Сидеть и смотреть. Серия наблюдений

Девушка, задававшая вопрос, уехала по направлению к станции метро «Новокосино».

И другая девушка уехала.

Промчался мимо парень на велосипеде.

И наступило безлюдие.

И, значит, нужно закончить наблюдение.

В этом месте приходилось бывать множество раз, и каждый раз казалось, что здесь всегда тишина и почти всегда никого нет. А оказалось, что тишина и безлюдие приходят сюда очень редко, и каждую минуту происходит множество событий, лишь небольшую часть которых удается зафиксировать. Когда наблюдение не ведется, событий нет, а когда наблюдение ведется, события есть.

Наблюдение временно прекращается.

Рига, 17 августа 2013 года, 15:00

Домская площадь – большая, по меркам средневекового города, уставленная торговыми палатками. Посередине площади имеется поросшее травой углубление в Земле. Там тоже торговые палатки.

Ребенок в клетчатой рубашке положил свое тело на склон травяного углубления и позволил ему (телу) свободно скатиться вниз, к торговым палаткам.

Встал, поднялся по травяному склону наверх и повторил процедуру скатывания.

Мимо прошли две девушки в костюмах средневековых ярмарочных артистов и средневековый же парень с большой блестящей гирей в руке.

Две средневековых девушки и парень с гирей начинают некое представление, но его не видно из-за столпившихся зрителей.

Слышны аплодисменты.

Рядом на скамейке сидят две русскоязычные женщины. Одна говорит другой: пошли, если хлопают, значит, там что-то интересное. Другая говорит первой: а еще сегодня будет парад самых красивых рижских собачек.

День города.

Рядом стоят полицейский мужского пола и полицейский женского пола.

Аплодисменты, аплодисменты.

Теперь с травяного склона скатывает свое тело другой ребенок.

Керамика, написано на стенде с керамикой.

Если повернуть голову направо на тридцать градусов и более, можно увидеть массивное здание с высокой башней.

Пришел человек, полностью покрытый золотой краской, включая открытые кожные поверхности, одежду и шляпу. И еще один точно такой же человек подошел, золотистый.

К золотистым людям подошли женщина и девочка, женщина спросила, можно ли с ними сфотографироваться, золотистый человек многозначительно-кокетливо посмотрел на женщину, выдержал паузу, сказал можно, и фотографирование состоялось.

Рядом на скамейку сел пухлый белобрысый мальчик и противно заныл себе под нос какую-то омерзительную мелодию.

К золотистым людям примкнул человек в шляпе и с несколько чрезмерными усами. Они стоят и разговаривают на, кажется, латышском языке.

Латышский язык непонятен ни в письменной, ни тем более в устной форме.

У человека с чрезмерными усами зазвонил телефон, и он ответил: пока ждем, у нас перерыв. Золотистые люди засмеялись и несколько раз намеренно исказили слово «перерыв»: перерыу, пэрэрыу, пиририф.

Нывший мальчик вернулся с, кажется, отцом и старшим братом (а может быть и нет), и они стали играть в ассоциации, произнося по очереди слова: машина – дорога – усталость – спать – мертвец – гроб и так далее.

Нывший мальчик жрет леденец в форме петушка.

Мимо одновременно прошло примерно десять человек.

Пожилая дама села рядом.

Нывший мальчик вдруг выкрикнул: Москва. Кажется, это продолжается игра в ассоциации, потому что в ответ прозвучало: город.

Прямо по направлению наблюдения располагается несколько домов, о которых трудно сказать что-то определенное.

Еще и мама (или не мама) пришла и сказала мальчику, продолжающему жрать петушка: зубы не сломай.

Папа (или не папа) спрашивает мальчика: знаешь столицу Татарстана? Мальчик не знает. А Казахстана? Результат тот же. Через некоторое время прозвучало слово Казань.

После произнесения слова Казань они встали и ушли.

Вместо них на скамейку села немолодая пара.

На стенде и на поверхности Земли расставлено множество вызывающе уродливых керамических изделий.

Мимо прошел человек с волейбольным мячом Mikasa в руках.

Золотистые люди вдруг исчезли.

Девочка шла мимо, остановилась, сказала хи-хи-хи и продолжила движение.

И вот опять из окружающего мельтешения соткались золотистые люди. С ними человек в берете и с флейтой и девушка без берета и флейты.

Золотистые люди поставили на свободном участке площади черную ширму, а человек с флейтой заиграл на флейте.

Золотистые люди встали перед ширмой, а человек в берете начал дирижировать толпой, побуждая их хором произносить разные звуки с разной интенсивностью: аааааа, ээээээ, ыыыыыы.

Донеслась реплика: Алена, там цирк, пошли посмотрим.

Можно было бы подойти поближе и посмотреть на художества золотистых людей и человека в берете, но это нарушит чистоту эксперимента: надо сидеть на одном месте.

А вот и средневековые девушки и средневековый парень появились.

С другого края скамейки донеслась реплика: там представление, детям очень нравится.

Среди толпы мелькает золотистая шляпа золотистого человека.

Подошел исхудалый молодой человек с печатью психической неудачливости на лице и фигуре, заглянул в урну, отошел, продолжая смотреть на урну, опять подошел, быстро вытащил из урны бутылку и быстро ушел.

Аплодисменты.

Полная женщина с флагом Риги в руке сказала: Вов, пошли. И они пошли.

Откуда-то донеслась реплика: где они все были в советское время.

Одна немолодая женщина говорит другой немолодой женщине: может, у тебя какое-нибудь желание есть. Другая немолодая женщина отвечает: нет.

Реплика: я видела хорошенькую юбочку на Юльку за шесть лат.

Подошли две женщины, одна из них обратилась к двум женщинам, сидящим на скамейке: подвиньтесь, подвиньтесь, с какой-то неприятной одесской крикливой интонацией, и произошел такой обмен репликами: да вот же, есть место, да где место, подвиньтесь, вот, а чего вы туда подвинулись, не хотите с мужчиной рядом сидеть, да что вы глупости-то говорите, ничего не глупости, а мы рядом с мужчиной посидим, хороший мужчина, мужчина, а вы не из Италии, нет, ну ладно, смотрите, какой мужчина видный, даже в кожаных ботинках, те, первые, женщины встали и ушли, сказав что-то, а женщина с одесской интонацией сказала с одесской интонацией: сама ты идиотка.

Прошел парень, изображающий средневекового рыцаря.

Прошла девушка в как бы средневековой одежде с искусственно и чрезмерно увеличенной задницей.

Золотистые люди закончили свое представление и притащили свою черную ширму обратно к скамейке.

Немецкоязычные женщины покупают уродливые керамические изделия. Женщина с одесской интонацией громко говорит: смотри, покупают, покупают, дуры.

Девушка, которая ранее говорила с золотистыми людьми, села рядом на скамейку, к ней подошел человек с чрезмерными усами и в шляпе и молча стоит. Женщина с одесской интонацией показывает пальцем на человека с чрезмерными усами и громко говорит: гляди, какой. Человек с чрезмерными усами отошел от скамейки.

Рядом сели две девушки. Реплики девушек: мне так нравится, такой красивый город, народу очень много, ну и хорошо, смотри, какие красивые дома, надо мыслить позитивно, кем ты хочешь быть, какая у тебя специальность, да такая же, как и у тебя.

Мимо проехал человек на чрезвычайно высоком (примерно 2,5 м) одноколесном велосипеде. Женщина с одесской интонацией громко сказала: давай еще упади на нас.

Человек на очень высоком велосипеде ездит по площади туда-сюда. Непонятно, как он на него садится и как его покидает.

Другое представление: мужичок наигрывает на аккордеоне, а женщина приплясывает, машет какой-то рыжей мохнатой фигней и выкрикивает: ух, ух, ух, ух, ух.

Реплики девушек: ты морскую капусту любишь? Люблю. И я тоже.

Женщина с одесской интонацией, наконец, покинула скамейку, сварливо говоря что-то про деньги.

Девушка звонит маме: мамуль, привет, ну ты как, а, а мы на Домчике.

Прошли англоязычные люди с наглыми выражениями лиц.

Девушки говорят о каком-то концерте. Реплики: мы после концерта сидели за одним столиком с би два и вартой ветрой, почему ты так говоришь – с вартой ветрой, почему ты их склоняешь, это все равно, что сказать: сидели с лондоном айсом, ну а я бы так и сказала, чего такого, а как надо-то, надо – с лондон айс, с варта ветра, ну ты прям можно подумать филолог русского языка, смех, переход на другую тему.

Доносится реплика: они не мстят, они мелко гадят, такой это народ.

Мимо прошел человек, катящий рядом очень высокий одноколесный велосипед. Так пока и не удалось увидеть, как этот человек залезает на свой очень высокий одноколесный велосипед и слезает с него.

И тут же удалось увидеть залезание: человек прислонил очень высокий одноколесный велосипед к чугунному фонарному столбу с высоким каменным основанием, залез на основание фонаря, сел на седло велосипеда, оттолкнулся от столба и поехал.

Наверное, слезание осуществляется аналогичным способом.

Откуда-то доносятся звуки аккордеона и звон бубенчиков.

Средневековые девушки (одна с искусственно преувеличенной задницей, другая – в шутовском наряде с бубенчиками) прошли мимо.

Монотонные аккордеонные наигрыши привносят в атмосферу места какую-то тупую средневековую унылость, и средневековость этой площади становится немного неприятной.

Две девушки в сапогах прошли.

Средневековая девушка в шутовском наряде постелила посреди площади коврик и демонстрирует публике ненормальную гибкость своего организма.

Человек, который ездил на очень высоком одноколесном велосипеде, теперь жонглирует тремя шариками.

У прошедшей мимо девушки на одном предплечье вытатуирован круг, на другом – квадрат.

Человек фотографирует уродливую керамику зеркальной камерой.

Неопрятно одетая женщина с очень интеллигентным лицом прошла мимо.

На травяной склон углубления пришли другие дети. Они не скатываются со склона, а просто сбегают, оглушительно визжа.

Аааааааа, заорала маленькая девочка и сбежала по склону.

Зрителям понравилась ненормальная гибкость организма средневековой девушки, и они похлопали.

Флаг Риги красив: синий, белый.

В углублении толпятся люди и покупают изделия. Например, плетеные корзины.

Углубление с травяными склонами и торговыми палатками в значительной степени обезображивает вид площади.

Зазвенели какие-то колокольчики. Снова нахлынула тупая средневековая унылость.

А вот и аккордеон вступил – зю-зю-зю, хрю-хрю-хрю, зю-зю-зю, хрю-хрю-хрю.

Ох.

Динь-динь-динь, зю-зю-зю, хрю-хрю-хрю.

И опять сначала.

Полноватая девушка подошла и выбросила в урну пластиковый стаканчик.

Стройная девушка подошла и выбросила в урну пластиковую бутылку.

Еще средневековые люди появились – мужик с мечом и женщина то ли с горностаем, то ли с хорьком на руках.

Или горностай выглядит по-другому. Трудно сказать. Следует констатировать полное отсутствие информации о том, как выглядит горностай.

Две женщины в сапогах прошли.

Женщина фотографирует уродливую керамику камерой-«мыльницей».