Помоги проекту - поделись книгой:
Томас Уолш
Двойная проверка
Дивайн был юрким человеком небольшого роста, щуплым, с тонкими чертами лица. Его волосы и щеточки усов над верхней губой отливали жгучей чернотой. От уголков проницательных глаз тянулись лучики морщинок. Когда он заговорил, в его взгляде одновременно чувствовались беспокойство и наигранная легкость.
— Вы должны понимать, что я не могу относиться к этому серьезно, — сказал он.
Флаэрти кивнул. Ему был знаком такой тип людей — надменных богачей, имеющих в обществе большой вес. Поди пойми, что скрывается за их поведением.
Банкир же, не повышая голоса, заговорил быстрее:
— Первое письмо я получил две недели назад. С того времени они стали приходить с перерывом в два-три дня. Конечно, я не придавал им никакого значения — люди моей профессии постоянно получают подобные письма. В основном это пустые угрозы, но вчера мне позвонили прямо сюда, в мою контору, вот тогда-то я и решил обратиться в полицию. За помощью профессионалов, так сказать, — он выдавил слабую улыбку, еле разжав губы.
Флаэрти кивнул.
— Правильно поступили, — сказал он. — У вас остались эти письма?
Дивайн слегка повернулся в кресле и нажал на одну из белых кнопочек рядом с собой.
— Зачем они мне? Если, конечно, их не сохранил Барретт, мой секретарь. Но я и представить не мог…
Высокий мужчина с серыми глазами, в сером костюме, с каштановыми волосами с проседью бесшумно проскользнул в кабинет. Он слегка кивнул Флаэрти, глядя как будто мимо него.
— Нет, — ответил он, когда Дивайн повторил свой вопрос. — Прошу меня простить, но я отправил их прямиком в мусорную корзину — самое подходящее место для таких писулек. Мне и в голову не пришло, что они могут понадобиться.
Лицо Флаэрти приобрело кислое выражение. «Сноб», — подумал он.
— Вам было бы лучше их сохранить. Иногда из таких бумажек можно много чего узнать. Мой вам совет на будущее — больше их не выбрасывайте. — Он повернулся к Дивайну: — А что это был за телефонный звонок?
— Позвонили около полудня. Когда я снял трубку, мне показалось, что на том конце провода разговаривали два человека. Но я не мог разобрать их слов, потому что они говорили не в саму трубку. Ах да, кажется, я услышал что-то вроде «Джинджер» или «Джиггер». Я решил, что это имя одного из них. Когда я произнес: «Алло», — один из них сказал: «Мы не шутим. Деньги должны быть в четверг, в полдень, и никаких звонков в полицию. Если вы готовы заплатить, размещайте объявление в „Морнинг Геральд“. Оно должно быть адресовано человеку по имени Чарли. Мы вам сообщим, что делать дальше». А потом повесили трубку.
— Это все? — поинтересовался Флаэрти. Когда банкир утвердительно кивнул, он встал и взял шляпу. — Ничего не предпринимайте, пока я с вами не свяжусь. Я позвоню позже сегодня вечером. Может быть, чтобы выйти на них, нам действительно придется дать объявление в утренней газете. Сейчас вам не о чем волноваться.
Дивайн нервно улыбнулся и быстро облизнул губы.
— Я, конечно, не боюсь и не намерен отдавать им свои деньги. Им не запугать меня, как мелкого лавочника. Я вверяю дело вам, мистер, э-э-э, Флаэрти.
Флаэрти услышал это «э-э-э», когда уже направлялся к выходу, и оно его насторожило. Он закрыл за собой дверь и, пройдя через внешние офисы «Первого коммерческого банка», вышел на улицу.
Стоял теплый сентябрьский вечер, улицы были исчерчены четкими тенями. Он украдкой огляделся по сторонам. Ну и дельце ему досталось. Но тут уж ничего не попишешь.
Отдав свой отчет в управление и уже спускаясь по лестнице, Флаэрти столкнулся с Майком Мартином, который как раз шел наверх. Майк, несмотря на появившееся брюшко, производил мощное впечатление. Он был крепко сбит, к тому же являлся обладателем грубого, хриплого голоса и пудовых кулаков. Рядом с молодым, поджарым Флаэрти Майк выглядел как жирный мопс, оказавшийся подле гончей.
Флаэрти схватил Майка под руку и увлек его в нишу рядом с лифтом.
— Слушай, Майк, ты появился очень кстати. Тебя назначили мне в напарники по делу о вымогательстве. Приказ шефа.
— А шеф не дурак, — отозвался Майк. — Сразу видно, ему хочется, чтоб за работу взялся человек с мозгами.
— Именно, — кивнул Флаэрти. — Ну а ты хотя бы опыту немножко наберешься. Заявление подал Конрад Дивайн, директор «Коммерческого банка».
Майк извлек сигарету из пачки, которую протянул ему Флаэрти, затянулся и медленно выпустил струйку дыма.
— Дивайн, говоришь? С ним они маху дали. Говорят, «Коммерческий» со дня на день лопнет.
— Думаешь, у других банков дела обстоят лучше? — проворчал Флаэрти. — Одним словом, вчера ему позвонили. Он говорит, что расслышал имя, нечто вроде «Джиггер».
Майк с задумчивым видом сплюнул в угол:
— Джиггер? Может, Джиггер Бернс? Он уже давно ведет себя тише воды, ниже травы. Да и вообще такими делами не занимается.
— Вот и я о том же, — согласился Флаэрти. — На Джиггера непохоже. Хотя сейчас такие времена — пойдешь на всякое.
— Давай-ка подумаем, — протянул Майк. — Джиггер у нас бомбит сейфы, работает со взрывчаткой, — широко раскрыв глаза, он уставился на Флаэрти невидящим взглядом. — Вечером в понедельник повстречался я с ним в баре «У Джо». Время было семь сорок шесть. Синий пиджак, белые брюки, желтые перчатки… — Майк в восхищении замолчал. — Желтые перчатки! Ты только подумай! Моя мне такие подарила на прошлое Рождество, но черт меня подери, если я смогу их когда-нибудь надеть. Пришлось соврать, что они потерялись… Так вот, он разговаривал с Джонни Греком.
— Погоди, — перебил Флаэрти. — Ты никогда не говорил о его дружке. Что у тебя на Джонни Грека?
— Крепкий орешек, — снова сплюнул Майк. — Тридцать пять лет, рост пять футов восемь дюймов, вес сто шестьдесят фунтов, глаза И волосы темного цвета, на правой брови — шрам. Два раза привлекался за разбой, один раз за убийство, но в убийстве его признали невиновным — за отсутствием свидетелей.
— А вот он вполне подходит, — кивнул Флаэрти. — Дэвис его на прошлой неделе взял, но пришлось отпустить по решению суда. Джонни крутит шашни с одной полячкой в «Эспланаде». Можем сегодня вечерком наведаться туда к нему в гости.
Майк кинул взгляд на часы:
— Сейчас, считай, девять. У моей сегодня гости, так что мне надо домой.
— Давай беги, — с горечью в голосе произнес Флаэрти. — Вот она, семейная жизнь, — фартучки да слюнявчики. Бьюсь об заклад, небесно-голубое кухонное полотенце, расстеленное на твоем пузе, будет смотреться просто обворожительно. Вы так чисто моете посуду, мистер Мартин! И как же у вас это получается?
— Попомни мое слово, Флаэрти, — нахмурился Майк. — Когда-нибудь я порву тебя, как тряпку.
Длинная вертикальная вывеска отбрасывала на тротуар пятно грязновато-желтого цвета. Быстро вспыхивали и гасли буквы «Эспланада. Танцы. 25 центов». Грязные двустворчатые двери вели в залу, откуда на верхний этаж поднимались ступеньки, покрытые истертым ковром. Когда Флаэрти, входящий в залу, остановился придержать дверь Майку Мартину, в уши полицейским ударила громкая музыка, которую перекрывал гомон голосов, перемежавшийся взрывами смеха.
Флаэрти великолепно смотрелся в коричневом костюме и бордовом галстуке. За Флаэрти следовал Майк, одетый в серую пару, правда, с измятым воротничком и криво повязанным галстуком.
— Великолепно выглядишь, старина, — оскалился Флаэрти. — Бьюсь об заклад, стоит нам подняться, как у тебя не будет отбоя от поклонниц. Даже слепой за сто миль догадается, что ты коп.
— Может, оно и так, — согласился Майк. — Окромя дамских угодников шефу нужны и настоящие полицейские. Если бы портной вовремя сшил мне костюмчик…
— Ладно, — перебил его Флаэрти. — Я внутрь, а ты, Майк, стой у двери. Попробуешь спрятаться за плевательницей. Пошли.
Флаэрти быстро взлетел по лестнице, а за ним грузно проследовал Майк. Оказавшись на втором этаже, Флаэрти кинул четвертак девушке в кассе и, пройдя через турникет мимо высокого мужчины в очках с усыпанным прыщами лицом, оказался в небольшом вестибюле.
Встроенные в стены лампы из матового красного стекла струили тусклый свет, заливавший диваны и кресла с деревянными спинками. Несколько дальше, на всю ширину здания, раскинулась танцевальная зала. Флаэрти, не торопясь, обошел ее, пристально всматриваясь в лица посетителей. Снова оказавшись у дверей, он сделал еще круг, затем еще один. Выкурив сигарету и потанцевав с пышной брюнеткой, вышел и приблизился к Майку, который ждал его в кресле возле дверей.
— Пока негусто, — посетовал он. — Ни Джонни, ни Джиггера. Может, объявятся позже, так что нам лучше пока не уходить.
Майк в ответ лишь кивнул. Время тянулось медленно. По лестнице то и дело поднимались новые посетители, которые проходили через турникет в зал, не забыв поприветствовать прыщавого охранника. Флаэрти, начав уже терять терпение, смолил сигарету за сигаретой. Закурив, он сделал несколько быстрых затяжек, после чего затушил окурок в стоявшей у его ног вазе с песком. Когда в ожидании прошел почти час, по лестнице поднялся щупленький человек с землистым цветом лица и, проскользнув мимо полицейских, прошествовал в туалет.
Майк кивнул в его сторону и произнес:
— Это Джоуи Хелтон. Можем попытать с ним счастья.
Флаэрти кивнул, и детективы проследовали за Хелтоном. Когда они вошли в туалет, человечек, который в это время мыл в раковине руки, даже не обернулся. Однако, услышав голос Майка, он буквально подпрыгнул на месте.
— Привет, Джоуи.
Забегали маленькие пристальные крысиные глазки-бусинки. Человечек то и дело переводил взгляд с Майка на Флаэрти.
— У нас есть кое-какие новости для Джонни Грека. Давно его видел?
— Давно, — ответил человечек. — А что за новости?
— Оставил пару грязных носков там, где не нужно, — отозвался Флаэрти. — Вот мы и хотим, чтобы он их постирал. Давай-ка, Джоуи, вспоминай.
— Да пошли вы к черту, — вдруг прорычал человечек и попытался прошмыгнуть за дверь. Флаэрти быстро его перехватил и резко швырнул назад, к раковине:
— Куда ты так торопишься, Джоуи? На нары? Три месяца без понюшки я тебе обеспечу. Оно тебе надо?
Джоуи кинул взгляд на каменное лицо Майка, медленно провел языком по губам и, наконец, произнес:
— Ладно. Короче, я про Грека ничего не знаю. Сюда он часто ходит, крутит шашни с полячкой. Больше я ничего не видел.
— А мне больше и не надо, — ответил Флаэрти. — Ты славный мальчик, Джоуи. Когда выйдешь, подойдешь к полячке и что-нибудь ей скажешь. Но о нас ни слова. Понял?
— Понял, — ответил Джоуи. Он с угрюмым видом подтянул галстук и вышел вон.
Мгновение спустя за ним последовали детективы. Флаэрти снова оказался в бальной зале, держась от Джоуи на расстоянии ярда. Он внимательно проследил, как человечек, пробравшись через толпу, остановился возле высокой блондинки и о чем-то заговорил. Она кивнула, отвернулась, после чего Джоуи снова что-то ей сказал.
Флаэрти вернулся к Майку:
— Позвоню Дивайну, — сказал он, — а ты пока сиди здесь.
— Валяй, — кивнул Майк. — Жду.
Флаэрти, миновав турникет с охранником, зашел в телефонную будку. Полистав справочник, отыскал номер и кинул в прорезь монету. Когда он представился, мужской голос на том конце провода произнес: «Одну секундочку, сэр». Флаэрти попытался вытряхнуть из пачки сигарету. Тут в трубке что-то металлически щелкнуло, и раздался голос банкира:
— Мистер Флаэрти?
Полицейский усмехнулся. Что ж, на этот раз никаких «э-э-э». Дивайн говорил быстро, его голос дрожал:
— Они мне снова звонили… Угрожали убить сегодня вечером. Они пронюхали, что я обратился к вам. Господи… Немедленно сюда приезжайте! Если они…
Флаэрти наконец извлек сигарету из пачки и неторопливо прикурил, чиркнув спичкой о подошву ботинка:
— Сохраняйте спокойствие. Мы кого-нибудь к вам пришлем. Минут через десять, а то и раньше. Они пытаются вас запугать. Не волнуйтесь.
Полицейский повесил трубку. Вот теперь Дивайн по-настоящему напуган, не то что днем, когда еще не успело запахнуть жареным.
Майк по-прежнему ждал Флаэрти.
— Не желаешь прошвырнуться к Дивайну? Захвати кого-нибудь с собой по дороге. У него уже поджилки трясутся, думает, что сегодня его пустят в расход. Я останусь здесь, может, мне удастся что-нибудь выведать у девчонки Грека. Звякни, когда доберешься до Дивайна.
— Ладно, — кивнул Майк и отправился к лестнице.
Флаэрти снова прошел в бальную залу и огляделся. Девушка, с которой говорил Джоуи Хелтон, сидела на одном из стульев, поставленных специально для работниц клуба.
Флаэрти пересек залу и остановился напротив нее.
— Потанцуем? — спросил он.
Она кивнула и подняла на него скучающий взгляд. Как только заиграла музыка, они закружились в плавном танце. Блондинка, обладавшая большим чувственным ртом и темно-синими глазами, была высокой, почти одного роста с Флаэрти. Ее волосы были заколоты в гладкую прическу.
Пара танцевала молча, не говоря друг другу ни слова. Когда музыка подошла к концу, Флаэрти произнес:
— Спасибо. Весьма недурно, солнышко. Как насчет еще одного танца?
Вместо ответа она лишь пожала голыми плечами. Свет притушили, а один молодой человек из ансамбля отложил в сторону инструмент и затянул в маленький микрофон что-то убаюкивающее.
У девушки была ладная гибкая фигура. Она танцевала, слегка повернув голову, устремив взгляд за плечо Флаэрти. Полицейский крепче сжал ее талию.
— А ты ничего, — произнес он. — По крайней мере я так считаю. Слишком хороша, чтобы тратить свое время на всяких проходимцев.
Вначале она не ответила, но спустя мгновение переспросила сквозь зубы, не поворачивая головы:
— Проходимцев?
— Ну да, — отозвался Флаэрти. — Ты знаешь, о ком я. Я про красавчика, с которым ты танцевала вчера вечером.
Она резко повернула голову, обдав полицейского запахом дешевых духов. В глазах, прикрытых подведенными тушью ресницами, мелькнула тень издевки:
— Вчера вечером меня здесь не было, — сказала она низким хрипловатым голосом, выговаривая слова с легким акцентом.
— Ну, значит, позавчера, — рассмеялся Флаэрти. — Я тебя с ним часто видел. Ты с ним встречаешься?
Она пожала плечами, чуть слышно подпевая солисту ансамбля.
— У меня порой бывают свободные вечера, — произнес Флаэрти. — Может быть, поужинаем сегодня?
— Нет, — отозвалась она. — У меня мать болеет.
— Знакомая песня, — протянул Флаэрти. — Мама болеет, а сестра ушла в монастырь. Ладно, солнце, как-нибудь еще свидимся.
Поделиться книгой: