Выбирай врага тщательно

— Я же говорил, что он сразу полезет в киберсеть.

В глубоком голосе говорившего пульсировало оправдание. Додгер этот голос знал слишком хорошо. Эстайос ему никогда не нравился и никогда не понравится. С первой минуты знакомства черноволосый эльф противостоял Додгеру. Как и цвет волос обоих эльфов, их личности были противоположными. Не было никакого дружеского расположения, просто сохранялось своего рода военное перемирие.

Выходить из киберсети Додгер не спешил. Прежде, чем сделать это, он, не спеша, запустил несколько команд, после чего, так же, не спеша, отсоединил шнур от нейроадаптера и медленно свернул его в кольцо. Только когда положил шнур в специальную коробочку, Додгер соизволил повернуться к остальным.

Эстайос глядел на эльфа хмуро, как и ожидалось. Рядом с ним стоял профессор Шон Лэверти. Его Додгер тоже ожидал увидеть, основываясь на тоне, которым говорил Эстайос. Рядом с профессором обнаружился Четтерджи. Додгер не ожидал увидеть этого чернокожего эльфа из Азии, но ничуть не удивился его присутствию — он частый гость в этом особняке. А вот персонаж у двери оказался настоящим сюрпризом. Тереза О’Коннор. Дорогая, милая Тереза. Знать бы, что она в особняке, Додгер сюда и не подумал бы сунуться.

Профессор дождался, пока Додгер отведет взгляд от Терезы, и только после этого заметил:

— Додгер, вы же в курсе правил.

Додгер их знал, но когда это было, чтобы эльф не нарушил их, если должно быть сделано нечто важное? Во всяких правилах и законах есть лазейки, позволяющие делать свое дело. Правда, иногда нужно быть поосторожнее.

— Я делал копии своих программ, профессор, и не нарушил ни одного из правил, — сказал Додгер.

— Ты вошел в киберсеть без разрешения, — голосом обвинителя заявил Эстайос.

— Люди моей профессии всегда работают без разрешения, — Додгер пожал плечами. — Это ни о чем не говорит.

— Не гони пургу, — глаза Эстайоса сузились. — Ты был здесь достаточно долго, чтобы знать — никому нельзя подключаться к киберсети, не уведомив при этом меня.

— Эстайос, если ты найдешь хоть одно доказательство моего выхода в международную киберсеть, я приму любое наказание, которое наш дорогой профессор посчитает надлежащим.

— Ты уж, конечно, постарался слепить доказательства своих слов, «теневик». Тебе здесь больше не рады. Уходи.

Эстайос шагнул вперед с целью воплотить свои слова в жизнь, но профессор Лэверти поднял руку, останавливая его.

— Додгер может оставаться здесь столько, сколько хочет, — сказал он.

— Но это неразумно! — Эстайос повернулся к профессору и посмотрел в его глаза. — Технически Додгер злоупотребляет вашим гостеприимством.

— Профессор, — вклинился в разговор Четтерджи. — Это устанавливает нежелательный прецедент.

— Додгеру необходимо запретить появляться здесь, — согласился Эстайос.

— Додгер волен приходить сюда и уходить тогда, когда ему заблагорассудится, господин Эстайос, — твердо сказал Лэверти.

Четтерджи, принимая решение профессора, склонил голову, Эстайос же нахмурился и вернулся на свое место за спиной Лэверти. Тот только покачал головой, видя недовольную физиономию высокого эльфа.

— Ну-ну, господин Эстайос, я уверен, Додгер никогда не предаст этот дом. Он труден в общении, менее учтив в большинстве случаев, но его сердце велико. Я уверен, что есть серьезная причина, по которой Додгер делал то, что делал.

— Воистину, — согласился Додгер. — Можете быть уверены, что я не собирался проявлять к вашему гостеприимству неуважение. Но обстоятельства, к сожалению, сложились так, что меня сейчас легко во всем обвинить.

— Разве не всегда так бывает? — усмехнулся Лэверти. — Кажется, обстоятельства постоянно складываются не в твою пользу.

— Время в лесу течет по-другому, — пожал плечами Додгер. — Я немного засиделся и решил позаниматься своими делами. Не имея других мест, где я бы был в безопасности, пока бродил бы по киберсети, пришел сюда.

— Ты мог бы воспользоваться возможностями твоего драгоценного леса, — сказал Эстайос. — Ты проделывал такое достаточно часто.

— Увы, у меня нет в наличии переносного передатчика. Я не собирался находиться в киберсети так долго и, когда узнал, что времени прошло больше, чем рассчитывал, оказался в неловком положении. Если бы не обязательства перед моими деловыми партнерами, я бы никогда не сделал этого.

— Что ты знаешь об обязательствах, «теневик»?

— Я знаю, что честный человек обязан следовать своей совести, а не букве правил, навязанных сверху. Надеюсь, даже такой великий боец, как ты, можешь понять эту нехитрую истину?

— Хватит! — твердо сказал Лэверти. — Уже было достаточно нарушений в этом доме. И мне не нужно, чтобы вы двое грызлись друг с другом. Додгер, это твое дело каким-то образом связано с Сэмюелем Вернером, не так ли?

Не видя вреда в признании, Додгер ответил:

— По правде сказать, так и есть.

На мгновение профессор задумался. Остальные молча ждали — они знали, что не стоит мешать, когда Лэверти о чем-то задумался.

— Вы демонстрируете замечательную верность этому человеку, — наконец, сказал профессор.

— У любой верности есть своя цена, — фыркнул Эстайос.

— Достаточно, я сказал! — резко сказал Лэверти и лицо эльфа скривилось, словно его ужалила оса. Внимание же профессора снова было обращено к Додгеру:

— Он все еще ищет свою сестру?

— Он постоянно ее ищет, — ответил Додгер. Проявившийся интерес профессора к этому вопросу поставил эльфа в неудобное положение. — Сегодняшнее дело к этому не имеет никакого отношения. Даже странствующим рыцарям нужно на что-то жить.

— Иначе, занимаетесь воровством, — прокомментировал Эстайос.

— Это дело не замешано с воровством.

— Да как скажешь, — фыркнул Эстайос, проигнорировав предупреждающий взгляд Лэверти. — Ты не можешь изменить свою природу.

Поднявшееся было раздражение после слов Эстайоса, мигом улеглось, когда взгляд Додгера уловил реакцию профессора. Эстайос стремительно терял очки, являясь зачинщиком ссоры после предупреждения Лэверти о перемирии. Не в силах сопротивляться, Додгер вздохнул:

— Некоторые люди никогда не меняются.

Небольшое движение у двери привлекло его внимание, и он тут же пожалел о своих словах. Пререкаясь с Эстайосом, Додгер забыл, что здесь была еще и Тереза. Она вела себя тихо. Эльф сразу понял, что профессора не стоит обманывать, чтобы не огорчать его гостей и сразу же пустился в объяснения происходящего:

— Я помогал ему в простом извлечении. Замечу, дружественном. Парень заключил контракт с другой корпорацией, но не смог добиться освобождения от обязанностей на нынешнем месте работы. Наниматель заверил нас, что это обыкновенное, ни с чем не связанное дело. Кого-то в чем-то обвинили, но парень не в курсе дел. Никто не знал, что этим делом займется Сэм.

— И все же это могла быть ловушка, чтобы поймать Вернера, — предположил Четтерджи.

Что и сколько знает Четтерджи? Темнокожего эльфа не было в прошлом году в особняке, когда Додгер привел сюда Сэма, так что он не должен быть информирован о старом деле Вернера. Наверняка, он просто озвучил первое попавшееся предположение.

— Если это ловушка, то кое у кого есть шанс закрыть это дело, — продолжил Четтерджи.

— Намекаете на месть Ренраку?

Упоминание корпорации, из которой Вернер сбежал когда-то и стал там персоной нон-грата было знаком того, что профессор до сих пор сохранил интерес к Сэму.

— Вряд ли, — задумчиво ответил Додгер.

— Мы сможем все понять, если выясним личность нанимателя, — кивнул Лэверти.

— Клиент рассчитывает на то, что мы сохраним его личность в секрете, — Додгер изо всех сил постарался продемонстрировать обиженный вид. — Расследование таких вопросов, весьма щекотливое дело.

— Додгер? — улыбнулся Лэверти и эльф понял, что его уловка здесь не сработает.

— Заказчик — Эндрю Гловер, вице-президент "Амальгамированных Технологий и Коммуникаций". Его фирма основана в Европе и имеет историю, — вздохнув, ответил Додгер и, хитро улыбнувшись, продолжил: — И ни намека на влияние из Ренраку, конечно же. Там, похоже, заправляет Сидер-Крупп.

Лэверти удивленно поднял бровь, но ничего не сказал. Эстайос же отреагировал более бурно:

— Сидер-Крупп! Это марионетки Лофвира. Если этот зверь что-то задумал в Сиэтле...

— Господин Эстайос! — жестко сказал профессор и Эстайос резко замолчал. — Вы сегодня самый недоверчивый тип среди нас. Планы дракона не имеют значения в этом вопросе. Простое владение акциями компании не является достаточным доказательством вмешательства самого дракона. Несмотря на то, что АТК принадлежит Сидер-Крупп, корпорация остается независимым предприятием, и я думаю, мало шансов на то, что Лофвир знает об этой операции. Додгер, ты говорил, что вашим заказчиком был Гловер?

— Эндрю.

— Сомневаюсь, что твоя команда снова попала в сети какого-то дракона, — кивнул Лэверти, но, скорее, отвечая самому себе на не озвученный вопрос. — Но если так, то ему придется вскорости применять свои новоявленные колдовские способности.

Додгер понял невысказанный вопрос и быстро рассказал о колдовских достижениях Вернера.

— Так что он вряд ли появится здесь, — закончил эльф.

— Я понимаю, — кивнул профессор. — Его строгое логическое обучение и шаманское направление весьма убедительный аргумент того, на что он ориентируется. Твой рассказ о видении тотема Собаки нечто поразительное. Я даже не задумывался о такой возможности. Он, вероятно, не лучшего мнения обо мне из-за того, что я поставил неправильный диагноз.

«Эх, если б вы знали», — подумал Додгер, а вслух сказал:

— Причина не в этом. Несмотря на то, что он выжил в драконовском огне, Сэм до сих пор не верит в свои колдовские силы. Маловероятно, что он обвинил бы вас в этом, пока сам не верит в свое шаманское призвание. Он отчаянно цепляется за научный взгляд на мир.

— Так он отказался изучать колдовство?

— Как раз наоборот, изо всех сил пытается его изучить. Это сводит Салли Цзун с ума.

— Госпожа Цзун пытается его учить? — удивился Лэверти.

— Вы правильно сказали, пытается. Если б Сэм не был таким упрямым, он давно бы увидел, что у него и у леди Цзун несовместимые колдовские ориентации.

— Учитывая все, что вы сказали, его упрямство просто удивительно. Постарайтесь сделать так, чтобы он пришел сюда еще раз.

— Он не придет. Он хочет сначала найти сестру.

— Такая преданность достойна восхищения. Это ценное качество. Но нужно сделать все возможное, чтобы привести его сюда.

Закончив разговор, Лэверти вышел из библиотеки. Эстайос и Четтерджи последовали за ним. Тереза же осталась у двери, не сделав ни единого движения, чтобы покинуть помещение. Эстайос обменялся с Терезой парой предложений, говоря так тихо, что Додгер не услышал ничего. Через пару мгновений Эстайос обернулся и бросил на Додгера убийственный взгляд. В ответ эльф только улыбнулся, чем разозлил оппонента еще больше. Он что-то сказал Терезе и, хлопнув дверью, сердито вышел из библиотеки. Додгер остался один на один с Терезой. Он ждал. Тереза прошла, мягко ступая по ворсистому ковру к столу, где расположился ноутбук эльфа. Додгер встал.

Она протянула руку мимо него и подхватила со стола чип, с которым до этого работал Додгер. Взвесив его на ладони, она сказала:

— Ты привязался к этому Сэмюелю Вернеру.

— Я пообещал ему помочь найти сестру.

— Благородный квест. Мы узнали, что ее отправили на остров Йоми. На этот остров японцы отправляют всех, кому не повезло подхватить метачеловеческие гены. Мы могли бы избавить ее из этого мерзкого заточения.

— Ты готова к этому?

— Йоми не то место, где все делается легко. Нужна подготовка и мы можем отправиться туда только когда будем готовы. Во-первых, нам нужно получить информацию и деньги, потому что транспорт, оборудование и люди стоят недешево. В то время, как все это собирается, нам нужно будет отточить навыки с «теневиками». Если бы Сэм принял свою шаманскую сущность, было бы легче.

Она протянула руку, дотронулась до руки Додгера:

— Ты бы был замечательным паладином.

Навалилась и ужалила старая боль. Додгер отвернулся от Терезы — он не хотел, чтобы она видела, что ее слова пробудили в нем давние эмоции.

— Я не паладин. Никогда им не был и не собираюсь. Я отказываюсь быть связанным службой у любого человека.

— Тем не менее, ты работаешь на этого нормала, — тихо сказала Тереза.

— Я ему не служу, я ему помогаю, — Додгер взглянул на нее, но лицо Терезы спряталось в тени волос. Руки эльфа безвольно повисли. — Все еще существует различие между этими двумя словами.

— Ты всегда беспокоишься о словах, — Тереза играла с чипом и не смотрела в сторону эльфа. — Почему ты ему помогаешь?

— Мы друзья.

Она склонила голову. Сейчас Додгер смог увидеть ее задумчивое лицо, до боли прекрасное в мрачном спокойствии. Серьезный вид вдруг озарился задумчивой улыбкой.

— Мы тоже когда-то были друзьями.

— В то время я так и думал, — сглотнул Додгер.

Наконец, она посмотрела на него. Ее глаза остались прежними, такими, как помнил Додгер — чистыми, как изумруд и бездонными. Он еще тогда потерялся в этих глазах и чувствовал, что готов повторить это снова.

— Но ты тогда ушел, — сказала Тереза.

— Я был должен.

— Ты вернулся?

— Не уверен.

— Понятно, — она положила чип в карман, обошла Додгера. Остановившись в дверях, сказала: — Поговори со мной, когда будешь уверен.

И ушла.

Сумрак и древние книги остались свидетелями, когда он тихо сказал:

— Я обещаю.

Глава 4

Сэм проснулся и сразу же посмотрел на Салли Цзун. Искусственно тонированные под пепельную блондинку волосы развевались по подушке, тонкие, стройные ноги торчат из-под смятого одеяла. Она была мечтой одинокого человека. Только для Сэма она оказалась уже не мечтой, да и в последнее время он сам не был одиноким. Вернер до сих пор не мог понять, что она в нем нашла.