Зов в сумерках

— А выпить? Литра два?

— Русский человек, моя дорогая подруга, может выпить сколько угодно, — авторитетно заявил Алек. — Смотря чего нальют.

— А если крови? — Елена понимала, что нарывается.

— Так, — Алек тяжело вздохнул. — Ты сама экспериментируешь или кого другого поить решила?

— Не ехидничай, — попросила Елена.

— Кто-то только что говорил, что никаких вампиров там нет, — напомнил Алек.

— Нет тут вампиров, — честно заявила Елена. — Только обычные, банальные упыри.

— Мне приехать? — после паузы спросил Алек серьезно. — Тебя там не покусают?

— Знаешь, даже если ты и приедешь, то меня все равно могут покусать, — иронично заметила она. — Не приезжай. Как, кстати, собираешься на мой вопрос отвечать?

— Мысли логически, — предложил Алек занудным тоном, слегка обиженный, что его не позвали в дело. — Они голодные, кровь им и еда, и питье. Да эти два кило или литра за не фиг делать высосут!

— Ладно, убедил. — она записала все в блокнот. — Еще вопрос. Ты же по работе с медэкспертами сталкивался, может, знаешь… Я читала, что тело после смерти сначала коченеет, потом опять становится мягким, как живое, а потом только разлагается. Это так?

— Да. Сама подумай. — Алек вещал очень авторитетным тоном воспитателя детсада. — Слышала небось, что в морге иногда тела двигаются? Вот это как раз в период, когда окоченение сходит. Иначе как бы это случалось?

— Так. Это мне подходит. — Елена продолжала заполнять неразборчивым почерком страницы блокнота.

— Сколько там их у тебя? — поинтересовался друг обеспокоенно. Алек был не просто лучшим другом, но и верным напарником. Он тоже, как и Елена, обладал магическими способностями, и несколько раз им вместе приходилось выкручиваться из серьезных переделок.

— Упырей? — уточнила Елена.

— Нет! Трупов! Мне твои друзья-кровопийцы уже не интересны.

— Конечно, — опять съязвила она. — Тебя же в компанию не приглашаем. А кровушки-то теплой охота?.. Ладно. Трупов, спрашиваешь, сколько? Пятнадцать вроде.

— Замечательно! — отозвался друг. — Так и вижу живописную картину. Сидишь ты в полутемном зале, заваленном трупами, и трапезничаешь. Как воевода Дракула! Овеянная сладковатым ароматом смерти!

— Стоп, милый. — Елена отложила блок-нот. — Тебе тоже запах смерти кажется сладковатым?

— Ну да, — растерялся Алек. — Гадостный такой, тяжелый и сладкий аромат. Не переношу сладкие запахи. А почему? Ну, какие фрукты самые сладкие? Переспелые, с гнильцой. И тут, наверное, так же. Видимо, сахароза при разложении выделяется или фруктоза.

— Не важно, что там выделяется, — рассеянно ответила Елена. — Спасибо огромное. Ты очень мне помог. Приезжать не надо. Тут помощников хватает. Да еще и Нинка шляется по лагерю. У нее период охоты.

— У нее всегда период охоты, — с нескрываемым презрением уточнил Алек. — Вот уж истинная упыриха!

— Скорее паучиха — черная вдова. Они пожирают своих партнеров.

— Вот-вот, — согласился Алек. — Еще вопросы по делу есть?

— Нет. Я позвоню.

Елена отложила сотовый и тяжело вздохнула. «Гадостный, тяжелый, сладкий аромат». Как же ты прав, дорогой друг! Да… Вот тебе и запах духов. Елена не знала, скрывается ли во всем этом подсказка, но чувствовала, что есть здесь что-то важное. Чувствовала, как любой маг…

Магов в нашем мире, конечно, не так много, и никто не занимается их обучением. Нет школ чародейства и волшебства или курсов по колдовству. Но к счастью, любой человек, обладающий врожденными способностями, быстро учится перемещаться по мирам. Впадать в некий транс и переноситься в другую реальность. И там он может пройти обучение, получить навыки и знания, которые потом уже в этом лучшем из миров, реальном мире, подкрепит чтением нужных книг.

Эти путешествия больше похожи на сны. Вот только очень реалистичные. Да и когда погружаешься в такой сон, чувствуешь все, что окружает тебя совершенно реально. Спишь и не спишь одновременно. Но если уж не повезло, заработал царапину в этом путешествии, то, очнувшись, убедишься, что она кровоточит и наяву.

Елена путешествовала с детства. Сначала это были одни и те же миры, где свою силу было осознавать легко. Там она училась, жила в кругу таких же магов, как сама. Но потом, по мере взросления, миры менялись, сначала не по ее воле, а уж потом Елена и сама научилась ориентироваться в лабиринте астральных дорог. Подсказка Алека напомнила ей один такой скверный сон-путешествие.

Воспоминания эти были далеко не из приятных. Тогда каким-то ветром Елену занесло в маленький, довольно уютный городок. Неуловимо похожий на ее родной город, но более европеизированный, что ли. Елену в те времена часто мотало по миркам, вроде таких. Тогда она еще не умела сама выбирать, куда идти и какое задание принимать.

Был великолепный летний день. Она отдыхала в сквере, лениво наблюдая, как в обеденный перерыв местные жительницы спешат по магазинам в поисках модных летних тряпок и обуви. Как раз напротив той лавочки, где Елена отдыхала, и располагался обувной магазинчик с яркой до неприличия витриной и с вывеской о распродаже.

Трудно сказать, когда ты вдруг начинаешь понимать, что что-то идет не так, как должно. Да, в магазине были наглухо закрыты окна. Но такое встречается очень часто. Да, в магазин постоянно входили покупатели. И никто пока не вышел обратно. Такое тоже бывает. Значит, выбор товара хороший. Но… В общем, что-то было не так. Елена это чувствовала. Видимо, сказывался опыт.

Елена даже не подумала о последствиях, когда встала с лавочки и пошла в магазин. Без какого-либо оружия, без простейших заклинаний защиты. Она просто открыла дверь под яркой вывеской и вошла.

У нее все же хватило ума не шагнуть сразу от двери в центр зала. Все сходилось! Первым признаком того, что она зашла в неудачное место стал запах. Жуткий, сладковатый тяжелый запах смерти. Смерти и секса! Две неотрывно связанные части философии вампиров. Две основные цели их существования.

У Елены тут же заломило в висках. От интенсивности этого жуткого аромата. От возбуждения, нахлынувшего волной, от сильных и цепких взглядов, вперившихся в нее. По ее скромным подсчетам, на тот момент в зале находилось около десятка тварей. Елена знала, что ни в коем случае нельзя смотреть им в глаза. Что необходимо поскорее отсюда выскочить. Она сделала два осторожных шажка назад, но один из вампиров выступил ей навстречу и улыбнулся. Она старалась не замечать, какая привлекательная у него улыбка, какое обещание светится в его взгляде, как ее к нему тянет. Кровь бешено стучала в венах, будто сама просилась пролиться в ненасытные глотки хозяев этого местечка. Елена сделала еще маленький шажок назад. Ей казалось, что она движется, как во сне, по бурной реке против движения. Когда каждый шаг — это настоящий подвиг, когда все кости вдруг стали мягкими, как желе, и тело практически не подчиняется разуму. Еще шаг к свободе.

И тут из подсобки вышел Старший. Зов усилился вдвое, пригвоздил Елену к месту, лишая вообще каких-либо сил. Какие были у него глаза! Да это сама мечта сейчас встала перед ней. Здесь отражалось все! И любовь без края, и обещание райского наслаждения, которое мог ей подарить только он. И тысячи нежных слов звучали в голове, и песней разливалось возбуждение, и собственные мысли уже текли в одном направлении. К нему…

Чья-то рука, высунувшись из-за забытой входной двери, грубо ухватила Елену за плечо и рванула на свежий воздух. Такого отчаяния Елена не испытывала никогда. Такого неутоленного голода, страха потери и ужаса от осознания, что ей грозило всего миг назад.

Прийти в себя ей удалось, только когда совершенно незнакомая ей девица дотащила Елену до той самой лавочки, на которой она недавно сидела. Ее спасительницей оказалась такая же маг-наемница, как и сама Елена. Магазинчик ее заинтересовал, но именно в тот момент, когда Елена рванула внутрь, наемница поняла уже, что здесь к чему. Вид у девицы был внушительный. Самая настоящая валькирия. С магией она была практически не знакома, зато виртуозно владела мечом. Пусть и деревянным. А именно деревянное оружие они вдвоем и смастерили из подручных материалов с помощью магии. В этой реальности это оказалось достаточно легко.

А дальше был бой. В этом одуряющее воняющем магазинчике, в комнатушках, где двоим в принципе было трудно развернуться. Правил битвы было два. Не реагировать на зов и ни в коем случае не давать себя ранить. Даже малейший порез — это верная смерть. Тогда уже ничто не спасет тебя от зова и от прикосновения острых клыков к шее.

Тот незабвенный Старший встретился Елене в подсобке. Весь пол был завален телами невинных, а может, в чем-то и виноватых жертв кровососов. Эти твари приходили сюда не за новым подбором инициируемых. Они просто питались. Жрали.

Старший ее встретил ударной волной зова. Но на этот раз Елена была подготовлена как магически, так и морально. Она уже не помнила, когда вошла в этот магазинчик с деревянным мечом в руке, не помнила, сколько раз ей пришлось уворачиваться от тянущихся к ней рук, не считала, сколько нанесла ударов. Она превратилась в бесчувственную, режуще-рубящую машину. Но тут оказалось совсем туго. Он был Старшим, а значит, в десять раз более сильным, ловким и голодным. Постоянное давление зова притупляло реакции, замедляло движение. У Елены опять создалось впечатление, что она идет против течения. Но как она хотела его убить! Много позже, когда кто-нибудь говорил при ней про любовь и ненависть, про то, как можно испытывать эти два чувства одновременно, она вспоминала тот бой. Она боялась расплакаться. Слезы застилали бы глаза, и тогда она точно рассталась бы с жизнью. Да, она мечтала его убить и тут же заранее оплакивала потерю.

В тот момент Елена машинально размахивала мечом, крутила им перед собой. Любой мастер фехтования умер бы со смеху, глядя на нее. И попала в противника она совершенно случайно. Просто в какой-то миг Старший сделал шаг вперед, видимо, заметив ее смятение и понимая, что, коснись он жертвы, и она не сможет сопротивляться. Елена выставила оружие вперед в последний момент.

Она всем телом ощутила, как меч проходит сквозь него. Ладони Старшего легли ей на плечи. И его боль поглотила ее. Тут уж было не до любви… Потом она поражалась, насколько силен в ней инстинкт самосохранения. В тот миг Елена думала только о том, как избавиться от чужой боли, от чужого ужаса, от его ладоней на плечах. И от клыков, неумолимо приближающихся к горлу.

Со стороны это смотрелось, наверное, жалко. Елена просто протянула руки к горлу Старшего, почти по инерции, защищаясь. И пальцы ее легли на две маленькие косточки. Она, сама не понимая, что делает, действовала интуитивно, сдавила эти две косточки.

Его тело обмякло почти мгновенно. Просто ладони соскользнули с ее плеч, а так полюбившиеся ей глаза начали закрываться с немым вопросом. Елена в панике оттолкнула от себя убитого вампира. …

Кусты раздвинулись, и в ее маленький уютный речной рай вышел Макс. Она, захваченная воспоминаниями, резко открыла глаза и вперилась в него взглядом. Смысл их диалога был вечен, как сама жизнь. Все, что без слов могли сказать друг другу мужчина и женщина, было сказано в те несколько секунд. Нет, конечно, глаза Макса совсем не были похожи на те незабываемые глаза когда-то убитого Старшего вампира. Но она еще не отошла от воспоминаний. Не освободилась от волны желания, от всепоглощающего счастья ожидания… А Макс… Он просто мужчина, он просто любит женщин. Он нормальный мужик со здоровыми инстинктами. Возможно, еще и с вполне определенными намерениями, касающимися Елены, правда, обычно хорошо скрываемыми.

Он, не отводя взгляда, шагнул ближе…

— Стоп! — немного хрипловато приказала Елена. — Извини, я пока никого не ждала.

— И что теперь? — спросил он, усаживаясь на песок рядом, касаясь ее плеча.

— Тебе это надо? — немного испуганно спросила она.

— Не знаю, — честно ответил он.

— Лучше не стоит, — так же честно предупредила Елена. — Я могу перейти грань…

— То есть это не просто… — Он не хотел портить сказку словами, называть вещи своими не совсем приглядными, зато очень правильными именами. — Ты… жажда крови, да?

— Боюсь, что этим-то все и закончится, — без зазрения совести соврала Елена.

— Тогда отвернись, — приказал Макс и пошел к воде, раздеваясь по дороге.

— Хорошая идея, — прокомментировала она, послушно уставившись на какую-то сосну. — Потом я.

— Естественно, — ответил Макс, плескаясь на мелководье. — Места поприличнее найти не могла? Олегу позвони, он там с ума сходит.

Елена послушно взялась за сотовый.

— Олежек, — пропела она в трубку. — У меня все нормально. Макс меня нашел… Да, поела я. Да, мамочка! Ах, не мамочка? Тогда перестань себя вести, как курица-наседка. Пока.

Макс уже вышел на берег и одевался.

— Иди, пока Серега не вывалился, — сказал он ей. — А то потом не отмашешься. Он у нас парень бойкий…

Елена ответила на его хитрую улыбку.

Они выбрались к машине, торчащей посредине лесной дороги, к двум часам дня. На душе у Елены было неспокойно. Слишком много времени потрачено. Хоть и недаром, но… В принципе вся картина уже сложилась в голове, не хватало только имен. А пока эти твари оставались неизвестными, надо было спешить. Да и скорое приближение ночи теперь пугало. Ох, правильно ей когда-то говорил Алек, нет в воспоминаниях ничего хорошего. Только боль в сердце и сожаления.

— Ну, все успели? — с легкой обидой спросил Серега.

— А то! — нагло соврала Елена. И изобразила томную улыбку. Макс насмешливо фыркнул.

— Если хочешь, тоже пойди, остудись, — предложил он Сереге.

— Лен, а может, смотаешься теперь со мной в кустики? — многозначительно двигая бровями, предложил Серега.

— Зачем в кустики? — в тон ответила она, решив поддержать игру. — Вот сейчас до ваших загадочных заброшенных деревень доберемся и…

— Экстремалка, — прокомментировал Макс, все так же усмехаясь. — Там у тебя всякое желание пропадет. Еще то местечко.

Они сели в машину. После пятнадцати минут дороги и непрекращающегося флирта с неугомонным Серегой, под ироничные комментарии Макса они добрались до весьма необычного места.

Дорога закончилась. Резко. Тупиком. Последние несколько метров грунтовки перекрывал одинокий проржавевший трактор.

— О как! — ехидно высказалась Елена. — Прямо как в сказке!

— Чем дальше, тем страшнее? — поинтересовался Макс.

— Нет, тем забавнее, — объяснила Елена. — Смотри, как в народном творчестве. Камень посередь дороги. Кто налево пойдет — коня потеряет, кто направо, тот еще без чего-то останется, а прямо — с жизнью прощайся. Только сказка у нас супермодная. Прогрессом испоганенная. Вместо камня — куча металлолома.

— Да уж, — поддержал Серега. — Дальше пешком, значит. Вот только куда? Коня лишаться не хочу.

— Это мой конь, — поглаживая приборную доску, напомнил Макс. — И это я с ним расставаться не хочу.

— Ладно, — отмахнулся Серега. — Тогда тут сиди, а мы с Еленой быстренько… туда-сюда…

— Быстренько неинтересно, — возразила Елена. — Надо долго и красиво. Секс, дорогой, это тоже искусство.

— Так куда пойдем? — вернул разговор в прежнее русло Макс. — Где с жизнью прощаться или в другую сторону.

— Давай туда, где фиг знает с чем, — решила Елена. — Что-то мне шутки с потерей жизни уже не нравятся.

— А там между деревнями тропки, — напомнил Серега Максу. — Так что все три, если надо, обойдем и поглядим. Без ущерба здоровью, так сказать.

Они вышли из машины, Макс запер двери и даже щелкнул брелоком сигнализации. Казалось, он нервничал.

Тропинка мелькала перед глазами, петляя между кустов и сосен. День был все же прекрасный. Понемногу к Елене вернулось нормальное настроение. Даже опять потянуло на приключения. Правда, ненадолго…

Макс оказался прав. Зрелище было не для слабонервных. Хотя на первый взгляд ничего особенного здесь не наблюдалось. Просто дома, заборы, огороды. Пустые, тихие, безжизненные. Но во всей этой картине было нечто… неправильное, дикое и запредельное.

Почему-то вспоминались фильмы о Второй мировой. Когда партизаны, таясь, прячась за кусты, подбираются к молчаливой деревеньке в ожидании, когда из окон начнется пальба. Чаще всего эта самая пальба и начиналась. И вообще, когда кругом слишком тихо, это означает одно, жди неприятностей. Лез в голову навязчивый вопрос: а где все? Где люди, которые здесь жили? Пока они проходили мимо ряда заснувших домов, Еленина фантазия дорисовывала страшные подробности неизвестной ей трагедии. Пустая кухня, например, остывший обед на столе, жужжание мух, слетевшихся на нежданный пир, полчашки кофе, догоревшая до фильтра и осыпавшаяся пеплом сигарета на краю пепельницы. Или спальня, смятые простыни, раскиданная одежда и… по-прежнему никого!

Мурашки ползли по коже. Елене казалось даже, что сейчас волосы на затылке начнут подниматься от ужаса. Нервы были на пределе. И все же нужно зайти внутрь одного из домов. Необходимо! Иначе зачем они приехали? А потом обойти и все остальные. Их тут всего-то шесть. Главное, первый шаг в ближайшую дверь сделать. А вот это, как всегда, самое трудное.

— Лен, а может, не пойдем туда, а? — шепотом предложил Серега. — На фига мы сюда вообще приперлись?

— Не ходи, — так же шепотом согласилась Елена. — Вам-то это совсем не обязательно. Ждите здесь…

— Чтоб нам потом за это головы сняли, если с тобою что вдруг случится? — возразил Макс. — Нас Олег с шефом потом под каток уложат и в асфальт закатают.

— Скорее уж закатают вам ноги в тазик с бетоном и в Гудзон, — усмехнулась Елена. — Подводным плаванием заниматься. А что мы шепчемся?

— А чего орать-то? — сердито переспросил Серега. — А это тебе зачем?

Елена достала пистолет и перезарядила серебряными пулями.

— Хватит жути нагонять! — возмутился Серега.

— И сколько у тебя еще игрушек припрятано? — поинтересовался Макс. — Таскать не тяжело?

— Привыкла, — пожала плечами Елена. — Представь лучше, сколько на все это серебра ушло. Ну, идем, что ли?

Нечего необычного и страшного они здесь не встретили. Просто заброшенный дом. Внутри все казалось не таким жутким, как снаружи. Ни тебе сигареты в углу пепельницы, ни смятых простыней, никаких других признаков резко исчезнувших обитателей деревни. В общем, ни ужасов, ни экстрима.

Поначалу, конечно, они еще боялись скрипа дверей, треска половиц и других посторонних звуков, но потом перестали обращать на них внимание. Еще Елена побаивалась смотреть из окон на улицу. Черт ее дернул недавно перечитать Пехова[3]. Там один ушлый и чересчур прыткий вор забрался на так называемую закрытую территорию и посмотрел из окна вот такого же заброшенного опустевшего дома на улицу, до того момента совершенно пустынную и мертвую. Вот как глянул герой на улицу, так улица и ожила. И после воспоминания об этом книжном эпизоде Елене совсем не хотелось в заброшенной деревне попасть в такую же временную петлю. И все же пару раз она в окна глянула и… ничего не произошло. Елена успокоилась.

Обшарив один дом, они прошлись с инспекцией по второму и третьему, осмотрели и все остальные, а заодно, сопровождаемые Серегиными подколками, и бани, и даже сеновал.