Последний американец

- Куда - куда… - ворчливо ответил ей супруг, выворачивая из - за угла сарая, - по бабам наверняка пошёл, стервец!

- По бабам?! - строго спросила тётушка и упёрла руки в боки. - ему ещё школу закончить надо, а не по бабам шляться! Это всё твоё воспитание, кобель старый!

- Зато какой мачо вырос, Кончита! Этот уж точно не пропадёт! - весело заявил старый фермер и шлёпнул супругу пониже спины.

- Не пропадёт, если мозги будут! - продолжала гнуть своё Кончита.

- Так ведь есть! - притворно расширив глаза сказал супруг.

- Ведь в бабах - то он уже разбирается! - тут же добавил он и увернувшись от тяжёлой длани Кончиты со смехом последовал в дом.

- Отдельно этого балбеса кормить не буду! Пускай вовремя является! - с угрозой завела тётушка, но была тут же прервана восклицанием Хуана, уже прошедшего внутрь дома.

- Да вот же он, Кончита! В столовой! - картинно воскликнул дядя Хуан, указывая на сидящего за столом и сияющего как начищенный пятак Диего.

- Я же говорил, что мозги у парня есть! - продолжил он балагурить. - Сразу понял, зачем зовут и как истинный солдат в первых рядах… В столовой!

- Опять через окно залез?! - тоном прокурора заявила Кончита остановившись на пороге. Диего виновато поёжился, ясным взором созерцая грозную тётушку. - А через двери, как все нормальные люди пройти - что не позволяет?

Новое виноватое пожатие плечами.

- Ты хоть руки помыл, остолоп? - начала сдаваться тётушка Кончита, глядя на умильно виноватую физиономию воспитанника.

На этот раз кивание головы с энтузиазмом. Кончита махнула на «остолопа» рукой и принялась накрывать стол. Слегка успокоившийся дядюшка нет - нет, но поглядывал лукаво на Диего, предвкушая целенаправленные расспросы, которым он его скоро подвергнет.

«Мне говорили спецы Ирби, что надо вжиться в роль. - Думал Сергей, наблюдая эту семейную идиллию. - Да, те люди, что будут опекать дома, не люди, а их копия. Информационная копия, пересаженная на основу биоробота. Биоробота, сделанного неотличимо для поверхностного исследования, от обыкновенного человека. Настоящие дядя Хуан и тётя Кончита, спят в анабиозе на звездолёте Тёмного Клана. Так же как и настоящий парнишка по имени Диего, в детстве потерявший родителей».

Диего - Сергей, а это был именно он, никак не мог привыкнуть к этому. Тем не менее, даже если такому «человеку» как сейчас живущие с ним сказать, что он не человек - не поверят напрочь. Ведь их личности пересадили на иную основу так, что они даже этого не заметили. И вели они себя также неотличимо от оригиналов, так как обладали всем, что имели изначально их личности. За исключением, правда, здоровья - здоровья у этих био - информационных копий было хоть отбавляй. Это гарантировало от неприятностей, связанных с безвременной кончиной тех, кто должен был на первых порах содержать «кукушат» и помогать стать на им ноги. Были, конечно, и серьёзные отличия этих копий от оригиналов. Но они вскрывались только при детальном, тщательном и целенаправленном обследовании, что им тут явно не грозило.

- И где тебя уже два часа черти носят? - перешла на другую тему тётушка, внося судки с обедом.

- Да по бабам он шлялся! - снова завёл свою любимую тему Хуан. Диего же покраснел на что, заметивший это дядя разразился удовлетворённым хохотом. Диего действительно шарахался последние часы именно «по бабам». Несколько не по своей воле, но… «по бабам».

Это как - то стало для него неожиданностью.

Можно было подумать, что почти все девки школы, в которой он учился, вдруг свихнулись на идее его заарканить. Он долго гадал, чем это вызвано. Сначала подумал на то, что случилось сразу же, в первый же день его пребывания на Ёс…

****

Был такой же тёплый весенний день, один из первых, что сменял холода. Пахло мокрым асфальтом, от прошедшего лёгкого дождя, мокрой землёй клумб, ещё не покрывшихся цветами. Солнце сверкало в лужах и в каждой капельке, застывшей в ветвях ещё безлистных деревьев. Асфальтовая сырость весело чавкала под подошвами кроссовок, идущего пружинящим шагом Диего.

Такая погода навевала приподнятое настроение, по - настоящему весеннее. И вот в таком благодушном настроении, Диего - Сергей, руководствуясь памятью своего как бы протеже - двойника, по привычке выработанной ещё тем Диего, свернул в неприметный проход между домами. Яркий свет дня тут же сменился полумраком грязного и захламленного, узкого прохода между двумя многоэтажками, стоящими почти вплотную друг к другу. Пахло тут уже совершенно по - другому - гнилью, грязью и застоявшейся сыростью.

Узкий коридор между улицами был забит каким - то мусором, бачками, пустыми ящиками на одном из штабелей которых разномастной гирляндой сидело целое стадо бродячих кошек. Те проводили его настороженным взглядом и принялись за своё чисто весеннее дело - выяснением кто круче. Пока только переглядывались, но ясно было, что вот - вот мрачная подворотня огласится звуками кошачьей драки. Возможно, эта весенняя кошачья эпидемия, была заразна, так как пройдя ещё метров двадцать, он был остановлен внезапно появившимися из какой - то щели группой ровесников.

Те вышли нагло, с предвкушением ухмыляясь, многозначительно разминая пальцы. Диего, по всей видимости, не представлялся им трудной добычей. Наоборот - мальчиком для битья. А подраться этим балбесам явно очень сильно хотелось. Да и «совместить приятное с полезным» им представлялось весьма уместным - подтвердить свои «лидерские» полномочия в школе, «показав его место» одному из «рабов». И не важно, что рабство кончилось уже двести лет назад, что все «латинос» давно считаются равными членами общества. Тем не менее, останки чисто расистских убеждений, особенно среди «мажоров», были весьма сильны.

А мальчики как раз принадлежали если не к «мажорам» - среди них затесался Джонни, сын одного из очень богатых людей города, - то к их прихвостням. Возможно, что Джонни тут был только для «весу». Как «мебель». Тем более, что он к «развлечениям» школьной шпаны относился без должного для него энтузиазма. По крайней мере именно энтузиазма ждали от него те, кто постоянно волочился за ним и заглядывал в рот. Как ни как, но сынок очень богатого бизнесмена. Ведь у него был в личной собственности небольшой вертолёт подаренный отцом на день рождения и которым он ужасно гордился и бахвалился. А во дворе дома здоровенный бассейн, такой же как и в столице штата, в дворце спорта. Том самом, котором проходили регулярно федеральные спортивные состязания.

Но сейчас четверо парней заступили дорогу Диего и явно что - то замышляли. По нагло ухмыляющимся харям было видно, что недоброе.

Пошарив в памяти Диего, Сергей понял - сейчас будут бить. Жёстко. Не за какую - то провинность, а за то, что он Диего и за то, что он «латинос», «раб». Первая мысль, промелькнувшая в голове, сразу же, как только он их увидел, была правильной.

Его передёрнуло. Хоть он и был космодесантником, готовым к любому развитию ситуации, но вот эта перспектива, оказаться на одном уровне с обезьянами его покоробила. При подготовке к десанту на Ёс в него вбили все необходимые знания по системам боя с, и без оружия. Оптимизированные. Универсальные. Переведённые, как то водится, на уровень условного рефлекса.

Рефлексы тут же переключили его в положение полной готовности. Ноги как бы сами собой согнулись слегка в коленях, каблуки еле заметно оторвались от грязного асфальта. Сергей слегка оттянул лямку сумки с книжками, висящую у него на плече и вопросительно, не враждебно посмотрел на заступивших дорогу балбесов. Ну очень не хотелось ему начинать спасательную операцию на Ёс вот с такого, сугубо обезьяньего способа установления авторитета. Неожиданно вперёд выступил Джонни.

- Что, собака, не жал нас здесь? - нагло и вызывающе заговорил он.

- И что вам от меня нужно? - нейтральным тоном задал вопрос Сергей - Диего.

- Проучить тебя нужно! Чтобы знал своё собачье место! - тут же подхватил его дружок Гарри, из - за спины предводителя. Видно перед этим Джонни «накачали» злостью. Сказали, видно, что если не побьёт он Диего, то не видать ему почтения ни от кого. Ну дал бы в морду этому «установителю стандартов крутости», и на этом всё дело бы и закончилось. Нет уж… попёрся вчетвером на одного. Причём такого, кто ранее очень редко мог дать сдачи. Сергей с сожалением выудил этот прискорбный факт из памяти Диего. Но сейчас - то он не просто мог…, сейчас перед ними стоял не просто «некий Диего», а космодесантник Сергей в шкуре Диего, специально подготовленный ко всем неприятностям, которые на Ёс, в его миссии, могли бы приключиться. Впрочем, нападавшие этого нюанса не знали. От чего вели себя вызывающе и максимально оскорбительно. Считали, что безнаказанно всё это сойдёт с рук.

Сергей - Диего, хмыкнул на все посыпавшиеся на него оскорбления и сделал первый скользящий шаг вперёд. Навстречу.

Необходимо было раз и на всегда отбить у этих великовозрастных придурков делать из Диего козла отпущения. Мирок Ёс был дикий. Не зря же отмечалось, что они сильно отстали в культурном развитии. Придётся культуру этим дуболомам начинать вбивать в мозги кулаками.

«Добро должно быть с кулаками»? Да? Так вот и напомню им ЧТО должно быть С КУЛАКАМИ и для чего», - с мрачным предвкушением подумал Сергей и весьма нагло ответил Джонни.

Ответ настолько поразил всю четвёрку, что они на некоторое время встряли в ступор. Поразил наглостью и витиеватостью.

Сергей ведь не зря происходил из чистокровных русских. Вот он и заложил всех четверых так, чтобы они очень долго «обтекали» ни разу не повторившись в ругательствах. Прошёлся в своём монологе и по качествам всей четвёрки - физическим, психологическим, моральным. Не забыл пройтись по ближайшим и пнуть дальних родственников. Причём говорил он это с апломбом гуру, вдалбливающим своей тупой пастве элементарные и непреложные истины. Говорил, как гвозди заколачивал, от чего вся четвёрка аж пригибалась с каждым новым сказанным словом. Беда хулиганов была ещё и в том, что Сергей - Диего, многое в ругательствах сказал правдивого. Того, что действительно водилось за каждым из этих балбесов. Но говорилось это так, что причиняло особо сильную боль. Было видно, что они с такими словесными атаками имеют дело впервые. Нападавшие ошалели. И так же как у всех, впервые столкнувшихся с этим, разум от злости у них помутился.

Пока они выходили из ступора и их глаза дружно наливались кровью, Диего - Сергей меланхолично отбросил на ближайший ящик свою сумку, чтобы не мешалась (можно было использовать и её в драке, но это был бы уже перебор - много чести для них).

Сумка была ещё в падении, когда Джонни дико заревел и бросился в атаку. Так как Диего именно это и ожидал, то опередил его на долю секунды и ударил ногой. Джонни смелС. СмелС и стоявшего за ним Гарри. Пока они барахтались в грязи, пытаясь подняться, Диего - Сергей жёстко разделался с двумя стоявшими по бокам. Метнулся, имитируя нападение на одного, но ударил другого. Встречный удар смёл нападающего только пятки в воздухе мелькнули когда он перелетал через ящики. Затем Диего разделался с тем, что остался на ногах последним.

После драка превратилась в банальное избиение. Диего лупил тех, кто успевал подняться на ноги. Причём из ему одному известных соображений, старался каждому залепить кулаком под правый глаз. Лупил так эффективно, что нападавшие даже руками взмахнуть не успевали, как уже летели снова на землю.

Через минуту всё было кончено.

Тех кто таки успел подняться после такого избиения и остался на ногах, не успел заползти за мусорные бачки спасаясь от точных и жёстких ударов всегдашнего «козла отпущения», превратившегося неожиданно во льва, он гнал квартала два. Когда Сергей - Диего вернулся к месту побоища, сховавшихся и след простыл.

Брошенную сумку он нашёл там же, где она упала - на небольшом штабеле ящиков. К его возвращению на нём сидел наглый кошак и умывал свою расцарапанную морду. Видно тоже драться пришлось. На приближение Диего он среагировал неохотно - перестал мыть свою побитую в боях харю и мрачно посмотрел на хозяина сумки. Только когда Диего протянул руку за сумкой он лениво слез с неё и перепрыгнул на соседний ящик.

