Помоги проекту - поделись книгой:
Однако такие базы для регламента ракетных комплексов, конечно же, имелись. Для обслуживания тяжелой ракеты приходилось делать дополнительную разгрузку на соседний вагон, чтобы нагрузка на ось не превышала допустимые пределы. Кроме того, каждый вагон в составе БЖРК имел не по одной, а по две усиленных колесных пары, каждая из которых состоит из 6 колесных осей с колесными дисками, всего 12 колес. Даже по такому простому признаку визуально можно определить железнодорожный состав как военный.
Обеспечение охраны и безопасности БЖРК
Кроме того, состав БЖРК имеет роту охранения, и на стоянках вокруг поезда несут службу солдаты и сержанты. Машинист поезда – старший офицер, как правило майор или подполковник, помощник машиниста – младший офицер, как правило в звании старшего лейтенанта или капитана, реже – майор. В кабину локомотива проведена спецсвязи и связь с начальником эшелона. Таким образом, людей в военной форме в кабине локомотива можно идентифицировать, а по ним и назначение состава.
Отличительная черта – противотуманный лазерный стоп сигнал
Противотуманный лазерный стоп сигнал – это электронное устройство, устанавливаемое на локомотиве ДМ62 в области основных фар. Оно обозначает поезд на стоянке и указывает световым сигналом дистанцию для возможного безопасного торможения. Противотуманный лазерный стоп сигнал проецирует на дорожном полотне отчетливый контрастный треугольник с ярко красной линией, хорошо видимый в любую непогоду и ночное время суток. Эта линия видна с расстояния нескольких сотен метров.
Лазерный стоп сигнал помогает достичь увеличенной безопасности движения локомотивов поезда в составе БЖРК. Это актуально как при движении, так и при маневрировании задним ходом и на остановке (парковке состава). Включается из кабины машиниста отдельным тумблером или совместно со штатным стоп-сигналом.
Преимущества лазерного стоп сигнала: он повышает безопасность на железной дороге, упрощает реверсное (при необходимости) маневрирование «ходом назад». Повышенная яркость свечения, водонепроницаемый корпус, условия военной приемки, а также дальность луча до 45 метров с мощностью лазерного луча: 200 мВт делают такой стоп сигнал на локомотивах важнейшим элементом дорожной безопасности. Цвет луча: красный. Класс лазера: III В. Рабочее напряжение устройства: 12–19 В. Регулируемый угол наклона 90°. Корпус: алюминиевый сплав. Водонепроницаемость: Class IPX4. Безопасность: Class III В.
Организация движения и эксплуатации БЖРК
Строение железнодорожного полотна, усиленное железобетонными шпалами, вполне выдерживает вес состава БЖРК прошлого поколения, и тем более следующего, облегченного. По поводу маршрутов боевого патрулирования (МБП) на сети МПС известно следующее.
Строительство (пунктов постоянной дислокации ППД) обходилось государству в приличную «сумму». Но еще больше затрачено было средств на обустройство маршрутов боевого патрулирования (МБП) на сети МПС. Благодаря БЖРК Министерство путей сообщения сумело в короткий срок провести существенную модернизацию тысяч километров своих путей. На малодеятельных линиях вдруг менялся железнодорожный путь (укладывались рельсы более тяжелого типа и на железобетонных шпалах), кое-где менялись мосты и путепроводы, станции и перегоны оснащались более современными типами СЦБ (сигнализация, централизация и блокировка) и связи. На всех будущих МБП строились полевые БСП.
Практически это выглядело так: где-то на перегоне вдруг появлялся разъезд, т. е. укладывалось дополнительно два– три пути. Даже если разъезд необслуживаемый, т. е. нет ни здания станции, ни поста путейцев. Таких разъездов было построено примерно 200. Они благополучно существуют и по сей день, но самими РЖД используются крайне редко, т. к. РЖД они в принципе не нужны.
Были также установлены тысячи датчиков для систем навигации БЖРК– ПДК-600 по всем отделениям железных дорог. Они также до сих пор «висят» на опорах контактной сети, мачтах семафоров или отдельных опорах. Поэтому, если кому-нибудь доведется совершать поездку по нашим железным дорогам, обратите внимание на эти элементы (разъезды и ПДК-600), не снятые с путей, стоек, столбов и перекладин железных дорог. Они конструктивно предназначались именно для военной системы – БЖРК, и более ни для чего.
Пассивный датчик координат представляет собой коробочку в виде приплюснутого цилиндра, верхняя грань направлена в сторону железнодорожного пути на высоте примерно двери тамбура пассажирского вагона. Внутри расположена пластинка с профилем (на каждом ПДК разный, таким образом записывались истинные координаты места). При движении БЖРК антенна системы навигации посылает ВЧ сигнал и принимает отраженный. В зависимости от профиля пластинки сигнал меняется, т. е. снимаются координаты данного ПДК. По сути напоминает обыкновенный радар.
В устройство ПДК-615 координаты никогда не записывались, ибо там не было запоминающего устройства. Но там было другое: резонаторы из суперинвара в количестве 6 штук. Каждый резонатор работал на своей частоте. Заглушая резонаторы «пробкой из феррита» можно было комбинировать провалы частот. Таким способом ПДК присваивали индивидуальный номер, а все остальное хранилось в памяти системы управления БЖРК. При боевой готовности или по необходимости контроля маршрута расчету осталось считать номер ПДК, и, запросив его координаты, отсчитывать километры пути спидометром. Одна из колесных пар не имела тормозов и не изнашивалась – это и был спидометр. У следующего ПДК спидометр обнулялся, и считал сначала. Маршрут был заложен в компьютер. Так работала навигация. И так вырабатывалась в электронном виде система координат для дистанционной передачи по каналам связи – для обозначения точки нахождения конкретного БЖРК на местности.
Как уже было отмечено выше, основной командный пункт и пункт постоянной дислокации основных сил ракетного соединения (ППД) находился в п. Бершеть – село в Пермском районе Пермского края, административный центр Бершетского сельского поселения. Расположено село в 34 км к югу от Перми, на реке Бершеть, левом притоке реки Юг (бассейн реки Камы).
Рис. 12. То, что осталось от базы обслуживания и регламентных работ БЖРК, действующих в составе52 дивизии РВСН
Для России с ее просторами железнодорожные комплексы очень эффективны. За одни только сутки БЖРК может осуществлять передислокацию примерно на 1000 километров. Теоретически, с учетом развитой сети железных дорог, состав можно относительно быстро перемещать в другие регионы страны. Это позволяет поражать объекты на большем удалении и оперативно реагировать на возникающие опасности в отношении России. К слову, грунтовый комплекс с баллистической ракетой на автомобильной базе (тягач) такой маневренности не имеет. Отчасти поэтому в Генеральном штабе до сих пор считают большой ошибкой разрушение старой системы управления ими и баз, которые теперь придется создавать практически с нуля. На рис. 12 представлен вид базы регламентных работ недалеко от ЗАТО «Звездный» – по состоянию на 2015 год.
Новый русский поезд БЖРК
Сегодняшний вариант ракеты для нового БЖРК – «Яре» почти в два раза легче. Этот фактор влияет и на технические особенности состава БЖРК и его управления. Разработка этого комплекса ведется, по неточным подсчетам, она будет закончена до 2020 года. Сроки и сложностью объективно связаны с тем, что для нового комплекса придется создавать и новую инфраструктуру базирования, развертывание которой может затянуться еще на 5-10 лет.
Аргументы сдерживающего потенциала
Уничтожение железной дороги на территории России будет означать начало ядерной войны, а в этом случае ракетные комплексы будут применены. «Взорвать железную дорогу – это значит начать войну. Когда война начинается, можно уничтожить все. Но необходимо иметь такое оружие, которое гарантирует уничтожение противника, чтобы он двадцать раз подумал – начинать войну или нет. Я убежден, что если Россия будет обладать соответствующим потенциалом ядерного сдерживания, то никто не рискнет ни взрывать дорогу, ни нападать», – подчеркнул полковник Генштаба Есин в специальном интервью.
Аргументы развития
Вполне возможно, что старая материально-техническая база вблизи п. Бершеть (ЗАТО «Звездный» рассматривается как место дислокации нового комплекса с тяжелой баллистической ракетой (МБР) «Сармат-2. В пользу этого аргумента свидетельствует активность военных в 2014–2015 году в этом районе. Но с другой стороны такое перспективное решение под вопросом.
Сегодня на территории России есть дивизии РВСН, оснащенные ракетами «Сатана» и «Стилет», которые через несколько лет снимут с боевого дежурства, а инфраструктура останется – так что логичнее новые ракетные комплексы большой дальности действия поместить в эти, уже оснащенные базами ракетные дивизии, чем поднимать практически с нуля то, что уже разрушено и расформировано, к примеру 52-ю РД РВСН, дислоцировавшуюся с 1961 по 2012 годы в районе п. Бершеть. Здесь и далее, полагаю, уместно вспомнить о ракетных комплексах «Сатана».
Напомню, что Сатана – название условное. Это ракета типа Р36М (по советской классификации), поставленное на боевое дежурство еще во времена «холодной войны». Другое ее, и более привычное, название – СС-18. Здесь уместно поместить фото из личного архива автора. Надо немного дать поработать памяти.
Уникальная и невыдуманная история проиллюстрирована на рис. 13.
Рис. 13. Сенатор от шт. Иллинойс Барак Обама внутри демонтированного ядерного снаряда (шахты или, как у нас говорили «пускового стола» ракеты-носителя) SS-24
Сенатор от шт. Иллинойс Барак Обама внутри демонтированного ядерного снаряда (шахты или, как у нас говорили «пускового стола» ракеты-носителя) SS-24; в составе комиссии по контролю за сокращением ядерных вооружений России (40 км. от г. Пермь, Россия, фотография журнала Трибьюн, сделанная Питом Соузой, 28 августа 2005 года).
Автор покинул эту дивизию Ракетных войск стратегического назначения в том же году, сразу после визита будущего президента США. Правда мне довелось служить не на стационарном ракетном комплексе, а на БЖРК (большой железнодорожный ракетный комплекс), это, разумеется, круче, но Барака все же издалека видел. Хотя сейчас он меня, наверное, и не вспомнит… К сожалению, совместной фотографии у меня нет.
И, тем не менее, загадки по поводу американских знаний вовсе нет. В 1992 году почти каждая пусковая установка ОС ликвидировалась в присутствии военных инспекторов НАТО (большинство – американцы) и под контролем со спутника. Так они громили наш военный потенциал «империи зла». По поводу номеров наших полков им дела не было, ибо важно реальное уничтожение около 1000 наших советских шахт. Что они успешно с помощью наших горе политиков и сделали.
Сегодня этим уничтоженным и старым ракетам на смену пришел новый ракетный комплекс «Сармат», предназначенный для преодоления систем противоракетной обороны потенциального противника. Ракета работает на жидком топливе и способна нести до 15 боеголовок.
Нет повода для спора в том, что и в новом комплексе Россия откажется от старой организационно – штатной структуры РД БЖРК, и тем более ОШС РД ОС (дивизий с ракетами стационарного, шахтного базирования). Генштаб ВС, разумеется, существует не зря. Отказаться от подразделений обеспечения боевого дежурства, оптимальное объединение подразделений без ущерба безопасности страны, уже приводит к ощутимым оргвыводам: штатная численность таких подразделений сокращается, и финансирование (что немаловажно даже с учетом увеличенного с 2011 года денежного довольствия) из военного бюджета страны будет осуществляться не так напряженно. Если враг угрожает, деньги значения не имеют; такова концепция развития оборонной промышленности и позиция Генштаба не только российской армии, но и иных армий мира.
Но не только передвижные железнодорожные ракетные комплексы, которым я посвятил часть этой книги, являлись в свое время элементами ядерного щита России, были и установки стационарного, или шахтного базирования, о которых речь пойдет дальше.
Особенности шахтного запуска ракет
Ампулированные ракеты Р-1 б долгое время были основой ядерного щита России, они отстояли срок и были списаны. Именно по сроку, а не по договору.
На конец 80-х годов было 8 полков с УР-100 (ТИМ, не УТТХ) ШПУ, и 3 полка БЖРК. Шахтные пусковые установки (ШПУ) располагались по их обозначениям «справа» и «слева» от Кунгурского тракта, «третий» и «пятый» полк соответственно. На «сотках» были неразделяющиеся головные части мощностью с 1 мегатонну – каждая.
Строго говоря, пусковой стол предназначен для установки и удержания ракеты в положении пуска, проведения вертикальной установки и наведения ракеты по азимуту, обеспечения обслуживания ракеты во время подготовки и проведения пуска. Крепился к стартовой площадке, обычно, железобетонной. Состоял из нижнего неподвижного основания, верхнего подвижного основания, механизма подъема и «вертикали-зации» (домкратов), стоек, средней рамы, верхней опорной рамы, конусного газоотражателя, механизма наведения, электро– и пневмооборудования и нескольких вспомогательных систем.
Закладные элементы под установку пускового стола наземной стартовой позиции БРСД Р-12 и у наземной МБР Р-16 были аналогичные по конструкции.
На рис. 14 показана схема установки Р-1 б на пусковой стол, транспортировщик ракеты, установщик ракеты, заправщики ракеты (отдельно окислитель, отдельно горючее), схема заправки, фото начала установки на пусковой стол, уже установленная Р-1 6, схема БСП-1 52-РД (американские разведданные).
Рис. 14. Схема установки Р-16 на пусковой столс обеспечением
К примеру, шахтная пусковая установка (ШПУ) в районе н.п. Кояново относилась к 10-му полку (нумерация полков сплошная), директивы о строительстве ШПУ с учетом «непоражения» соседних факторами взрыва были нарушены, и фактическое удаление ШПУ от другой составило 5–7 км.
Типовое устройство ШПУ: непосредственно гильза, КП, КПП, и сигнализация с охраной по периметру. Технических построек не было, так как ракета ампулирована, и в обслуживании не нуждалась.
Самый замечательный пульт для работы по ИН-100 – он имитировал процесс заправки КРТ. Это небольшой ящичек с большим количеством кабелей и разъемов. Подключался он перед комплексной подготовкой по четвергам. После работы отключался. Кабельные соединения приводились в исходное положение, после чего НППЭО было пригодно для боевой работы.
ПЩС – пневматический щиток стартовый – штатный прибор отделения «двигателистов». Соединения пневматические. Устанавливался на опорное кольцо пускового стола лицом к входу в аппаратную. Соединялся с бортом с помощью штуцерной колодки. Боевые ПЩС были разовыми, каждая ракета комплектовалась своим ПЩС. С ПЩС наддувались элементы ПГС (пневмогидрав-лической схемы), а также магистрали бортовой ампульной батареи и батареи ГЧ. Прибор (ИН-100) подключался в разрыв цепей разовых узлов (пиромембраны, ампульные батареи, датчики автоматики ДУ (двигательные установки) и датчики уровней «О», «Г» обеих ступеней, имитировал после набора готовности к взлету ракеты срабатывание контакт подъема, что приводило к отстрелу кабелей ШР-ШО.
На рис. 15 показан ключ ИП (испытания-пуск) – стартовый ключ со стойки 8Н1119. Ключ был один на старт. И два КБУ в помещении 2-го номера дежурного расчета. Там же и тумблер подачи напряжения на шину ИП обоих комплектов НППЭО.
Однажды, при комплексной тренировке я записывал программу (ПЗ) в систему СПИ. А НШ БСП, будучи «вторым номером» боевого расчета, от скуки, вестимо, передернул этот злосчастный тумблер. Информационные транспаранты на стойке подмигнули, некоторые реле отбились. На всякий случай привел схему в исходное положение, и начал все сначала. Запись на бортовой магнитофон прошла успешно – контрольный запрос подтвердил правильность записи. Это было на левом старте.
А на правом подмигивания транспарантов 40 номер БРП не заметил, и полетное задание не записалось. Время было потеряно. Задержка была. А перед комплексной подготовкой правый и левый расчеты заключали пари на ящик сгущенки. Таковы были реалии службы.
Рис. 15. Внешний вид стартового ключа системы пуска
МИК – это монтажно-испытательный корпус предназначался для проведения комплексных и автономных испытаний ракеты. Ракеты Р-16 в МИКЕ никогда не хранились. А хранились ракеты в хранилищах сооружениях № 4 и 4А. А МИК был в сооружении № 5, либо сблокирован с одним из хранилищ (имел общую капитальную стену), въездные ворота МИКа и хранилища были раздельными.
В шахте были установлены градирни, поскольку ракета чувствительна к тепловому воздействию (ТВР) и требует охлаждения в жару. Фото шахтной пусковой установки (ШПУ) с крышей защитного устройства (ЗУ) боевого ракетного комплекса (БРК) с ракетой 8К84 (УР-100) или 15А20 (УР-100К), которые были развёрнуты в 52-рд представлено на рис. 16.
Рис. 16. Фото ШПУ для ракет СС-18 и СС-20
Шахтовый люк на этом фото не виден; он правее. Почему крыша нашей шахты откатывалась влево? Дело в том, что справа стоял развернутый подъемный кран, с его помощью и блока-родика натягивали крышу обратно на пусковую установку. Открывали с помощью сжатого воздуха. Пневмодомкраты ее слегка приподнимали, и она под своим весом скатывалась по рельсам влево, упираясь в насыпь. Такова была организация открытия люка.
На примере 52-й дивизии РВСН внутренние номера полков (районов) соответствуют порядку строительства боевых ракетных комплексов ОС-84 в 52-рд и, соответственно, по датам заступления на БД были таковы:
1. 721 рп (в/ч 44097), позывной «Верховой», на БД с 24.11.1966;
2. 730 рп (в/ч 54300), позывной «Графолог», на БД с 29.12.1966;
3. 598 рп (в/ч 52635), позывной «Журавель», на БД с 04.02.1967;
4. 608 рп (в/ч 69777), позывной «Заплыв», на БД с 10.04.1967;
5. 263 рп (в/ч 29440), позывной «Мебельщик», на БД с 03.12.1969;
6. 684 рп (в/ч 57341), позывной «Деловой», на БД с 17.12.1969;
7. 176 рп (в/ч 07392), позывной «Алхимик», на БД с 06.03.1970;
8. 723 рп (в/ч 34131), позывной «Клепка», на БД с 28.12.1970.
Все полки имели не обвалованные караульные помещения. Частично полки были расформированы в 1990 году и позднее, когда главный упор ядерного щита России делался на ракеты с разделяющимися боеголовками в составе БЖРК.
В списке отсутствуют позывные двух полков на букву «И» и букву «Л». Эти полки не разворачивались, хотя предварительная подготовка для этого была произведена в районе с. Калинино Кунгурского района: дороги, высоковольтные линия и прочие работы были освоены.
БСП-2 с Р-16У наземного старта (наземный стартовый комплекс «Шексна-Н») представляла собой небольшой военный городок. Рядом имелась и техническая, и жилая зона. В технической зоне располагались: 2 наземные стартовые пусковые установки (ПУ), командный пункт, МИК – монтажно-испытательный корпус (хранились две ракеты для ПУ № 1 и вторая ракета ПУ № 2), хранилище для ракеты ПУ № 2, РТБ (ремонтно-техническая база), 2 пристартовых убежища (около каждой ПУ), хозяйство заправки (укрытия для автозаправщиков: отдельно для окислителя, отдельно для горючего), компрессорная (азотно-добывающая станция), хозяйство роты электрические заграждения и минирования (РЭЗМ), укрытия стартового отделения под тележки и установщики ракет, рубежи технических средств охраны и инженерных заграждений.
Жилой городок имел: штаб, плац, казармы, столовые, гостиницу, клуб, котельную, дизельную, автопарк, санчасть, полосу препятствий, КПП, стрельбище.
В каждом полку было 6 групп. На боевое дежурство заступали на одну неделю. В пятницу зачитывали приказ на площадке (развод), после чего на БД заступали офицеры и солдаты срочной службы в составе 10–15 человек; они обеспечивали службу. Каждая группа имела свою специальность:
• -1.связь;
• 2.стартовая;
• 3. заправщики;
• 4 АДС (азотодобывающая станция): азот, жид. кислород, компрессорная, воздух,
• 5. МИК (монтажники);
• б. ИТР (инженерно-технические): тепло, вода, дизельная, котельная.
Ремонтно-техническое бюро – РТБ 12 ГУ МО СССР (головная часть) придавалась полку. Командный пункт для запусков находился под землей – была прямая связь с Москвой и пусковые пульты. Казармы находились на удалении 500 м от стартовых позиций. Почти в каждой казарме было около 100 человек. Кровати в расположении – двуярусные.
Регламентные работы с ракетами шахтного базирования производят так. Когда пусковые установки приведены в боеготовое состояние, оголовки шахтных пусковых устройств (ШПУ) закрыты и опечатаны. Техника и расчеты ТРБ и РТБ убывают из позиционного района полка к местам постоянной дислокации. Личный состав караула переводится с несения комендантской службы на несение караульной службы.
Средства связи с Москвой и управление ракетной дивизией
Войсковая часть с номером 03743 – узел связи дивизии, в составе которого были РУС-1 – это средства связи на подземном командном пункте на границе поселка Бершеть (10-я площадка по кодировке, принятой в дивизии, позывной «Слава») и на территории управления дивизии, и ЗКП – запасной командный пункт, РУС-2-средства связи, расположенные в районе Саркаево («СЛАВА-1»),
Командный пункт и ЗКП – основа для связи и управления дивизии. КП и ЗКП это комплекс оборудования. В него входили средства связи и боевого управления, системы энергоснабжения, поддержания ТВР, жизнеобеспечения. За поддержание и эксплуатацию этих систем отвечал персонал в/ч 03743. Сокращенно «Распределительный узел связи» (РУС). Также имелась станция космической связи «Корунд» в районе п. Юг и ПДРЦ в районе п. Соболи.
Когда в 1989 году из Павлограда в дивизию поставили поезда – БЖРК, то построили еще одно здание на 6-й площадке, и назвали «УС-бж».
На «Корунде» имелись места для проживания, операторная, дизельная станции. Крышу здания украшала «спутниковая тарелка». И рядом всегда стояла машина космической связи.
В ноябре 1969 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление «О создании системы малоканальной спутниковой связи Министерства обороны для РВСН». Работа по строительству Центрального узла спутниковой связи (ЦУСС) была завершена к 1971 г., а в октябре 1971 г. он уже участвовал в летно-конструкторских испытаний системы спутниковой связи, получившей название «Корунд». 31 декабря 1975 г. система «Корунд» и ЦУСС были поставлены на боевое дежурство. Это обеспечило работу аппаратуры системы «Сигнал» по телеграфным каналам с ЦКП РВСН до объединений и соединений, а также передачу приказов ЦБУ с использованием аппаратуры «Вьюга» на все командные пункты Ракетных войск, оборудованных станциями спутниковой связи. Система «Корунд» явилась первой системой космической связи военного назначения. В войсках армии первая станция спутниковой связи «Корунд» была поставлена на опытно-боевое дежурство в январе 1975 г. в 7-рд (пос. Выползово). Поэтому такая станция была в каждой дивизий РВСН.
И передающий радиоцентр (ПДРЦ), и «Корунд» использовались для обеспечения приема и передачи информации 52 РД. Они находились в общей системе связи Министерства обороны. Станция спутниковой (космической) связи в 52-РД имела обозначение Р-443.
Система «Контроль» обеспечивала контроль за караулами (количество стрелкового вооружения, автоматов, пулеметов, служба оператора и часового, закрытость сейфа с боеприпасами, и пирамиды с оружием, состояние сетки П-100, и прямая аудиопрослушка).
Боевое управление осуществлялось по кабелю СМКПВК (гражданский аналог МКПВ) 1.4 А МКСБ 4x4 («магистральный кабель изоляция стирофлекс бронированный») под воздушным давлением использовался для связи. Командный пункт дивизии по кабелю МКСБ 7*4 связан был с ОУП-4 в п. Юг, где стояла стойка П-158, там рабочие каналы связи разделялись, и через стойку уплотнения К-60 подключались к кабельной магистрали КМ-17 в сторону столицы. А от запасного командного пункта через НУП 3/4 и стойку системного уплотнения на ОУП в г. Ачити шла связь через другую магистраль на Москву. Из аппаратуры связи имелись П-158, р/приемник Р-155 МР «Брусника», СДВ р/приемник Р-260, радиорелейную станцию Р-40 с модификациями).
Как блокировалась гермодверь в пунктах управления пусками
Герметическая дверь открывалась только когда за ней (на улице) стоял офицер, производивший смену караулов.
Для этого начальником караула делался запрос по связи на командный пункт (КП) полка: «Прошу падать напряжение на гермодверь». И даже после отключения рубильника на посту № 2 (в караульном помещении) «Сетка-100» (без наложенного заземления) представляла существенную опасность.
Офицер, производивший смену или «10-й номер» расчета» с полномочиями проверки боевого дежурства частенько приезжали «внезапно».Т.е. команды на отключение сетки никто заблаговременно не подавал. Соответственно после смены караула процедура случалась обратная. Включалась защитная сетка таким образом:
Поделиться книгой: