Путь на юг

Корабли сближались с ужасной скоростью. Но на вражеских кораблях, видимо, разгадали план Готлиба, потому что корабли стали выстраиваться в линию бортом к борту. Линия стала похожа на стену, и проскочить ее было невозможно.

— Нам конец, — увидев это, мрачно проговорил Харальд.

— Значит, мы умрем. Но умрем с мечом в руке, — сказал Готлиб со странной улыбкой на губах.

Глава 5

Низовья Итиля (ныне — Волга). Столица хазарского каганата Атиль.

Хазарский каганат в те времена был мощным государством и занимал южные земли от Каспия до Днепра. Хазарскому кагану платили дань граничащие с ним племена. С Хазарией считались даже Византийская империя и арабский халифат.

Великий бек Абадия проснулся от тихой приятной музыки. Музыка доносилась из-за большого ковра на стене: за ковром скрывалась небольшая комната, в которой играли музыканты.

Служанки-рабыни в белых легких одеждах стояли у стены, выстроившись в линию.

Едва бек встал, как служанки опустили на его плечи драгоценный халат из зеленого шелка, расшитого жемчужными узорами. Прохладная ткань приятно скользнула по телу.

Другая служанка подала беку пиалу с кумысом. Абадия медленно с удовольствием выпил кумыс.

Слабо шипящая жидкость оставила на языке приятнокислый вкус.

Абадия любил кумыс.

Говорят, кто пьет кумыс по утрам и спит с молодыми женщинами, живет вечно. Правда, бек еще не встречал людей живущих вечно. Но это только потому, что люди пьют неправильный кумыс и верят в неправильных богов. У самого бека целый табун отборных белых кобылиц, к которым подпускают только самых лучших белых жеребцов.

Служанка подала мягкое полотенце. Бек вытер губы, уронил полотенце и прошел на балкон.

С балкона виден весь город.

Атиль состоял из двух основных частей — восточной и западной, а также острова, на котором находился дворец кагана.

Восточная его часть была крупнейшим международным торговым центром, в ней жили купцы из разных стран.

(В арабских и персидских источниках она называется Казаран или Хамлих.)

Западная часть Атиля превосходила по размерам восточную, в ней были сосредоточены основные религиозные и политические учреждения; там жил хазарский бек и хазары-иудеи.

В мусульманских источниках западный Атиль называется также Саригшин.

Дворец бека окружен высокими стенами.

Во дворе прекрасный сад, бассейн с фонтанами. Пахнет розами.

У бассейна видны обнаженные тела прекрасных женщин из гарема.

Никто не имеет права видеть ни их лица, ни их тела, но женщины хорошо знают, что их видно с балкона, на который по утрам выходит бек.

Любая женщина из гарема мечтает провести ночь со своим господином.

Внимание господина сулит ей дорогие подарки, красивые наряды, отдельную комнату и множество других благ, что так необходимы любой женщине.

Поэтому женщины стараются, чтобы бек обратил на них внимание. Они всячески показывают себя: для этого принимают позы, в которых они глядятся выгоднее всего; стараются двигаться красивыми томными плавными движениями; расчесывают распущенные длинные волосы.

«Шалуньи!» — сладко подумал бек, любуясь женщинами.

А за стенами дворца начинался город: скучные глинобитные хижины. Над плоскими крышами поднимались сизые дымки.

Дальше виднелась голубая река. А также бескрайняя степь, похожая на ковер, украшенный яркими цветами.

Весна — время цвести тюльпанам.

Там тишь и спокойствие.

Степь была и с западной стороны, но за этой степью начинались леса. В лесах живут славяне — упрямые и суровые люди. У них множество городов, полных золота, серебра, а также женщин и мужчин, которых можно сделать рабами.

Три десятка лет назад отец бека совершил набег на славянские земли. В отместку славянский князь Буревой, или как его называли хазары и ромеи — Бравлин, прошелся огнем и мечом по хазарским землям.

Много тогда с лица земли было стерто хазарских городов. Много хазарских мужчин и женщин попало в плен к славянам.

Поражение сильно ослабило Хазарию. Из фундамента, на котором зиждилась хазарская крепость, был вынут всего лишь маленький камешек, и казавшаяся несокрушимой крепость зашаталась, грозя обрушиться со страшной силой.

Соседи, словно голодные шакалы, впились в раненого зверя: ромеи начали спор о власти над крымскими провинциями Хазарии; халиф предъявил претензии; а там зашевелились авары.

И, казалось, весь мир восстал против хазар.

И если бы тархан Абадия не взял власть в свои руки и не превратил кагана из династии Ашина в марионетку, то остались бы от великой Хазарии только воспоминания.

Чтобы подчеркнуть свою власть, Абадия принял титул бек, то есть царь.

Это значило, что он возглавил правительство при номинальном кагане, находившемся с этого времени под стражей и выпускаемом напоказ народу раз в год.

Каган — верховный правитель Хазарии. Таким образом, сложилось странное положение — каган царствовал, но не правил; бек не царствовал, но правил.

Впрочем, в истории явление не такое уж и редкое.

На все эти реформы ушло много времени, и вот уже больше двух десятков лет войска хазар не ходят в леса.

Не ходили до сего дня.

Глава 6

После прихода в прикаспийские степи тюрков и аланов население Хазарии стало многонациональным. Основу, конечно, составляли коренные хазары. Но государством стала править тюркская аристократия, которая склонялась к исламу, тем самым признавая верховенство арабского халифа. Но это противоречило интересам верхушке другого племени — аланам.

Ромеи, соперники арабского халифата, обещали аланам поддержку, если те примут христианство. Но принятие христианства означало зависимость от Византии.

Проблему взялся разрешить один из хазарских военачальников по имени Булан. По совету его жены Серах, иудейки, он и его ближние тайно приняли иудаизм.

Правда, по этой причине они стали врагами и ислама и христианства, но зато сохранили независимость.

Постепенно, используя тайные связи, Булан протащил на многие руководящие военные, государственные, деловые должности своих друзей-иудеев, и таким образом стал Ас-правителем.

У его внука Абадии уже и мать, и жена были иудейками. И он стал единоличным правителем Хазарии.

Но все это только ухудшило ситуацию в Хазарии.

Абадия понимал, что с приходом иудаизма взаимоотношения между правителями и народом изменились.

Справедливости ради следует признать, что и тюрки, и евреи, и аланы были для хазар пришлыми чужаками.

Но тюрки с течением времени связались с коренным населением Хазарии не только общей судьбой и общими интересами, но и родственными связями, поскольку тюркские воины брали в жены хазарских девушек. Из-за этого часто сложно было разделить тюрков и хазар. К тому же тюркские вожди, захватывая в набегах добычу, часть ее отдавали и своим подданным. Поэтому тюркская знать выступала для хазар своими вождями.

А вот иудейские общины жили обособленно, в связи с чем не происходило этнического смешения иудеев с местным населением, и, таким образом, новая верхушка оказалась отделенной от народа. И так как иудейская верхушка алчно поставила на первое место выкачивание из народа прибыли, то коренные хазары, не выдерживая тягот налогов и поборов, скоро оказались вынужденными отселяться на окраины государства.

Таким образом, иудаизм так и остался вероисповеданием правящего меньшинства, а рядовые подданные, связывая с этой верой ухудшение своего положения, предпочитали переходить в другие религии, даже несмотря на запреты властей. Вскоре большинство хазар стали мусульманами и христианами. Сохранились идолопоклонники. Но всех их объединила ненависть к евреям.

В этих условиях иудаизм не смог стать фактором, объединяющим население страны.

Но это было терпимо, пока хазарские войска успешно вели грабительские войны. Но как только князь Буревой отбил хазарам охоту ходить в славянские земли, так сразу начали обостряться проблемы. Улицы хазарских городов заполнились нищими.

Народ заволновался.

Чтобы успокоить его, требовалось показать врага, ставшего причиной бедности. Абадия хорошо понимал, что, если он этого не сделает, то этим врагом он станет сам. Этого Абадия не хотел.

Таким образом, выход был только в победоносной войне. В большой войне. Потому что только большая война может дать обильную добычу, которая заткнет глотки недовольным.

Но если хазарское войско в войне потерпит поражение, то Абадия все равно получит выгоду, так как при этом погибнет множество тех, кто готов обратить оружие против него.

«Война — дело решенное. Но с кем? — размышлял Абадия. — На востоке, где бродят печенеги? С этих нечего взять, воевать с ними — только время тратить. На юге? Там ромеи с сильной армией. Лучше не связываться с ними. Они и так зарятся на земли хазар в Крыму. На западе? Император Карл Франкский. Это опасный враг, которого лучше не дразнить».

Оставался север, где жили богатые славяне. Многие годы бек Абадия смотрел на них, словно шакал на тигра, ожидая, когда грозный тигр споткнется, чтобы напасть на него и растерзать.

Глава 7

Наконец произошло то, чего хитрый иудей давно ждал, — страшный князь Бравлин погиб в войне с северными варварами.

На следующий же день после прихода этого доброго известия Абадия объявил по всей Хазарии о намерении идти в поход на славян.

Это известие так обрадовало хазар, что в поход изъявили желание идти почти все. В домах оставались старики, старухи и дети.

Хазарскую столицу они защитить не могли, но бек и не опасался нападения на город.

Зимой к беку приходили послы от ромеев. Разговор был длинный и туманный, но Абадия прекрасно понял, чего хотят ромеи. Их интересовал Киев. В Киеве ромеи хотели заложить факторию, чтобы контролировать торговый путь по Днепру, и виснуть угрозой над окружающими племенами славянских дикарей.

Ромеи тоже опасались славян. Их опыт свидетельствовал, что опасность приходит оттуда, откуда ее не ждешь. Ромеям еще были памятны походы князя Бравлина.

«Слава богам, что страшный князь Бравлин погиб!» — возносили хвалу и хазары, и ромеи.

Бек прошелся по балкону, и перед ним снова открылась западная степь, заполненная шатрами и палатками. Там дымились костры, и над лагерем висела синяя дымка. Войско готовилось идти в поход.

Абадии пришло в голову, что прежде чем идти на Киев, следовало бы все же решить проблему северян и вятичей. Племя вятичей и северян жило по правой стороне Дона, прямо на границах с Хазарией.

После разгрома Хазарии Бравлином славяне обнаглели до того, что посмели заложить город Белую Вежу под самым носом хазар, на берегу Дона, где его пересекал Великий шелковый путь.

От Белой Вежи до Атиля было не более пары дней пути.

Таким образом, злейшие противники хазар, славяне, обладая возможностью в любой момент нанести удар в сердце хазарского каганата, представляли опасную угрозу.

Абадия правильно считал, что в случае выхода хазар на Киев славяне Белой Вежи не упустят возможности ударить в тыл хазарскому войску. Таким образом, нельзя было идти на Киев, не уничтожив сначала Белую Вежу.

Бек хлопнул в ладоши, и рядом с ним беззвучно выросли слуги и вельможи из числа дежуривших во дворце.

— Завтракать. Приготовить доспехи. После завтрака поеду смотреть войско, — приказал Абадия.

Придворные бросились раздавать распоряжения.

— Умываться, — сказал Абадия, и слуги под руки повели бека совершать утреннее омовение.

Бассейн был отделан цветным мрамором, заполнен теплой водой, поверх воды плавали лепестки роз, для придания воде приятного запаха.

У края бассейна выстроились красивые молодые рабыни. Они должны были своими нежными пальцами омыть драгоценное тело бека.

Вряд ли эти красавицы при других обстоятельствах обратили бы внимание на этого престарелого человека с черными мешками под глазами — бек любил вино и пил его неумеренно.

Но они были рабыни, а он был их хозяин. И не дай бог какой из них забыться и сквозь маску обожания пропустить гримасу брезгливости.

Для непочтительных в подвалах дворца держали диких зверей. Варварские гладиаторские игры римлян ушли в прошлое, но бек любил эту забаву за скрытый в ней глубокий смысл. Гладиаторские игры дают возможность почувствовать себя стоящим над людьми и решающим жить им или не жить, не потому, что они в чем-то провинились, а из желания, прихоти.

Так решают судьбы людей боги.

Приятно быть богом.

Отправив естественные нужды прямо у края бассейна в специальный горшок, бек, подхваченный под руки десятком рабынь, был нежно опущен в воду, и за дело взялась любимая рабыня, которой было доверено навести чистоту на самых важных частях тела бека — на половых органах.

Ее мягкие прикосновения вызвали приятное возбуждение.

Когда с этим делом было закончено, другие рабыни принялись за работу. Они мыли руки, ноги, голову, массировали тело.

После завершения водной процедуры бека подняли на край бассейна. Здесь заботливые руки завернули его в халат из мягчайшей ткани и отвели в главную палату, где был накрыт стол для завтрака.

Огромный стол ломился от фруктов, сладостей и лепешек — бек с утра предпочитал легкую пищу. Но на этот раз, учитывая, что день предстоял беспокойный, бек съел половинку фаршированного голубя и запил его вином.

Мясо голубя было нежно, пахло степными травами и медом и приятно горчило.

Глава 8

Пока бек наслаждался голубем, в его голову невольно пришла мысль о законном кагане.

Каган содержался в тщательно охраняемом дворце на острове посредине Волги, где он жил в свое удовольствие.