Тайна цыганского фургона

— Я пришел сказать вам, что дела у Тарра идут отлично, все складывается просто превосходно, — сказал Дик, избегая внезапных расспросов.

Боллард пожал огромными плечами.

— Я вижу, ты очень спешил ко мне. Это лишнее, могу тебя уверить, малыш Лоусон. Тарр приходил несколько дней назад поблагодарить меня за такого отличного работника. Не хочешь сигару?

— Я предпочитаю сигареты. Спасибо! — Дик взял одну из пачки и закурил. — И…

— Да? Я так и думал, что будет какое-то «и», — холодно сказал мистер Боллард. — Правда, обычно это бывает «но». Ну, так зачем же ты пришел ко мне на самом деле?

— Я хотел вернуть это. — Лоусон вытащил сверток с деньгами и положил его на письменный стол.

— Деньги! — Боллард поднял брови от изумления, но не выглядел напуганным. — И?

— Вы хотели как лучше, но мне не нужны ваши взятки.

— Взятки? — Лицо Болларда помрачнело, и его голос стал тверже. — Что ты имеешь в виду, Лоусон?

— Думаю, вы догадываетесь! — Дик говорил сухо, но не враждебно. — Но я не понимаю, зачем было отправлять пятьсот фунтов анонимно.

Боллард отказывался что-либо понимать.

— Ты бы мог выразиться яснее?

— Я бы хотел объяснений с вашей стороны, — сказал Лоусон вежливо.

— Мне нечего объяснять, — последовал грубый ответ.

— Хм, а я думаю, есть что. Это было довольно-таки оскорбительно.

— Я не вижу никакого оскорбления.

— А! — Дик ухватился за эту оговорку. — Значит, вы знаете, о чем идет речь?

Боллард снова уклонился от ответа.

— Почему ты думаешь, что это я прислал тебе пятьсот фунтов?

— Я не думаю, я знаю. — Дик рассказал о визите Джоззи в банк и о том, как она проследила банкноты по номерам.

— Очень умно со стороны твоей подруги, — сказал фондовый брокер, не шевелясь. — Она преуспеет в своей профессии. Ну и?

— Я хочу услышать, что вы скажете мне на это.

— Ты это уже говорил. — Боллард откинулся на стуле и зацепился большими пальцами за петли в своем белом жилете. — Давай расставим все по местам. Ты говоришь — опираясь на расследование миссис Трембли, — что я прислал тебе эти деньги. Но зачем мне это?

— Вот про это оскорбление я и говорил. Мне не нужны взятки, чтобы хранить молчание.

— Молчание по поводу чего? — спросил великан, упрямо не желая ничего объяснять.

— По поводу визита мисс Хэмбер на поляну той ночью, когда ее мачеха была убита. Ну же, мистер Боллард, я уже давно догадался по вашему поведению и отношению ко мне, что она все вам рассказала.

— Я помог тебе найти место у Тарра из уважения к твоему отцу, который был моим дорогим другом, — не к месту вставил Боллард.

— Вы уже говорили! — Дик поражался, почему Боллард так упрямо не желал признаваться.

— Да. И я говорил, что я пытался помочь тебе найти место управляющего у леди Хэмбер, прежде чем ее убили.

— Да, так и было. Я беру назад свои слова о взятке. И все же присылать мне эти деньги было совершенно излишне.

Недовольный вид сошел с лица Болларда. Он устало наклонился вперед, словно враз постарев.

— Я хотел помочь тебе, малыш Лоусон.

— Вы уже сделали это, и я вам очень благодарен.

— Мне не нужна благодарность. То, что ты сделал для Одри, стоит гораздо большего, чем работа у Тарра и эти деньги. — Он бросил взгляд на банкноты.

— Ого! — Дик вздохнул с облегчением, радуясь, что они наконец-то нашли общий язык. — Так вы знаете о ее походе на ту поляну?

— Да. Ты оказался достаточно умен, чтобы догадаться, что мне это известно.

— Естественно, я догадался. Я знал, что мисс Хэмбер обратится к вам за помощью в своей новой беде.

— Новой беде? — Боллард поднял взволнованный взгляд.

— Да. В ту ночь она попала на поляну, потому что шла к вам, на Сарлийскую ферму, за помощью. Я не знаю, в чем была ее проблема тогда, но в ту ночь появилась еще одна — гибель ее мачехи в лесу.

Боллард кивнул.

— Обе проблемы на самом деле одна и та же, — сказал он, тяжело вздохнув.

— Значит, вы знаете, почему была убита леди Хэмбер? — ошеломленно проговорил Дик.

— Нет, не знаю, — упрямо ответил фондовый брокер.

— Тогда откуда вы знаете, что обе проблемы были одной и той же?

— Сейчас объясню. Одри поссорилась со своей мачехой, самой невыносимой и деспотичной женщиной на свете, и поэтому, не раздумывая, ушла ко мне. Леди Хэмбер, боясь того, что могло получиться, встань я на защиту племянницы, пошла следом, чтобы остановить ее. Таким образом, из одной проблемы получилась другая. Понимаешь?

— Да! — кивнул Дик. — А из-за чего случилась ссора?

Боллард засомневался.

— Ты знаешь уже так много, что я могу рассказать тебе все до конца, особенно раз ты помог моей племяннице. Леди Хэмбер беспокоилась, что девушка выйдет замуж за Артура Рендольфа.

— Ого! — содрогнулся Дик. Его воротило от мысли, что Одри может стать женой такого никчемного человека.

Фондовый брокер угадал ход его мыслей.

— Тебе не стоит переживать, малыш Лоусон, — сказал он тихо. — Одри не любит его, и именно из-за того, что она отказала ему, произошла ссора. Она достигла таких масштабов, что моя племянница — как всегда, импульсивная — решила тут же бежать ко мне, чтобы я вмешался. Теперь ты понимаешь, почему она бродила по лесу в таком неподходящем наряде.

— И леди Хэмбер последовала за ней?

— Видимо, да, учитывая, что ее тело нашли в лесу, но… — добавил Боллард вопросительно, — каким образом мог Селвин найти его на тропинке?

— Я положил его туда, чтобы избежать подозрений, — резко объяснил Дик. — Вы понимаете, в каком затруднительном положении я оказался.

— Да. Было очень умно с твоей стороны так поступить, — одобрительно сказал Боллард. — Но ты можешь догадаться, почему леди Хэмбер последовала за ней, чтобы не дать ей втянуть в это меня, — завершил он рассказ. — Леди Хэмбер смертельно боялась меня, поскольку знала, что я не одобряю ее поступки.

— Точно. Я понимаю. И, без сомнения, это она отвязала мою лошадь.

— Так думает Одри, и я склоняюсь к тому же. Она вышла сразу, как только Рендольф и дворецкий покинули гостиную, и, вне сомнений, подслушала разговор о вывихнутой лодыжке. Понимая, что моя племянница не сможет дойти до Сарлийской фермы, леди Хэмбер, должно быть, отвязала лошадь, чтобы не дать Одри добраться до меня.

— Ясно как день, — сказал Дик. И добавил с тревогой: — А что произошло, пока я искал лошадь?

Боллард снова засомневался.

— Пусть моя племянница сама объяснит все это, — решил он. — Видишь ли, малыш Лоусон, она взяла с меня обещание ничего не рассказывать, и лишь то, что ты обнаружил, что деньги отправил я, заставило меня нарушить обещание. Ты же понимаешь, я бы предпочел вообще ничего не говорить.

— Да, понимаю, мистер Боллард. Но чего я не понимаю, так это того, зачем надо что-то скрывать от меня, учитывая, что я готов до конца защищать вашу племянницу. И также я не понимаю, почему мисс Хэмбер отказалась увидеться со мной и объяснить все, прежде чем уехать на континент вместе с братом.

— Она была слаба и очень расстроена, — объяснил Боллард. — Не могла заставить себя рассказать тебе еще раз то, что уже рассказала мне.

— А то, что она вам рассказала, проливает свет на эту загадку?

— Это не дает ни имени убийцы, ни причины, по которой была застрелена леди Хэмбер, — сказал Боллард. — В общем и целом, моя племянница в таком же неведении, как ты и я.

— Тогда почему она отказалась встретиться со мной? — настаивал Лоусон, терзаемый сомнениями.

— Я уже сказал тебе все, что мог. Кто может объяснить все причуды женской натуры? В любом случае ее отъезд без объяснений показывает, что она полностью доверяет тебе.

— Я думал, она прикрывает кого-то.

— Кого же она могла прикрывать?

— Брата.

— Ха! — Боллард засмеялся своим громким величественным смехом. — Джеральд все это время был в кровати, у него очень слабые нервы. Он частично потерял память, бедняга, из-за аварии. Одри никого не прикрывала. Но пусть она сама тебе все объяснит. А пока, раз ты не позволяешь мне побыть твоим спонсором, могу я помочь тебе чем-то еще?

— Вы уже помогли мне, и я очень благодарен.

— Но я хочу сделать для тебя что-нибудь, чтобы выказать свою благодарность, — настаивал Боллард.

Лоусон остановился у двери и повернулся.

— Когда время придет и эта тайна будет разгадана, вы сможете кое-что мне подарить.

— С великим удовольствием, — последовал ответ. — И что же это?

— Руку вашей племянницы, — быстро сказал Дик и исчез.

Глава 12

После того как Лоусон покинул город, он отправился в Сохо, чтобы сообщить результаты своего разговора с мистером Боллардом миссис Трембли. К его удивлению, ее дверь была закрыта, а записка, прикрепленная к ней, извещала Дика и прочих посетителей, что ее не будет в течение пяти или шести дней. Молодой человек разозлился, поскольку ему казалось, со стороны Джоззи крайне беспечно оставлять его одного в такой момент. И все же он ничего не мог с этим поделать, поэтому отправился к себе и написал разъяснительное письмо. Затем он отправил его на адрес в Сохо, подумав, что, видимо, начинает сходить с ума, ведь Джоззи там нет и не будет в ближайшую неделю.

К еще большему его удивлению, на следующий день вечером он получил ответ. Миссис Трембли прочитала его сообщение о визите к мистеру Болларду и поблагодарила его за оперативность. Также она добавила, что по причинам, связанным с расследованием, но которые слишком долго объяснять в письме, ей пришлось покинуть город. Дик подумал, что, возможно, она решила посетить деревню Сарли, чтобы получше разобраться в произошедшем, и уже было решил последовать за ней. Но все его предположения и намерения были разрушены, когда он прочитал подпись к ее письму. Заключительные слова женщины обычно очень важны, поскольку значат гораздо больше, чем все, сказанное до этого. Но именно эти слова запутали молодого человека, так как они никак не были связаны с темой письма. «У тебя есть нарядный костюм? — писала Джоззи раскидистым почерком. — Если нет — купи лучший, какой только можешь себе позволить».

— И какого черта она пишет мне про одежду? — удивился Лоусон, подняв брови. — Не понимаю, какое ей дело до моего гардероба. Просто бред! Пир во время чумы! Повесить бы всех женщин — кроме одной, конечно! — И в приступе гнева он порвал глупое письмо на маленькие кусочки.

Но на следующий день он шел по делам, а это письмо все крутилось у него в голове. В конце концов, Джоззи была умна как черт и, по его опыту, никогда не предлагала ему ничего без веской на то причины, хотя и не всегда сразу очевидной. Что за причина была на этот раз, чтобы болтать о нарядах, Дик не мог понять и ломал голову несколько утомительных часов, прежде чем принять решение.

Зеркало, в которое смотрелся Дик, чтобы завязать галстук, ничего не объясняло, лишь отражало его красивое лицо. Молодой джентльмен разгладил морщины и убрал хмурое выражение с лица, ведь нельзя позволить Джоззи заподозрить, что ей удалось сбить его с толку. Вот почему миссис Трембли, войдя в гостиную около девяти, встретила там очень дружелюбного и приятного молодого человека. Сама Джоззи тоже была при параде, великолепная, в роскошном платье из янтарного атласа, который идеально подчеркивал ее фигуру. Она выглядела шикарно, как королева, платье блестело украшениями, а глаза сверкали от удовольствия. Она явно была рада, что Дик послушался ее, и теперь любовалась им.

— Теперь ты похож на человека, мой дорогой, — сказала Джоззи, кивая в знак одобрения. — Тебя не сильно удивил мой постскриптум?

— Конечно, нет, — соврал Дик, решив не давать ей шансов на триумф. — Ты ведешь это дело, а я выполняю поручения.

— Я так не думаю, — саркастично ответила миссис Трембли. — Тебе нравится быть первым во всем, Дики, и я уверена, про себя ты решил, что я удивительно глупа.

— Ну, я подумал, что ты повела себя глупо, — признался Лоусон, пожав плечами. — Но, решив, что у тебя на то были свои причины, я… в общем, я здесь.

— Да. И я, — сказала Джоззи, не совсем поняв его слова. — Не считаешь ли ты, что я хорошо выгляжу сегодня, где твои комплименты?

— Джоззи, дорогая, ты выглядишь как богиня, и, если бы я не любил Одри, я бы, несомненно, попросил тебя выйти за меня замуж.

— И я бы, несомненно, отказала тебе. Ты всегда был таким самонадеянным, Дики. Что ж, нам пора.

— Пора куда? — Лоусон встал между ней и дверью.

— Туда, куда я веду тебя.

— А конкретнее?

— Ты все узнаешь, когда мы туда доберемся.

Лоусон нахмурился и все еще не пропускал ее на улицу, хотя миссис Трембли напомнила ему, что такси ждет на улице и каждая минута стоит денег.

— К черту такси, — сказал он резко. — Почему ты держишь все в тайне?

— Так я веду расследования.

— Это чертовски неприятный способ.

— Слушай, Ричард Максвелл Джордж Генри Лоусон, ты должен дать мне довести это дело до конца. Только так все получится. И не ругайся в присутствии леди, ты, негодяй.

— Я не ругался.

— Ты сказал «к черту».