это какая-то чокнутая старуха молится за своего усопшего, дорогого человека. Прошло около трёх часов, прежде чем меня кто-то дёрнул за плечё.
Поделиться книгой: