Битвы Белой Руси. Книга 1

Нет уже «дружной семьи братских советских народов» и пора говорить правду.

Я Вас не убедил? Хотите еще больше доказательств? Извольте.

Наибольшего могущества Великое княжество Литовское достигло при Витовте. Современные литовцы считают его национальным героем и именуют Витаутасом, прибавив окончание — ас.

Так вот, этот самый Витовт четырежды (в 1384, 1390, 1398 и 1404 годах) жертвовал Жемайтию Тевтонскому ордену…

Будь он этническим литовцем (то есть жемойтцем) у него рука не поднялась бы это сделать, да еще неоднократно. А так… Не сильно он ей дорожил, судя по всему. Он, кстати, подписывал различные государственные документы, составленные на белорусском языке. И без привеска — ас к своему имени.

Это раз.

А вот и второй аргумент. Назовите мне хоть одну битву, после которых предки современных литовцев присоединили бы к себе белорусов, русских, украинцев и других?

Не назовете. По той простой причине, что не было таковых.

Третье. Замена князей белорусских на литовских проводилась литовскими учеными очень просто. Добавлением к славянскому имени окончание — ис или — ас. Гедимин — Гедеминас, Кейстут — Кейстутис, Ольгерд — Ольгердас и тому подобное. Но вплоть до XX века ни в одном историческом документе (не только Великого княжества Литовского, но и других государств) этих окончаний нет. Ну, нет там — исов и — асов, как не искали (а ведь пытались найти, о чем ниже).

Возьмем Гедимина. В различных исторических источниках оно пишется как: Гедимин, Гедымин, Кгиндимин, Кгедимин, Скиндимин, Jedimin, Gedimont, Giedymin. Где Вы видите букву c (s)?

Но все равно искали. В 1921 году литовцы попросили у советского правительства России все документы по Литве. И получили их копии. Но… Среди почти 600 томов метрики Великого княжества Литовского ни одного документа на литовском языке обнаружено не было. Большая часть их была исполнена на старобелорусском, польском, русском, немецком языках, а также на латыни.

Четвертое. Древний герб Великого княжества Литовского «Погоня» украшен шестиконечным византийским крестом. Единственные князья, происходящие из византийской императорской династии — полоцкие, то есть белорусские. Жамойты же в те времена были вообще язычниками и никакого креста не знали.

Думаю, достаточно приводить доказательства. А, наверное, есть и пятое, и шестое, и десятое и, будь я историком-профессионалом, я бы их нашел и привел. Но тема моей книги другая и я, всего лишь, любитель истории.

Вывод: как не переиначивать историю — факты упрямая вещь.

И все-таки некоторые рукописные и иные источники по истории Беларуси до нас дошли. Правда, названия того, что сохранилось (во всяком случае, что мне удалось отыскать), можно уместить на одном печатном листе.

Трудами белорусских (и некоторых зарубежных) историков, этнографов, археологов прошлое удивительного и самобытного славянского государства все же восстанавливается, как ее некоторые и не пытаются замазать.

Откуда же взялось это название «Литва»?

Сколько я не искал, древнего племени с таким названием найти не удалось. И народов таких не было.

В X — начале XIII веков на землях Беларуси существовало несколько первичных государственных образований славян — Полоцкое, Туровское, Новогрудское и другие княжества. Литовского княжества не было ни у нас ни у наших ближних и дальних соседей.

Придется применить метод аналогии.

В Древней Руси (России) также не существовало племен руссов или россов, хотя некоторые историки и пытались отыскать россов на реке Россь.

Еще древнерусский летописец Нестор задавался этим вопросом, поставив его первой строчкой своего знаменитого повествования «Повесть временных лет»: «Отъкуду есть пошла Руськая земля?». Но точного ответа не нашел.

С тех пор споры и дискуссии на эту тему не затихают.

Вот последняя точка зрения, изложенная в самом авторитетном историческом исследовании — в томе VIII «Россия» восьмитомного издания «История человечества», увидевшего свет в 2003 году.

«… В XI веке они (славяне, примеч. авт.) показали всю свою мощь в отношениях с соседями… Именно с этой поры доходят известия греческих и восточных авторов о наименовании восточных славян, жителей Поднепровья „росами“, „Русью“… Поэтому теперь и мы будем называть восточных славян так, как их называл остальной мир и древние летописи — Русь, руссы, русины».

Термин «русь» применялся и на землях Великого княжества Литовского, на которых проживали этнически русские люди, еще до создания государства с названием «Русь». И к Московскому княжеству он отношения не имел. Да и была еще тогда Москва лишь центром далеко не самого сильного и большого княжества, пока не игравшего большой роли в этом регионе, не говоря уже о доминирующей.

Таким образом, Русью называли славянские племена, проживавшие в границах нынешней России и Украины, соседи славян. Позднее Московское княжество, занимаясь сбором русских земель под одну крышу, монополизировало это название.

Скорее всего, и название «литва» было дано древним белорусам их соседями и, прежде всего, руссами и балтами. Оттуда и пошло — «литва», «литовцы», «литвины». Вот и весь расклад.

Ипатьевские летописи, к примеру, под год 1159 сообщают, что минский князь Володар Глебович «ходяше под Литвою в лесех», а под 1162 год, что он же выступил на своего противника «с Литьвою».

А реши основатель первого белорусского государства назвать его в соответствии с названием своего собственного княжества и было бы оно Великим княжеством Полоцким (Туровским, Пинским, Новогрудским и т. д.). Но… Нельзя, иначе обидишь союзных князей, вошедших со своими княжествами в это государство. Вот и Литва, Великое княжество Литовское — никто не доминирует, похваляясь своим названием.

А могло ли оно быть названо по племенам, когда-то его населявшим?

Запросто, как показывает история. И тогда оно было бы Великим княжеством Дулебским (Кривичским, Дреговичским, Радимичским и т. д.).

Территориально древнее княжество литвинов располагалось на довольно обширном участке, охватывающем с юга — верховья Немана, на западе — среднее Понемонье, на северо-западе, гранича с ятвягами, а на севере — с аукшайтами. Наконец на северо-востоке и востоке его соседом было Полоцкое княжество в районе бассейна реки Вилия, а также озер Свирь и Нарочь.

Посмотрите и на более раннюю карту X–XI веков.

Эту территорию (древней Литвы) окружают, последовательно, с юга — на восток: древляне, ятвяги, аукшайты, полочане и дреговичи. А в центре что? Ничейная земля? Такого не бывает. Тем более что местность там хорошая с лесами, реками и озерами.

Провал здесь произошел не в истории, а в историографии, то есть в самом процессе написания истории. То ли затерялись эти сведения в глубине веков, то ли (и многие исследователи так считают) вычеркнули их позже и умышленно.

Такое же непонятное мертвое молчание и в художественной литературе, как отечественной, так и зарубежной.

Рядом кипит жизнь, идут войны и бушуют страсти. Полоцкая княжна Рогнеда отказывает в сватовстве новгородскому князю Владимиру. Брак, затеваемый Владимиром, носит чисто политический характер: Полоцкое княжество стало бы союзником Владимира в его борьбе с киевским князем Ярополком. Но надменная и гордая Рогнеда, полагавшая, что в ее жилах течет кровь византийских императоров, отказывает Владимиру по династическим мотивам. Она, видите ли «не хочет разувать сына рабыни».

Уязвленный Владимир немедленно начинает войну с полоцким княжеством, в ходе которой убивает и отца и двух братьев Рогнеды. Дает захваченной гордячке имя Горислава и насильно женится на ней. Она родила ему несколько детей, стала матерью самого Ярослава Мудрого, но стать настоящей женой насильника так и не смогла. И однажды ночью, чудом проснувшийся Владимир перехватывает ее руку с кинжалом.

«…Отец, мать и братья мои от тебя лишились жизни, разорено отечество и я пред всеми поругана; и ныне по супружестве ненавидишь меня с бедным сим младенцем» — восклицает Горислава (Рогнеда) в отчаянии.

Владимир, тем не менее, прощает жену и сжалившись над ее судьбой «…велел возобновить отчизну Рогнедину Полоцк и ее на удел отпустил со старшим сыном Изяславом». Будущим князем полоцким Изяславом Владимировичем.

Об этом написал сам Михайло Васильевич Ломоносов, который среди прочих своих профессий и достоинств был еще и историком. И, кстати, непреклонным критиком «норманнской теории»…

Нешуточные страсти кипели и у других соседей стародавней Литвы, а вот сама она в те времена как-то ничем и не отличилась, хотя впоследствии стала объединителем всех других земель древней Беларуси.

К сожалению самоназвания этого давнишнего, затерявшегося в веках образования, не сохранилось. «Литвою» его назвали, вероятно, соседи (также, как и русь). И, как и на Руси, это название прижилось у проживающего там народа. Вот тогда и появилось его самоназвание «литвины».

Литвин, кстати, очень распространенная в современной Беларуси, древнейшая белорусская фамилия, ведущая свои корни из мест, расположенных в округе Ошмянской возвышенности. А, именно, она и располагалось в центре древнего белорусского княжества, названного инородцами «литвой». Опять же фамилий Литвинас в современной Литве почти нет, Литвинис нет вообще, как впрочем, и Литванис. Топонимика Беларуси также находит немало мест с названием, производным от слова «литва». В Литве же современной, по-моему, более чем речки Летуова — географических названий с таким корнем нет…

А, далее пошли и первые упоминания Литвы в летописях: впервые в 1009 году, а затем в славянской летописи в 1040 году и так далее.

Княжили в Литве и до Миндовга. Трудно предположить, что граничившие с ним Полоцкое, Новогородское, Городненское княжества имели своих князей, а литвины в своем древнем государстве — нет. Просто история не донесла, пока до нас, их имен.

Конечно, по обычаям тех времен, князья не жили между собой мирно, и вот уже в 1132 году состоялся отмеченный в исторических анналах поход городненского князя Всеволода Давидовича на Литву. А там и минский князь Володарь Глебович не заставил себя ждать….

Но о походах и битвах — несколько позже.

Теперь касательно терминов Белая Русь и Черная Русь. Географически Белая Русь занимала регион на востоке современной Беларуси (Витебщина и Могилевщина), а также России (Смоленщина). Черная Русь — это приблизительно территория нынешней Западной Белоруссии.

Разнятся они еще, скорее всего по дате принятия христианства. Белая Русь отличается более ранней христианизацией.

Покопавшись во всех этих словарях, энциклопедиях и справочниках автор этой книги уяснил лишь одно — понять, отчего возникает название государства, нам не дано.

В подтверждение этому, на десерт два простеньких примера.

Пруссы — балтское племя, но их территорию захватили немцы и создали там Пруссию, мощное милитаристское государство, объединившее, в конце концов, 22 немецких княжества в единое государственное образование.

Ливия — североафриканское государство, но ливов там отродясь не было, а проживали там арабы — берберы, туареги, тубу. А еще раньше на ее территории существовал Карфаген — единственный достойный соперник могучего Рима, основанный финикийцами. Ливы же являлись финноязычным народом, проживавшим в древности на северной и западной частях современной Латвии.

Трудная, неискренняя, зависимая эта наука история. Во все века писали ее люди небеспристрастные. Придумывали, искажали, добавляли факты, интерпретировали события в угоду правителям. Поэтому так сложно разобраться сегодня во всех ее извилинах и хитросплетениях.

А, как пишется теперяшняя история, мы видим собственными глазами. Один и тот же факт истолковывается каждой стороной по-разному, в зависимости от интересов правящей верхушки и крупного капитала. Самый свежий пример — необоснованное вторжение в Ирак. Для одних это победа демократии. Для других, в том числе самих иракцев — гибель людей, разрушение городов и инфраструктуры, развитие братоубийственной войны. Третьи же молча потирают руки — огромный нефтяной район Ближнего Востока оказался полностью под контролем американцев, наложена лапа и на нефтедобычу самого Ирака.

Часть шестая

Немного о битвах и сражениях вообще

Зададимся немаловажным вопросом: так ли значимы и судьбоносны одни битвы и так ли посредственны и маловажны другие имевшие место сражения?

Для примера возьмем самую яркую страницу российской истории — знаменитую Куликовскую битву. Потому, что она была эпохальной для российской истории. А еще и потому, что белорусы не только при сем присутствовали, но и участвовали — кто пассивно, а кто и активно.

— Да, знаем эту битву «от и до», — не преминет воскликнуть иной читатель. — Еще в школе учили. Там, где монах Пересвет и татарин Челубей насмерть схватились…

Вот, именно, «в школе учили». А правильно ли нас учили?

Слово первоисточникам.

Лиденблатова рукописная Немецкая хроника: «В сем году (1380) была великая война во многих землях: Россияне сражались с татарами на Синей воде, и с обеих сторон легло на место до сорока-тысяч человек. Россияне одержали верх; но после сей битвы встретили Литовцев, союзников татар, и были истреблены ими; Литовцы взяли всю их добычу».

Еще большую путаницу вносят древнерусские летописи.

Синодальная Летопись? 365: «… Наеха (Димитрий) на поганого царя Теляка, на нареченного плотьнаго Диавола Мамая…», «…в Донском сражении убито 40 Московских Бояр, 3 °Cерпуховских, 22 Переяславских, 20 Костромских, 30 Владимирских, 5 °Cуздальских, 40 Муромских, 34 Ростовских, 23 Дмитровских, 60 Можайских, 30 Звенигородских, 15 Углицких, а все вообще двести пять десят тысяч; осталось же только пять десят тысяч…».

Пиррова победа?

Ростовская Летопись: «…Самого же Великого Князя (Дмитрия Донского, примеч. авт) с коня сбиша (Татары.)…доспех его весь бише избит, но на теле его не бысть язвы». О числе погибших нет ни слова.

Никоновская Летопись: «…8 Князей Белозерских лежали мертвые друг подле друга, погибло же всего сорок тысяч…».

Псковская и Новгородская летописи упоминают об этом сражении, походя, как о московской рядовой междоусобной стычке.

Свидетельствуют ранние историки.

Немецкий историк XV века Кранц в своей книге «Wandal» (Вандалия) пишет следующее: «…В то время произошло между россиянами и татарами самое большое сражение, которое только можно припомнить, на месте называемом Флавассер… Говорят, что в этом сражении погибло двести тысяч человек. Победители россияне увезли в качестве добычи немало скота ибо почти ничем другим (татары) не владеют. Однако русские недолго радовались этой победе; татары, призвав в союзники литовцев, догнали уходящие русские войска и вернули добычу, которую утратили, и нанесли им большой урон. Это было в 1381 году от Рождества Христова…».

А вот в «Хронике Литовской и Жемойтской» за 1380 год, то есть в год «величайшей битвы Средневековья» значится: «В Литве и Руси, Польше была очень холодная зима, от холода погибло много домашнего скота и зверей в лесах, и птиц, и засохли деревья в садах, и овощи». О Куликовской битве вообще не упомянуто, хотя великий князь Литовский Ягайло имел к ней непосредственное отношение и играл важнейшую роль в ее исходе.

А вот как преподносят это событие уже поздние историки.

Н.М. Карамзин: «… Наконей ободренный многочисленностью своей рати, Мамай призвал на совет всех князей Ординских и торжественно объявил им, что идет, по древним следам Батыя, истребить Государство Российское… Мамай вступил в тесный союз с Ягайлом Литовским… К сим двум главным утеснителям и врагам нашего отечества присоединился внутренний изменник, менее опасный могуществом, но зловреднейший коварством: Олег Рязанский… На пространстве десяти верст лилася кровь Христиан и неверных… Полки российские гнали их до самой реки Мечи, убивали, топили, взяв стан неприятельский и несметную добычу, множество телег, коней, верблюдов, навьюченных всякими драгоценностями… Димитрий, сопровождаемый Князьями и Боярами объехал поле Куликово, где полегло множество Россиян, но в четверо более неприятелей, так что по сказанию некоторых Историков, число всех убитых простиралось до двух сот тысяч…».

Воздерживаюсь здесь от всяких комментариев, предоставляя это сделать самому читателю.

И не буду больше утомлять читателя цитированием первоисточников, скажу только, что несуразиц, разночтений и непоняток по этому, действительно имевшему место сражению, более чем достаточно.

Судите сами.

Несмотря на победоносный результат, Дмитрий Донской продолжает оставаться данником Золотой Орды и уже в следующем 1381 году своевременно и исправно платит Верховному хану орды Тохтамышу дань. И все равно коварный хан позже (в 1382 году) захватит и сожжет Москву. А Русь платила дань Орде еще почти сто лет. Лишь в 1478 году Иван III прекратил регулярные выплаты дани — дело закончилось знаменитым «стоянием на Угре» и освобождением от ордынского ига.

Так, в чем собственно, состоит судьбоносно-историческое значение Куликовской битвы, если ничего не изменилось в отношениях Орды и русских княжеств? Победа — да, была славная, но принесшая и побочный отрицательный результат — усиление хана Тохтамыша, соперником которого за власть был Мамай. И Тохтамыш полностью воспользовался этим (читай выше).

По различным источникам в войске Мамая помимо татар были русские, поляки, литовцы, осетины, черкесы, армяне и даже крымские итальянцы. Татары (волжские и сибирские) были и в войске Дмитрия Донского. Такая вот путаница.

Остается до конца неясным и место самой битвы. Ее живописание содержится аж в шести разных списках (вариантах) русского литературного памятника «Задонщина». Один из этих списков свидетельствует, что москвичи наблюдали Куликовскую битву прямо со стен Московского Кремля. Что косвенно подтверждается строительством по приказу Дмитрия Донского церкви Всех Святых, в ознаменование победы над Мамаем на Кулишковом поле (ныне Кулишки в черте Москвы).

«Кулишковым полем» подле Москвы называет место сражения и Архангельская Летопись.

Тот же Кранц определяет место битвы вообще около реки Буг, а ее участниками называет татар и жителей Белой Руси.

На месте же, определенной официальной историей, то есть на поле между реками Дон и Непрядва, расположенном в нынешней Тульской области, несмотря на многократно предпринятые попытки никаких материальных следов сражения не обнаружено. Ни братских могил-курганов, ни остатков оружия и кольчужной одежды, ни, даже, человеческих костей в том месте не найдено.

А «Сказание о Мамаевом побоище», между прочим, дает вообще фантастическую цифру воинов Дмитрия Донского — один миллион четыреста шестьдесят тысяч.

Теперь слово историкам новой формации.

Разрушители старой истории и хронологии, историки и наши современники Г.В. Носовский и А.Т. Фоменко вообще утверждают, что хан Тохтамыш и Дмитрий Донской — это одно и то же лицо.

Более того, «… В 1382 году войска Дмитрия осадили и взяли литовскую крепость на территории будущей Москвы. Сам Дмитрий-Тохтамыш мог в штурме города не участвовать и действительно мог находиться в своей столице — Костроме. Напомним, что Литва того времени — это западно-русское княжество со столицей в Смоленске. Москва же была лишь пограничным местом между восточно-русским Волжским царством = Великой Русью и западно-русской Литвой = Белой Русью.

Только с этого времени Дмитрий начинает отстраивать Москву. Перед нами — реальное основание Москвы как крупного города.

Похоже, что после Куликовской битвы великим князем Белой Руси стал Дмитрий Донской = хан Тохтамыш. Произошло это в итоге какой-то смуты и раскола в Орде. Известно, что вскоре после 1382 года Тохтамыш неожиданно оказывается при дворе литовского князя. Более того, литовцы = беларусы в ответ на требование Орды выдать им беглого хана Тохтамыша, и несмотря на крупное поражение, нанесенное им Ордой, хана Тохтамыша все-таки не выдали…» — пишут они в своей книге «Новая хронология Руси. Русь. Англия. Византия. Рим.» И приводят веские тому доказательства.

Еще дальше идет современный писатель и историк А.А. Бушков. Не могу и здесь удержаться от цитат. «… Так кто же с кем воевал на Куликовом поле? Почему и за что? … на Куликовом поле столкнулись две д и н а с т и и (русские, примеч. авт.) — старая и новая… Не было никаких „злых татаровей“. На Куликовом поле сошлись единокровные враги. „Спор славян между собою“ шел из-за московского престола — и только…». И также приводит весьма аргументированные доводы.

Такие вот пироги.

И, наконец, официальная российская историческая версия.

«КУЛИКОВСКАЯ БИТВА, рус. полков во главе вел. кн. московским и владимирским Дмитрием Донским и монголо-тат. войск под началом Мамая 8 сент. 1380 на Куликовом поле. В К. б. участвовали воины мн. рус. княжеств, укр. и белорус. отряды. Борьбу с врагом возглавило Моск. вел. к-во. Завершилась разгромом монголо-татар. Начало освобождения рус. и др. народов от монголо-тат. ига» (Большой энциклопедический словарь, Москва, Советская энциклопедия, 1991).

Нет — не могут славяне воевать друг против друга… Знакомая картина? И борьбу с игом возглавил Старший брат. А было ли монголо-татарское иго на Беларуси?