Ворка в ауте

Девушка засмеялась.

— Что такое?

— Сейчас ты поздоровался.

— Вот значит как. — Ну что ж, логично. Мужчина показывает — у меня нет оружия и я могу идти на контакт. — Первый вопрос мы прояснили. Теперь про второй — почему эти идиоты впереди не выставили дозор?

— Грот самый мудрый и сильный. — Со смехом заявила девушка. — Он со всем справиться.

— С помощью дубины и крепкого слова?

— Наверное. — Пожала плечами Тарша. — Я пошла с ними только потому, что Ведун намекнул мне, что надо бы покинуть клан подобру-поздорову, а то дальнейшее мое пребывание в нем может серьезно сказаться на моем здоровье.

— Не удивительно. Вашему Ведуну конкуренты не нужны. Я больше чем уверен, что он хочет укрепить свое положение и среди других кланов. Если это объединит разрозненный народ ворка, то я ему в ладоши похлопаю и хрен с ним, что он живет так долго. Представь, если бы все получили такую возможность — планета бы лопнула от перенаселения.

— Она и сейчас уже трещит по швам. — Девушка задумалась. — Ты рассуждаешь не по годам здраво и в то же время глух к голосу разума. Удивительно.

— Насчет телепатии — ты что-то там про ментальный щит говорила?

— Надо найти определенный камень и вложить в среднее ухо.

— Какое ухо?

— Ты что, не знаешь? Вот эти отверстия у тебя в голове впереди — ушные раковины. — Девушка постучала мне по лбу. Гулко отдалось в голове.

— Так что если мне с размаху зарядят в лоб — я оглохну?

— Скорее на задницу шлепнешься. — Девушка захихикала. — Каналы скрыты внутри и надежно защищены внутренними перепонками, чтобы пыль и грязь не попала.

— А как же их чистить?

— Это может делать только близкая тебе женщина. — Сказала Тарша и отвернулась. Помолчав, она спросила: — У тебя есть женщина?

— Нет. И если ты претендуешь на ее место, то тебе придется серьезно потрудиться, чтобы занять его, — сразу же пресек я ее попытки проникнуть ко мне под одеяло. Да и мозг эта телепатка может вынести не по-детски, когда, например, что-нибудь заподозрит, вроде того обслуживаю ли я какую-нибудь человечку или азари на стороне.

— Я ничего не имела такого в виду. — Спокойно сказала девушка. — Я не какая-нибудь шлюха, чтобы к первому попавшемуся в постель прыгать.

Я задумался.

— Это тебя так твоя подружка назвала?

— Она мне не подружка! — вспыхнула девушка, но сразу же успокоилась. — Хотя да, ты прав. Разговор не для мужских ушей, но обидела она меня знатно. А Шиссо и остальные все слышали. Это позор на всю жизнь. Он смывается только кровью на круге.

— Круг это что-то бойцовой арены?

— Да. Божий суд. Там выясняют правду, если остальные способы не помогли.

— Короче, кто здоровее и сильнее, за тем и правда?

— Не обязательно. Ты на вид такой хилый, а Грота сразу на место поставил.

— Значит, сила в правде?

— Тот, кто прав, всегда победит. — Уверенно сказала девушка.

— Ну ладно, будь по-твоему. — Я взглянул на качающуюся впереди спину идущего ворка. — Они правильной дорогой идут?

— Их ведет Несс. Он довольно умный для своего возраста и успел запомнить карту коробейников. Сейчас идем до ущелья Поющей Трубы, потом от него поворачиваем к перевалу и лезем в горы.

— Почему нельзя пройти по ущелью?

— Там сидит клан Черного Камня. Они берут дорогую плату за проход. Так можно сократить путь на двое суток.

— То есть, пройдя по ущелью, мы завтра утром окажемся в городе?

— Ну, вроде того.

— И какую плату они требуют? — деньги в руках ворка я не видел, а спросить Ведуна не догадался.

— Я должна буду обслужить десятерых из них. — Спокойно ответила Тарша.

— Тогда туда мы не пойдем. А эти оболтусы прутся в обход?

— Ну да, есть дальняя дорога через горы, ей тоже активно пользуются, отчего Черный Камень постоянно устраивает там обвалы.

— А цены снизить они не пробовали или устроить придорожное осблуживание?

— Зачем, если проще завалить обходную тропу и резать путников.

— В общем, путешествие обещает быть увлекательным?

— Не то слово.

Мы еще какое-то время поболтали о всякой ерунде, а затем чуть оттянулись от наших спутников. К вечеру мы достигли ущелья, вход в которое был перегорожен высоким частоколом с кое-где налепленными металлическими щитами. С вышек внимательно по сторонам смотрели наблюдатели, причем явно используя не подзорные трубы семнадцатого века, а нормальные такие бинокли с многократным увеличением. Все это я разглядел в свой прицел, энергопотребление которого снизило заряд батареи еще на 10 %. Пока хватит, решил я, запасные есть, поменять их недолго.

То ли Грот уверовал в свою непобедимость, то ли Несс не успел его предупредить или забыл, но эти охламоны выперлись на открытую местность и наблюдатели их естественно сразу же заметили. Хоть и было до них далеко, но группа была как на ладони. Я же решил не рисоваться и скрылся в высокой траве, потянув Таршу за собой. Лучше мы сделаем крюк и нагоним нашу группу позже, но зато останемся незамеченными для наблюдателей. Что-то не нравятся мне эти парни на вышках.

Тарша показывала дорогу и скоро мы вышли на тропу, где буквально полчаса назад прошла крупная группа ворка. Это было видно по следам, оставленным в пыли. Ворка не пользуются обувью — зачем, если на подошве у тебя такая ороговевшая кожа, которую даже острый гвоздь не возьмет, хотя любой человеческий ботинок проколет на раз. Этот бонус был мне по нраву. Навыки, вколоченные майором Голубевым, уже начинали потихоньку возвращаться.

Наши проводники остановились на ночлег на небольшой округлой площадке — было видно, что тут часто останавливались караваны. Площадка была заполнена местами бывших кострищ, заваленных камнями, куч засохшего помета я не заметил, пока не увидел, что именно разжигают путешественники. Кизяки по сравнению с этими кучами засохшего говна были так себе лепешками. По иронии судьбы основной груз топлива нес «великий вождь» Грот, который и вывалил все это хозяйство, а девчонки, пользуясь огнивом, начали добывать огонь. Еда, конечно, у них была, но сырое мясо поглощать видимо не все хотели, поэтому решили его поджарить. Естественно, об охране лагеря никто не позаботился — кто где ел там и сел и спать завалился. Я же обошелся вяленым мясом, запретив Тарше любую кулинарную деятельность. Расположились мы выше проводников в естественном завале — с нашей позиции площадка была как на ладони. Я «набил» порохом винтовку, приготовив к бою, вот нутром чувствую, что сегодня ночью что-то случится. Решил дежурить первым, благо, ворка не так сильно нуждались во сне как люди. Просто путешествовать ночью по такой дороге, где можно легко ногу сломать, я не считал необходимостью. Не зря же эти на ночлег остановились.

Где-то часа через два дежурства, когда я уже попривык к темноте и свету двух лун-спутников планеты, недалеко послышался шорох и кто-то злобно выругался, после чего послышался шлепок и голоса тихо забухтели, но потом кто-то более сильный утихомирил обоих. Ворка, спящие на площадке, даже не шелохнулись. Я посмотрел в прицел винтовки и увидел, как пять силуэтов пробираются между камнями. Развернувшись в другую сторону, увидел еще четыре. Может быть где-то в темноте есть еще кто-то, не будут же ворка идти на дело такой малой группой.

Я разбудил Таршу зажав ей рот рукой, чтобы она спросонья не вскрикнула. Девушка мигом проснулась и ее зрачки расширились. Она тихо приподнялась на руках.

— Умеешь пользоваться? — тихо спросил я ее. Она кивнула. — Хорошо. Дождись, когда они будут на площадке и начинай стрелять, а я пока поработаю ножом. — Я вынул клинок, спасший мне жизнь, из ножен.

Стоит сказать, что нападавшие были может быть умелыми, но не слишком тихими воинами — все громко сопели в свои две дырки и постоянно переругивались. Как я понял из разговоров, они собирались просто перебить мужчин, а девушек поиметь, а потом продать в рабство. Неплохой бизнес делает здесь клан Черного Камня. Ну я вам сейчас устрою Армагеддон в отдельно взятом горном массиве.

Тени сползлись к площадке. Визуально их было больше девяти, но я надеялся на стрельбу Тарши и помощь Грота и сотоварищи. Для чего перед нападением я метнул камень прямо на площадку, чтобы перебудить спавших, а сам быстро сблизился с противником и, схватив его за подбородок, рассек ему горло, после чего бросил дергающийся труп и отступил в темноту.

Сверху грянул выстрел, затем еще один. Спавшие на площадке переполошились и ощетинились оружием. Нападавшие поняли, что они раскрыты и с ревом кинулись на «наших». Отличить «своих» ворка от чужих в свалке было проблематично, так что я занялся теми, кто еще только подбирался к площадке, чтобы поучаствовать в побоище.

Один из таких торопыг нарвался на мой нож, когда я затаился среди камней и неожиданно встал перед ним, ударив в горло. Пока эта самая незащищенная и смертельная область тела ворка — бить в другие места, только чтобы замедлить противника я не рисковал. Не в том я положении, чтобы вот так подставляться. Этот ворка был вооружен непонятным короткостволом, которым я и воспользовался, расстреляв дротики (а это оказалась разновидность стреломета) в спину следующему противнику. Меня заметили двое и кинулись ко мне, размахивая ножами. Один из них поскользнулся на камне и упал, здорово ударившись головой. Я не стал ждать, когда он придет в себя. Провел обманный финт ножом перед первым противником, запутав его (в темноте и так ни хрена не видно, а уж в горах и подавно, поэтому приходилось надеется только на чувства) и ударив сначала в живот, а потом в шею, вырвав у него второй нож на поясе, подскочить к противнику и добить его ударом в горло.

Тарша расстреляла все пули, что я зарядил и сейчас спускалась с винтовкой вниз на помощь остальным, которые еще бились на площадке. Грот действительно оказался крепким — он сражался как разъяренный берсерк, размахивая дубиной направо и налево. Из его нескольких ран на теле сочилась темная кровь, которую и так никто не заметил. Он уже завалил двух противников, размозжив им головы и собирался прикончить остальных, как чей-то выстрел из стреломета свалил здоровяка. Грот взревел и кинулся к обидчику, как кроган, наклонив голову. Тут его тело нашпиговали дротиками по самую макушку. Пока стрелки отвлеклись на бугая, я обошел (точнее оббежал, постоянно соскальзывая) площадку по кругу и ударил ножом в область почек сначала одного стрелка, потом второго, вырвав у первого из цепкой руки стреломет с еще оставшимися снарядами и нашпиговав ими его соседа.

На площадке бой уже подходил к концу — проводникам удалось отбить нападение и сейчас они добивали нападавших. Кто-то развел костер и в бликах огня мы рассмотрели место боя. Всего на площадку залезли тринадцать ворка. Еще пятерых я нашел вне площадки — один был убит выстрелом Тарши, остальные мной, причем один был еще жив и пытался ползти. Нож прошел вскользь по горлу и ворка успел зажать рану рукой, хотя кровь из нее и хлестала. Я укорил себя за то, что не проконтролировал противника и быстро добил его, хотя тот и просил не делать этого. Жалости никакой я не испытал. Нападавшим воздастся по заслугам. Двоих завалил Грот, но и сам пал смертью храбрых. Шестерых на площадке завалила Тарша, пятерых оставшихся поделили между собой остальные. Сейчас, оставшись без вожака, они сиротливо жались к огню и испуганно смотрели в темноту. Я вышел на площадку.

— Все живы? — спросил больше для проформы, но и о потерях узнать не помешает.

— Нет. — Ответил самый храбрый. Он заметил спустившуюся Таршу с моей винтовкой. — Спасибо вам что не оставили нас в беде. Без вас нас бы убили.

— Кто погиб? — спросил я.

— Тресс, Шлахс и Никия. — Перечислил ворка. Он оглянулся. — И Несса нет.

— Пошел к черту твой Несс! — зашипела та самая девушка, что шипела на Таршу. А может быть я и ошибся. — Он сбежал, как только они напали на нас, трус! Из-за него погибла Никия!

— Давайте с закончим с разборками между собой. — Сразу же пресек новую свару я. — Посмотрите, может быть, кто-то еще жив. И соберите оружие и вещи с трупов. Мертвым они не пригодятся.

Я заметил, как деловито Тарша снаряжает винтовку и подошел к ней.

— Твоих трофеев довольно много — утащишь?

— Они получены с помощью твоей винтовки. — Она протянула мне оружие, но я отклонил его ладонью.

— Оставь себе, с ним ты обращаешься гораздо увереннее чем я. Мне по нраву это. — Я показал стреломет.

— Шипобой. — Определила Тарша. — Используют только воины клана Черного Камня. Лучше выброси его и купи в городе что-нибудь получше.

— Пока я его оставлю, а то мало ли что. Как он работает?

— Здесь сжатый воздух, здесь магазин с дротиками из вулканического стекла, пружиной подаются в ствол, а клапан открывается и закрывается, когда ты нажимаешь на спусковой крючок.

Вот так вот. Простейшая пневматика. Очень удобно и практично. Хорошая машинка, оставлю себе, только переделаю немного.

Я пошарил по «своим» трупам — трофеев было мало. Еду они с собой не брали, видимо, предполагали что нападение пройдет быстро и четко. Однако не вышло. Слишком самонадеянно действовали ребята, вот и нарвались. Я собрал магазины с дротиками и запасные баллоны с сжатым воздухом, больше ничего трогать не стал и вернулся на стоянку, где уже начались новые разборки между теми, кто недавно сражался плечом к плечу и хотя сейчас их осталось мало, но они дрались даже за такие мелкие крохи. 3 мужика и 2 бабы не могли поделить 5 трупов, хотя для меня все было очевидно. На Грота и его убиенных никто не претендовал, Тарша тоже оказалась особенной, отколовшись от группы с самого начала, так что эта пятерка выясняла отношения между собой криком и воплями.

Я подошел к Тарше и спросил:

— Все собрала?

— Вот. — Она вывалила мне дополнительные магазины с дротиками и пару баллонов. — Есть пара хороших ножей, но все остальное хренового качества, да и не унесу я столько. А лишние дротики тебе пригодятся. Я хоть так могу тебе отплатить. — Ее глаза странно сверкнули, но я предпочел этого не заметить.

— Ножи возьмем, они нам пригодятся. — Кивнул я, — что-нибудь еще?

— Еды нет. — Девушка посмотрела на дерущихся между собой соклановцев. — Может быть уйдем отсюда?

— Обязательно уйдем. — Согласно кивнул я. — Эй, стервятники! — крикнул я. — Забирайте все с остальных трупов, оно нам не нужно!

Стоит ли говорить, что вопли усилились еще громче?

Глава 4

Мы бежали столько сколько могли, чтобы побыстрее покинуть место бойни. Звать этих охламонов за собой я не собирался, а уж возглавить… чур меня, чур. Если они так быстро забыли «братские» чувства и уже глотки готовы друг другу порвать из-за пары ножей и куска ткани, обмотанного на поясе, то мне с такими товарищами точно не по пути. Всадят нож в спину даже не почешутся. Да и Таршу надо бы опасаться, ведь она со мной наверняка пока ей это выгодно. А встретит в городе ворка круче и крепче меня, да и экспроприирует остатки моей собственности — когда за плечами такая мощная поддержка можно и бывшего компаньона кинуть. Хотя я сам уже подумывал от нее избавиться. Нет, убивать я ее не собирался, мне даже к голову такая мысль не приходила, но вот как бы ненавязчиво подтолкнуть ее к мысли, что надо бы покинуть мое общество. Но с другой стороны преданный телепат, да еще и снайпер мне бы пригодился. Вот и мучайся, делай выбор. Выгнать или оставить?

Солнце уже подползало к зениту и я начал уставать. Но даже такая длительная пробежка показывала насколько тело ворка выносливее и сильнее человеческого — я бы давно уже сдох от такой нагрузки. Тем более таща столько груза, что ни говори, а девушки-ворка слабее мужчин. Тарша уже после часа интенсивного бега по извилистой горной тропе в темноте тяжело задышала, но гордо молчала и не просила о помощи, хотя тяжелая винтовка наверняка уже полностью ее вымотала. Я резко остановился и молча снял оружие с ее худенькой спины, одел перевязь на себя, сверху натянул полностью забитый вещак. Блин, как же разгрузки не хватает! Приду в город обязательно подыщу что-нибудь похожее. Пока же я обошелся винтовкой и двумя вещмешками — своим и Тарши, всучив ей в руки стреломет (не такой уж он и тяжелый — баллон, прикрученный к стволу и магазин с дротиками снизу) и пару снаряженных обойм. И в таком темпе мы двигались довольно долго, пока не стало светать.

Как я находил дорогу в темноте? Да очень просто. Оказывается у ворка адаптивное зрение. Стоит чуть попривыкнуть и глаза все резче и точнее воспринимают окружающий мир. Видимо, эти воины, которые напали на лагерь, были все же чуть ослеплены бликами их костра, который никто не догадался затушить, да и я еще, как фактор внезапности, напал со спины, откуда они не ожидали. А когда заваруха на площадке началась, то им и вовсе не до того стало. Почему они сразу же не стали стрелять в Таршу? Не знаю, может быть позиция была выбрана удачно, хотя выстрелы из винтовки должны быть не просто слышны, но еще и видимы — пуля вылетает с догораемым порохом, а это вспышка из ствола. Никаких тебе пламегасителей.

Субъективно, длительность дня соответствовала земному, ну, может быть различалась на несколько минут, хотя я никогда не интересовался данным вопросом. Зачем узнавать сколько времени, если передачу по телевизору все равно не посмотришь? Не зачем куда-то спешить — пока есть световой день, работай и наслаждайся жизнью. Пришла ночь — пора отдыхать. Кстати об отдыхе.

Я стал оглядывать голые склоны в поисках хоть какой-нибудь пещерки. Прохладное место на этом начинающемся солнцепеке было бы очень кстати, да и от взгляда случайных путников тоже схорониться нужно. Пройдя так шагов с тысячу, ну может быть две, на одном из поворотов я заметил небольшой гранитный козырек и сбавил ход, приглядываясь. Вроде бы виднеется небольшой проем. Если это пещерка, то в самый раз, но вот может быть у нее уже есть обитатель? Стоит проверить. Я подождал Таршу, которая все же чуть отстала от меня. Ее серая кожа потемнела от полученной нагрузки, ноздри раздувались, а грудь часто-часто расширялась, втягивая воздух. Гипервентиляция легких тебе не повредит. Девушка заметила, что я остановился и крепче сжала стреломет.

— Что там? — спросила она, осторожно подходя.

Я указал пальцем наверх.

— Пещерка. Если она пуста, то там мы можем передохнуть.

— Давно пора. — Девушка облегченно вздохнула. — Я думала, ты меня загонишь, как Хесатсаша.

— Это еще кто?

— Животное, не нем передвигаются верхом, очень быстрое. Но даже у него есть предел.

— У всего есть предел, лезь давай.

Мы взобрались наверх и я обследовал пещерку, не пещерку, так, углубление в скале. Но даже этого было достаточно, если замаскировать вход камнями, снизу будет видно, что недавно случился обвал, да и на тропу несколько накидать не помешает. Я с энтузиазмом взялся за работу. Конечно, тело требовало отдыха, но я знал, стоит начать ему потакать и оно сядет тебе на шею. Это называется лень. И главный производитель ее — твое тело. Вместо тренировок оно говорит тебе, нашептывает в ухо: полежи, отдохни, ты устал, начнешь завтра (худеть, делать зарядку, бросить курить и пить, нужное подчеркнуть) и если поддашься этому голосу, нет, не разума, а именно тела, то все, ты пропал. Дальнейшая твоя судьба незавидна. Начнешь лениться, валяться на диване и придумывать себе отговорки — ну я же работаю, устаю на работе, значит дома я должен отдохнуть, выпить чашечку кофе или бутылочку пива. Ну а живот, подумаешь, вон, половина мужиков с животами ходит. Вот сто пудов такие мысли каждому в голову приходили. Встань, задуши в зародыше своего Кувшинного человечка, чтоб он сдох, падла.

Натаскав камней и устроив «нычку», я залез внутрь, поманив Таршу за собой. Места для скарба и двоих не сильно габаритных ворка как мы с ней вполне достаточно. Я, конечно, не забыл накидать камней на тропу, чтобы создать видимость обвала. Пожевав немного вяленого мяса и запив водой, я пробормотал, мол, слишком часто наружу не выходи и вообще ложись спать, как тут же отрубился. Шутка ли, почти двое суток на ногах, да еще и совершил такой мощный забег.

Тарша поглядела на этого молодого ворка. Он спал сном младенца, совершенно не беспокоясь о том, что с ним может что-то случится, всецело доверившись ей. А ведь она не просто так увязалась за ним — Ведун приказал приглядывать за этим, непонятно откуда свалившимся уникумом. Ведь он появился в деревне, сидя за спиной у одного из дозорных, на лице и теле никаких клановых татуировок, что говорило о том, что он еще не прошел инициацию. Совсем молодой и не имеющий голоса ворка, за что ему такой почет?

Она порасспросила дозорных Шиссо, немного используя свои возможности. Пока Ведун вел беседу с этим непонятным молодым, она пыталась выяснить, при каких обстоятельствах его подобрал патруль. Оказалось, они вели преследование группы клана Утренней Росы, которая вторглась на их территорию. Выследили по следам и поняли, что группа разделилась — основная масса ворка пошла к предгорьям — туда отправился основной отряд, который еще не вернулся. Шиссо, взяв двоих, принялся преследовать парочку, которая отделилась от группы, предположив, что это курьеры или топтуны — борозду они оставили за собой широкую, совершенно не скрываясь. Как уж эти бандиты нарвались на группу молодых ворка, что путешествовали таким малым числом, непонятно, но факт остается фактом — этот Квилл убил обоих и отобрал у них их оружие. Трофеи, взятые в бою святы.

Ведун вызвал ее по телепатической связи и передал новые вводные — следить за этим молодым и если он захочет покинуть планету, посадить его на корабль и помахать платочком вслед. Видимо, этот молодой ворка сильно напугал Ведуна, что тот не стал его убивать прямо в хижине, хотя наверное мог. А потом она выяснила, что он Затупленный и любой ментальный удар ему не страшен — он его просто не воспримет.

Тарша, конечно, сказала Квиллу не всю правду. Да она была сиротой и Ведун приютил ее, распознав в девочке потенциал сильного менталиста. Но вот учить ее и уж тем более передать власть старый хрыч совершенно не собирался. Кто она такая? Беспородная ворка, рожденная за околицей и подброшенная яйцом на порог его дома. Она ему никто. А вот использовать ее природный дар — это Ведун умел. Словно паук, он раскидывал по деревне свои сети и эти сети простирались даже до соседних клановых стойбищ. И Квилл попал в самую точку, когда предположил, что Ведун хочет еще большей власти, объединив кланы. Именно об этом грезил старикан — Тарша, хоть и прикидывалась послушной, все же не очень любила старика. Был он жаден, скуп как на ласку, так и на деньги, сварлив, жесток и злопамятен. Ослушаться его приказа, значит самостоятельно подписать себе смертный приговор.

Первоначальной задачей Тарши было проследить за этим дураком Гротом, который повел молодой выводок наниматься «во солдаты». Ведуну нужны были крепкие и сильные дуболомы, а самый главный из них вдруг решил попробовать себя на военном поприще в «Кровавой Стае». Да ладно бы он один — еще несколько крепких парней изъявили такое желание. Воздействуя на них напрямую или через матерей, Ведун все же убедил их остаться, тогда как к Гроту в провожатые он сослал самых никчемных и слабых членов племени, включив туда и Таршу. Для поддержки штанов так сказать. Ей надо было внушить Гроту, что наемничество не его профиль и убедить вернутсья обратно, где он бы получил десять петель за дурошлепство и был бы приставлен к охранной службе. Однако, появился этот Квилл и приоритеты изменились. Ведун не на шутку всполошился и Грот ему уже был побоку — фиг с ним, пусть выкручивается как хочет. Выживет, поумнеет — вернется. Нет — значит, туда ему и дорога. Грот нашел свою дорогу, а вот Тарша была на распутье.

Она уже не знала, стоит ли дальше выполнять приказ Ведуна. Они преодолели три четверти пути до города и сейчас были так далеко от деревни, что Ведун сюда не достанет. Почувствовать ее он может быть и почувствует, но вот нанести ментальный удар — вряд ли. Слишком далеко.

Квилл оказался… интересным и неординарным парнем. Его идеи были просто фантастическими, а незнание некоторых обычаев натолкнуло Таршу на мысль, что он либо маленьким попал к людям или турианцам и они научили его своей тактике, либо он «перерожденный». Тот, чью душу «вдохнули» в тело ворка. Ведун высказал эту мысль, но остановился все же на первом варианте. Как возмутитель спокойствия и будущий объединитель кланов Квилл больше всего подходил на эту роль, чем сам старый хрыч. Еще один момент уверил Таршу в этой версии — Квилл собирался путешествовать один, но только чуть поодаль от основной группы. Ни один ворка в здравом уме и крепкой памяти так бы не сделал. Одиночки на этой планете не выживали. Однако, Квиллу это по видимому было неизвестно — он вел себя расковано и думал слишком «громко», совершенно не скрывая своих мыслей. И это было самое удивительное и странное в нем.

Затупленные потому и Затупленные, что их мысли невозможно прочитать. Они не могут телепатически общаться и поэтому ментально защищены. У Квилла же эта защита отсутствовала напрочь — он просто о ней не знал. И вел себя как обычно, не стараясь выставить мысленный блок. Именно Затупленные создали речь ворка — если бы их не было, то вся цивилизованная галактика так и считала бы ворка бессловесными примитивными животными, взявшими в руки нож и копье. Затупленным принадлежит немало технологических открытий. Основную массу, конечно, поставляют цивилизованные расы, то, что у себя на родине они считают как устаревшие технологии, здесь они идут на ура. Контрабандисты и пираты привозят только готовые блоки, собирать из них оружие приходится ворка, вот тут Затупленные выступают во всей красе. Они мыслят не так как остальные. Прочитать их нельзя, понять тоже сложно, поэтому приходится учить язык, что с отличной памятью ворка это несложно. Незамутненный всяким мусором разум воспринимает нужную информацию гораздо быстрее и усваивает ее в разы эффективнее.