Было очевидно, что неудавшиеся «ку - клукс - клановцы», не рискнули трогать сумку, ощутив на себе злость кулаков Диего. Поняли, что если попробуют сделать подляну - получат добавку. Неизбежно. И возможно, ещё более жёстко.

На первый урок вся четвёрка не пришла. И причина была очевидна - слишком сильно Диего извалял их в грязи того переулка. Пришлось им ретироваться домой и отмываться. Когда же они появились, то были похожи друг на друга как братья близнецы - одинаково распухшие лица, разбитые, опухшие носы и одинаковые синяки на всю правую глазницу.

От этого зрелища окосел не только родной класс. Но и другие. Ведь ясно было, что чертей им всыпал кто - то один - слишком уж «почерк», если его так можно назвать по побитым лицам, был одинаков. А то, что побитыми оказались самые крутые хулиганы школы, только добавляло в происшествие интриги. На осторожные попытки расспросить их что произошло и кто их так разукрасил, четвёрка побитых отвечала руганью и зуботычинами. Впрочем, особо зоркие заметили, что слишком уж красноречивые взгляды эти четверо кидали в сторону Диего, старательно поддерживающего постное выражение лица.

Так как зорких среди парней почти не было - они в основном смотрели на синяки и опухшие злобные лица бывших своих альфа - самцов, - то весь разбор интриги переместился в чисто девчачью компанию. Больше всех развила активность Карменсита, известная своим острым язычком и ветреным поведением. Она не постеснялась подкатиться со своей обворожительной улыбкой и расспросами к самому Диего.

- А чо?! Чо я?! Я, клянусь! Я им зубы не выбивал! Точно! - прикинулся дурачком Диего, но Кармен тут же сделала чисто свои и верные выводы, которые не замедлила довести до сведения не только своих подруг, но и всех знакомых из соседних классов. Уже через пол часа от невероятной новости бурлила вся школа. Четвёрка же бессильно скрипя действительно целыми пока зубами, металась по коридорам пытаясь хоть чуть - чуть задержать распространение порочащих их слухов. Но от этого лишь подогревала ажиотаж и подтверждала в глазах других их истинность. Через час слух оброс невероятными подробностями и через два достиг уха «Дяди Дюка».

«Дядя Дюк» был суровым человеком. Представлял он из себя отставного полковника, прирабатывающего в школе преподаванием философии. Ещё он заведовал дисциплинарной комиссией, где был бессменным главой комитета и руководителем группы отморозков, «следящих за дисциплиной» на территории школы. Впрочем, «следящих» - это громко сказано. На самом деле многие из них, под крышей респектабельной «конторы», промышляли мелким гоп - стопом, обирая учеников младших классов. Или откровенно нарывались на драки, зная, что по настоящему отпора не встретят. Ибо «при исполнении», и «всегда правы».

Были среди них и патологически честные, кто действительно следил за дисциплиной, разнимал драки и вообще старавшихся предотвращать мелкие правонарушения, которых, как правило, в среде школьников было немало. Эти то честные и пользовались особым расположением и доверием полковника. Всё - таки, как бы ни брехала о нём молва, был он достаточно умным человеком и в людях разбирался.

Он тоже считал, что разбирается в людях и известие, что Диего в хлам отметелил четверых главных драчунов школы, встретил с сильным недоверием.

- Ты видел? - строго спросил он у доносчика, причём так, что до него дошёл смысл подтекста: «Если ты лжёшь, то хреново, тебе братец, будет». К вопросу он присовокупил свой коронный полковничий тяжёлый взгляд от чего подхалим тут же почувствовал сильную слабость в коленках. Поэтому он решил уйти от прямого ответа.

- Я видел Джонни, Гарри и его друзей… морды у них во! - сказал он и показал руками, какие у них морды.

- Я спрашивал, видел ли ты лично, что именно Диего им образину попортил?

- Н-нет, - промямлил тот, - но все говорят, что это Диего…

- То есть слух… - утвердил полковник. - и кто его распространяет? Тёрнер? Ибаньес? Мак Дугал?.. Или может Салли Донован?

- Все перечисленные… - покраснел доносчик.

- Всё ясно! - отрезал «дядя Дюк» и лицо его стало ещё более булыжным, нежели всегда.

- Ты свободен! - сказал он, и ученик на плохо гнущихся ногах уполз из его кабинета.

- Пригласи ко мне всех четверых. хм… страдальцев! - рявкнул он когда дверь уже закрывалась. С удовлетворением услышав, как за закрывшейся дверью удаляется топот ученика, кинувшегося бегом исполнять указание начальства, он поднялся из кресла, подошёл к зеркалу. Поправил и без того идеально сидящий на нём костюм и с удивлением принялся размышлять о допущенной ошибке.

Ну никак невзрачный Диего не походил на громилу. Тут что - то было не так. Или распространители слухов что - то напутали, либо тут некая интрига, которую следовало бы раскусить побыстрее. А то ещё бедного Диего со свету сживут. Затравят. Возможно доведут до суицида. А в его школе, это нельзя было допустить. Раз уж взялся сделать её образцовой в штате, так уж придётся разбираться.

«Кстати! Ибаньес! - думал он глядя на себя в зеркало. - А не эта ли стерва завела интрижку? С неё станется. Умная и мстительная. Учится на «отлично», имеет приличные навыки стратегического мышления… Но чем ей так досадил этот лузер - латинос что она вот так решила его подставить?.. Впрочем она же сама тоже «латинос»… Чушь какая то!».

В дверь осторожно постучали. Полковник скользнул за стол и рявкнул: Войдите!

В комнату нехотя вошли четверо учеников. Выстроились в ряд перед столом и дружно понурили головы. Лица у всех были действительно сильно опухшие. И синяки, как доложили, действительно у всех были под правым глазом. Полковник хмыкнул, рассматривая такую феерическую картину, побарабанил пальцами по столешнице и наконец задал прямой вопрос.

- И какого чёрта, вам понадобилось это устраивать?

Всё то же мрачное и виноватое молчание. Побитые, чувствуя вину, боялись даже пикнуть. Полковник выбрал заводилу компании и стал давить на него. Тот, несмотря на то, что стоял за всеми проделками компании, был самым слабым и трусливым.

- Гарри! - резко рявкнул полковник. Гарри дёрнулся и с испугом посмотрел на главу дисциплинарной комиссии. - когда тебе пришла в голову эта «мысль»? Отвечай!

- Это не я… - проблеял Гарри пытаясь снять с себя ответственность.

- Тогда кто? Джонни?

Джонни вскинулся и на его побитом лице, несмотря на то, что оно изрядно опухло прорисовалось возмущение. Возмущение было чистым, без примеси страха - следовательно это также не он. Но так как Джонни был слишком примитивен и простодушен, полковник начал давить на него.

- Джонни. Ты из добропорядочной семьи. Ни разу не замеченной в расистских настроениях.

Джонни побледнел от чего даже синяк на глазу вдруг стал ещё более фиолетовым. Он аж вытянулся протестуя против намечающегося захода.

- Ты знаешь, что Конгресс постановил последним решением, всемерно искоренять заразу расизма. У нас общий враг - ксены! И мы должны сплотиться против этого врага. Ты кричал вчера в коридоре, что «всем обезьянам надо знать своё место»?

Джонни побледнел ещё больше.

- Я… я не имел в виду…

Джонни явно сообразил что будет с бизнесом отца, если это выплывет. И что после этого будет с ним самим. Отец за такие «шалости» его по стенам размажет.

- Ты хочешь сказать, что не имел в виду конкретно никого из…? - продолжил «Дядя Дюк».

Судорожный кивок…

- Даже Диего? - иезуитски спросил полковник и прищурился.

- Но сэр! - вдруг вмешался Гарри, - он сам нас обзывал разными словами!

- И за это вы решили его поколотить?

- Но сэр! Он нас оскорбил!

- Да?! - мягко, с издёвкой спросил полковник. - А дай - ка я угадаю, что было перед этим: Вы все, решили его изловить и побить… И всё потому, что этот парнишка как раз и является той «обезьяной», про которую Джонни орал вчера в коридоре… Так?

Четвёрка дружно покрывается холодной испариной. И хуже всего Джонни. Он только здесь и сейчас понял, в какое дерьмо он вляпался, поддавшись на провокации своих дружков. Если сейчас, в то время как Ёс готовится к отражению агрессии ксенов, вдруг обнаружится что некто разжигал рознь среди своих… Когда за них возьмётся Комиссия по… ну совершенно не дисциплинарным делам, и совершенно не школьная… а федеральная… короче - каюк! Кампания идёт. А они, внезапно оказались тем самым «характерным примером», что неизбежно делает их «козлами отпущения».

Да уж! Какова ирония судьбы! Держали Диего за козла отпущения, а оказались на его месте сами. Причём не просто так… а на неизмеримо более высоком уровне и более серьёзно.

Примерно так думали Джонни с подельниками, пока их разглядывал полковник, внутренне насмехаясь над ними. Они даже и не подозревали, что в той самой Комиссии, расистов гораздо больше, чем где либо. Что в случае выноса этого случая на Комиссию, будет принято во внимание как раз то, что все эти балбесы - отпрыски весьма уважаемых семей в городе и штате (последнее - про Джонни). А Диего - всего лишь сын зачуханного фермера. Но не эта задача ныне стояла перед полковником. Он задался целью, и он её добьётся. А всякие обращения в федеральную Комиссию по борьбе с экстремизмом, тут только во вред.

Тем временем, можно было констатировать, что провокация сработала отменно. Эти простачки до таких высот политики не добирались. У них ныне мозги были заточены только на драки и девочек, а не на детали «Гранд Флита» местного разлива. Особенно у простачка Джонни. А раз так, думая, что спасают от серьёзной опасности свои шкурки, эти дураки разом, наперебой выложили полковнику всё, что ему нужно было. Сохраняя внешне прокурорский вид, а внутренне удивляясь он понял, что большинство из того, что наговорили осведомители, было правдой. Действительно Диего. И действительно один.

Страдальцы врали, что будто Диего привёл против них целую толпу, но по глазам было видно, что лгут. Гарри вон, чуть глаза не вывихнул кося на сторону, рассказывая «каких горилл Диего привёл» против них. К тому же ну не был тихоня Диего тем лидером, который мог бы собрать в этом сонном городке толпу таких отморозков, которых перед ним расписывали побитые хулиганы. То, что Диего побил их один - очевидно.

Ухмыльнувшись этим своим мыслям, подивившись резкому преображению тихони во Льва, полковник резко оборвал словоизвержение отчаянно оправдывающихся учеников.

В паре коротких фраз вывел всех на чистую воду, поставил их перед фактом великого позора, и с презрением выгнал за дверь. Логический капкан захлопнулся. С одной стороны, эти балбесы не могли сказать во всеуслышание, что всех четверых отмутузил один Диего и без посторонней помощи. С другой, повтор попытки избиения был перекрыт страхом, что их выставят на «экстрим - комиссию». Как экстремистов. А в условиях почти начавшейся войны… По головке не погладят.

Вообще, разводка, в которую попали подростки, была примитивной - заставить компанию самим выложить то, что было нужно полковнику. В принципе, в этой схеме «Дядя Дюк» мог вообще не называть имя Диего. Сами бы назвали.

В такую примитивную ловушку, которую построил для них полковник, мог попасть только полностью не искушённый в жизни и во взрослых интригах, подросток. А все четверо побитых именно к этой категории, - неискушённых подростков, - и относились. Даже не смотря на то, что учатся в выпускном классе.

****

Кармен застала Диего в библиотеке. И это место было самое последнее, в котором она его мыслила застать. Диего преспокойно сидел за столом, на котором громоздились две внушительные стопки книг и листал их.

Было бы ничего, если эти книжки были сборниками комиксов, но уже издали Кармен заметила, что на корешках самой большой, сплошь названия и авторы по истории мира. Удивление её было настолько велико, что мигом слетел тот самый шарм, что она так долго и искусно у себя поддерживала. Глаза расширились, челюсть отпала.

Поняв, что стоя на пороге читального зала с перекошенным лицом и отвисшей челюстью, выглядит как настоящая дура, она поспешно справилась со своим сильнейшим удивлением и привела свой вид к своему обычному.

«Распушив хвост», то есть, приняв самый обворожительный вид из самых убойных, какие у неё были, громко цокая каблуками туфелек, чтобы привлечь к себе внимание она двинулась по направлению к столу, за которым сидела её Цель.

Немногочисленные завсегдатаи читального зала привлечённые этим агрессивным цоканьем, поднимали глаза и застывали в изумлении, провожая Кармен восхищёнными взглядами.

Только цель - Диего, - как ни в чём ни бывало, продолжал листать свои книги.